By the will of fate

До самого обеда двое омег общаются наедине, рассказывая разные истории. Наевшись свежих фруктов до отвала, они отправляют альф по своим делам, а сами неторопливо гуляют по поселению и делятся событиями из жизни. Сонхва, слушая Рапакса, подмечает, что тот выглядит довольно статно, да и внешностью не обделён: высокий рост, мягкие волосы цветом каштана, а в изумрудных глазах блестят уверенность и спокойствие. Возможно, у Хёнвона не было отбоя от ухажеров, и неудивительно, что он когда-то приглянулся старшему Вожаку. Хотя альфа тоже хорош собой, особенно, если брать в расчет его статус среди остальных Лесных Рапаксов. Многие омеги явно хотят быть на месте Хёнвона, как и альфы на месте Чангюна. Но, как узнал Сонхва, по кодексу Рапаксов — никто не смеет уводить пару от другого, только если она сама не захочет уйти. Поэтому, другие даже не думают их ссорить или рушить брак. — Чангюн добивался тебя три года?! — удивляется Сонхва, на что второй омега кивает. — Он настолько тебе не нравился? — Я знаю Чангюна с детства, и он раньше был тем еще разгильдяем, как и его младшие братья, — Хёнвон задумывается и глядит в небо, мягко усмехаясь. — Помню, он и Хонджун понаставили ловушек в лесу, в одну из которых потом угодили. Благо то была просто сеть, и они висели в воздухе некоторое время, пререкаясь между собой. Некора представляет сильных, временами серьезных Вожаков в такой ловушке, и улыбка невольно трогает его губы. — И почему же ты согласился стать его парой? — Многие с возрастом меняются, и Чангюн — не исключение. В какой-то момент я увидел, что он вырос, стал более серьезным и решительным. Даже став Вожаком, Чангюн все равно оберегал меня и заботился так, как никто другой, — омега еле ощутимо касается пальцами мягких лепестков цветка и поднимает уголки губ. — Но я все равно долгое время не воспринимал его намерения всерьез, и мне за это немного стыдно. — Представляю, как Чангюн был счастлив, когда ты согласился стать его парой. Рапакс прищуривается, глядя на Сонхва, и заинтересованно виляет бурым хвостом. — Ты говорил, что сбежал с брачного обряда, так как не хотел быть с кем-то по «предназначению», да? — Некора кивает и вопросительно смотрит на Хёнвона. — А ты уже нашел того, с кем хочешь быть до конца жизни? Сонхва уже хочет дать отрицательный ответ, как в мыслях всплывает образ Вожака, с которым у него в последнее время странные отношения. Омега так и не смог разобраться в своих чувствах, а уж в чувствах Хонджуна — тем более. Он попросту не знает, чего ожидать от альфы. — Сонхва, ты чего? — голос Рапакса выбивает Сонхва из мыслей. — Думаешь о Хонджуне? — С ч-чего ты взял?! — щеки омеги краснеют в цвет спелой землянике, на что Хёнвон мягко смеется. — Я настолько очевиден? — Для меня да, но вот для Хонджуна… Кто знает, что у него на уме, — весело фыркает Рапакс, заходя во дворик своего дома. Тут из дома выходит Хонджун и, заметив омег, слегка улыбается им. — Наговорились? — Вполне, — отвечает Хёнвон, глядя на альфу. — Еще погостите? — Хотелось бы, но нам уже пора возвращаться в поселение, — Вожак переводит взгляд на Сонхва. — Мы и так задержались здесь дольше положенного. Некора кивает в ответ, ведь им и впрямь нужно вернуться на свою территорию.

***

Легкий ветер обдувает черную шерсть омеги, что стоит перед рекой и глядит на свое отражение в воде. Преодолев большую часть пути, они решили сделать привал и восстановить силы. Сонхва вглядывается в себя, видя черную пантеру с грустным, несвойственным для хищника взглядом, отчего становится еще более невыносимо. Некора задумывается о том, насколько он и Хонджун разные. Они принадлежат разным Кланам, и с детства росли по тем правилам, что буквально являются двумя крайностями. — Сонхва. Омега поднимает голову и смотрит желтыми глазами на бурого волка, стоящего уже на противоположной стороне. Он невольно думает, что они как два берега одной реки, которым не суждено пересечься друг с другом. Сонхва принимает человеческий облик и, глядя на Рапакса, чувствует, что вот-вот готов заплакать. — «Нет, Сонхва…» — голоса старших раздается в голове, как гром среди ясного неба, — «Ты должен…» Омега зажмуривает глаза, пытаясь выбросить слова прошлого из разума, только получается это с трудом. — «Сонхва…» — облик брата появляется из ниоткуда, и его ладони тянутся прямо к Некоре, — «Сонхва, ты…» — Сонхва, — мягкий тон заставляет его распахнуть свой блестящий взгляд, пока талию обвивают чужие руки и прижимают к теплому телу, — Сонхва… Голоса вмиг затихают, по щекам стекают крупицы слез, но на душе становится спокойно и легко. Хонджун напевает омеге какую-то песню, слегка покачивает его в своих объятиях, окутывая теплом и защитой. Сонхва, вздрогнув, прикрывает глаза и вдыхает запах феромонов альфы. Запах леса, заставляющий успокоиться и забыться. — Сонхва, все хорошо, слышишь? — шепчет Вожак и, отстранившись, смотрит в блестящие глаза Некоры. — Слышу, — опустив уши, омега выдыхает и касается губами уст Хонджуна. Рапакс отвечает на поцелуй, чуть сжимая бока Сонхва, и мягко углубляет его. Губы Некоры немного соленые из-за слез, но все же такие мягкие и желанные. Так и хочется целовать их без перерыва. Омега ощущает легкий напор со стороны Хонджуна, отчего в нем еще больше приливает уверенности, а страхи прошлого будто и вовсе улетучиваются с каждым чувственным поцелуем. Оторвавшись от губ Сонхва, альфа смотрит на него теплым взглядом серых глаз, касаясь пальцами румяной щеки и стирая последнюю слезу. — Будь со мной, Сонхва, — в самые уста говорит Хонджун и глядит в желтые глаза, напоминающие ему яркие одуванчики, что словно дарят свет и тепло. Некора, смотря в уверенный взгляд Вожака, понимает, что альфа — тот, кто ему нужен, и от этой мысли становится так хорошо. — Буду, — с искренней улыбкой отвечает омега и вновь дарит Хонджуну поцелуй.