A Woman Scorned

***

      Пока они плыли обратно на Драконий Камень, Давос и Арианна снова сблизились. Брат и сестра Дейн часто проводили вместе вечера. На второй день на борту Давос представил Арианну своим попутчикам как Элию Сноу, свою внебрачную кузину из Звездопада. При этом никто не подвергал сомнению единственное их сходство — глубокие голубые глаза. Кроме этого, Арианна выглядела как загорелая северянка, чем отличалась от брата с его дорнийскими чертами. Днем Давос проводил время с Эйммой, иногда к ним присоединялась и Арианна. Наедине они обсуждали самые разные темы, узнавая друг друга все лучше. Давос также наблюдал, как Эймма тренируется, не позволяя ей забросить уроки, даже если сам он пока не мог тренироваться с ней. Когда Арианна присоединялась к ним, Эймма слышала истории о детстве Дэйнов, часто она смеялась до боли в боку. Она тоже рассказывала им истории о своем детстве, по крайней мере, о счастливых днях до ее раннего замужества. Связь Арианны с Эйммой сложилась очень быстро, чего бывшая королева совсем не ожидала. Младшая леди смотрела на нее снизу вверх, что делало ее счастливой, конечно. Но и заставляло нервничать. Эймма не хотела, чтобы ее возводили на пьедестал… слишком боялась, что может разочаровать тех, кто ее туда поставил.Тем не менее, Эймме нравилось проводить время с Арианной. Ей нравилось наблюдать, как младшая Дейн исцеляется не только от внешних, но и от душевных ран, уплывая все дальше и дальше от Дорна. Однажды днем ​​Эймма спросила Арианну, что она собирается делать, когда они доберутся до Драконьего Камня. Давос повернулся к своей сестре, которая выглядела нервной, и одобрительно кивнул ей. Между собой они уже долго обсуждали будущее девушки. — Если это не слишком большая проблема, миледи, я хочу провести некоторое время на Медвежьем острове. — Нервно сказала Арианна. — Ты хочешь на Север? — спросила Эймма. — Да. Родственники моей матери заслуживают доверия, и мне… мне нужно время, чтобы полностью восстановиться. Я слышала, что жизнь на Севере тяжелая, но, может быть, это то, что мне нужно. Мне нужна твердость и суровость этого края, чтобы стать сильнее после моего… брака. Эймма сжала руки Арианны. — Я понимаю. Удели этому столько времени, сколько нужно. Я могу помочь с организацией, если хочешь. Арианна постаралась не вздрогнуть от внезапного прикосновения. Эймма заметила это и отпустила ее руку. Арианна благодарно кивнула с легкой улыбкой. — Когда я полностью приду в себя, я хочу вернуться на Драконий Камень. Я слышала, что у вас много проектов. В знак благодарности я хочу работать на вас, леди Эймма. В любом качестве, — застенчиво сказала Арианна. Эймма потрясенно взглянула на Давоса. Он с улыбкой пожал плечами. — Арианна хорошо умеет считать и выучила пять языков. Она может хорошо послужить, когда вернется, если вы не возражаете против клейма «незаконнорожденная». — Единственное, что не так с бастардами, это то, как их воспитывают. Это не вина детей, что родители трахались вне брака и они не должны быть за это наказаны. Почему септоны проповедуют такое, для меня загадка, — раздраженно сказала Эймма. С тех пор, как она покинула Красный замок, особенно после того, как она прочитала ту чертову книгу, Эймма задалась вопросом, чему Вера учила ее, когда она росла. Не все учения были плохими, но большинство из них были крайне сомнительными. Настолько, что она все чаще спрашивала себя, следует ли вообще знакомить Рейниру с учениями Семерых. Эймма постучала указательным пальцем по столу, задумавшись. Какой здесь был самый безопасный вариант для Арианны? Через мгновение она заговорила. — Проведи не менее двух лет на Медвежьем острове. Езжай туда, наберись сил. Может быть, нам повезет, ты потеряешь часть своего загара, и тебе будет легче прятаться на виду. Ты уже взяла имя Элия Сноу и заявила, что твоя мать с Севера. Будет лучше, если ты будешь выглядеть как северянка, когда станешь моей фрейлиной. Арианна улыбнулась Эймме. — Спасибо, моя госпожа, — ответила дорнийка, и Эймма кивнула. — Хотя я должна предупредить тебя, временами быть моей леди может быть трудно. У меня опасные враги, которые могут использовать тебя, чтобы навредить мне, — предупредила Эймма. В Красном замке был по крайней мере один человек, который будет не прочь убить того, кого он считает ублюдком, особенно, если это поможет получить то, чего он хочет. Темные глаза Арианны стали стальными. — Я Дейн. Мой брат, пожалуй, самый смертоносный человек в Вестеросе. Наша мать научила нас драться раньше… не волнуйтесь, леди Эймма. Когда я вернусь, я буду не только звездой, но и медведем с такими острыми когтями, что ваши враги падут, если перейдут мне дорогу. Даю слово!

***

      За два месяца отсутствия матери, Рейнира обрела новое понимание, как много та делает. Руководить Драконьим Камнем было трудно, особенно сейчас, когда происходило так много изменений. А еще обучение с Давосом, развитие торговли и воспитание дочери… Рейнира не представляла, какой изнуренной мать бывает в конце каждого дня.       Пока Эйммы не было, девушка старалась изо всех сил. Она была рада, что Солис остался, чтобы помочь ей. Принятие петиций и прошений, наблюдение за проектом строительства канализации и общение с лордами Узкого Моря — без молодого волантийца, Рейнира бы вряд ли справилась со всем этим. Принцесса не могла дождаться возвращения мамы домой. Она вздохнула и потянулась, а затем помассировала основание спины, чтобы хотоь немного унять растущую боль. Когда кто-то постучал в дверь, Солис, сидевший за своим столом, открыл. Она не слышала, что сказали, но улыбка на лице Солиса, когда он повернулся к ней, заставила Рейниру встать. — Было замечено три корабля, моя принцесса. Один из них — тот, на котором Леди Эймма и ее спутники отплыли в Дорн. Они должны пришвартоваться в течение часа. — сказал Солис и усмехнулся, когда Рейнира выбежала из комнаты. Когда он догнал ее во дворе, конюхи уже готовили для нее лошадь. — Ты не слишком торопишься, моя принцесса? Час — это не так быстро, как ты думаешь, — дразнил Солис, и Рейнира игриво нахмурилась в ответ. — Мы можем поехать прямо сейчас, заодно проверим, как продвигается проект канализации и ремонт нового приюта. Вы сказали, что он будет готов к концу года, верно? Солис улыбался и кивал, пока они дожидались лошадей и забирались в седла. Рейнира выросла, пока Эймма отсутствовала. Если случится худшее и Эйммы не станет, принцессе не надо будет утверждать свою власть над Драконьим Камнем. За эти два месяца девушка сделала гораздо больше, чем велел ей долг. С его помощью они подготовили группу молодых людей для похода на Блошиное дно и уничтожения бойцовских арен. Бедных детей, которых заставляли сражаться для чужого развлечения, тайно отправили на Драконий Камень. Они были сиротами, и их привязанность легко было заполучить всего лишь добрым словом и сытной едой. Если даже здесь им не найдется уголка, Солис отправит их в другое место. Все, что им было нужно, это одобрение Эйммы.

***

      Рейнира стояла на причале, пока Эймма сходила с корабля. Не утерпев, она побежала к матери, которая, наклонилась вперед, чтобы схватить Рейниру в свои объятия. — О, мой маленький дракон. Моя милая девочка, — прошептала Эймма в волосы Рейниры, когда они обнялись. Пока была в Дорне, Эймма все время ощущала, будто часть ее отрезали, а теперь, с дочерью на руках, она вновь чувствовала себя целой. — Я была так напугана. Когда я услышала, что Вхагар преследовала вас, я хотела полететь за кораблем, но Солис остановил меня. Ты в порядке, да? — пробормотала Рейнира и отступила назад. Она осмотрела Эймму на наличие повреждений и почувствовала облегчение, когда ничего не увидела. Через мгновение Рейнира неловко огляделась, все еще держась за Эймму. — Где сир Давос? — обеспокоенно спросила она. Разве дорнийский рыцарь не вернулся? Он был в порядке? Он нарушил свое обещание? Как раз в тот момент, когда паника грозила обрушится на нее, сир Давос сошел с корабля, а позади него появилась фигура в плаще. Он говорил с таинственным человеком, пока шел к ней и Эймме. Рейнира отпустила мать и бросилась обнимать своего второго любимого рыцаря. Когда Рейнира столкнулась с ним, Давос быстро обхватил ее неповрежденной рукой с едва заметным ворчанием. Ноарея пригрозила, что заставит его носить повязку, если он будет плохо себя вести, но он не хотел показывать, что испытывает боль. Он улыбнулся, когда ее руки обвились вокруг его талии. — Здравствуй, моя маленькая Висенья. Рейнира покраснела и отступила назад. Она посмотрела на Давоса и заметила, что его правая рука перевязана. Ее глаза округлились. Это была единственная травма, которую она могла видеть, но их может быть больше. Что случилось? — Я в порядке, моя принцесса. Через две недели я должен вернуться к нормальной жизни, — Давос успокоил Рейниру. Он взял ее за плечо и подвел к Эймме. — Как насчет того, чтобы поговорить обо всем этом в замке? У меня есть кое-кто, с кем я бы очень хотел тебя познакомить. Рейнира кивнула и взяла маму за руку. Она нежно сжала левую руку Давоса и пошла к карете, которую организовала для них. — Я скучала по вам обоим. Я так рада, что вы, наконец, дома, — сказала она. Эймма улыбнулась и наклонилась, чтобы поцеловать Рейниру в щеку. — Мы тоже скучали по тебе, маленький дракон.

***

— Так вы говорите, что Давос Дейн, наш Давос, спрыгнул с дракона, чтобы убить другого дракона, напавшего на его родину? — недоверчиво спросил Солис. Он взглянул на дорнийского рыцаря, сидевшего рядом с женщиной с короткими темными волосами и красивыми голубыми глазами. Темно-синий пронзительный взгляд Давоса иногда устрашал, но на Арианне глаза того же оттенка лишь придавали очарования. Эймма согласно хмыкнула. Они только что рассказали, что произошло в Дорне, исключив подробности жестокого обращения с Арианной, но рассказав правду о том, кто она такая. Солис встал и подошел к дорнийскому рыцарю. Он осмотрел его, прежде чем снова выпрямиться. — Они тяжелые? — спросил он с серьезным лицом. Давос посмотрел на служителя с насмешливым замешательством. — Что? — Твои яйца. Они тяжелые? Потому что они должны быть сделаны из гребаной стали, чтобы ты мог творить хотя бы половину того дерьма, которое делаешь, — сказал Солис с серьезным лицом. Зал взорвался смехом. Давос держался за бок, который начал болеть. — Я слышала, что многие люди говорят о моем брате… Но ваш комментарий — лучший, — сказала Арианна. Давно она так не смеялась. Когда Давос успокоился, он покачал головой. — Я сделал то, что должен был сделать. Я не мог смотреть, как горит Солнечное Копье, и позволить Драконьему Камню сражаться против Дорна. Я слышал о ситуации с короной от Деймона… они бы не помогли нам, если бы Дорн взмахнул копьями. Солис мрачно кивнул, вспомнив, что было в Королевской Гавани, когда они поехали на свадьбу. — Ты прав. Теперь, когда мы начали торговлю с Дорном, у нас есть деньги, поступающие с одной стороны, и гарантия, что они не присоединятся к Триархии. Ну, во всяком случае, большинство из них. — заявила Эймма. — У нас есть враги в Дорне? — спросила Рейнира. — Потенциальные враги в Дорне. Мы просто должны очень внимательно следить за домом Джордейн. — Не Дом Дейн? — спросил Солис. — Мой брат думает, что Арианна мертва. Лишь мы четверо, Ноарейя и Лука, знаем правду. Обычно я бы сказал, что это слишком много людей, но я знаю, что никто из нас не станет разоблачать Арианну. — Леди Арианна останется здесь? Драконий Камень безопасен. Если кто-нибудь попытается навредить ей, я скормлю их Сиракс, — предложила Рейнира. Арианна улыбнулась принцессе благодарно. — Арианна собирается на Медвежий остров. Она сказала, что ей нужно время, чтобы исцелиться, и оно у нее будет. После этого она будет служить моей фрейлиной. Отныне она Элия Сноу. Ее мать с Севера, а отец из Дорна. — Но уместно ли иметь Сноу в качестве вашей фрейлины? — спросил Солис. Он достаточно пробыл в Вестеросе, чтобы знать, как сдесь осуждали бастардов. — Неважно, насколько это уместно. Если я захочу, чтобы она была моей фрейлиной, так и будет. Те, кто высмеивают меня за это… ну, я привыкла к тому, что люди говорят за моей спиной. — Сказала Эймма, пожав плечами. Пока они сидели в напряженной тишине, Рейнира откашлялась. — Я думаю, что, желание леди Ар… Элии отправиться на Север, возможно, к лучшему… — Рейнира замолчала на полуслове и взглянула на Солиса. — Что такое? — с любопытством спросила Эймма. Рейнира успокоительно вздохнула и выпрямилась. — Мы наладили торговлю в самом южном королевстве Вестероса. Дальше пойдем на Север, — сказала Рейнира. Эймма улыбнулась и кивнула. — Давай послушаем твой план, мой маленький дракон.

***

Королевская Гавань — Извините, Ваша Светлость, милорды… но здесь посыльный со срочным донесением, — сказал сир Кристон Коль, войдя в зал Совета. Увидел другого дорнийца в Красном замке, он понял, что что-то произошло. — Что бы это ни было, это может подождать, сир Коль. Малый Совет обсуждает важные дела. — Отто красовался. Его дочь, наконец, понесла, и они обсуждали проведение турнира в честь рождения наследника. — Конечно, Лорд-Десница. Тогда, может быть, его увидят первым, когда завтра у короля будет суд? — с тревогой спросил гвардеец. —Да, да. А теперь идите, сир Коль. — Визерис отпустил сира Кристона взмахом руки. Тогда ни он, ни Отто Хайтауэр не знали, что сильно пожалеют о том, что не выслушали этого человека сразу.       На следующий день перед Железным Троном встал дорнийец, вежливо поклонился Визерису и начал свой рассказ. Весь двор и (некоторые болтливые слуги) слушал рассказ посланника принца Кворена Мартелла о том, как леди Эймма Аррен прибыла в Дорн с торговыми целями, а потом туда же прилетела Вхагар. Когда прибыла старая дракониха, леди Эймма оседлала своего свирепого дракона Гаэлитокса с Мечом Зари, сиром Давосом Дейном, чтобы попытаться увести Вхагар от Тенистого Города и Солнечного Копья. Несмотря на то, что Гаэлитокс вступил в противостояние с Вхагар, но та успела одним вздохом Вхагар уничтожить часть Тенистого Города. Дорнийцы стреляли по ней из скорпионов, но потерпели неудачу. Когда леди Эймма и сир Давос Дейн увидели это, леди Эймма пролетела на Гелитоксе над Вхагар, а сир Давос спрыгнул со спины дракона, приземлился на голову Вхагар и вонзил свой меч в ее череп, убив зверя самой Висеньи. — Невозможно! Ложь дикого дорнийского дурака! — закричал Великий мейстер. Дорнийский рыцарь лишь закатил глаза. — Какая именно часть кажется вам невозможной? — Убить дракона мечом невозможно, — самодовольно сказал мейстер. — Говорят, вы, мейстеры, ученые люди… почему же вы тогда ведете себя как дурак? — заметил посланник. — Многие говорят, что драконы — это огонь, ставший плотью. Сталь прорезает самую крепкую плоть, особенно валирийская сталь. Рассвет может и не выкован из нее, он особенный. Клинок, выкованный из упавшей звезды, который не может сломать даже валирийская сталь. Он пронзил плоть Вхагар и вонзился в ее череп, после чего она рухнула на развалины Тенистого Города. Согласно сообщениям, именно леди Эймме пришлось вытаскивать Рассвет из Вхагар. Великий мейстер покраснел от смущения. Да как он смеет? Старик начал было говорить, но Визерис перебил его. — Что это значит для Дорна и Железного Трона? — Он не мог позволить себе воевать с Дорном. Может быть, если Драконий Камень извинится, этого будет достаточно… может быть, отправить туда Рейниру в качестве невесты. Принц Кворен вроде не женат… возможно, удастся заключить брак. Черт возьми, как его дед это сделал? — Ничего, Ваша Светлость. Насколько мы понимаем, Драконий Камень владеет всеми драконами. Леди Эймма уладила этот вопрос с принцем Квореном перед отъездом из Дорна. Я пришел только сообщить вам об этом. — Что ты имеешь в виду? — спросил Отто, пытаясь скрыть свой гнев. Как такое может быть улажено без ведома короны. Без его, Десницы, ведома? — Мне не известно, о чем они о чем договорились, лорд Десница. Но Дорн теперь находится в открытом торговом соглашении с Драконьим Камнем и островами Узкого моря, и леди Эймма была удостоена титула Друга Дорна, а сир Давос добавляет к своему титулу звание Свирепейшего Сына Дорна. — Сир Давос жив? — недоверчиво спросил кто-то. Он спрыгнул с дракона, чтобы убить другого дракона. Что за монстр этот Давос Дейн? Люди в зале громко шептались между собой. Отто и не заметил, как в один момент Давос Дейн стал живой легендой. — Да. Гаэлитокс поймал его в воздухе. Это было настоящее зрелище. — Я понимаю, — произнес Визерис. — Что с останками Вхагар? — Не знаю, я всего лишь слуга, Ваша Светлость. Дорнийец солгал, как ему было приказано. Принц Кворен не хотел, чтобы Трон знал, что у Дорна есть доступ к драконьей кости до последнего момента. — Я видел, как ее череп перевозили, когда леди Эймма ушла. Визерис задумчиво кивнул. — Поскольку моя задача выполнена, могу я попросить вашего разрешения, Ваша Светлость? Я возвращаюсь домой сейчас. Мой принц прислал письмо с подробным изложением всего, что произошло, — указал дорниец, которому явно не терпелось убраться поскорее из Королевской Гавани. Он был больше, чем просто посланник, и ему еще предстояло по возвращении на родину, восстанавливать Тенистый Город.       Отто попытался отклонить просьбу, но Визерис удовлетворил ее. К тому времени, когда Отто смог отправить людей на поиски дорнийца, того уже и след простыл. Он проклинал этот факт. В Дорне было так трудно заполучить шпионов! Отто направился к Башне Десницы. Он рявкнул, чтобы все слуги убрались, а потом устроил настоящий погром. Мебель была отброшена к стене, вазы разбиты, гобелены сорваны с перекладин. Но эта истерика не помогла погасить его гнев. Это было хуже, чем когда Лейна Веларион забрала Пламенную мечту. Когда он услышал новости после свадьбы, он приказал выпороть и изгнать хранителей драконов из Королевской Гавани. Как они могли позволить этой суке претендовать на последнего дракона в королевских землях? Теперь у них не было ни одного дракона, ни даже яиц. Вхагар была последней надеждой. Отто мечтал, что однажды Вхагар вернется и его внук станет всадником самого большого дракона в мире, но чертов дорниец положил конец этой мечте. Как, черт возьми, он должен был получить дракона теперь?

***

Ступени       Когда корабли с Драконьего Камня бросили якорь, Деймон был удивлен. У них все еще было достаточно запасов, чтобы продержаться следующие два месяца, если ничего не случится. Он и Эймма обсудили опасность перенасыщения их армии в начале войны. Это может вызвать случаи саботажа и мятежи, если они не будут осторожны. Караксес доставил его на остров, где разгружались корабли. Когда он добрался туда, Лейнор, исполнявший обязанности оруженосца, уже оживленно разговаривал с матросом. Увидев Деймона, мальчик бросился к нему. — Принц Деймон! Ты должен это увидеть! Леди Эймма прислала нам то, что может переломить ход этой войны! — воскликнул Лейнор, прежде чем побежать туда, где уже был открыт скорпион. Брови Демона удивленно приподнялись. Когда он путешествовал с Давосом, однажды ночью дорнийский рыцарь был очень пьян и рассказал Деймону о легендарном оружии, поразившем Мераксес и королеву Рейнис в Дорне. Давос рассказывал, как он пытался использовать один из них, пока его не нашла мать. Дорнийка подошла к Деймону в полном доспехе, поклонилась и вручила ему свиток. Демон взял его и увидел новую печать. Заинтересовавшись, он открыл свиток. Закончив читать, он повернулся к Лейнору и отдал пергамент Велариону. — Лети туда, где собирается военный совет, и передай это своему отцу. Ты был прав. Эймма только что прислала нам кое-что очень интересное. — сказал он с злобной улыбкой на лице. Лейнор побежал к Морскому дыму, чтобы последовать приказу Деймона. Девушка достала еще один свиток и вручила его Деймону. Он изогнул бровь. — Это от сира Давоса, мой принц. Он сказал отдать его после того, как вы увидите скорпионы. Он обучил 20 человек из нас, как их использовать. Мы проинструктируем людей, которых вы выберете, если вы не хотите, чтобы мы оставались здесь. — Сказала она, прежде чем поклониться и вернуться туда, где выгружали остальные орудия.       Свиток Давоса, в отличие от свитка Эйммы, рассказывал Деймону о том, что же случилось в Дорне. Когда он закончил читать, Деймон с трудом подавил искушение направить Караксеса в Тор и сжечь лорда Джордейна за его глупость. Деймон искушение прилететь на Драконий Камень и утешить Эймму тоже пришлось подавить. Он хотел увидеть Рейниру, которая, должно быть так испугалась, когда узнала, что произошло. Как бы он ни рад был нянчиться со своей племянницей, она была драконом. Рейнира станет такой же сильной, как мать. У нее не было времени распускать нюни — совсем скоро ей предстояло сыграть в Игру престолов. Деймон хотел увидеть Давоса. Придушить его за то, что осмелился убить дракона. Поблагодарить за то, что он предотвратил войну, в которой должны были сражаться Эймма и Рейнира. Ему хотелось ударить Давоса за то, что он осмелился полюбить Эймму, и поблагодарить его за то, что он принял ее такой, какая она есть. Он сказал своей сестре, что она должна выйти замуж по любви, а кто из мужчин лучше, чем Давос Дейн? Демон вздохнул. Тоску по семье и борьбу эмоций по поводу действий Давоса придется отложить. Ему нужно было подумать, как использовать свое новое оружие против Триархии, и в ближайшие месяцы послать делегата для найма наемников. Хотя он видел многих наемников из Эссоса, Деймон выбрал Железный Легион не только из-за численности, но и из-за их дисциплины. Они были превосходными копейщиками и лучниками, и пригодятся ему на Ступенях, К тому же, они могли легко доплыть из Пентоса до Тарта, где половина Легиона осталась бы в качестве резерва, а другая половина присоединилась к Деймону и его людям на здесь. Предстояло многое сделать. Деймон направился к дорнийцам, которые уже ждали его указаний. Он заметил, как они стояли и какой огонь был в их глазах. Он улыбнулся — Давос прислал ему воинов. Подойдя к скорпиону, принц положил руку на острый конец болта. — Ну что, начнем?