Рыжики из Линчёпинга

      Лисбет Саландер наблюдала за поведением дочери уже неделю. Может, она много времени уделяла работе, но о жизни и характерах своих детей была осведомлена прекрасно. Конечно, она от Анники Джаннини слышала про "сюрпризы", который может принести подростковый возраст, но интуиция подсказывала, что случилось что-то нехорошее. Еë дочь Агнета, всегда жизнерадостная, коммуникабельная и полная энергии, теперь была похожа на дождливую тучку. Когда-то светлый человечек односложно отвечал на еë вопросы и закрывался в своей комнате.       Вот и сегодня Лисбет мучилась от неизвестности. В еë небольшой, но уютной квартире царила тишина, нарушаемая тихим шорохом страниц книги, которую она читала. Только мысли хакерши занимало вовсе не содержимое того, что она изучала. Лисбет знала, что что-то не так. Она не была бы собой, если бы не попыталась разобраться в ситуации. — Агнета, - тихо произнесла Лисбет, подойдя к двери. - Можно войти?       Молодая мама осторожно постучалась, и, не дождавшись ответа, вошла в комнату одиннадцатилетней дочери. Одетая в пижаму девочка сидела на кровати, уставившись в окно. Лисбет присела рядом, стараясь настроиться на откровенный разговор со школьницей. — Агнета, ты можешь рассказать мне, что происходит? - так же тихо, но настойчиво спросила мать-одиночка.       Агнета вздрогнула, но не повернулась. Она продолжала смотреть в окно, еë плечи были напряжены. Девочка глухо ответила: — Я в порядке мам. Просто устала.       Лисбет не отступила. Даже когда Агнета была уставшей, она вываливала на неë кучу информации о том, как прошел еë день. Девочка рассказывала ей даже о мелочах: о том, кто с кем обнимался в школьном коридоре, кто с кем подрался в столовой, чем занимаются учителя на переменах. А тут ушла в отказ. В усталость после учебы Лисбет не поверила именно поэтому. — Агнета, я знаю твой характер. Тебя усталость от учебы ещë не подкашивала.       Одиннадцатилетняя школьница ответила дрожащим голосом: — Я не хочу об этом говорить, мама.       Лисбет поджала губы. Она попыталась себя успокоить и вспомнить советы Анники. Сестра Чертова Калле Блумквиста как многодетная мать знала, как найти подход к каждому их своих детей. Саландер-старшая положила руку на плечо дочки. — Я знаю, что что-то произошло. И даже вижу, я пока что не ослепла. Ты можешь мне рассказать, - мягко сказала Лисбет. — Можно подумать, ты поймёшь. У тебя же друзей в школе не было, - попыталась съязвить Агнета, но ответ получился слишком жалким.       Лисбет вздрогнула, но постаралась этого не показать ребенку. Еë дочь, конечно, права в том, что сверстники еë сторонились (а некоторые даже травили). Когда Агнета и Хольгер появились на свет, хакерша сразу почувствовала, что они будут выбиваться из коллектива. А люди обычно не любят тех, кто выделяется и не хочет играть по правилам. Но чего Лисбет желала детям наравне с тем, чтобы они не потеряли себя, так это счастливого детства и лучшего будущего. Того, что хотела для неë самой и Камиллы еë мать - ныне покойная Агнета София Саландер. — Иногда наше молчание только усугубляет ситуацию. Что-то произошло в школе?       Агнета-младшая повернулась к матери. Она не ответила, но вопрос Лисбет сочла риторическим. Молодая мама решила подойти к сути дела постепенно, с помощью наводящих вопросов. — Это из-за кого-то из мальчиков?       Конечно, не с этого вопроса следовало начать. Агнета не делилась с ней своими чувствами к кому-то из мальчиков в школе. Да и сама Лисбет не заприметила внешних признаков влюбленности у своей одиннадцатилетней дочери (ибо всех мальчиков из школы она поголовно считала скучными, кого-то из них даже злыми). Как и ожидалось, Агнета Анника Саландер помотала головой. — Тебя кто-то из девочек обидел?       Агнета сделала неуверенный жест рукой. Лисбет знала о том, что в школе еë детей многим заправляют популярные ребята. К их числу относилась одноклассница двойняшек Саландер, Клара Ольсен, и пара еë подружек. Клара как дочь владельцев логистической компании считала, что может делать в школе всë, что ей вздумается (и практически всегда она оставалась безнаказанной). Если школьник был небогат или просто чем-то выделялся из толпы, он становился жертвой Клары и еë банды. Издевательства над "отбросами" у хулиганок были разнообразными, от простых оскорблений до кошачьих боев в туалете. Из всех своих жертв Клара Ольсен больше всего ненавидела рыжих двойняшек, поэтому Лисбет подумала на них. — Это Клара? Или кто-то из еë компании?       Агнета снова помотала головой. Лисбет чуть нахмурилась, так как не могла предположить, кто же ещë из класса мог нанести обиду дочке. — Я сдаюсь. — Это Лилли, - с болью ответила девочка.       Вот тут Лисбет Саландер удивилась. Она знала, что Лилли Кронборг и Агнета дружат с первого класса. Одноклассница еë дочери даже была у них в гостях, и у Лисбет не возникло никаких подозрений на еë счет. На какое-то мгновение молодая мама подумала, что, может, все не так уж плохо. Может, девочки просто очень сильно поспорили? — Вы поссорились?       Агнета вздохнула и начала говорить неуверенно, не поднимая взгляд: — Не совсем... То есть... Помнишь, я тебе рассказывала про Фриду?       Лисбет кивнула. Дети ей рассказывали, что их новенькая одноклассница переехала из Карлскруны в их город. Агнета и Хольгер помогали ей освоиться на новом месте обучения. — Про Фриду Эйландер? Разумеется. — Она носит фамилию мамы. Раньше она была Фридой Ларссон.       Лисбет кивнула. На самом деле, она приблизительно поняла, о чëм хочет рассказать еë дочь. Хакерша из интереса пробила семью Фриды по базам, и правда оказалась не самой приятной. Но сейчас маме-одиночке было важнее дать дочери выговориться. — И... Что-то случилось с этой девочкой? — У неë отец стал лудоманом и убил человека в состоянии алкогольного опьянения. Вероятно, не поделили деньги. Его приговорили к двенадцати годам заключения. Но об этом знали только я, Хольгер и Лилли. — Вы именно поэтому с братом не разговаривали? - с усмешкой спросила Лисбет.       Агнета кивнула. Они с Хольгером крупно поссорились из-за того, что о прошлом Фриды узнал весь класс. Их новенькую одноклассницу стали сторониться, а популярные девочки не упускали случая поиздеваться над ней. Агнета, зная о развивающихся хакерских навыках брата, подумала на него. Это разозлило еë настолько, что она по голове его ударила учебником при всех. Тогда брат с сестрой не только не разговаривали, но и ходили разными путями в школу, не садились рядом в столовой. — Только это оказалась Лилли. Она подслушала разговор фрекен Эйландер и нашей директрисы. И растрезвонила об этом всему классу, - с горечью в голосе произнесла Агнета, подняв глаза.       Лисбет почувствовала, как внутри неë что-то сжалось. Она по своему опыту знала, как слухи могут разрушить жизнь человека. Особенно если злые языки касаются детей. Подлость может причинить в школьном мире больше вреда, чем психологическое насилие. — И... Что ты сейчас чувствуешь?       Агнета пожала плечами, еë лицо искажало выражение гнева и обиды. Лисбет, не дожидаясь ответа, обняла свою дрожащую дочку. Школьница даже не сопротивлялась. — Я не знаю! Мне жаль Фриду, и я считаю, что она не заслужила такого отношения к себе. А Лилли...       Агнета замолчала. Лисбет видела, что еë одиннадцатилетняя дочь пытается сдержать слезы, и поцеловала еë в макушку. Чувствуя мамино тепло и поддержку, девочка перестала дрожать. — Я не понимаю, почему она так поступила. Почему она подлизывается к девочкам, которые задирают других (включая еë и меня). Это так отвратительно и подло, мам! Я не хочу быть такой, как она.       Агнета сжала кулаки и посмотрела на мать с горечью. Лисбет хотелось поддержать дочь, пострадавшую от поступка, который по праву можно назвать предательством. Но слов не находилось. Старшая Саландер лишь поглаживала рыжую шевелюру школьницы. — Я очень хочу помочь Фриде, но не знаю, как это сделать. И не знаю, что мне сделать с Лилли.       Лисбет изо всех сил пыталась подавить улыбку. Это было не умиление, а гордость за дочь, которая уже в таком юном возрасте проявляет силу духа и желание защищать тех, кто в этом нуждается. Хакерша временами пугалась внешности и характера дочери, которая стремилась к общению и принятию, в отличие от своего брата. Лисбет спрашивала себя, а не вырастит ли она вторую Камиллу, но опасения оказались напрасными. Агнета Анника Саландер была сильной девочкой, и она вполне смогла бы изменить ситуацию. — Помочь новенькой - это смело с твоей стороны, Агнета. Поговори с ней, она сейчас нуждается в поддержке. Но помни, что иногда людям нужно время, чтобы раскрыться. — Я не хочу, чтобы она страдала из-за Лилли, - ответила Агнета с ноткой презрения. — Люди иногда говорят ужасные вещи, чтобы за счëт этого поднять свою самооценку. И это говорит об их слабости, а не силе. Ты же помнишь наши стычки с Бëнфальтом?       Агнета и Лисбет рассмеялась. От мыслей о полицейском, который их ненавидит, и его неудачных подкатах девочке становилось весело. Мрачные мысли постепенно отступили, а хакерша подбодрила дочь: — Ты сильнее, чем ты думаешь. Если хочешь помочь Фриде, сделай это. Не позволяй Лилли управлять твоими чувствами.        Агнета кивнула и крепче обняла маму. В этот момент они обе поняли, что вместе смогут справиться с любыми трудностями. Лисбет чувствовала, как внутри неë растет уверенность, что эта ситуация станет не только уроком для еë дочери, но и возможностью для каждой из них открыть новые горизонты дружбы и поддержки. И что Агнета научится отличать настоящих друзей от фальшивых.