Рыжики из Линчёпинга

      Лисбет Саландер больше десяти раз успела проклясть себя за то, что не пошла по лестнице. Лифт показался ей самым оптимальным вариантом. А что? В Galleria Filbyter, находившемся на Стора Торгет, не менее четырёх этажей. Все магазины на нижних этажах они с Хольгером уже обошли. Вот только с подарком Драгану Арманскому на день рождения определиться Лисбет не смогла. А этот день не за горами, и хотелось сделать своему бывшему работодателю сюрприз. Саландер, конечно, догадывалась, что реакция Арманского, вероятно всего, будет далеко не радостной. Возможно, он удивится. Возможно, расскажет об этом случае кому-нибудь из знакомых, друзей или коллег. Возможно, будет не совсем приятно шокирован. Лисбет помнила их встречу, когда она только вернулась в Швецию из заграницы, где находилась чуть ли не весь год после расследования в Хедестаде и дела Веннерстрёма. Тогда Драган её отчитал, как провинившегося ребёнка, и Саландер действительно почувствовала себя виноватой, особенно перед ныне покойным Пальмгреном.       Как же всё было? Как бы то ни было, к Арманскому Лисбет испытывала если не полное доверие, то уважение точно. Может, именно поэтому вторым именем Хольгера стало имя директора "Милтон Секьюрити". Саландер поздравляла своего бывшего работодателя с праздниками, но ответа не получала. Она не обижалась. Возможно, это было к лучшему. Разве она уехала в другой город для того, чтобы её потом нашли и засыпали расспросами? Разумеется, нет. — Мам, мы же вроде купили мне и Агнете новую одежду, а также сходили в продуктовый магазин. Мы что-то ещё должны взять? - спросил сын, держа мать за руку. — Да. У моего старого знакомого скоро день рождения. И ему нужно купить и отправить подарок. — Отправить куда? - спросил мальчуган, стараясь удержать не очень тяжёлый пакет с продуктами.       Лисбет поправила лямку рюкзака и ответила коротко: — В Стокгольм. — А он кто?       Лисбет понимала, что так просто от расспросов Хольгера она не отделается. Своё прошлое она приоткрывала детям постепенно. Саландер рассказывала отпрыскам лишь то, что по её мнению, им знать о ней достаточно. В число таких фактов входила и её работа в "Милтон Секьюрити". — Это мой бывший работодатель и начальник. У него скоро день рождения.       Вдруг Лисбет увидела лифт. Ей пришла идея подняться на верхние этажи, так как после обхода всего, что находилось ниже, идей не появилось. Да и с Хольгером они уже успели посидеть и отдохнуть. Вместе с тремя посетителями мать и сын вошли в кабину лифта. Всем по, как считала Саландер, случайности, надо было на последний этаж. Но после того, как лифт тронулся с места, он внезапно остановился. — Почему мы остановились? - спросил в пустоту хорошо одетый мужчина средних лет. — Кто-нибудь объяснит мне, что здесь происходит? - задала вопрос пожилая женщина. — У меня через час поезд отходит, - немного нервно произнёс мужчина в возрасте, листая свой блокнотик.       Лисбет молча наблюдала над нараставшей паникой. Влезать в то, что ей неинтересно, не хотелось. В отличие от тех, кто находился рядом с ней, Саландер никуда не торопилась. Единственное место, куда она могла пойти - это её дом. Агнета, конечно, могла заждаться её и Хольгера. С другой стороны, дети были слишком самостоятельными для своего возраста, и Лисбет им доверяла. Более того, дочка должна была уйти на прогулку со своими одноклассницами. — Мам, а почему мы остановились? - тихо спросил мальчик, прижимаясь к матери. — Технические неполадки, - коротко ответила та.       Мальчик осматривал вокруг всё, что происходило за стеклянной кабиной. Люди как будто не замечали внезапную остановку лифта. Мужчина в возрасте нервно проворчал: — Сколько нам тут ещё стоять? У меня завтра встреча со студентами Академии изящных искусств в Умео, а приехать надо сегодня.       Так прошло двадцать минут. Одна Саландер старалась держать себя в руках. Женщина начинала стучать ладонями по стеклу. Мужчина в возрасте ходил из стороны в сторону, вертя блокнотом в руке. Мужчина средних лет пару раз ругнулся, после чего достал баночку с таблетками, высыпал на ладонь четыре и проглотил залпом. Покрепче схватив мать за руку, Хольгер сказал мужчине: — Дядя, а много таблеток есть вредно.       Саландер пристально посмотрела на сына и хотела было ответить, но ей этого не дали сделать. Мужчина спокойно ответил: — Четыре таблетки, мальчик, ещё не много. А по рецепту врача и подавно.       Прошло ещё десять минут. Пассажиры уже нажимали кнопку вызова, но безуспешно. Хольгер поднял взгляд на маму и спросил: — Мам, можешь дать мне помаду?       Саландер опешила от такого заявления. Когда она спросила, зачем ему это нужно, Хольгер ответил: — Я ей на стене нарисую сигнал "SOS". Да так, чтобы все на этаже видели.       Пожилая женщина на короткое время поддалась умилению. Мужчины усмехнулись. А Лисбет ответила шутливо: — Сынок, ты же знаешь, что я берегу помаду для особых случаев. А сегодня не из таких. — А купить подарок для бывшего работодателя - не особый случай? — Хольгер Драган Саландер, обычно трёхлетние дети являются почемучками. А тебе десять.       Мальчик плотно сжал губы, выпятив нижнюю. Лисбет сначала не поняла его реакцию, однако постепенно стала догадываться, что поведение её сына - это способ абстрагироваться от сложившейся ситуации. О том же говорили и сильные сжимания Хольгером её руки. Саландер села на корточки напротив ребёнка и максимально мягко ответила: — Солнышко, это просто какая-то техническая проблема. Мы не просидим в этом лифте до ночи. — А Агнета знает, что мы тут? — Думаю, она не беспокоится о нас с тобой. Наверняка пошла куда-нибудь с одноклассницами, - попыталась успокоить его Лисбет. — Устраивать очередное заседание своей вегетарианской секты? - усмехнулся Хольгер.       Мальчик со скептизмом относился к вегетарианству и любым его формам. А потому он постоянно подшучивал над сестрой, когда она старалась брать в школьной столовой блюда без мяса или когда она ела дома или в кафе что-то овощное. Когда Агнета пристрастилась к экологии и всему, что связано с защитой природы, он готов был поверить, что она примкнёт к хиппи, зелёным анархистам или анархо-примитивизму. — Она просто не ест мясо, Хольгер. Это не значит, что у твоей сестры поехала крыша.       В такой максимально непринуждённой обстановке прошло ещё тридцать минут. Пассажиры смогли разговориться друг с другом, узнать многое друг о друге. Даже замкнутая и нелюдимая Саландер раскрепостилась в некоторой степени. Этого она даже от себя самой не ожидала. Даже с соседями и учителями в школе своих детей Лисбет не была настолько откровенна. Её самые сокровенные тайны знал и знает только один человек. Человек, который стал причиной её переезда в Линчёпинг.       Вскоре пассажиры смогли выдохнуть с облегчением. Лифт доехал до нужного этажа и открылся. От радости мальчик крепче вцепился в мамину руку, когда они шли по коридору. Однако ни сам ребёнок, ни Лисбет не подозревали, что зародыш ещё неопознанного и неведомого страха уже начал, хоть и незаметно, пускать корни в Хольгере.