Роковая ночь

      Ландерс не спал почти всю ночь, думая над подарком Рихарду. Что ему можно подарить? Сейчас шесть утра, может бабуля Сусанна что подскажет? А вдруг она спит? Да нет, она похожа на раннюю пташку.       Собравшись, Пауль пешком отправился к магазинчику. Немецкая столица начала пробуждаться: открывались пекарни и первые кофейни. Ландерс натянул на горло воротник гольфа, чтобы скрыть небольшие синяки от любопытных глаз.       Дойдя до магазинчика, мужчина заметил очертание человека и суету меж прилавков. Зайдя внутрь, Пауль увидел на стремянке старушку, протирающую пыль на верхних полках.       — Бабуля Сусанна, вы с дуба рухнули?! — воскликнул мужчина и, подбежав к стремянке, схватился за неё. — А ну слезайте!       — Пауль, как вы меня напугали! — продавщица послушно слезла. — Так и до могилы недалеко.       — Не шутите так. Давайте лучше я протру.       Ландерс взял тряпку и, сбросив свой бежевый плащ, залез на стремянку, чтобы протереть пыль. Парой движений он смахнул всю грязь и через несколько минут слез со стремянки.       — У вас что-то случилось? — спросила женщина и бросила тряпку в ведро.       — С чего вы взяли?       — Выглядите неважно, поэтому поинтересовалась. Вы за подарком Рихарду пришли?       — Да, — кивнул Пауль и закатал рукова до локтя. — Может, подскажите что? У вас тут много чего найти можно.       — Подарите что-то и правда ценное. Украшение, к примеру.       — Хм… А у вас есть парные кольца?       — Думаю, для вас найдутся подходящие.       Сусанна потянулась за старой шкатулкой, которая была на полке. Женщина сдула с неё пыль и, открыв, протянула Ландерсу. Пауль принялся рассматривать кольца, лежащие там. Там были разные: от тонких женских, до больших перстней чуть ли не на всю фалангу. Искал ритм-гитарист долго, пока не нашёл два одинаковых кольца с узором цветков на чёрном фоне. Материал не был похож на металл, но так красиво смотрелось… То, что нужно.       — Я возьму их, — сказал Пауль, показывая кольца.       — Кольца из чёрного оникса… Когда-то это были мои с мужем. Он привёз их из Мексики в восьмидесятых. Сказал, что обычные обручальные скучные, поэтому мы сменили их на эти.       — Раз это обручальные, то я оставлю их.       — Нет, забирайте, — еврейка сжала ладонь Пауля в кулак и улыбнулась. — Они нужнее вам. Вы ведь любите герра Круспе?       — Да. Безусловно.       — Тогда забирайте.       Ландерс поцеловал руку бабушке и, перекинувшись с ней ещё парочкой фраз, отправился на выход.       — Пауль, — окликнула его продавщица.       — Да, бабуля Сусанна?       — Доверьтесь Рихарду, — сказала она. — Он у вас единственный.       Кивнув в ответ, гитарист вышел на улицу. Стоял так минуты полторы, а затем двинулся в сторону дома.       «Невероятная женщина» — подумал он и улыбнулся.

***

      11:00 утра. Через час заедет Ландерс и отвезёт Рихарда в какое-то место, где они проведут весь вечер. Созвонившись с ним за это утро уже парочку раз, мужчина ходил по квартире и собирал нужные вещи. Неизвестно, сколько они будут в том месте, поэтому Круспе собрал небольшую чёрную сумку, которую обычно собирал, когда уезжал на пару дней из Берлина.       — Мунин, Хугин, — обратился он к воронам. — Я уеду, не знаю на сколько, но думаю, в пятницу вернусь. Я скажу Тиллю чтобы зашёл вас покормил, или сами найдёте еду?       Хугин каркнул, что означало: «Сами разберёмся». Мунин недоверчиво посмотрел на друга.       — Раз так… Тогда прилетайте, если что-то случится. Думаю, вам не составит труда меня найти, мы чувствуем друг друга, — Рихард положил руку на грудь со стороны сердца.       Мунин взмахнул крыльями и начал чистить перья, а Хугин пошёл гулять по квартире смешной походкой. Круспе хмыкнул и продолжил сборы.       Он зашёл в студию и огляделся, непривычно немного видеть своё рабочее место без аккустической гитары, чувствовалась некая пустота. Подойдя к столу, мужчина взял листочек и снова пробежался по тексту недавно написанного стихотворения. Посмотрел на часы: 11:10. Время ещё есть. Рихард взял гитару и, сев за стол, начал пробовать наложить музыку на стихи. Получалось не особо, по правде говоря, но он продолжал пытаться. Хотелось не просто рассказать стих, а пропеть его, порадовать Пауля нежной мелодией.       Потеряв счёт времени, Рихард не заметил, как наступило 12:00. Звонок в дверь. А вот и Пауль.       — Ну что, готов? — спросил мужчина на пороге.       — Да, только майку переодену на более тёплую кофту. Подожди меня пару минут.       — Давай, я пока вещи в машину отнесу. Пластинки кстати взял?       — Взял, взял, не переживай.       Ландерс взял сумку и гитару, и пошёл в машину, через пару минут за ним спустился Рихард. Они оба сели в атво и, отъехав от паркинга, до выезда из города ехали молча. Пауль сосредоточенно вёл машину, а Круспе смотрел на мелькающие за окном дома.       — Можешь поспать немного, дорога бужет долгой.       — Долго, это сколько?       — Часа четыре не меньше.       — Это что за место такое, куда надо ехать аж четыре часа?! — воскликнул Круспе и всплеснул руками.       — Тебе понравиться.       Гитаристы начали обсуждать разные темы, а на половине дороги Рихард уснул. Накрыв его своим плащом, Пауль улыбнулся. Редко можно было увидеть спящего рядом Круспе. Он такой красивый… Интересно, что ему снится? Ландерс искренне надеялся, что только сладкие и добрые сны.

***

      — Проходи, распологайся, — сказал ритм-гитарист, открыв двери в дом. — Добро пожаловать в мою небольшую крепость на Хиддензе.       — Ну ты даёшь… — Рихард огляделся. — Так красиво! На дом охотника похоже.       — Да, люблю такой стиль. Давай сумку. Иди посмотри дом, можешь принять душ, а я пока приготовлю нам ужин, всё-таки уже половина шестого вечера.       — Хорошо, — Круспе кивнул. — Зови, если нужна будет помощь.       Пауль ушёл на кухню, а Рихард отправился исследовать дом. Он был небольшой, в два этажа: на первом находилась ванная, кухня, небольшая библиотека и зал. Около шести комнат на втором этаже, где так же была ванная комната. В зале висели два оленьих черепа, а над входной дверью рога лося. По всему дому были развешены фотографии дикой природы и животных, и что ещё приятно — был запах свежего дерева. В зале стоял большой красивый диван напротив камина и ковёр с узорами индейцев. Уютно, со вкусом. Рихарду однозначно здесь понравилось.       Заглянув на кухню, он увидел стоящего у плиты Ландерса в светло-коричневом фартуке. Мужчина что-то мешал в сковородке параллельно нарезая твёрдый сыр.       — Что готовишь? — спросил Круспе и заглянул черёз плечо Пауля.       — Пасту карбонара. Любишь ведь?       — Люблю, конечно. Кстати, здоровский дом.       — Хах, спасибо, — Пауль улыбнулся и вытер руки полотенцем. — Построил в нулевых… Приезжаю сюда частенько, чтобы перезагрузиться. Помогает, кстати, особенно если прогуляться у моря.       — Ты ведь построил его недалеко от пляжа?       — Дикого пляжа, если быть точнее. Дом на окраине, так что тут почти нет людей, и это хорошо — не нужно напрягаться, что ты можешь засветиться, и твоё фото сразу же сольют в интернет.       — Это да… Может, помочь?       — Да, давай, — кивнул Ландерс и отошёл немного, чтобы Рихарду хватило места. — Сейчас добавим сыр к бекону и зальём сливками, чтобы получился вкусный соус. Ты доделай его, а я пока макароны поставлю.       Круспе послушно выполнил указания Пауля, хотя и без того знал, как готовить карбонару. Гитарист иногда кидал короткие взгляды на Ландерса, ведь сейчас он был чертовски сексуален — синие джинсы с чёрным гольфом, подкатанные рукава, бородка, серьга в ухе, фартук… Он ещё и встал в интересную позу: одну руку положил на бедро, а второй держал полотенце упершись нею в столешницу.       «Не о том думаешь» — пронеслось у Рихарда в голове, тогда он вернулся обратно к соусу.       Через пару минут ритм-гитарист слил воду с макарон и залил в кастрюльку соус. Пахло божественно. Глядя на вкусный ужин, Круспе облизнулся, хотелось поскорее всё съесть.       — Я сейчас схожу в душ, пока оно остывает, хорошо? — сказал Пауль снимая фартук. — Накроем в зале, у камина поужинаем.       — Как скажешь.       Супер! Ландерс ушёл в душ, а это прекрасная возможность накрыть стол самому.       Найдя подсвечники на верхних полках на кухне, Рихард поставил их с двух концов стола, а в них длинные белые свечки. Взяв две тарелки, он насыпал карбонару и сверху украсил листиками мяты. Посмотрев на накрытый стол, мужчина задумался.       — Чего-то нехватает… — пробормотал он и, увидев на комоде старый проигрыватель пластинок, понял, что может скрасить этот вечер.       Услышав, что вода на втором этаже выключилась, Круспе быстро настроил проигрыватель и, поставив пластинку, улыбнулся. Спасибо Тиллю за подаренный «The Time of the Oath», этот альбом прекрасно дополнит вечер.       На лестнице показался Пауль. Увидев его, Рихард улыбнулся шире.       — Риш, не нужно бало так спешить… Ты даже музыку включил.       — Всё для тебя, солнышко, — гитарист притянул Ландерса за талию. — Камин я тоже растоплю.       — Тогда я возьму бокалы и вино.       Круспе начал разжигать камин, а ритм-гитарист отправился на поиски вина. Когда Рихард закончил, Пауль вернулся с бутылкой белого Рислинга. Мужчина улыбнулся и поджёг бумагу в камине. Почувствовав лёгкое тепло от маленького огонька, Круспе оставил его разгораться.       Пауль сел за стол, а Рихард разлил вино по красивым бокалам. Сев напротив Ландерса, он зажёг свечи и улыбнулся.       — С днём влюблённых? — спросил гитарист и поднял бокал.       — С днём влюблённых, — сказал Пауль, улыбаясь, и отпил вино из бокала.       — «Рислинг» всё же интересное вино, — Рихард подставил бокал под свет и немного взболтал жидкость.       — Оно одно из моих любимых, — Пауль положил в рот вилку карбонары. — Мммм… Соус восхитителен. Ты при мне его готовил, но такой вкус не могут дать бекон, сыр и сливки. Что ты туда подмешал?       — Секрет, — Круспе улыбнулся и ещё глотнул вина.       Мужчины начали обсуждать разные темы, абсолютно неожиданные для них самих. Они не заметили, как начали вторую бутылку Рислинга и перешли на диван. Когда заиграла последняя песня альбома, Рихард встал с дивана и протянул руку Паулю. Ритм-гитарист взялся за мягкую ладонь Круспе, и они закружились в танце.       — Я не очень хорош в медленных танцах, — у Ландерса появился лёгкий румянец на щеках.       — Просто старайся успевать за моими движениями, — сказал Рихард и, положив руку на талию Пауля, прижал к себе. — Я поведу.       Зрительного контакта Пауль не выдержал: отвёл смущённый взгляд в сторону. Мужчина чувствовал, как горят его щёки, и он молился, чтобы в штанах не стало тесно. У Рихарда это вызвало самодовольную ухмылку и, наклонив голову чуть ниже, он обжёг своим дыханием шею Ландерса.       «Держись, Пауль, держись!» — думал про себя мужчина, стараясь не смотреть на столь манящие губы Круспе.       Начался припев и лид-гитарист начал немного подпевать. Движения стали более чувственные, в них пылала страсть, а между мужчинами всё больше и больше разгорался огонь.       — Forever and one, I will miss you,       However I kiss you yet again,       Way down in Neverland,       So hard I was trying,       Tomorrow, I'll still be crying,       How could you hide your lies?       Your lies! *       Рихард закружил Пауля под чувственное гитарное соло и посмотрел в его серо-голубые глаза. Они прекрасны… Было почти невыносимо смотреть в них, Круспе не мог больше сдерживаться.       Опустив руки на талию Ландерсу, он приблизился и поцеловал его. Пауль закрыл глаза и взявшись за шею Рихарда, ответил на поцелуй. Сейчас плевать абсолютно на всё: на Марго, на сказанные ранее слова про здравый смысл, на весь мир. Хотелось взять Ландерса прямо здесь и сейчас. Лид-гитарист углубил поцелуй, сделал его напористым, но нежность никуда не пропала. Как это было сладко… Пауль понял — так может целовать только Рихард, и никто больше. У Пауля слетела крыша окончательно, и, нырнув руками под футболку Круспе, он начал водить по кубикам пресса и рельефным мышцам груди. Лид-гитарист немного вздрогнул и повёл Ландерса на второй этаж, по пути снимая одежду. Временами приходилось прерывать поцелуи, чтобы набрать в лёгкие воздуха, которого не хватало.       Дойдя до кровати, Рихард навис сверху ритм-гитариста и взглянул в его глаза, такие прекрасные и глубокие… Он начал целовать шею Пауля, спускаясь к ключицам и груди. Ландерс тихо постанывал, и запустил пальцы в чёрные, как смоль, волосы лид-гитариста. Круспе снова посмотрел в глаза Паулю и ухмыльнулся. Решимость и желание — вот что в них было видно. Нехотя, но Рихард оторвался от красивых ключиц любимого и, налив немного смазки на пальцы, начал осторожно растягивать Пауля, боясь причинить ему дисклмфорт. Тот простонал и чуть выгнулся в пояснице, тем самым идя Круспе навстречу.       Когда Ландерс был хорошо растянут, Рихард надел презерватив и аккуратно вошёл. Пауль ахнул и немного сжал волосы на затылке лид-гитариста. Тот дал привыкнуть любимому к своей плоти внутри себя, а затем начал медленно двигаться, потихоньку набирая темп. Пауль стонал и выгибался, получая удовольствие. Было невероятно. Потрясающе. Рихарду чужда нежность в сексе, но чёрт, эта нежность идёт ему намного больше… В этот момент, Ландерс понял, что секс с лид-гитаристом — это самый лучший и единственны секс, от которого хотелось получать удовольствие. Рихард откинул голову назад и прикрыл глаза — он окунулся в чувство эйфории. Столь сладко и приятно… Капельки пота стекали по вискам и капали либо на живот Пауля, либо стекали по мышцам Круспе.       Кончив и выйдя из Ландерса, гитарист рухнул рядом с ним и пытался нормализовать дыхание. Рихард притянул Пауля к себе, и поцеловал его в макушку. Их тела горели от страсти, которая так же пылала в их душах.       Круспе чувствовал себя спокойным, он позволил себе забыть о проблемах и отдаться желаниям. Эта ночь многое изменит в будущем, и изменила уже в настоящем.