An Oddity. Странность

      После смерти матери Боруто стал чаще появляться у дверей Саске. Раз в неделю, может быть. Иногда больше, иногда меньше. Он мог оставаться на несколько дней, а затем появиться через несколько недель.       Саске взял за привычку каждую ночь оставлять свой ключ под ковриком на всякий случай.       Большую часть времени Боруто приходил без объяснений. Саске задавался вопросом, действительно ли он каждый раз ругался с Наруто.       Может быть, ему невыносима мысль остаться в доме, где убили его мать.       Саске не знал, рассказывал ли он Наруто о своем месте ночевки. Наверное нет.       Он не спрашивал. Саске не возражал против его присутствия. Они достаточно часто делили пространство во время их путешествий, чтобы беспокоиться или чувствовать себя некомфортно.       Нет, ничего такого.       Его голос и присутствие стали чем-то привычным.              Прошло два месяца, шрам Боруто истончился, а улыбка так и не вернулась.       Саске боялся, что больше никогда ее не увидит, и это была невыносимая мысль.       Боруто лежал на своем обычном месте. Саске не мог сказать, когда этот диван стал его, но он стал — телевизор и видеоигры, которые он принес, тоже были его.       Он передвинул элемент мебели ближе к открытому окну, чтобы позагорать в лучах летнего солнца, лениво прикрывая лицо рукой. Его глаза были закрыты, так что Саске наблюдал за ним работая за столом.       Тишина комнаты вскоре была прервана.       — Мне нужно Вам кое-что показать, — сказал Боруто.       Взгляд Саске резко переместился, его внимание вернулось к книге, которой он пренебрегал уже несколько минут.       Боруто оторвал спину от дивана, а его рука полезла в задний карман.       Саске узнал эту вещь даже издалека. Брелок. Боруто бросил его, чтобы Саске поймал.       — Хима принесла мне подарок. Вы знаете, где это? Она не знает, — спросил Боруто. — Вы должны знать, Вы много где бывали.       Брелок представлял собой рамку из пластикового стекла, достаточно маленькую, чтобы поместиться в ладони. Фотография открытой пещеры, внутри которой находится природный бассейн с чистой водой. Вода, казалось, была изумрудной.       Саске нахмурился. Он подумал некоторое время, прежде чем ответить:       — Может быть, в Стране Демонов. Рядом с границей со Страной Болот. Там есть похожее подземное озеро.       Он вернул Боруто брелок.       — Страна Демонов, — повторил тот с явным разочарованием в голосе. — Это другой конец света. Вы когда-нибудь были там?       — Нет.       Боруто держал фотографию над своим лицом. Он еще немного посмотрел на нее с задумчивым выражением лица и, наконец, пришел к выводу:       — Наверное это прекрасное место.       

***

      Поначалу Саске сопротивлялся этой идее.       — Это будет весело, — сказал ему Наруто на улице неделей раньше. — Ты всегда сможешь уйти, если тебе станет скучно.        «Нет», — почти сорвалось с его губ, но Саске остановил себя раньше. Несмотря ни на что, он согласился, потому что Наруто нуждался в этом. Отвлечься от потери и сменить обстановку. Жизнь возвращалась в привычное русло, и выпивать с друзьями стало нормой, даже если они никогда не делали этого раньше.       Наруто и Саске были не из тех, кто пьет вместе каждый вечер вторника в одном и том же баре. Но сегодня они будут, с Шикамару и Роком Ли.              Все договорились встретиться в восемь. Саске думал, что Наруто, как всегда, опоздает, задержавшись в офисе до последнего. Но сегодня это было не так. В пять минут девятого он был на месте с Шикамару за спиной.       Наруто дерзко улыбнулся ему, скользнув на стул в конце стола, где уже сидел Саске. Через несколько минут к ним присоединился Ли.       Сегодня вечером, какое бы подавленное состояние ни было у Наруто, он сделал все, чтобы скрыть его. Он говорил, смеялся и шутил. То, что Наруто обладал этой способностью, стало болезненным сюрпризом для Саске.       Даже его улыбки казались настоящими — возможно, такими и были — но в их краях была хрупкость, не присутствующая раньше. Они слишком легко ломались, слишком много печали в них таилось.       Наруто заказал одно пиво себе и одно — для Саске. Саске ничего не сказал, даже если вкус ему не понравился. Чтобы доставить удовольствие Наруто, он заставил себя выпить пенистую белую пену и позволил Наруто допить остальное.       Ли ушел первым, незадолго до десяти.       — На этот раз тебе не нужно возвращаться домой пораньше? Темари не собирается надрать тебе задницу? — пошутил Наруто.       Шикамару лениво сгорбился на столе, положив голову на вытянутую руку. Его рукав был влажным и полным крошек, отметил Саске. Должно быть, это произошло после того, как Ли пролил половину своего бокала. Наруто, похоже, это не заботило.       Шикамару покачал головой.       — Ее нет дома. На прошлой неделе она уехала в Суну с Шикадаем, чтобы навестить Гаару.       Наруто повернул голову, чтобы полностью увидеть Шикамару. Его брови нахмурились.       — На прошлой неделе, говоришь?       — Ага.       — Ты в этом уверен?       — Это моя семья, так что да, я в этом уверен.       Наруто фыркнул.       — Смешно.       — Что смешного? — спросил Саске. Он рассеянно провел кончиком пальца по столу.       Наруто посмотрел на него. Он поставил ногу на стул рядом со своим и сказал:       — Потому что Боруто сказал мне, что провел выходные в доме Шикамару с Шикадаем.       Саске замер. Воздух вокруг него сгустился. Саске точно знал, где Боруто провел предыдущие выходные.       У него.       — А, — выдохнул Шикамару.       Наруто стукнул костяшками пальцев по столу.       — Он снова солгал. Я не могу в это поверить.       — У него должны быть свои причины, — попытался Шикамару.       Саске уставился в потолок, в дверь, куда угодно, кроме зоркого взгляда Наруто.       — Тц, как будто это улучшило бы ситуацию. Я не люблю лжецов.       — Ты слишком остро реагируешь, Наруто, — сказал Шикамару.       Наруто выпрямился в кресле. Он уставился на Шикамару прищуренными глазами, его плечи были яростно расправлены, прежде чем он успел сказать что-то, о чем позже пожалеет, Саске отодвинул стул.       Оба посмотрели на него с удивлением. Саске сказал Шикамару:       — Думаю, на сегодня с него хватит.       — Нет… — попытался Наруто, но Саске заставил его встать.       — Ты проводишь его домой?       Саске кивнул. Наруто неохотно последовал за ним. Они вышли на крошечную улочку, и Наруто указал пальцем прямо в воздух, чтобы сказать Саске:       — Я не пьян.       — Я знаю. Но уже поздно. Ты работаешь завтра. Я тоже.       При простом упоминании о работе Наруто скривился. Он провел рукой по лицу и только тогда заметил состояние своей рубашки, сырой и грязной. Он сморщил нос и признался:       — Я не хочу идти домой. Хиаши — отец Хинаты — там, и если он увидит меня в таком виде… Он подумает, что я пьян, но я не… Я не пьян!       Саске вздохнул.       — Я верю тебе, Наруто, одного раза было достаточно.       — Да, я просто устал. Я проснулся сегодня в четыре утра, знаешь ли. Держу пари даже ты не просыпаешься в четыре утра.       — Нет, не просыпаюсь.       Они шли сквозь ночь, и в какой-то момент Наруто спросил Саске:       — Кстати, куда мы едем?       — В мою квартиру, ты можешь переночевать там.       — Спасибо, — просто ответил Наруто.              Наруто был чужеродным предметом в гостиной Саске.       На самом деле, кроме Саске, Боруто и в редких случаях Сарады, здесь не ступала ничья нога.       Он попытался представить, как могло бы выглядеть это место в глазах человека, который никогда не был здесь прежде, который не видел небольших изменений и новых предметов мебели, появлявшихся в течение нескольких недель.       Его жилье имело множество пустых мест, да и вещей у него было немного. Боруто использовал слово «свободные», и это был странный выбор для описания места, но Саске знал, что он имел в виду. Он ненавидел тесноту. В минимализме было что-то комфортное.       — Так ты здесь живешь? — спросил Наруто. Он почесал затылок. — Тут просторно. Мне нравится декор.       Это заставило Саске рассмеяться.       — Какой декор?       Наруто махнул рукой в сторону кресла.       — Вот этот плед. Мне он нравится.       — Хорошо, Наруто. Тебе нравится мой плед. Что еще тебе нравится?       — Я пытаюсь сделать комплимент твоему жилью, придурок.       — Что ж, спасибо, я тронут, — сказал Саске.       Он взял из шкафа футон и положил его на пол.       — У тебя есть пожелания? — уточнил он.       — Хм?       — Возле стены? В середине комнаты? Что ты предпочитаешь?       — Возле стены нормально.              Дав Наруто футболку и спортивные шорты на ночь, Саске исчез в своей спальне, чтобы тоже раздеться.       Он посмотрел в окно, на ночное небо и подумал о Боруто. Сегодня ночью тот находился на границе с Ото. Он мог сейчас спать, но Саске сомневался, что это так.              Саске вернулся в гостиную. Он нашел Наруто, стоящего перед телевизором. Экран был черным, а Наруто не двигался.       — Что ты делаешь, идиот?       Саске подошел ближе, и только тогда он понял, что Наруто смотрит не в телевизор, а на приставку в форме коробки, расположенную ниже.       Внутри него все перевернулось. Он забыл, что Боруто оставил свои вещи.       — Бля, не может быть, Саске, ты играешь в это? — спросил Наруто с очевидным замешательством в тоне.       Саске пожал плечами, его незаинтересованность была достаточно натренирована, чтобы казаться настоящей.       — Иногда.       Наруто ошеломленно посмотрел на него, поэтому Саске добавил:       — Когда живешь один, может стать скучно.       — Итак, ты купил себе консоль и…       Наруто сделал паузу, чтобы пересчитать все игры, аккуратно выстроенные внутри отдела хранения.        «От лучшего к худшему», — сообщил ему Боруто за месяц до этого, пока он рассортировывал их, сидя на полу со скрещенными ногами.       — …шестнадцать игр. Ебать.       — Они мне нравятся.       Это была ложь. Саске когда-то наблюдал за игрой Боруто и нашел концепцию в целом скучной.       — Я не могу в это поверить, — сказал Наруто. Он покачал головой, сдерживая очередной смех.       Саске уставился на его профиль. Прямо сейчас он подумал о том, чтобы сказать Наруто правду.        «Я не играю, идиот. Боруто солгал, он проводит здесь большую часть своего свободного времени», — это должно было быть озвучено прямо сейчас.       Почему тогда он промолчал? Он не сделал ничего плохого, всегда останавливая и отталкивая Боруто, но слова не покидали его. Он не понимал почему.       Затем Наруто забрался на свой футон, и всякая надежда на признание умерла.       — Хочешь, я побуду с тобой немного? — спросил Саске, садясь в кресло.       — Да, почему бы и нет.       Наруто засунул руку под голову, легкая улыбка скользнула по краю его губ. Его взгляд был потерян в потолке.       — Знаешь, когда мне было двенадцать, я так сильно хотел на ночевку с тобой.       — Ночевку? — удивленно повторил Саске.       — Ага. Я подумал, что было бы круто, если бы я спал в твоем доме, а ты спал в моем, как Сакура с Ино.       Саске представил, как они вдвоем, еще детьми, проводят время вместе после миссии друг у друга дома. Но никогда так и не использовали эту возможность. Это было новое сожаление.       — Ты должен был попросить.       — Как будто бы ты согласился. Ты бы сразу сказал нет. Ты был таким засранцем, — отметил Наруто. — Я представлял, что мы уничтожаем лица друг друга подушками, как в кино.       Саске рассмеялся достаточно громко, чтобы Наруто услышал его.       — Это закончилось бы убийством, если бы ты ночевал в моем доме, — подытожил он.       — Конечно. Твоим. Я бы выиграл.       — Тц. Мечтай дальше.       Наступила короткая пауза.       — По правде говоря, до Хинаты в моей квартире никто никогда не спал. Она была первой, кто сделал это, — мягко признал Наруто. — Я купил новые простыни и новые тарелки только для нее. Я помню, они были фиолетовыми, потому что она сказала мне, что любит лаванду. Ты знаешь, как трудно найти тарелки с лавандой? Мне потребовалось несколько дней, но она заметила этот жест. Она все замечала.       Послышался всхлип.       — Ты можешь выключить свет? — внезапно спросил Наруто. — Я чувствую себя немного сонным сейчас. Извини.       Саске лишь кивнул в ответ.       — Спокойной ночи, Наруто, — было последнее, что он сказал перед тем, как вернуться в свою спальню.       

***

      Поздний летний воздух был еще теплым. Насекомые продолжали жужжать, летая по своим делам. Сильная жара начала августа исчезла, и температура стала более терпимой. Лето пришло со смертью и собиралось уйти, не оставив после себя ничего, кроме тяжелого осадка.       — Вы ведете себя странно, — сказал ему Боруто, идя сзади, его кофта была завязана вокруг талии. Саске недоумевал, как ему удавалось постоянно не спотыкаться, если он никогда не смотрел на дорогу.       — Вы не сказали ни слова с тех пор, как мы покинули Коноху. В чем проблема?       — Ни в чем.       — Ну же, скажите мне.       — Может, я не хочу, — ровным голосом сказал Саске.       Удивление заставило Боруто замереть на месте. Они достигли заросших подсолнухами полей.       — Это из-за меня?       — Нет, — сразу же ответил Саске.       — Вы лжете.       Он пожал плечами. Его взгляд пренебрежительно блуждал по Боруто.       — Может быть.       Равнодушие было самым жестоким его качеством, он знал это, однозначно.       Ночь опустилась на них, когда они прервали свой путь, чтобы разбить лагерь.       — Итак? — сказал Боруто с полным ртом риса.       Саске даже не удосужился оторвать взгляд от своей миски.       — Что «итак», Боруто? — он сказал.       — Что я сделал?       На земле перед Саске вереница муравьев пыталась проскользнуть под мокрый лист в поисках еды.       Он некоторое время наблюдал за ними, прежде чем прямо спросить:       — Почему ты солгал своему отцу?       — Что Вы имеете в виду?       Саске посмотрел ему прямо в лицо.       — Ты сказал, что ночевал в доме Нара.       Боруто просто выдержал его взгляд.       — Да, сказал.       — Почему?       Боруто молчал. Он покусывал ноготь, глубоко нахмурившись. Привычка, которую тот поборол, думал Саске. Видимо, ошибался.       — Боруто…       — Я не знаю, — отрезал Боруто. — Я просто не могу ему сказать, потому что тогда он начнет задавать вопросы.       Саске ничего не сказал.       — Вы рассказали ему? — спросил Боруто.       — Нет.       — Почему? — ехидный вопрос.       Тишина стала ответом. Молчание Саске действительно было ложью. Он не мог сказать Наруто, потому что в одном признании было слишком много других невысказанных, а Наруто мог прочитать их все лучше, чем кто-либо.       — Видите. Вы тоже решили соврать, — Боруто поднялся на ноги. — Не только я скрываюсь.       Он приблизился к Саске.       — Я знаю, Вы думаете, будто Вас невозможно прочесть, но это не так. Поверьте мне.       Какое-то время они смотрели друг на друга. С вызовом, как два врага. И Саске был единственным, кто сражался в этой битве. Боруто никогда не сражался, он терпеливо ожидал своего поражения.       Боруто добавил:       — Я тоже знаю Ваши секреты.       Брови Саске приподнялись. Вся эта уверенность была почти смехотворна, но в данный момент он не хотел смеяться.       — Ты так думаешь?       Боруто, должно быть, тоже нашел ситуацию забавной, потому что ухмыльнулся:       — Ага.       — И какие? — спросил Саске.       Боруто навис над ним. Слишком близко. Он взъерошил ему волосы, а потом тихонько сказал:       — Пусть останутся секретами.       При этих словах его сердце екнуло, а по спине пробежал холодок. Что-то в этих голубых глазах, сверкнув словно искра, говорило ему, что Боруто прав. Он знал правду, и прямо сейчас Саске, как ни странно, не возражал против этого.       Боруто вернулся на место, рядом со своей сумкой. Он наблюдал за танцующим пламенем и потрескивающим под ним деревом.       — Может быть, однажды, я расскажу отцу правду о Вас, но сейчас я не могу.       Его взгляд переместился с огня на Саске. Их взгляды встретились, и какое-то время никто из них не говорил.       — Но Вы, Вы всегда знали. Я люблю Вас.       Этих слов Саске всегда боялся, и Боруто произнес их так легко, в такой беззаботной манере, что единственное, что Саске хотел сейчас сделать, это зажать ладонью его рот.       В том лесу не было больше ни души, но им никогда не стоит озвучивать это, даже деревья не должны знать. Такие слова не предназначались для того, чтобы произносить их вслух.       Саске вдруг запаниковал. В нем неумолимо возрастал порыв куда-то деться. Ему нужно было прийти в себя, побыть одному. Он встал.       Сейчас… Сейчас. Сейчас!       — Я…       — Боруто, пожалуйста, прекрати, — сказал Саске.       Он ненавидел звук собственного голоса и то, насколько слабо прозвучала его просьба.       Боруто закрыл рот, тени печали поползли по его лицу. Он склонил голову, и что-то внутри Саске шевельнулось.       Весь его гнев рассеялся, сменившись чем-то похуже. Чувства переполняли его, угрожая выплеснуться наружу. Он не хотел ничего другого, кроме как крепко прижать его к своему сердцу и прошептать ему правду, скрытую внутри, чтобы изгнать любую боль из светлых глаз.       Саске не находил в себе сил дальше отталкивать его и это был окончательный провал.       — Я не могу Вам лгать, — сказал Боруто.       — Перестань.       — Мне жаль…       — Просто, черт возьми, перестань говорить!       — Хорошо. — Боруто пытался звучать непринужденно, но его голос был слишком хриплым. Саске думал, что тот сейчас не выдержит, но этого не случилось.       И он не знал, что бы он сделал, если бы это все-таки произошло.       

***

      Возвращаясь с миссий, Саске приходил домой, чтобы обнаружить записки в самых разных местах по всей квартире. В шкафу, в холодильнике, на зеркале в ванной.       Они с Боруто не пересекались в течение полугода. Один из них находился здесь, пока второй отсутствовал.       Это было странно.       Они стали двумя параллельными мирами, и эти маленькие цветные стикеры были единственными словами, которые их связывали. Своего рода способ сообщить Саске, что Боруто был здесь.        «Если хотите, в шкафу есть банки и лапша»        «У Вас осталось не так много зубной пасты и шампуня. Я купил новые»        «Сомневаюсь, что Вас это волнует, но телевизор больше не работает»        «Растения мертвы. Нашел их такими»        «Я взял один из Ваших плащей, извините»              Примерно в начале весны Боруто исполнилось девятнадцать. Саске здесь не было. Дома он нашел еще одну записку. Боруто нарисовал торт со свечами и прикрепил его к холодильнику.        «Его навыки рисования стали еще хуже», — подумал Саске. Он не отвечал на эти записки. Просто собрал их все в небольшую кучку, а затем поджег.       И каждый раз, когда он смотрел как бумага и чернила плавятся в маленьком пламени, внутри все скручивалось не меньше.       

***

      Затем записки внезапно прекратилась, и Саске подумал, не начало ли это конца.