А может быть...

После того, как мы распрощались у корпуса номер 11, я отправился в сторону трамвайной остановки. Мимолётная мысль в голове начинала перерождаться в бурю, которую было не остановить. Я испытывал непривычное чувство, чувство того, что меня могут заменить, так ещё и кем?! Деном! Конечно в глубине души было чёткое чувство тогг, что этого не произойдет. Маша мне очень дорога, и я на 99 и 9 после запятой процентов уверен, что какой-то Ден не заберёт её у меня. Но всё же переживания одерживали верх. И спокойно читать книжку, как обычно, по дороге домой сейчас я не мог. Читаю одно, а в голове совершенно другое. Время от времени я захожу в телеграмм, проверяя нашу переписку и время последнего онлайна. — Пол часа назад, ладно, наверное всё хорошо. — Подумал я. — Пфф… Так, всё, хватит забивать голову ерундой. Если ей и понадобится какая-либо помощь, то она напишет. — Честно говоря, в глубине души я ждал от неё сообщения по типу «РОМАА! НАБЕРИ МНЕ НА ТЕЛЕФОН И СКАЖИ, ЧТО У ТЕБЯ УМЕРЛА КРЫСА И ТЕБЕ ОЧЕНЬ ПЛОХО, И НУЖНА ПОДДЕРЖКА» или «РОМАА! ПРИКИНЬСЯ МОИМ ОТЦОМ И СКАЖИ, ЧТО ПРИЕХАЛА БАБУШКА С СУРГУТА И ОНА ОЧЕНЬ СОСКУЧИЛАСЬ». Но раз уж мессенджер пуст, то стоит успокаиваться. Наверное, у Маши сейчас всё путём и она держит всю ситуацию под контролем. Я надеваю наушники, включаю случайный плейлист и захожу Pinterest. Дорогая до дома прошла без происшествий. Я довольно быстро добрался. Не пришлось ждать ни электрички, ни автобуса до дома, было полное ощущение, что за переживания Вселенная наградила меня быстрой дорогой до дома. Если бы сегодня был обычный день, то я на сто и более процентов уверен, что электричку мне пришлось бы ждать как минимум минут пятнадцать, а автобус со станции до дома вовсе бы не дождался и, как всегда пошел бы пешком. Сегодня ничего не намечается — ни встреч с друзьями, ни шумных тусовок, ни алкоголя, хотя от пива на вечер я бы не отказался. Вытащив всё содержимое карманов, я в темпе стащил с себя джинсы, расстегнул рубашку, ещё мин пять погулял по квартире в одних трусах — осмотрел территорию. На кухне заточил пол яблока, выпил стакан воды. Ноги уже кричали — ВСЁ! ХВАТИТ! ПИЗДУЙ В КРОВАТЬ! — И я в темпе вальса попиздовал в кроватку. Поставил телефон на зарядку и включил беззвучный режим, после моментально вырубился. *** Полупустая территория института — либо сейчас идут пары, либо сейчас выходные. У дяди Саши нет выходных. Работа садовника обязывала поддерживать в порядке всю территорию учебного заведения. Он работал один и при каждом намёке начальства о том, что, мол, завтра ты можешь отдохнуть — мы наняли тебе сменщика, он устраивал полный разгром, как бухгалтерии, так и всего этажа, где находился кабинет ректора. Он очень любил свою работу и не мог без неё прожить ни дня. Родственников у него не было. Только так — знакомые студенты, которые любили с ним поговорить в курилке между пар. Жил дядя Саша в общежитии, поэтому всё своё время — 24 часа в сутки проводил в институте. Пару раз его чуть всё-таки не уволили, перебрал он с Деревенькой и пошел выяснять на самый Верх — почему уже месяц ему не могут достать саженцы жасмина. В общем интересный дядька. Он знал почти всех студентов зоо и биофака и очень любил, объясняя это тем, что есть «есть момент, в который многие люди пытаются влезть, а вам он не нужен — вы и есть момент». Заметив Машу, он оторвался от ковыряния в клумбе, выпрямил затёкшую спину и помахал ей рукой. И моментально получил ответ на расстоянии. Погода стояла жаркая, пускай день еще только начался, но уже было трудно дышать. Вообще, погода этой весной в Москве какая-то аномальная — то жара и солнце во всю светит, да так, что без панамы на улицу лучше не вылазить, то на следующий день ливень, а ночью минус два. И всё — утром гололёд, а днём опять жара — лужи только успевали появляться и испаряться. Сейчас же было просто невыносимо и у Маши было огромное желание отправиться в кофейню и выпить залпом самый большой, что только есть — айс латте, да с каким-нибудь вкусненьким сиропчиком. — Ммммм… — Вот стоило лишь об этом подумать, как желание, при таких обстоятельствах, превратилось в потребность. — Ну, ладно, подожду ещё минут пятнадцать, если этот тюбик так и не додумается повести меня в заведение по приготовлению охладительных напитков, то я возьму кота за яйца и сама нас туда приведу. — с капелькой агрессии и брызгами слюны подумала Маша. Ещё минут пять они просто молча шли в сторону метро. Будто у них сейчас по расписанию будет физическая культура и они просто направляются, по случайности вместе, в сторону СОКа. — Так и будем молчать, ёпта? — с физиономией крупного рогатого скота начала Маша. — В смысле? — Ну, я тебя позвала гулять или ты меня, Ромео хуев? — далее последовала мощнейшая отрыжка. Где-то вдалеке было слышно, как птицы улетели в дерева. После этого двухминутного представления, Ден понял, что вот! Она та самая! Она идеальна! Боги Олимпа — каждый! Каждый приложил капельку усилий для создания такого милейшего существа. По ощущениям ещё минута и Ден улетит на крылышках в самое поднебесье. Одним словом — для него это была любовь с первого взгляда… — Э, фраер недоделанный, ты дар речи потерял или что? Или я со стеной говорю? — А! Маш! Извини, да-да! — Ден не успел договорить. — Что «да-да»?! Со стенкой? — перебила Маша. У неё такое бывает, когда не выспится или после какого-то сильно эмоционально затратного события, она может включить режим быдло-гёрл. Сейчас же настроение после животноводства резко поменялось — импульсивная радость сменилась в импульсивную агрессию. Я даже и представить не мог сейчас, НА СКОЛЬКО Маша держит ситуацию в своих руках. Диалога в переписках у них как такового не было — вопросы по учёбе, да мемасики изредка присылали друг другу. Поэтому сейчас было сложно начать разговор нормально, плюс, как ещё одно обстоятельство — не замечать друг друга год, и лишь под окончание второго курса начать как-то общаться. — Ты ведь не из Москвы? Как ты тут, адаптировалась за два года? — Больше чем за два года, я переехала сюда в начале лета, перед поступлением в институт. Естественно друзей нет, общения нет. И очень переживала, что так и не найду себе никого, но. Но когда в середине августа вывесили списки поступивших и создали чаты групп, если помнишь, туда как-то начали все присылать фотки в халатах. Я естественно просто читала переписку — писать было стрёмно. Столько людей, которых я не знаю, а вдруг я сразу никому не понравлюсь, поэтому лучше пускай обо мне узнают в день знакомства. Так вот, же тогда никого не знала, листаю фотографии эти несчастные — в халатах. И натыкаюсь на Рому. Ну, знаешь, я сразу поняла, что вот он — человек с которым я буду дружить. От его фотографии веяло вайбом, который я люблю. — Маша не стала поднимать тему ориентаций и обошла этот момент стороной. — Каким вайбом? — Ну, тебе не понять, я просто занимаюсь медитацией и чувствую энергетику других людей. — она на ходу придумывала, чтобы не ворошить улей. Иначе, если вдруг что, Ден правильно всё поймет и тогда у неё будут неприятности, как и у Ромы. — А существует какая-то гейская медитация? — с улыбкой спросил Ден. — Хахаха, нееет, так ты нормально относишься? — Да, всё хорошо. Ты думаешь, что никто и так не знает, что вы у нас не такие, как все? Если что, кабинет химии не большой, а если вы сядете в самый конец, то это совсем не значит, что вас не будет слышно… — Ден засмеялся, — я конечно всё понимаю, но стараться не слышать ваши разговоры просто невозможно — вы очень громкие. Маша покраснела и застеснялась. Разговоры на паре по химии были традицией и имели некое сакральное, как ей с Ромой казалось, значение. Дело в том, что химия у нас была по понедельникам и средам. В среду был обычная химия — без смысла, а вот по понедельникам та самая, на которой они любили поделиться друг с другом, а как еще и оказалось — со всей группой, историями, которые произошли с ними на прошедших выходных. И если кратко, то главными темами разговора были письки, сиськи, которые поочередно сменялись философскими речами. — Ой, ну, раз так, то здорово, тогда не придётся делать из себя девочку-натуралку. — Ты ведь би? — Да. — Океюшки, просто уточнил. — с лица Дена улыбка не сползала. — А т где-нибудь работаешь? Ден немного замялся, — да… работаю. — А где? — Да так, официантом в одной забегаловке. Я ведь на окраине живу, там много таких заведений. А я и выбирал, чтобы поближе к дому. А это как раз через дорогу, поэтому идеально подходило. — Теперь понятно почему тебя так часто на патах не бывало. — Угу, именно поэтому. Тем временем они дошли до метро, проехали пару станций и оказались на Дмитровской. — И стоило нам тащиться через всю аллею по такой жаре, если мы могли доехать на трамвае, в котором есть кондиционер? — доебалась Маша, но это было скорее милый доёб чуть визгливым голосом, нежели доёб с угрозой моментального убийства без ожидания ответа. — В трамвае мы бы просто сидели и молчали, а так в движении хоть немного поболтали. — Ну, ладно, хорошо. Теперь куда? В голове Маша уже раздумывала план побега в кафе за холодным кофе. Как же оно манит… Кофейня в шаге от нас, а этот фикус ещё думает, куда дальше… пиздец — подумала Маша — А вон, смотри, не хочешь в SeDelice зайти, я угощаю. — Ну, даже не знаю… На улице такая прекрасная погода, а мы будем в кафешке сидеть… — выдала Сухарик, думая совершенно о другом — НАКОНЕЦ-ТО! — Не, ну, если хочешь, мы можем что-нибудь взять и пойти гулять. — НЕТ. МЫ ПОСИДИМ ВНУТРИ. Они зашли внутрь. Воздух комнатной температуры по ощущениям показался Маше прохладным, тело было настолько раскалено, что здесь, при нормальной температуре ей казалось, что она находятся в лучшем месте не земле, с самым лучшим климатом. Спасибо кондиционеру! — Здравствуйте, можно нам два латте — один с карамельным сиропом, другой… Маш, тебе какой? — Клубничный! — И второй с клубничным. Это всё? — ЛЁД! ЛЬДА! — Что? А. — Можно кофе со льдом? За кассой стояла девушка лет двадцати, до необычности с длинными стрелками на глазах, не русской национальности. Рабочая форма явно была ей не по размеру, поэтому при каждом щелчке пальцем по монитору рукава её рубашки качались, как панталоны на верёвке. — Да, конечно! — ответила она. — Пирожные? У нас очень вкусные круасаны… — Маш? — Не, не, спасибо. Только кофе. — Только кофе. — Хорошо. После включился банковский аппарат, Ден приложил карту и тот издал пищащий сигнал. Оплата прошла. — Отлично, ожидайте ваш кофе на баре. Хорошего дня! — она улыбнулась. Но никто этого не заметил. Пока готовили кофе они оба залезли в телефоны. Ден нервно кому-то отвечал на сообщения в ВК, а Маша просто делала вид, что тоже кому-то отвечает, при этом сама выбирала какой стикер отправить Роме, чтобы быстрее скоротать время приготовления кофе. О, дед, танцующий джигу-джигу без трусов! Замечательно. — подумала Маша и начала спамить этим дедом. — Айс Латте с клубничным сиропом! Айс латте с карамельным сиропом! — О, наши! Ден взял кофе и направился к столику, Сухарик за ним. Они сели друг напротив друга. Их взгляды пересеклись и в момент прилипли. Кофе стоял никому не нужным. В кафе образовалась воронка, которая отталкивала от них лишнее и казалось, будто остались лишь они. Вдвоём. Окружение медленно стало темнеть, и никакая жара не волновала. Стеснение будто сдуло тем же кондеем, победившим уличный зной, проникающий в кафешку через открытую дверь. Глаза. Глаза Дена будто сжигали Машу изнутри. Пускай и холодные по тону, но в капиллярах текла немыслимо бурлящая кровь. Не выходя за орган зрения, зрачок с голубой радужкой проникали в глубину души. Маши чувствовала их внутри себя, будто они теперь раз и навсегда поселились внутри её разума. Точно так же и Ден ощущал себя — глядя Маше в глаза, мозги полностью стали жать на стоп, и тело стало потихоньку плыть… Расслабляясь с каждой секундой всё больше и больше. Ден вырвался из оков очарования и перешагнул свою стеснительность. Он положил свою правую руку на стол открытой ладонью вверх. И жестом сжатия пальцев показывал, что хочет получить ручку Маши. Та в свою очередь перевела взгляд на руку, и фантазия добила её окончательно. Сильная рука с выпирающими венами на ней… Сердечко буквально забилось, как бешенное! Маша протянула ручку и положила её в ладонь Дена. Ей уже ни хотелось ничего — ни кофе, ни домой. Просто быть. Быть рядом с Деном и держаться за руки. В кофейне на Дмитровской расцвел сад с фонтанами, розовыми фламинго и зайчиками с бантиками, жующими морковку на лужайке. Время буквально начало бежать вперёд батьки в пекло. Никто и ничто не могло помешало наслаждаться этим моментом двум городским голубкам. На улице начало вечереть, у метро стало порядком больше народу. Все двигались в сторону своих норок. Спокойная атмосфера московского вечера и суета в виде беспорядочных молекул, мечущихся по раскалённой уличной плитке. Ден с Машей вышли на улицу и направились в сторону дворов. Обычно там всегда тихо и спокойно. А детская площадка была идеальным местом для посиделок, излюбленное пенсионерами и местными представителями интеллигенции в маечках «алкоголичках». Сейчас лавочки, как и площадка, пустовали, поэтому ребята направились прямиком к одной из них. Последующий час они, прижавшись друг к другу, беседовали на несвязанные темы, смеялись над всякой ерундой, время от времени, так как поза была не особо удобной, держались за руки. *дззз* *дззз* — приглушенный звук вызова раздался из сумки. Маша не спеша достала девайс и поднесла к уху. — Ало, слушаю. — В смысле? Что за интонация? — А, ой, мам, у тебя почему номер какой-то неизвестный был написан, я и не поняла. Извини. — Так, ладно. В общем, хотела напомнить, что мы сегодня с папой едем в Ярославль, дома будем лишь в понедельник рано утром, ты ведь помнишь? — Даа, маам. — Ты ключи от дома взяла? — Даа, всё я взяла. — Ну хорошо тогда. — Удачно отдохнуть, мам! — И тебе! Позвони, как будешь дома. — Договорились. — Пока, солнышко! — Пока. Маша положила трубку, удрала в телефон и жестом головы намекнула Дену, что пора по домам. Они встали с лавочки и медленным шагом направились в сторону метро. Им обоим не хотелось расходиться. Дойдя до метро, Маша остановилась и начала копошиться в сумке в поисках пачки сигарет. Найдя упаковку Чапмана, она достала две сигареты, одну предложила Дену — тот не отказался. Раскурив вишнёвый табак и сделав первые затяжки, Маша почувствовала, что-то неладное. Она пустила руку в сумку и продолжила в ней рыться. Минуты две Ден просто наблюдал за происходящим и наслаждался табачным ядом. — Блять. — М? — У меня нет ключей, мне кажется, я их всё-таки оставила дома. Я родители скорее всего уже уехали… — Так позвони, пока не поздно, может ещё нет! Маша быстро достала телефон и выбрала последний контакт в истории вызовов. — Не берут. Скорее всего телефон в сумке, а сумка в багажнике — как всегда. И что мне теперь делать? Сейчас тогда Роме позвоню, у него скорее всего сейчас дома никого, у него останусь на этих выходных. — Слушай, я летом один живу, поэтому если хочешь, то мы можем поехать ко мне. Фильм можем посмотреть, за вином сейчас сходим, но опять же, если ты хочешь. Я не настаиваю, можешь и к Роме поехать. На секунду Маше показалось, что ей это всё снится. Она, с Деном, сейчас поедут домой к нему, валяться на кровати, смотреть фильм, даже не важно какой, и пить винишко. — ДА. Я СОГЛАСНА.