Polaroid love

Настал конец поездки, пришло время собирать вещи. По всему дому суетливо бегали люди, нетерпеливо выискивая свои драгоценные штучки, без которых они не собираются уезжать. Минхо безмятежно лежал на диване, с улыбкой наблюдая за этим хаосом. — Эй, ты чего лежишь? Собирайся! — Джисон, заметив расслабленного друга, кинул на кровать груду одежды и плюхнулся рядом. — Я устал уже, а ты даже не начинал… — Я потом соберусь, мне быстро, — кинул Ли, увлечённо что-то листая в телефоне, иногда хмурясь, иногда довольно поднимая брови, хитренько ухмылялся. Когда Джисон захотел посмотреть, что там такого занимательного, что Минхо даже не собирает свои многочисленные вещички, то старший резко выключил экран и повернулся лицом к Хану. — Ладно-ладно, я иду собираться, уговорил, — нервно заулыбался, быстренько встал с дивана и милыми крошечными прыжками покинул комнату. Хан проводил его внимательным взором, а затем вздохнул и начал запихивать свои майки во вместительный рюкзак, который достался ему от отца. С чёрных широких лямок немного осыпалась ткань, но они не отваливались, а наоборот, на протяжении многих лет служили верой и правдой. Сколько вещей не положишь в этот портфель, он всё стойко выдерживает, не рвёртся и даже не промокает. Чудо, а не вещь, Джисон всегда его берёт во всякие поездки и никогда не жалеет об этом. Когда на полках Джисона в шкафу не осталось ни малейшей бедлелушки, в то время как часть Юны была разобрана только наполовину, а Минхо к своим вещам даже не прикасался, Хан с облегчением выдохнул и вышел на улицу, где они в одну общую кучку складывали чемоданы, сумки и рюкзаки. Хан дотащил свой неподъёмный рюкзак до ворот и глухо поставил его на землю, калитка отворилась, и перед ним появился Феликс. В руках он держал футбольный мяч, побитый жизнью, да и не только, а в его взгляде читалась чистая беспомощность. Ли закусил губу, увидев шатена. Немного помедлив, он сразу заулыбался во все тридцать два и начал приветливо махать. — Что случилось? — Джисона расстраивалось то, что Ликс уже систематически уходит из дома с утра пораньше, а когда вновь там появляется, то начинает строить из себя беззаботного счастливого паренька, у которого совершенно нет проблем. — Дело в футболе? — Хани недоверчиво взглянул на чёрно-белый мяч, который стал постоянным атрибутом для блондина. — Чего ты с ним таскаешься? — Всё в полном порядке, не переживай. — У тебя глаза на мокром месте, — сочувственно прошептал Джисон, осторожно взял парня за руку и повёл в тупик за домом, сказав тихое «пойдём». — Что случилось? Скажи честно, прошу. Феликс медленно убрал улыбку с лица, немного поразмыслил и решил рассказать правду. Потому что он уже не справляется в одиночку. — Я в футбол не умею играть, — выдал парень, выставляя Джисона врасплох. — Как? Это ты-то не умеешь? Да ты же раньше профессионально занимался! — Хан похлопал глазками. — Я не смог научить Юну, а значит не умею сам, — заключил Феликс. — Это Юна трудная, а ты играешь в футбол лучше всех, кого я встречал. — И много ты видел футболистов? — Достаточно, — ни одного, но об этом Джисон решил тактично умолчать. — Ты слишком зацикливаешься на результате, а попробуй насладиться процессом. У тебя же скоро день рождения, давай я соберу всех твоих друзей, и мы вместе будем играть в футбол, просто играть, не соревноваться, а веселиться. — Не нужно… — Ни слова больше, я побежал! Феликс вздохнул и усмехнулся. Может, правда стоит расслабиться? Тэён проходил в каждую комнату и предупреждал, что до приезда машин десять минут. — Минхо, ты ещё не собрался? — Пять минут, щас всё будет. Он принялся судорожно скитаться по дому, собирая все свои вещи в тёмно-синюю спортивную сумку. Парень просто запихивал всё, что только можно, торопясь, поскольку лень, вкупе с одним важным делом, не давала ему сделать это раньше, а задерживать остальных он не хотел. Дома погладит, постирает, разложит по стопочкам, а сейчас на это нет времени. Ли ловко застегнул сумку и быстрым шагом вышел на улицу, где никого не было. Он опоздал? Нет, они не могли уехать без него, это невозможно. Минхо аккуратно отворил калитку и, к своему счастью, увидел там Юну. Супер, значит остальные тоже где-то здесь. — Юна, где все? Девушка не отвечала. Минхо тихо промычал. Какой же он идиот, раз так сильно обидел её. Убежать — наихудшее решение, вообще кошмар. Сзади послышался счастливый и громкий голос Чанбина, за которым плелись все те, кого Минхо потерял: — Готовность пять минут!

***

Водя пальцем по общешкольной доске объявлений, Джисон искал, какой у них сейчас урок. Раньше парень везде таскался с Хёнджином, а сейчас приходится справляться в одиночку. Из класса он особо ни с кем не общался, поэтому чувствовал себя невероятно одиноко, несмотря на то, что коридоры полны людей, даже сейчас его буквально толкает в спину младшеклассник, который, наверняка прятался за Ханом, или что-то наподобие того, играл в общем. Как на зло, Минхо на глаза никак не попадается, а на сообщения не отвечает, должно быть, не видит. Джисону попросту лень переться к его классу, учитывая то, что старший скорее всего гуляет по коридорам, как и он сам. — О, — Джисон приятно удивился, когда увидел, что сейчас у него физкультура, совмещенная с классом Минхо. Нашлась пропажа. Сейчас найдётся. С момента как они вернулись в Сеул прошло не так много времени, около недели Джисон отсиживался дома, готовясь к школе. Скорее морально. Он не торчал за учебниками, но осознание того, что снова придётся сидеть за соседними партами с Хваном, душу вовсе не грело. Ведь теперь это примет абсолютно другое значение, если раньше они просто спокойно молчали на уроках, а ещё раньше активно шептались, бесстыдно хихикали и изредка пытались записать хотя бы часть занятия, то сейчас Джисону такое положение дел не нравится, а главное, что пересесть некуда, ведь в их классе учеников столько, сколько и парт, и никто, как назло, поменяться с ним не желает. За те дни и уроки, которые он успешно прослушал, Хёнджин пустым взглядом пялился на него. А Джисон не мог ему сказать ни слова, потому что не имел желания даже открывать рот в сторону этого ублюдка. Изредка он поворачивался и хмурился, грозно вздыхал и отворачивался обратно. После такого старший обычно фыркал и клал голову на парту, поглощал знания прямым путём. А вот доехал до Сеула он весьма позитивно. В этот раз Джисон сидел на заднем сиденье посередине, между Феликсом и Минхо. Ликс всю дорогу рассказывал забавные истории, а Хан удивлялся, как тому удаётся так быстро и умело скрывать свои чувства. Может, сейчас ему действительно весело, но в какой момент парень забыл о «неудачах» и начал наслаждаться моментом? Забыл ли он вообще? Со стороны всё такой же жизнерадостный Феликс. Минхо изредка вставлял свои пять копеек, всячески комментируя рассказы Феликса, когда они зашли до поездки в Китай. Он мог сделать это так несуразно, что Джисон сразу заливался смехом, утыкаясь Ликсу в плечо. — …а тот японский мудрец сказал нам, что мы доживём до девяноста четырёх лет только в том случае, если будем хорошо учиться и пить чай из его лавки, — закончил рассказ Феликс, с умным видом вытягивая указательный палец вверх, и сразу начал вспоминать, чего бы ещё такого занимательного поведать. — Я ему тогда этот чай на голову вылил, — зевнул Минхо, кладя голову на окношко, около которого ему посчастливилось ехать. — Что? Зачем? — поперхнулся Джисон и удивлённо уставился на старшего. Минхо поднял взгляд на зеркало около переднего сиденья. Мама спит, а водитель, который за всю поездку, выслушивая трэшовые жизненные истории ребят, не вымолвил ни слова, продолжал с каменным лицом смотреть за дорогой. — Этот старикашка нас наебать удумал, — он осторожно наклонился к Джисону, боясь, что из-за редкой, но меткой тряски эпично впишется лицом куда-нибудь… куда-нибудь на Хан Джисона. — Он папе сказал, что его чудо-чайный эликсир от всех видов оспы и геморроя стоит пятьсот юаней, а сам на японском поржал с того, какие мы тупые, что не знаем этого языка, пока насыпал нам дешёвый чай из масс маркета, — прошептал ему прямо на ухо Минхо, а затем, ещё раз усмехнувшись с той ситуации, отлип от младшего и продолжил своё лежание на прохладном от кондиционера окне. Мурашки пробежались по всей спине, заставляя напрячься. Это дыхание… Так близко. Так тепло. Джисон тряхнул головой, прогоняя навязчивые мысли. — Ты и японский знаешь? — громко удивился Хан, качая головой. У него бы мозг взорвался, выучи он хоть один язык, кроме своего родного. — Я — нет. Ян Чонин знает, — пожал плечами Минхо. — Ого. Есть что-то, чего он не знает? — Он не знает, что у тебя совсем скоро день рождения, — задумчиво склонил голову Феликс. Джисон резко повернулся к нему, «Как? Уже?»: — В смысле, у тебя же! — Хани, у тебя первее, — лениво пробормотал Минхо, который, судя по всему, неспешно проваливался в сладкую дрёму. Сони от удивления приоткрыл рот. Действительно. Не то, чтобы он забыл, он не мог такого забыть, но в этом году как-то время быстро пролетело и такая маловажная деталь совсем выпала из головы. — Что, забыл? — Феликс слабенько улыбнулся. У него такие добрые ямочки… Вот прям реально добряк. Джисон покачал головой и с умным видом протянул: — Запамятовал.

***

Минхо, еле перебирая ноги, волочился из раздевалки на улицу. Там настолько воняло дезодорантом, что буквально чувствуешь этот запах свежести у себя в лёгких, так, что кашляешь не хуже астматика. Парень ужасно не выспался и хотел расслабиться на диванчике, отдохнуть от противной рожи Джейка и настроиться на очередной совмещённый урок наверняка снова с малышнёй. Он не видел никакого смысла играть против двенадцатилетних, потому что это тупо и нечестно. Они разные и по силам, и по возрасту, да и в целом опыта у младших значительно не хватает до уровня семнадцатилетних кобыл. Ли безумно бесился, когда Джейк на уроке больно тыкал ему ручкой в спину и приторно-добрым голосочком повторял: — Спасибо-спасибо. Ты не представляешь, как я тебе благодарен. Что же ты раньше не сказал, что вы с Хан Джисоном вместе? Я бы вообще не парился на этот счёт, слепить их расставание было бы гораздо проще, — и со спокойной душой продолжал записывать решение задач своим погрызенном на кончике орудием пыток для Минхо. Ли на эти выкидоны крепко сжимал челюсть, делал глубокий вдох-выдох, считал до трёх, и медленно выдыхал, чтобы не наговорить лишнего этому неугомонному. И главное ведь: сама доброта, поблагодарил, похвалил, ещё и фантазию неплохо развил, ну что за ангел! Это ведь совершенно не он с холодным отвращением на лице говорил Джисону в лицо гадости, совершенно не он припёрся со своим недопарнем к ним домой, чтобы покончить с отношениями Хёнджина и Хана, не он нагло толкнул Минхо, чтобы… просто так? Да, а потом с абсолютным безразличием в глазах вкратце рассказал всем правду и преспокойненько свалил в чужую машину. Ну что за зайка-то! Умница, нет слов. Прозвенел звонок, и Минхо, прикрыв глаза, устало промычал и с трудом встал с мягкого дивана. Он до сих пор чувствовал на спине и попе теплоту от контакта с диванчиком, потому желание упасть обратно возрастало с каждой секундой. Ах, как же прекрасно было минуту назад! А теперь снова заниматься. Спорт так утомляет. Ли совсем не любит школьную физкультуру, ему больше по душе заниматься спортом в более комфортной обстановке, нежели на душной улице с душными одноклассниками, с Джейком, приставучая рожа которого выводила из себя ещё больше, чем до каникул. В основном класс у него был хороший, приятный, никто никого не обижал и все жили дружно. Просто сам Минхо уже не вписывался ни в одну из компаний, потому что пришёл достаточно поздно. Было пару человек, с которыми он мог поболтать или вместе сходить в столовую, но он не мог назвать их друзьями. — Разбейтесь на команды по три человека и встаньте в шеренгу напротив младшего класса! — скомандовал учитель и дети послушно стали распределяться. Минхо улыбнулся, увидев напротив Джисона, который мило корчил рожицы, передразнивая учителя, что назвал их малышнёй. — Хан Джисон, какие-то проблемы? — учитель нахмурился, наблюдая реакцию обиженного ученика. — Никаких проблем, — парень порядочно выпрямился и любезно выдавил широкую улыбку, невинно хлопая глазками. Когда парни встретились взглядами, Ли радостно замахал Джисону, после чего сразу последовали новые указания. Минхо внимательно перевёл взор на физрука, скрепив руки за спиной. Он оказался в команде между двумя девочками. Справа белобрысая, кажется, Наён, а слева тёмненькая Чеён. Минхо помнил, что на предыдущих уроках физкультуры они работали хорошо, поэтому не беспокоился за проигрыш, им главное складно выполнить все задания, победить соперников и можно со спокойной душой отбывать срок до конца урока на дальних трибунах. По распределению их команда должна была бежать последней, поэтому ребята перешли в конец строя. Спереди них, судя по всему, был Джейк, потому что Минхо снова закатил глаза и медленно выдохнул, когда его тыкнули пальцем в бок. Неужели этот червь достанет его даже без ручки? Ли повернулся и заёбанным взглядом уставился на Джейка. — Чего тебе. — Там наш любимый Джисон-и стоит, ты хоть поздоровался? Он явно видит меня, но не машет в ответ… — Ты конченный, вот и не машет, — Минхо начинал понимать политику Джисона: называть всех подряд конченными. Иногда это реально полезно, особенно сейчас. Ну как можно быть настолько лицемерным, чтобы после всего ждать чего-то хорошего от Джисона? Хочешь получить добра — так сделай добро! Ну или хотя бы не делай зло. Минхо с девочками кратко обговорили план эстафеты: кто, куда, кому и как быстро, а затем Ли приготовился к старту, посмотрел напротив. И встретился взглядом с Хёнджином, который должен был бежать против них. Из-за спины послышались крики Джейка, поддерживающие команду Хвана. Что за баран? Они ведь даже ещё не начали бежать, упустим тот факт, что он вообще болеет за команду соперника. Справа от Хёнджина стояло двое, незнакомых Минхо ребят: один пацан и одна девочка. К этому типу у Ли тоже выработалась неприязнь ещё тогда, когда он узнал о том, кто такой Хван Хёнджин. Сразу не понравился, понять можно. Это он ещё не знал, что тот вытворяет за спиной Джисона. Мерзкий чувак, его точно нужно победить, это дело принципа. Минхо бежал свой кусок так быстро, как только мог, вспомнил все случаи, когда бежал с Ханом, где просто необходимо было быть первым, когда ему это удавалось и он победно ухмылялся, заваливался, скажем, на выигрышный диван, который впоследствии оказался общим, но да ладно. Парень тыльной стороной левой ладошки вытер пот со лба, а затем не заметил, как из его руки выхватили яркую эстафетную палочку. Стоп. Какого хуя вместе с этой грёбанной палочкой виднеется спина убегающего к финишу Хёнджина? Минхо в замешательстве поднял руку и обратился к учителю: — Не считается. Нельзя перехватывать палочку у соперников, аннулируйте им счёт! Через несколько секунд тишины последовал гул ребят, поддерживающих Минхо. Их команда была последней из всего класса, поэтому от них зависел исход игры. И они успешно лидировали, пока один идиот, не знающий не только норм приличия, но и правил эстафеты, не нарушил эту идиллию. Урок закончился, и им действительно засчитали эту победу, которая, по большому счёту, влияла только на сегодняшнюю отметку. Минхо был доволен, что смог восстановить справедливость. Удивительно, но на последующих уроках этого дня Джейк больше его не нахваливал, а лишь изредка молча тыкал ручкой. Просто так, чтоб не расслаблялся. Неужели он так огорчился победе? Вот бедняжка…

***

Джисон проснулся от ужасной вони. Про себя лишь подумал, что наконец настала очередь Юны позориться. Почему-то так получилось, что среди всех членов семьи готовить умеют только Сынмин-хён и папа. А вот младшим этот навык как-то не передался. Приёмыши? Тем не менее, когда у них выходной, а папа на работе, то Сынмин вечно куда-то сваливает, только бы не готовить. — Доброе утро, — парень сонно протёр глаза. — Что готовишь? А то аромат не даёт мне спокойно спать. Джисон усмехнулся, когда сестра по-детски показала ему язык. — Тебе тортик на день рождения, — Шин смешно заулыбалась. — С днём рождения, любимый братик? — Ага. Расти большой, слушайся старших. Джисон, выпытав из Юны эти слова, сразу накинулся на неё с объятиями, лепеча миллионы благодарностей. — Я на репетицию! — выпустив сестру, пропел Хан и радостно побежал в сторону комнаты, чтобы переодеться и взять всё необходимое. Юна правда не хотела обижаться на брата, но она вольно или невольно, но завидовала ему. Он всю жизнь враждовал с Минхо, а потом резко стал его другом. Она надеялась, что только другом, не более. В принципе этот вопрос можно было задать самому Минхо, учитывая, что Джисон всегда отнекивался. Но после всего было стыдно подходить к Ли, поэтому она просто с ним не разговаривала. Логично и практично. Решаем проблемы по-взрослому. Девушку отвлёк радостный писк из комнаты. Она с особым интересом уставилась в коридор, ожидая, что сейчас оттуда выбежит младший и всё разъяснит, но этого не происходит. Зато через несколько минут послышались мелодичные звуки гитары. Неужели Джисон решил не идти на занятие, а поиграть здесь? Шин быстрым шагом прошла в комнату и увидела завороженного брата, который с приоткрытым от шока ртом что-то бренькал на струнах новой гитары. Инструмент был невероятно красивым, гитара приятно блестела, немного переливалась с воздушно-белого до холодного фиолетового оттенка, словно северное сияние. — Это ты подарила? Спасибо! — заметив сестру в комнате, Джисон сразу бросил (невероятно аккуратно положил в чехол) новую гитару и подбежал к Юне с расспросами. — Что? Нет, не я, — сухо отвертелась девушка, уже догадываясь, кто мог ему такое подарить. — Записку посмотри, идиот, — старшая подметила сложенную бумажонку, лежащую между струн. Хан сразу активно закивал и осторожно достал бумажку указательным и большим пальцем. Это оказался сложенный конвертик. Парень сразу его открыл и развернул содержимое, после чего растерянно заулыбался. — Это что? Это тебе от тебя самого? — не поняла девушка, когда любопытство взяло верх и она заглянула в конверт и увидела там распечатанную фотку кривляющегося Джисона с какой-то бумажкой в руках. Хан засмеялся, когда вспомнил о той ситуации с документами, когда стал виноватым и был обязан Минхо целый год. Ли уже давно ничего ему не приказывает, но иногда шутливо напоминает об этом и просит воды. На обратной стороне парень разглядел маленьким каллиграфическим почерком надпись: У друзей шантаж не принят. С днём рождения, любим… Хани!