By the will of fate

— Хэй, Сонхва! — окликает названного Уён, наблюдая, как тот собирает спелые яблоки и груши в небольшом саду. — Пойдешь на поляну к детям? — Они там одни? — удивляется Сонхва, ставя плетенную корзинку на лавочку, где уже лежит достаточно фруктов. Ему в последние дни нравится проводить время в саду, ухаживать за фруктовыми деревьями и цветами. — Нет, Минджэ и Сумин обучают их охоте, — весело фыркает омега и склоняет голову набок. — Ну так что? — Я не против, только занесу корзину в дом. Некора заходит в дом Вожаков, который не так давно стал и его, и оставляет фрукты на подоконнике, чтобы они еще немного напитались солнцем. Только омега хочет развернуться, как его обнимают за талию и кладут подбородок на плечо. — Куда-то уходишь? — заинтересованно спрашивает Вожак, целуя Сонхва в шею и вдыхая феромоны с цветочным запахом. — Схожу с Уёном на поляну к детям, — кивнув, Некора поворачивается лицом к альфе и оставляет на кончике его носа легкий поцелуй, отчего тот, навостряя бурые уши, несдержанно улыбается. — Посмотрю, как Минджэ и Сумин обучают их. — Хорошо, а я сбегаю с Минги и Саном в соседнее поселение. — Что-то случилось? — Надеюсь, что ничего, — вздыхает Хонджун, все еще не выпуская омегу из своей мягкой хватки. — Скорее всего вернусь ближе к ночи. — Будь осторожен. Вожак на эти слова тепло улыбается и дарит Сонхва краткий поцелуй, а после заверяет, что все будет хорошо. Пара выходит из дома и расходится чуть ли не на пороге, так как им в разные стороны. Уён, заметив яркую улыбку и румяные щеки Некоры, шкодливо улыбается и шлепает своим темным хвостом по его заднице. — Уён! — Прости, не сдержался, — без доли раскаяния в голосе отвечает омега, смотря, как Вожак отдаляется по одной из тропинок. — Идем? Сонхва, потерев ушибленное место, кивает и ступает вместе с Рапаксом в сторону поляны. Омеги приходят к излюбленному месту, что усеяно множеством желтых одуванчиков, которые скоро станут белыми и смогут рассеять свои семена по воздуху. Ребята замечают, как двое молодых альф что-то объясняют детям, а те, на удивление, слушают их. Не то, чтобы ребята плохие наставники — просто младшие слишком любопытные и не всегда готовы сидеть на одном месте. Видимо, обучение охоте и впрямь интересно подрастающему поколению. Но, как только дети замечают идущих к ним омег, сразу же встают и бегут к ним, задорно смеясь и зовя старших. — Вы пришли учить нас? — спрашивает альфочка, навостряя свои волчьи ушки. — Нет, просто хотим понаблюдать, — с мягкой улыбкой поясняет Сонхва и по очереди смотрит на маленьких Рапаксов. — К тому же у вас уже есть прекрасные наставники. Дети активно кивают и возвращаются к двум альфам, а те продолжают давать им советы и обучать необходимым навыкам. Уён с Некорой, кивнув ребятам, садятся в тени большого дерева и смотрят, как дети, приняв облик зверей, начинают игриво охотиться друг на друга. — Мне кажется, или Минджэ какой-то… грустный, что ли, — произносит Уён, краем глаза смотря на Сонхва. — Я тоже заметил это, — вздыхает омега, глядя на чересчур задумчивого альфу, который даже не посмотрел на Некору, когда тот пришел. Минджэ уже полмесяца странно себя ведет по отношению к Сонхва: почти не смотрит на него, скрупулёзно отвечает на какие-либо вопросы и старается как можно меньше попадаться омеге на глаза. Некора сначала думал, что сделал что-то не то, но Кихён, с которым он поделился переживаниями, спокойно пояснил: «Влюбился он в тебя, Сонхва». — Серьезно?! — удивленно вскрикивает Рапакс и, прикладывая ладонь к губам, тихо произносит. — Тогда понятно. — Я хочу поговорить с Минджэ, но он постоянно увиливает от меня. Уён прищуривает глаза, а затем зовет к себе Сумина, взглядом давая понять Сонхва, что у него есть идея. Альфа, подойдя к омегам, наклоняется к Рапаксу, и тот что-то шепчет ему. Сумин с интересом смотрит на Минджэ, а затем с улыбкой кивает и, махнув хвостом, возвращается к другу. Альфа что-то говорит ему, и Минджэ, выгибая бровь, ступает куда-то в лес. — Давай, иди к нему! — Уён подталкивает Сонхва в сторону альфу. Омега встает и, благодарно улыбнувшись, быстрым шагом идет за Минджэ. Им необходимо поговорить, и сейчас альфа не посмеет уйти от разговора. Некора застает Минджэ сидящего на корточках, будто что-то ищущего среди маленьких цветков, и тихо кашляет, чтобы обратить на себя внимание. Альфа подпрыгивает от испуга и, оборачиваясь, хлопает глазами. — Сонхва? — Прости, что напугал, но нам нужно поговорить, — омега, выдохнув, ждет согласия от Минджэ. Альфа заметно хмурится, но все же кивает, садясь на мягкую траву, срывает ромашку и общипывает ее лепестки. — Минджэ, — Сонхва усаживается возле него, а тот даже голову не поднимает, — почему не смотришь на меня? — А должен? — хмыкает Минджэ, чуть съеживаясь, и продолжает срывать лепестки с цветка. — А почему нет? — Ты ведь теперь пара Вожака — моего брата. — И что? В вашем кодексе запрещено просто смотреть на занятых омег? — спокойным тоном спрашивает Некора. — Нам запрещено смотреть так, как это делаю я, — бубнит себе под нос Минджэ и, только он хочет сорвать очередной цветок, как омега останавливает его руку своей и слегка сжимает. Альфа, наконец, поднимает свой янтарный взгляд и смотрит в ярко-желтые глаза Сонхва. Он, видя мягкий взгляд омеги, чувствует, как в уголках глаз предательски скапливаются слез, а сердце больно ёкает. Минджэ понимает, что Некора все знает — знает об его чувствах к нему, и от этого становится еще более невыносимо с самого себя. Альфа хочет спрятаться от теплого взгляда Сонхва, который смотрит на него с искренней любовью, но немного другой. Не с такой, как он смотрит на Хонджуна. — Минджэ, послушай меня, — омега поднимается на ноги, утягивая за собой Рапакса, и тот послушно встает. Некора накрывает своими теплыми ладонями мокрые от слез щеки альфы и говорит мягким тоном, — ты обязательно, слышишь, обязательно найдешь своего омегу, в которого влюбишься еще сильнее, чем в меня. — А если не найду? Или вдруг, его кто-то уведет, как это случилось у Хосока, — дрожащим голосом произносит Минджэ и чувствует, как омега обнимает его, окутывая своим цветочным запахом феромонов. — Сердце Уёна выбрало Сана, и Хосоку пришлось с этим смириться. Но, к примеру, Чангюн ухаживал за Хёнвоном три года и, как можно заметить, добился от него взаимности, — уверенно отвечает Некора, поглаживая альфу по спине. — А Хонджун? — уже более спокойным тоном спрашивает Рапакс и слегка отстраняется Сонхва, чтобы посмотреть на него. — Хонджун завоевал твое сердце? — Да, — с улыбкой говорит омега, мотая черным хвостом. — У нас все вышло немного по-другому, со своими особенностями и моментами, но это не делает нашу любовь менее искренней. Минджэ, тихо шмыгая носом, понимающе кивает и стирает остатки слез. Его боль в сердце заметно утихла, на душе стало легче, и он поднимает уголки губ. — Вы с братом красивая пара, — говорит альфа, замечая, как у Некоры появляется заметный румянец, из-за чего негромко смеется. — Шкодник, — беззлобно вздыхает Сонхва и, навостряя черные уши, заметно напрягается. Рапакс резко замолкает, понимая, что что-то не так. Птицы перестали петь, хотя солнечный день в самом разгаре, и слышен только шелест листьев деревьев, который хоть как-то разбавляет странную тишину в лесу. Ребятам это не нравится, и они решают побыстрее вернуться к друзьям и детям. — Все в порядке? — шёпотом задает вопрос Уён, держа на руках уснувшего омежку. — Что-то случилось? — В лесу стало чересчур тихо, — поясняет альфа и на всякий случай пересчитывает детей. — Такого раньше никогда не было. — Надо возвращаться в поселение, — говорит Сонхва и, только он хочет позвать всех младших к себе, как замечает на другом конце поляны несколько темных точек. Альфы, навострив уши, смотрят в ту же сторону и прищуриваются. Незнакомцы, еще находящиеся достаточно далеко, медленно, но уверенно идут к компании. — Это еще кто? — беспокойно спрашивает Уён, покачивая ребенка на руках, и нервно мотает своим хвостом. — Они не из нашего поселения, — озадаченно произносит Сумин. — Они даже не Рапаксы, — Минджэ, удивившись, переводит взгляд на Некору, в глазах которого читается шок и непонимание. — Быть того не может… А незнакомцы, в облике зверей, все ближе подходят к компании, причем настолько бесшумно, что складывается ощущение, будто это просто чьи-то тени. — Сумин, Уён, отведите детей в поселение, — сглотнув, серьезным тоном говорит Сонхва, не сводя взгляда с надвигающейся угрозы. — Но… — Живо! — омега чуть ли не рычит, и альфа, моментально кивнув, обращается в волка. — Эй, малышня! Кто последний прибежит в поселение — тот склизкая улитка! — задорным голосом говорит Сумин, и дети тут же со смехом бегут в лес, так и не заметив незнакомцев. — Я сообщу Хёну и другим, — Уён, кидая беспокойный взгляд на ребят, также уходит в поселение, надеясь, что он быстро отыщет нужных Рапаксов. — Сонхва, нам тоже надо уходить, — Минджэ хочет увести старшего с поляны, но тот мотает головой и смотрит стеклянным взглядом на него, из-за чего усиливается волнение. — Поздно. Только альфа хочет задать вопрос, как позади него разносится чье-то тихое рычание, а к шее прикладывают острое лезвие. — Не рыпайся, волчонок, — рокочет незнакомый голос и сильнее прижимает оружие к горлу, — иначе будет хуже. Минджэ большими глазами смотрит на Сонхва, возле которого появляются два крупных Некоры, чем-то смахивающих на охотников, а сам омега глядит лишь на того, кто стоит перед ним. Возрастной альфа хмуро осматривает сначала Сонхва, а затем бросает темный взгляд на Минджэ, оценивая его. Несколько подошедших Некор все также находятся в обличие зверей и, навостряя уши, смотрят на округу. Сразу видно, что они не глупы и готовы к неожиданному нападению. — Сонхва, мы уже устали искать тебя, — вздыхает альфа и трет переносицу. — Я надеюсь, ты понимаешь, что… — Понимаю, наставник, — ровным голосом произносит омега и, опустив черные уши, прикусывает нижнюю губу. — Только, можно я хотя бы попрощаюсь. — Можно, но недолго, — кивает альфа. — И без выходок. Сонхва вмиг подходит к Минджэ, которого отпускает Некора, но остается позади, чтобы контролировать этих двух. — Сонхва, надо просто дождаться наших и тогда… — Нет, Минджэ, — шепчет омега, держа за плечи ничего непонимающего альфу, — если я не уйду, то они не оставят ваш Клан в покое. Некоры способны на многое, и я не хочу, чтобы кто-то пострадал. — Но как же ты, Сонхва? — в горле Минджэ скапливается неприятный ком, пока глаза застилает пелена слез. Он хочет помешать Некорам, но в душе понимает, что может сделать только хуже. — Минджэ, прошу, передай нашим, что я очень благодарен им за все, — Сонхва улыбается сквозь боль, не давая слезам скатиться по щекам. — И скажи Хонджуну, что я, не смотря ни на что, всегда буду любить его. — Сонхва… — но Минджэ не успевает договорить, ибо по его затылку ударяют тяжелым предметом, из-за чего он теряет сознание и падает на землю. — Жить будет, — равнодушным голосом поясняет Некора, смотря, как омегу охватывает паника. — Идем, Сонхва, — холодный тон наставника доносится до слуха Сонхва. Он, сглатывая ком в горле, прикрывает глаза и ступает возле альфы. Все принимают облик зверей, ибо так будет легче и быстрее добраться до гор, откуда когда-то сбежал омега. Сонхва думает, что судьба изначально решила ничего не менять в его жизни, а Хонджуна и других Рапаксов сделать мимолетным, но приятным мгновением.