Остаться человеком

Пока Рома вёл меня в лес, я видел, как Бяша скромно помахал нам в след и медленно поплелся к дому. Вырвавшись из хватки шатена я сравнялся с ним и оглядел острые и длинные сучья деревьев, напоминающие пальцы, которые так и норовят схватить тебя, когда ты отвернулся. — обнимаетесь так, как будто в последний раз видитесь. — недовольно пробубнил шатен себе под нос. — ну а кто знает, может это и так. Он мельком посмотрел на меня и в этих глазах читалось «никто нас не тронет». Это давало надежду, но далеко не веру. Ведь даже имея нож в кармане ты не всегда сможешь справиться тем, что нападёт. Внезапно на ум пришли слова лесной знакомой: — «Ты умён, да мы умнее. Хоть ты ловок, но мы ловчее. Ты силён, а мы сильнее». Давно я неё не видел, и это к лучшему. Мы бродили в лесу до глухой темноты, только луна освещала нам путь сквозь хищные ветки и стволы. Я ухмыльнулся, присев к сугробу, пока Рома осматривал округу. — Ром! — шатен тут же обернулся на меня — Смотри! Стоило ему подойти ближе, как в лицо прилетел комок снега. — Ой бля! Он смахнул с лица подтаявшие остатки снега и с хмурым, в тот же момент игривым взглядом устремился ко мне, загребая в ладонь кусочек сугроба. Я был готов к этому, тут же прильнув за дерево, пропуская выпущенный снаряд мимо. Создавая новый комочек, тело уже выглянуло из-за дерева, готовясь пустить огонь на поражение, как тут же рядом с лицом пролетела чужая ладонь, впечатывая снег даже под очки. Я принялся оттирать его, но в плечо и грудь прилетело ещё 2 снаряда. На линзах так и остались блестеть капельки воды, которые в таких условиях уже не уберешь. С улыбкой выдохнув, я поднял руки, признавая собственное поражение. С победоносным лицом Рома скрестил руки на груди, довольно смотря мне в глаза. Тело пробила морозная дрожь, но я бы не обратил на это особого внимания, если бы не внезапная тревога, что постепенно накрывала меня с головой. В ушах зазвенел до боли знакомый голосок: — Антоша-антоша, что-то ты о нас совсем позабыл Я беспокойно начал озираться по сторонам, пытаясь увидеть эту рыжую шкуру с прикованной к лицу маской, но её нигде не было. Словно она говорила со мной только в голове. — лучше пойдём, а то у меня не очень хорошее предчувствие… — я глянул на Рому и тот аккуратно кивнул, вновь становясь тем самым серьёзным парнем, которого я знал всё это время. Лисица замолкла, пока мы шли быстрым шагом в сторону моего дома, но не пройдя и половины пути я почувствовал колкую слабость, что погружала взгляд в пульсирующую темноту. Приглушённо я услышал треск, но не придал этому значения до того момента, пока Рома цепкими руками не дёрнул меня назад, что я чуть ли не повалился на снег. В метре от меня упало могучее дерево, с диким грохотом преграждая путь. — АЛЛО! — Мозолистые пальцы пощëлкали перед моими окулярами — ТЫ СОВСЕМ СТРАХ ПОТЕРЯЛ?! Я потряс головой, отгоняя усталость и виньетка медленно сползла с поля зрения. Но не успев до конца оклематься, позади раздался громкий скрип. Заторможено повернув голову, в глазах замигала лампа, что висела над железными дверьми, что были чернее ночи. В паре десятков метров возвышался гараж. Тот самый, после которого не только у Бяши начинает всё трясти в прикормку с дикими воплями, но и у меня внутри словно всё ошпаривает кипячёной водой. Рома крепко схватил меня за руку и оббежав дерево у рядом стоящего основания полетел пулей по нужной дороге. Но спустя пару секунд из-за нового ствола резко появилась рука с волчьей маской, которая так охотно впечаталась в лицо шатена. — БЛЯТЬ! — последнее, что вскрикнул Пятифан, уже через мгновение явившись предо мной игривым волчиком. Но он был молчалив и спокоен. Страх охватил меня с ног до головы, бегая из одной части мозга в другую. Я был готов зарыться в снег, бежать куда глаза глядят, лишь бы не видеть этих животных вновь. Мысли мешкались, искали оправдание происходящему, кричали, плакали навзрыд и рвались на куски, пропадая вовсе. — негоже от своих друзей бегать — лиса тихо хихикнула — сколько раз тебе повторять, пока мы рядом никто тебя не тронет) — ага. Сколько раз ты меня в эту ловушку заманивала такими фразочками?! И ладно вы меня не трогали, но что вы сделали с… Я осёкся, в горле появился ком вместе с выступившими слезами. Глаза уставились под ноги, а после и вовсе закрылись. Холодная рука в перчатке прикоснулась к моей щеке. Я сразу отдëнулся с отвращением, злобой и ненавистью уставившись на сочувствующие глаза бывшей спутницы в лесу. — Тошенька… Это было не по моей воле… Грусть и сочувствие в голосе заставили меня немного успокоиться. Но я не мог простить такого поступка никому. Брови вскинулись к переносице и из глаз начали струиться горячие ручейки. — для тебя я верну её… Мои глаза засияли изумлением и недоверием, а в груди билась надежда. Не уж то я вновь увижу её. Я вновь смогу прижать её к себе, сгрести в объятия и больше никогда не отпускать… Моя маленькая Оленька… — но учти, это всё будет зависеть только от самого тебя. Я не могу ничего гарантировать не зная как ты себя поведëшь в этой ситуации. — я сделаю всё что угодно! Лиса виновато отвела взгляд и медленно указала рукой на увесистые железные двери. Другого пути нет, я должен был подчиняться. Волчик побежал вместе с нами к гаражу и распахнув двери я зашёл туда, видя всех зверей в настоящем обличии. Пойдя через неосвещенный фонарём участок у выхода, я лицезрел, как за мгновение, без труда и криков, в отличии от первого раза, животные позади меня стали настоящими зверьми. — Хозяин, он с нами! Надменно глядя на меня, тот подозвал нас звериным когтем. Подойдя, Алиса положила мне на спину руку и поклонилась вместе с волком, заставляя повторить действие. Не успев поднять головы, мне под ноги прилетел кусок человечины. — ешь! — громко воскликнул хозяин, пока его голос рикошетом бился о стены. Сдерживая рвотный рефлекс я выдохнул и присел на колено. Вынужденно оторвал зубами кусок кого-то из посёлка. Горло наполнилось противным вкусом крови и с горем пополам я смог съесть это. Приходилось сдерживаться до невозможности, чтобы не вывернуть все свои внутренности через горло от настолько противных ощущений. — ничтожно — послышался совиный голос где-то сбоку. В голове закипала ярость и ненависть. Хотелось вцепиться ей в глотку и вырвать трахею со всеми голосовыми связками, чтобы больше никогда не слышать это существо. Лиса склонилась к моему уху и положив руку на плечо прошептала: — ешь до края. Через короткое время в желудке уже не было места. Я лишь отошëл от «угощения» с мутными глазами, пока звери набросились на него словно коршуны. Много времени не прошло, но я лишь смотрел на тех, пока Алиса не встала и не повернулась ко мне, подойдя ближе. — Теперь ты - один из нас, Тоша, но есть и одно условие… Мой немой вопрос она прочитала за считанные секунды. — Для медведя… Для лисы… —…Зайчик кушать принеси…— я кивнул на последнем слове и отвёл взгляд, осознавая всю пагубность собственного положения. — теперь живи по нашим уговорам и твоя сестра вернётся!) — лиса довольно хихикнула и повела хвостом. Сова лишь злобно посмеялась. В этом смехе читались все мысли… Я не позволю вновь забрать у меня её! НИКОМУ! Лиса отошла с довольной мордой и наблюдала за мной. — девчонка была вкусна! И раз уж у лисицы созрел план, то мне будет только в счастье вновь вкусить этого невинного существа) Я держался из последних сил, подняв на это перьевое убожество глаза фанатика. Я чувствовал, что они были как в моих кошмарах. Одержимые, почти белоснежные и сверкающие. Лишь серый контур мог различить их от белка, а зрачки были сужены до маленькой точки. Вся моя кожа словно покрывалась шерстью, а зубы как будто за миг стали острее ножей. Во мне пылали сотни бурлящих эмоций, что сливались в одно месиво, готовое поглотить всё на своём пути. На грани я крикнул по-звериному, хищно и звонко: — ЕЩЁ ОДНО СЛОВО И ВЫРВУ ИЗ ТЕБЯ ВСЕ ПЕРЬЯ, СДИРАЯ КОЖУ, А ПОСЛЕ ВЫВЕРНУ ТВОЙ КЛЮВ НАИЗНАНКУ, ЗАПИХИВАЯ ГЛУБОКО В ГЛОТКУ! Сова опасиливо отпрыгнула назад, смотря своими белыми глазами-фонарями куда-то рядом за мной. Мир размывался, а я видел лишь отчётливые черты животного, что убило единственного человека ради которого я существовал. Она вновь прикрыла глаза и надменно посмотрела на меня. — НЕ ВЕРЬ В БАЙКИ ЛИСИЦЫ, ДЕВЧОНКУ НЕ ВЕРНУТЬ! ТАКОЕ НИЧТОЖЕСТВО НЕ ВЫТАЩИТЬ ИЗ ГРОБА, В КОТОРОМ Я ВИДАЛА ВСË ЕЁ СЛАБОУМИЕ! Грань была разрушена, я не видел ничего. Лишь оттолкнувшись от пола, за мгновение я достал до совиной глотки, впечатывая животное в стену, уже готовый растерзать её, но меня остановил звук… Флейта… Она брала сознание в свои руки и заставляла отшагнуть назад. Меня взяли под локти и повели вновь к мясорубке, на которой возвышался хозяин. В его руках был костяной инструмент, что подавлял меня, распускал пыл и приносил спокойствие. Лапы волка и медведя отпустили мои и я лицезрел ужас. Мои руки больше не были руками, как и всё тело. Я стал жуткой особой, что была видимо гораздо-гораздо страшнее, чем все 4 подчинявшихся зверя. Они смотрели на меня с ужасом и восхищением. А я лишь мог заметить, что был выше каждого из них, что почти приравнивался к хозяину леса, когда тот встал с кровавого «трона». Мой взгляд остановился на лисе и она вновь ответила на мой немой вопрос, подойдя с 3 другими зверьми ближе… Окружая меня! — скоро ты всё увидишь… Скоро… Скоро… Скоро… Скоро… Последнее слово вилось в моей голове голосами каждого, оканчиваясь на трепещущем хозяине леса. Глаза мутнели, я больше не чувствовал своего тела, как и не видел ничего кроме ужасающей тьмы.