В плену фантазии

Мир Августа давно сомкнулся до одного человека, он всю жизнь считал, что будет волочить свое жалкое состояние в кругу безумно богатых людей и девушек не совсем нравственных. Вся жизнь – это бесконечная борьба, череда врачей и ученых, которые пытались разгадать загадку его выживания. В своей жизни, казалось, Хольт был готов услышать все, или почти все. Вечер начинался как обычно, Алекс, сославшись на прогулку, уехала в город. Август старался не ограничивать ее в передвижениях, он любящий мужчина, хоть и самую малость параноик. Закончив с делами, слишком рано, как ему показалось, Хольт спустился в спортзал, надо было размять затекшие мышцы и выпустить накопившуюся энергию. Тренировка кипела, стены помещения давно приобрели характерный запах пота и горелой проводки, Август привык, хорошо, что никто из его окружения не позволял себе шутить по этому поводу. С очередным разворотом, Август замечает Алекс, что скромно сидит на низенькой скамейке, нервно сжимая в руках бутылку с водой. — Дорогая? – удивлённо спрашивает мужчина, теряя весь спортивный запал перед нежностью ее лица. — Давно тут сидишь? — Нет, не очень, минут десять, - сбивчиво отвечает девушка. Хольту это не нравится, что-то в ее поведение выбивает его привычный контроль из колеи, он минует ограду, оказываясь рядом с ней в считанные секунды. — Что-то случилось? Алекс медленно качает головой, протягивая ему бутылку воды. Август делает пару жадных глотков, до этого он и не замечал, как вымотался. — Милая, - он закручивает крышку и отставляет бутылку. — Когда ты так загадочно молчишь, мне становится страшно. Поговори со мной. Девушка медленно выдыхает, цепляясь тонкими пальцами за деревянную поверхность скамейки, адреналин зашкаливает, и она сама не может поверить в те слова, что ей предстоит произнести. Хольт смотрит выжидающе, и слова срываются с ее губ, медленно осев на полах спортзала. — У нас будет ребенок, Август, я беременна. В себя Август приходит уже в больничной палате, знакомый писк аппаратов, словно жужжание назойливой мухи, раздается над его ухом. Люди в белых халатах мельтешат по комнате, пока зрение пытается сфокусироваться на знакомых предметах. — Алекс, - хрипит Август, где его жена? — Мистер Хольт, - кто-то из врачей испуганно подбегает к нему, когда рука мужчины тянется снять один из датчиков. — Пожалуйста, не вставайте, мы еще .. — Со мной все в порядке, - огрызается он, пытаясь встать, в данный момент ему нужно быть не здесь. — Мистер Хольт, - какой-то из них, что возомнил себя главным, встает у двери, мягко и ненавязчиво пытаясь донести до мужчины смысл своих слов. — Мы.. — Отойди, - почти рычит Август. — Вам ли не знать, что случается с теми, кто встает у меня на пути. Всю дорогу, что Август проделывает от больничного крыла к их спальне, в его голове кручатся слова Алекс. Он слишком уверен, что она в комнате, чтобы рассматривать другие варианты, чутье его не обманывает, когда завернув за угол, он видит Отто у двери. Первым приходит облегчение – Алекс в порядке, и его походка становится чуть бодрее. — Мистер Хольт, врачи уже отпустили вас? – Шрайбер не кажется удивленным, если только слегка. — Они работаю на меня, и порой я вправе диктовать им свои условия, отойди, Отто, - он замирает перед своим охранникам, ожидая, что тот тут же откроет ему путь. Но Отто не сдвинулся с места, продолжая изображать из себя статую, разве что, говорящую. — У меня есть ваш приказ, защищать мисс Алекс, - напомнил он. — Ты .. - на лице Августа отразилась боль вперемешку со злостью. — Ты думаешь, я могу причинить боль своей любимой женщине? — Я перестраховываюсь, - уклончиво произнес Отто, мощной фигурой загородив проход. Август выдохнул, медленно, как его учили на уроках медитации, Алекс полюбила йогу, и теперь часто проводила его домашние тренировки. Он и представить не мог, что творилось в чужой голове после этого известия, Хольт до конца не понимал, что творилось в его собственной, лишь одна мысль, что пульсировала красным - ребенок, у них с Алекс будет ребенок. — С ней все хорошо? – тихо спросил Август, будто бы сдаваясь, ему до сих пор чудился запах горелой проводки, или не чудился. — Мисс Алекс в порядке, врачи сделали ей успокоительный укол, - отчитался Шрайбер. — Это не навредило ребенку? – испуганно поинтересовался мужчина. Правая рука, наконец-то, позволил себе улыбнуться, кажется, кто-то превращается в курицу-наседку раньше времени. — Врачи заверили, что угрозы для плода нет. — Не говори так, - Август скривился, плод – какое ужасное слово. — Это ребенок, Отто. — Сэр, - мягко, насколько мог, произнес Шрайбер, раньше таким тоном он говорил только с Алекс и Мико. — Вам нужно отдохнуть. Хольт присел рядом с дверью, собственный охранник не пускает его в спальню, какой абсурд, но в тоже время, он был благодарен Отто, да, после все диагнозов, что за его недолгую жизнь накопилось на увесистый медицинский справочки, он и не мечтал, что станет отцом, по крайней мере, так утверждали врачи, а вот теперь, там, в спальне, живое доказательство, что медицина ошибается. Измена, это последнее, в чем Август мог бы заподозрить Алекс. — Я плохо засыпаю без нее, - признался Хольт, а сегодня ему как никогда требовалось ее присутствие. — Я вас туда не пущу, - упрямо произнес Отто. — Безопасность Алекс – мой приоритет. — Спасибо, Отто, спасибо. Утром Алекс будит горничная в сопровождение Отто, врач рекомендовал ей постельный режим, хотя бы ближайшую неделю. — Как Август? – первое, о чем интересуется девушка, беря в руки стакан воды, от одного вида овсяной каши ее тошнит. — Все хорошо, его жизни ничего не угрожает, - ответил Отто. — Он за дверью. — Почему за дверью? – шепчет Алекс. Неужели, он ей не поверил? Что-то не так? Страх, противный и липкий, забирался под ребра. — Я решил дать ему время собраться с мыслями, если вы готовы, я позову мистера Хольта, - Отто смотрел ей в глаза, а казалось, что заглядывал в душу. — Да, пожалуйста, - дрожащими руками, Алекс пытается справиться со стаканом, вид бледного и заспанного Августа заставляет сердце невольно сжаться. — Август.. — Милая, - мужчина рванул к кровати, бегло осмотрев ее лицо, ему самому надо было удостовериться, что с ней все хорошо, а самое важное, что Алекс жива. — Я так испугалась за тебя, - шепчет девушка, вцепившись в плечи мужа. — Прости, прости, что заставил тебя волноваться, - а затем подавляет, скорее исправляя свою речевую оплошность. — Вас. Рука Хольта медленно скользит вниз, касаясь ее живота, ему бы уже сейчас хотелось уловить какое-то шевеление, чтобы кто-то маленький дал о себе звать, а Август ответил ему «эй, все хорошо, твой папа здесь», но рано, еще слишком рано. — Милая, повтори это еще раз, пожалуйста. Алекс улыбается, кладя свою руку поверх его. — У нас будет ребенок, Август.