Моим смыслом

      Всхлипы прекратились. Положив руку на талию, – это стало привычкой начальницы – та распустила свободной рукой свою причёску. Они стояли неподвижно. Ира рассказала всё о сегодняшней выходке мужа, упомянула Артёма, который взял и предал её. «Накупила нам с сыном кучу всего к столу, но пакеты остались в квартире. Я не могла больше видеть эту пьяную физиономию перед собой и молча ушла». Телефонный звонок заставил обеих вздрогнуть. На экране крупными буквами было написано «Коля». Павлова взяла телефон в руки, отшвырнула в неизвестность и села на диван.  — Марина…Владимировна, вы говорили про оливье. — Нос не дышал. — Давай поедим? До первого января ещё час, нам нужно чем-то заняться. — Полудохлая улыбка.  Нарочинская села рядом и положила голову на ноги Иры, поглаживая рукой коленную чашечку.  — Может перейдём уже окончательно на «ты»? — В голосе слышались нотки недовольства. — Эти постоянные скачки такие странные. Детский сад. Когда мы вдвоём, то обойдёмся без отчества, хорошо? Ира слабо кивнула и сжала горячие руки посильнее. Молчать вместе им нравилось не меньше, чем говорить. Вздохнув полной грудью, Марина впилась ногтями в колено и тихо начала:  — Я не знаю, как мне поступить со всем этим. Всё запуталось в голове. Мне противно от мысли, что приходится скрывать от Олега сухой факт того, что я к нему ничего не чувствую. Нет, что-то чувствую, но это больше похоже на привычку. Мы ссоримся, отдаляемся, а потом снова бежим друг к другу. Не отношения, а чёртовы качели. Постоянная головная боль от того, что будет дальше. Мне страшно, Ир. Я боюсь упустить жизнь, проживая её не с тем человеком. Он, наверное, специально не стал искать того, кто поменяется сменами. Стыдно за крики, но не получается их контролировать. Мне нужна была поддержка, а он уходил с головой в работу. И свои дурацкие шутки шутил так, будто всё хорошо.          Павлова слушала её с особой внимательностью и гладила по волосам. Ей тоже было страшно, но она не признавалась в этом даже самой себе. Руки повернули лицо, лежавшее на коленях. Ирина Алексеевна смотрела сверху вниз.  — Нужно время, чтобы всё наладилось. Ты много плохого в жизни повидала и как никто другой заслуживаешь счастья. Вне зависимости от исхода событий я всегда буду ждать твоего звонка, чтобы выслушать, будь то горе или радость. Поддерживать не умею, но быть рядом точно буду. На случай если телефон сядет, ты всегда можешь найти меня в кабинете. Зацепившись рукой о шею, Марина Владимировна немного привстала, а затем села к ней на колени. Юбка начальницы немного задралась, но Марина быстро поправила ткань. Мелкие следы от помады распускались на руках нейрохирурга, будто цветы. Красноватые маки. Ира убирала тыльной стороной руки мокрые пятна.  «Как же она прекрасна в этой растянутой кофте»   — Обещай мне больше не плакать в этом году, хорошо?  Ира стиснула девушку, вдыхая запах кожи. Её руки служили оградой от всех невзгод в мире.  — Ещё пятьдесят минут продержаться. Думаю, я справлюсь. — Щелчок по носу заставили Иру рассмеяться и крепче прижаться к плечу.  «Думаю, всю жизнь я искала её». — Нарочинская просияла.