Моим смыслом

— Я не уверена, Марина Владимировна, что мне всё это надо. Мы с вами в разных возрастных категориях, так сказать. К тому же, я привыкла работать в плановой медицине. Посидев у вас в приёмной и посмотрев на вот это вот… — Женщина замолчала, откинула нижнюю частью кресла и села. После железного трона этажами ниже, обивка показалась ей просто чудесами изобретения человечества.   — Так я именно поэтому вас и пригласила, Ирина Алексеевна. Вот этому всему совсем не помешает немного планового порядка. — Марина ненадолго опустила глаза в пол, что давало ей передышку от каменного взгляда. — У меня, не скрываю, нет опыта на руководящей должности. Я практик, — она сделала усилие и одарила врача плановой медицины вялой, но улыбкой, — поэтому вот именно такой человек как вы очень мне сейчас нужен.  — Неужели Зименская прямо так меня и рекомендовала? — Не сдержавшись, Павлова улыбнулась в ответ, но тут же отвернула лицо в сторону.       Обговаривались завершающие детали. Задав ещё несколько вопросов, ради приличия, Ирина Алексеевна, потупившись, спросила о зарплате: «Только назовите максимальную сумму сразу, чтобы я понимала, почему ухожу из Бурденко».          Марина просияла от мысли, что вот он, её новый заместитель, прямо перед ней, но капли сомнения ложились на уверенность. Этот её акт — практически ­— убийства, со съехавшим с катушек пациентом, немного взбодрил голову, но вернувшись обратно в зал, всё встало на свои места, захотелось прилечь, от чего её фразы во время диалога звучали не так уверенно, как обычно. Недавняя смерть отца отразилась на ней гораздо глубже, чем она представляла. Документы, захоронение, наследство – всё не давало ей спать многие недели. Возвращаясь в квартиру поздними вечерами, она раскладывала бумаги в кабинете, которым служил балкон, открывала бутылку вина, закуривала сигарету и смотрела в даль какое-то время, чтобы разгрузить голову и носящиеся в ней мысли. На работе из-за новой должности она стала чуть строже, а если быть точнее, то пыталась быть строже. Роль эта высасывала из неё последние силы и жизнь шла на автопилоте. Масла в огонь подливали частые столкновения с Олегом, которые ковыряют только затянувшиеся раны. «Тебе нужен выходной, Марин. Не такой, в который работаешь из дома, а настоящий. Ты хоть помнишь, что это вообще такое? Когда ты в последний раз спала хотя бы до десяти?» — Разговоры с самой собой разряжали обстановку и убивали звенящую тишину квартиры, звуки телевизора уже давно действовали ей на нервы.          После продолжительной и плодотворной беседы, Ирина Алексеевна, пребывая в своих мыслях, нажимает на кнопку лифта, подумывая о том, как солидно табличка с её инициалами будет смотреться на двери кабинета. Нет, правильнее будет сказать, на двери ЕЁ кабинета.«Что же, условия тут не хуже, чем на прежнем месте. Мне будет полезна смена обстановки и выход из зоны комфорта». Тем временем двери лифта медленно разъехались в противоположные стороны. Внутри оказалась Нина, которая любит поговорить. «Вам вниз?» — «Вниз-вниз». Оглядевшись по сторонам, женщины быстро переглянулись. «Боже мой, только давайте без разгово…», но не успела она отправить сигнал в космос, как Нина задала первый вопрос: — Вы будете у нас работать? — Улыбка, совершенно искренняя, была направлена на собеседницу. Папки, которые она держала в руках, придавали смешной вид.  — Я не знаю, — Павлова лишь мельком посмотрела куда-то вглубь, скрестив руки на груди. —пока вопрос решается. Сумка, которая уже не казалась такой тяжёлой, как утром, оттягивала одну из рук ниже, от чего строгость фигуры рассеивалась.  — А чего вы? Давайте к нам. У нас шикарный коллектив, дружный, даже весело.        Тембр голоса пошёл на пользу новой коллеге, поэтому настроение у Ирины Алексеевны поднялось ещё выше. «Давно так весело и легко на душе мне не было, надо же, а ведь всего час назад мне хотелось её стереть с лица Земли». Наконец лифт остановился на первом этаже и обе вышли из лифта.  — Советуете? — Вопросительно посмотрела на Нину одним глазком, контролируя походку и снова скрещивая руки.  — Правда, я ж лицо незаинтересованное. — Женщина с папками лёгкой походкой шла на свой пост.  — Начальство у вас как? — Начала прощупывать почву Павлова, раз выдался такой подходящий момент.  Нина рассказала о том, что начальство у них просто волшебное: завотделением прекрасный человек, отличный хирург – Пастухов, а главврач только заступила на свою должность. «Что-то в этой Нарочинской есть. Чуть не убили, а она собралась с силами и поговорила со мной как ни в чём не бывало. Не простой человек, однако»       «А можно я некорректный вопрос задам?» — Дубровская перехватила папку с бумагами поудобнее. «А задавайте» — Собеседница подхватила тон разговора.  ­­— Слушайте, вы у нас на полную ставку или как?  — Я не знаю. — Рассмеялась та.— Кстати, как вас зовут? — Скрещенные руки облокотились на стойку ресепшена и завотделением ненадолго высвободила одну ногу из туфли.  — Нина! — Наконец удалось избавиться от тяжёлых папок, которые оставили на сгибах локтей красные следы. Рука сама собой протянулась в сторону новой знакомой.  — Очень приятно. Ирина Алексеевна. — Сильной хваткой обхватив руку Нины, вырвалось из уст тёти, которая с каждой минутой становилась всё добрее и приветливей.          Хотелось поговорить ещё о чем-нибудь, ведь не каждый день приходишь оформляться в неотложку, но из кареты скорой тут как тут появился новый пациент. «Снова этот харизматичный мужчина без шевелюры. — Пронеслось в голове. — Не могу понять, чего он ведёт себя как шут? Тон такой приятельский с каждым встречным. Возьму его на вооружение. — Она автоматически прошлась от макушки до пят, будто сканируя объект». Ловить тут было больше нечего.