Обручённые

***

      — Советник Ким!       Голос министра по кадрам раздался так неожиданно, что Намджун нахмурился. Обернувшись, он увидел чуть ли не бегущего к нему встревоженного альфу, высокого, но полноватого мужчину.       — Вы что-то хотели, министр? — Намджун незаметно зевнул, прогоняя сонливость.       — Хотел узнать, почему вы вчера нас не посетили, что-то произошло?       Ким про себя чертыхнулся. Честно говоря, из-за своих личных проблем, он совершенно позабыл об этой важной встрече, хотя никогда раньше не позволял себе такой дерзости.       — Извините, министр Со, у меня было дело государственной важности, которое требовало моего безотлагательного участия, — соврал альфа, немного покраснев.       «Я совершенно не умею лгать. Но ради Джини готов принять на себя любой грех».       — Понимаю. Советник Ким, скажите, пожалуйста, всё ли в порядке у нашего государя? — альфа переключился на другую тему, его глаза беспокойно оглядывали советника. — Он сегодня вообще не выходил из своих покоев.       Намджун хмыкнул, сдерживая улыбку.       «В кои-то веки Его Величество посвятил время своей личной жизни, а его подданные уже гадают, что же с ним произошло».       — Государь здоров, не волнуйтесь, — коротко заметил Намджун, поглядывая в сторону кухни.       Ему уже с утра доложили, что главный повар вышел на работу. Альфе удалось лишь одним глазком его увидеть, но этого было ничтожно мало, чтобы хватило на весь день.       — Это странно, — мужчина задумался. — Всё изменилось с появлением у него омеги. Главное, чтобы тот не оказался предателем и не влезал в государственные дела. Все мы помним великого короля Мин Юджина.       Альфа неожиданно вспомнил о дедушке Юнги, который был ранен собственным омегой. Оказалось, что его подослали враги, чтобы разделаться с великим королём. Но их план провалился. Альфа раскрыл обман и собственноручно перерезал омеге горло.       — Теперь в каждом омеге нужно видеть врага? — возмутился Ким.       — А как же без этого?! Наш государь не должен расслабляться, а мы, его приближённые, должны денно и нощно следить за всем, что происходит вокруг, враг ведь не дремлет.       — Министр Со, говорите так, будто знакомы с этим самым врагом, — заметил неожиданно подошедший Чонгук и с подозрением уставился на министра.       После этих слов лицо альфы мгновенно побледнело. Многие во дворце знали, что военный министр Чон за словом в карман не лез и не боялся перечить самому императору. Чиновники младшего и более низкого рангов не решались вступать с ним в конфликты. Его побаивались даже в государственном Совете, куда он входил уже больше десятка лет. Чонгук недалеко ушёл от отца, переняв от него не только остроумие, бесстрашие и прозорливость, но и упрямство, с которым приходилось мириться его близким.       — Министр, Чонгук-щи теперь личный охранник государя, — объяснил альфе Намджун. — Любая неосторожно брошенная фраза может обернуться против вас.       Глаза министра Со округлились, а руки сжались в кулаки, что не укрылось от глаз Намджуна. Министр учтиво поклонился сначала Киму, а потом и Чону.       — Прошу меня извинить за такую оплошность. Надеюсь, мы забудем о произошедшем. Передавайте Его Величеству от меня наилучшие пожелания, — альфа ещё раз поклонился и тут же быстро ушёл, придерживая полы чонбока.       — Совсем они тут распустились. Ну ничего, в ближайшее время мы наведём порядок, — заметил Чон, машинально поглаживая рукоять меча.       — Дров только не наломай, а то мне опять за тобой прибирать придётся, — Намджун положил руку на плечо друга. — Я рад, что мы снова в команде.       — И я рад, хён, как-никак, мы теперь родственники, — хихикнул Чон, незаметно ущипнув Кима в бок. — Заходи к нам с Тэхёни на ужин.       — Обязательно зайду, но не сегодня. У меня тут… — Намджун почесал переносицу и снова посмотрел в сторону кухни. — Дело важное.       Чон проследил за его взглядом и тихо рассмеялся. Из своего опыта Намджун знал, что друг никогда не раскроет его тайн, наверняка он даже Тэхёна в это не посвятил. Но альфе не особо-то и хотелось делать из всего секрет, ведь он был готов на весь мир прокричать о своих чувствах.

***

      Чимин как раз выходил из покоев императора, когда заметил приближающегося к нему молодого мужчину в военной форме. Один раз они уже встречались в коридоре дворца, когда Чимин чуть было не сбил его с ног, тот эпизод омега до сих пор вспоминал с чувством стыда. По мере приближения к омеге высокий стройный альфа без стеснения вглядывался в его лицо, а вот Чимин, словно оторопев, вжался в поклоне в стену, пытаясь пропустить мужчину. Но тот остановился прямо напротив него, тоже вежливо поклонился, сложив руки на животе.       — Господин, меня зовут Чон Чонгук, а вы, как я полагаю, будущий супруг нашего государя? — губы мужчины тронула лёгкая улыбка.       «Так это и есть муж Тэхёна?» — пронеслось в голове омеги, и он откашлялся, чтобы ответить ему.       — Да, господин Чон, Его Величество говорил мне о вас, — всё ещё не поднимая глаз на постороннего альфу, проговорил Чимин. — Вы его личный охранник.       Чон приблизился к парню, окутывая его шлейфом своего ярко выраженного аромата. Но, принюхавшись, омега уловил вместе с запахом эвкалипта и вишнёвые нотки, которые принадлежали Тэхёну. Невольно вспомнив о друге, Чимин вдруг улыбнулся.       — С этого дня я и ваш личный страж, господин, поэтому буду следовать за вами неотступно. Мы с Намджун-хёном будем меняться, — объяснил альфа, неожиданно остановив свой взгляд на шее парня и потянув носом воздух. — В прошлый раз я не почувствовал вашего аромата, а сейчас ощущаю лишь запах государя.       От этих слов щёки Чимина вмиг стали пунцовыми. В последнее время они часто уединялись с хёном, и вполне логично, что на омеге присутствовал его аромат. Только вот сущность альфы императора была настолько сильна, что подавляла другие запахи, Чимин перестал чувствовать свой с тех самых пор, как переехал в покои Юнги.       — Для меня это важно. Человек может изменить внешность, голос, но только не свой аромат. Именно так я идентифицирую людей, преимущественно врагов. Не существует двух похожих ароматов, а здесь… — Чон ещё раз принюхался. — Простите, что спрашиваю такое, но у вас уже была близость с Его Величеством?       Чимин не смог выдавить из себя ни слова, лишь отрицательно покачал головой, хотя от смущения был готов провалиться сквозь землю.       — Несмотря на то, что у хёна очень сильная сущность, которая подавляет всё вокруг, ни один из его омег ни разу не терял своего запаха, — заявил вдруг Чон. — Возможно, это из-за истинности, но мой истинный, например, никогда не терял своего аромата. Это очень странно. Может, вам стоит обратиться к лекарю?       Чимин никак не рассчитывал обсуждать такие личные темы с человеком, которого видел второй раз в жизни, но этот альфа был особо приближен к императору, значит, тот ему всецело доверял. К тому же Чон был будущим мужем его лучшего друга, а значит, они теперь постоянно будут пересекаться.       — Совсем недавно я переехал в покои государя и с тех пор перестал ощущать свой аромат, — признался омега, подняв полный смятения взгляд на альфу. — Мне уже вполне привычно пахнуть хёном.       — Учитывая ещё и то, что ты почти не выходишь из его покоев… — перейдя на неофициальное общение, проговорил альфа, почёсывая затылок. — Ладно, я поговорю с Юнги. Где он, кстати?       — Два часа назад Его Величество отправился в Совет. Мне стало скучно, и я решил прогуляться по саду.       — Если не возражаешь, я пойду с тобой, но буду держаться поодаль, чтобы не мешать тебе наслаждаться природой.       — Спасибо, — ответил ему Чимин, следуя по коридору, альфа держался рядом. — А как поживает Тэхёни? Я не видел его уже несколько дней.       Чон на это лишь рассмеялся. Его звонкий смех отразился от стен и Чимин осторожно повернул голову, покосившись на альфу. Лицо Чона изменилось, сейчас оно будто светилось от счастья.       — С ним всё хорошо, — альфа прикусил нижнюю губу и ненадолго задумался, словно о чём-то вспоминая. — Даже очень хорошо. Ты можешь навещать его, теперь мы живём здесь, на территории дворца.       — Я слышал, что ваша свадьба будет простой и тихой.       — Тэхёни так захотел. По сути, мы уже женаты, ведь провели вместе течку и получили благословение Намджун-хёна. Осталось получить такое же и от императора. Юнги проведёт церемонию в эту субботу.       — Уже?        Чимин совсем не ожидал, что всё произойдёт так быстро. Но им, в отличие от него самого, не нужно было привыкать к обстановке или друг к другу, ведь они знакомы с самого детства.       — Так положено. Я принял на себя обязательства по защите Тэхёна и с честью буду их нести, — сказал Чон, когда они вышли в сад и спрятались от полуденного палящего солнца под кроной большого клёна.       — Вы будете хорошо о нём заботиться?       — Обещаю тебе, что Тэхёни я не обижу, нам и правда хорошо вдвоём, — с улыбкой заметил альфа.       — Я очень рад это слышать, Тэхёни дорог мне.       — Господин Чон!        В их разговор внезапно вмешался стражник, подошедший почти бесшумно. Молодой альфа с пронзительным взглядом и пахнущий миндалём почтенно поклонился.       — Только что закончилось заседание Совета, государь просит вас явиться к нему в кабинет.       Чон, нахмурившись, глянул на Чимина и покачал головой.       — Извини, я ненадолго оставлю тебя, — обратился он к омеге, а потом внимательно посмотрел на стражника. — Головой за него отвечаешь!       — Хорошо, господин Чон! — стражник снова поклонился и спрятался за ствол дерева, стараясь быть незаметнее.       Чимин хмыкнул, провожая взглядом Чона, потом развернулся и пошёл вглубь сада, где располагалась беседка. Всю дорогу до неё в воздухе отчётливо чувствовался аромат горького миндаля.

***

      После заседания Юнги ушёл в свой кабинет, сосредоточенно изучая полученную от министров информацию. Мину очень не нравилась ситуация с соседней Японией, которая была погружена в серию феодальных междоусобиц. Вдобавок из-за жёстких ограничений на несанкционированную торговлю взбунтовались японские торговцы, проживающие в корейских портах, участились нападения японских пиратов.       — Ваше Величество, пришёл личный охранник Чон, — доложил один из дворцовых стражников, вошедший в кабинет.       — Пусть войдёт, — бросил ему Юнги, всё ещё погружённый в бумаги.       — Здравствуйте, государь! — Чон учтиво поклонился, остановившись около двери. — Вы хотели меня видеть?       Мин наконец отвлёкся, жестом пригласил Чона подойти и присесть рядом с ним.       — Что-то случилось? Выглядите взволнованным, — обеспокоенно заметил Чонгук, усаживаясь в кресло напротив Юнги.       — Сегодня на Совете мы обсуждали тревожную ситуацию с нашими соседями. В Японии происходят постоянные столкновения, и это меня напрягает. Я уже распорядился наделить особыми полномочиями Департамент пограничной охраны и непосредственно министра Чона.       — Отца?       — Да, какое-то время он поживёт в Пусане и проследит за обстановкой, — с тяжёлым вздохом ответил Юнги, хмуря и без того недовольное лицо.       — Возможен военный конфликт? — прикусывая нижнюю губу, с осторожностью спросил Чонгук.       Юнги задумался. Никто из рода Мин никогда не участвовал в войне. Он считался одним из самых миролюбивых кланов, несмотря на сложные и достаточно импульсивные характеры его представителей. Отца Юнги называли «благодушным правителем», уделявшим огромное количество личного времени своим подданным. В годы его правления было упорядочено отбывание воинской повинности и предприняты меры к активной помощи бедным слоям населения. Также строилось много школ и академий, чтобы увеличивать грамотность среди простого народа. Монарх и сам стремился к постоянному самосовершенствованию, изучая несколько языков и являясь руководителем научной школы при дворе, где занимались самые талантливые дети страны.       — Я не хочу этого. Будем надеяться, что всё решится мирным путём. Пришло время нам всем обрести счастье, — многозначительно произнёс Юнги, внимательно посмотрев на друга. — Как у вас с Тэхёном, всё наладилось?       Чонгук заёрзал в кресле, словно ему вдруг стало в нём неудобно. После потери истинного альфа поставил на своей жизни жирный крест и, видимо, больше не надеялся кого-то встретить. Но Мин всегда отличался острой интуицией и часто наперёд видел то, что другие вообще не замечали. Он давно почувствовал, что младший Ким неровно дышит к Чону и поэтому решил их свести, как только омега вырос.       — Я каждый раз поражаюсь, как у тебя это получается. Сначала со мной, теперь с хёном, — будто услышав его мысли проговорил Чон, потирая переносицу.       — А что не так с Намджуном? — уточнил Мин.       — Кажется, он тоже, как и ты, встретил истинного…       — Вот как! — Юнги улыбнулся. — Значит, удалось пристроить вас обоих. Замечательно!       — Ты только этого и добивался, да? – хмыкнул Чон. — Все эти годы пытался нас примирить.       — Вы мне как братья и ваше счастье тоже важно для меня. Рад, что теперь вы обрели пары. Кстати, ты уже познакомился с моим Чимини?       — Да, мне он понравился, нежный, милый и очень красивый омега, и полная твоя противоположность.       Мину всегда не доставало рядом человека, способного понимать его с полуслова, человека, с которым можно было не только поговорить, но и помолчать. Безусловно в трудные минуты помогала поддержка друзей, но она не компенсировала Юнги всех эмоций, в которых он нуждался. Чимин разом решил эту проблему.       — Он мой свет. Не думал, что такое возможно, — Мин вдруг рассмеялся. — Я так жду свадьбу, ты себе даже представить не можешь.       — Понимаю, — Чон усмехнулся, — хочешь побыстрее пометить, чтобы другие альфы на него не заглядывались. Но твоя сущность и так сильная, я, например, совсем не ощутил аромата Чимина.       — Ты его не чувствуешь? — Юнги растерянно уставился на друга.       Все во дворце знали об «особенности» Чонгука. Альфа имел очень чуткое обоняние и мог различить до тысячи запахов. Правда после потери истинного, нюх Чона заметно ослаб, видимо, так на организме сказался стресс.       — Вообще ничего, — ответил альфа. — Он пахнет только тобой, так что с меткой можно и не торопиться. Уверен, что после вашей свадьбы всё встанет на свои места, — обнадёжил его Чон, улыбаясь. — Мы вот с Тэхёни получили благословение от хёна, дело за тобой. В эту субботу мы станем супругами.       — Рад за вас, только пока не торопитесь с детьми, — дал наказ Юнги. — Поживите немного для себя, насладитесь совместной жизнью, Тэхён ещё слишком молод.       Чон смущённо отвёл взгляд в сторону, будто рассматривая пейзаж за окном. Мин понял, альфа явно ему что-то не договаривает, но допытываться не стал.       «В конце концов, они взрослые люди, сами разберутся».       — Будь начеку и оберегай Чимина. Теперь он моя слабая сторона, недоброжелатели могут ему навредить.       — Не волнуйтесь, Ваше Величество, я клянусь служить вам верой и правдой и защищать вашего омегу даже ценой собственной жизни! — торжественно произнёс слова клятвы Чон, приложив ладонь к груди.       Юнги кивнул, поднимаясь из кресла, подходя к полке с книгами и беря одну из них в руки.       — Здесь собраны рисунки и наброски наших талантливых художников, альбом достался мне от отца, — проговорил Мин, поворачиваясь к Чону и протягивая ему книгу. — Подари его своему мужу, думаю, он будет доволен.       Чон с благодарностью принял подарок и поклонился. Тэхён с детства обожал рисовать, но почему-то всегда стеснялся своего увлечения. И лишь благодаря его старшему брату, Юнги узнал о таланте Кима-младшего. Сейчас ему хотелось поддержать омегу.       — Спасибо, хён! Я обязательно ему передам. Будут ли ещё какие-то распоряжения?       — Нет, иди, я хочу побыть один и подумать, — ответил альфа, складывая руки за спиной.       Чонгук покинул его кабинет, а Мин по привычке начал прохаживаться от двери до стола и обратно.

***

      Чимин всё же решил навестить друга, поэтому дождался возвращения Чонгука из императорских покоев. Альфа вернулся в сад с книгой в руках и весьма озабоченным, похоже, разговор прошёл не очень гладко.       — Что-то случилось? — решил уточнить омега, поглядывая на мрачного Чона, но тот лишь отрицательно покрутил головой. — Не могли бы вы отвести меня к Тэхёну? Я всё же решил навестить его, успел соскучиться.       На лице личного стражника расцвела довольная улыбка, Чимин на это только хмыкнул.       «Тэхёни влияет на него благотворно, как и я на хёна».       — Пойдём, уверен, он тоже очень ждёт вашей встречи.       Дом Чона находился минутах в десяти от дворца, почти у главных ворот, и представлял собой длинное одноэтажное строение с покатой крышей. Внутри оказалось очень уютно, и Чимин сразу вспомнил о родительском доме. Здесь также большая комната делилась на две части — одна предназначалась для гостей, другая — для домашних посиделок. Чтобы было удобнее, на полу лежали мягкие подушки, заботливо вышитые вручную, а посередине комнат стояли столы. В гостевой это был один большой стол, в столовой — несколько маленьких. На стенах висели картины из бамбука, а на полу стояло несколько фарфоровых ваз.       — Чимина! — бархатный голос Тэхёна, раздавшийся за спиной омеги, вывел его из размышлений и заставил обернуться.       — Тэхёни!       Омеги бросились в объятия друг друга и крепко обнялись. В углу послышался смешок и оба посмотрели на хихикающего Чона.       — Вы ведь всего несколько дней не виделись, а будто бы вечность.       — Не обращай на него внимание, Чимини, мой будущий супруг просто любит пошутить, — Тэхён недовольно шикнул на Чона, и тот быстро ретировался в одну из комнат. — Как же я рад тебя видеть! Я так скучал!       — И я очень соскучился, — Чимин обхватил тонкие пальцы Кима. — Как ты? Надеюсь, всё хорошо, и господин Чон тебя не обижает?       Тэхён громко рассмеялся, снова прижимая к себе друга. Всё было заметно и по его лицу, омега выглядел безумно счастливым.       — Не переживай, Чонгуки очень заботливый и нежный. Мы быстро нашли общий язык, — Тэхён провёл Чимина в гостевую комнату и усадил на одну из подушек. — Поужинаем вместе? Дома я мало готовил, а здесь меня с кухни не вытащишь. Чонгуки такой обжора, но мне нравится его кормить, он ест всё, что я готовлю. Ох, мы и правда давно с тобой не разговаривали. Как твои дела? Слышал, вы с хёном тоже успели подружиться.       Чимин не успевал за ходом мыслей друга, поэтому лишь смущённо улыбался, когда тот накрывал на стол. Тэхён заметно изменился с их последней встречи, стал более серьёзным, что ли, более взрослым, и это всего-то за несколько дней. Сам Чимин не почувствовал в себе каких-либо особых перемен, возможно, только стал немного осторожнее.       — Его Величество тоже хорошо заботится обо мне, — посматривая из-под длинных ресниц, заметил омега. — Но слишком бережёт меня, я редко выхожу из его покоев.       — Да уж, после случая с тем омегой, хён боится за тебя, поэтому будь внимательнее, — сказал Тэхён, нарезая зелёный лук и бросая его в миску с овощами. — Чонгуки, конечно, отличный воин и сумеет тебя защитить, но иногда враги бывают слишком хитры.       Чимин пожал плечами и поёжился, не хотелось бы ему ещё раз ощутить на себе последствия покушения, в прошлый раз он легко отделался.       — Впереди ваша свадьба, а это значит, что недоброжелатели найдутся. Некоторые люди не хотят, чтобы государь был счастлив. Когда-то король Мин был для них костью в горле, теперь вот настала очередь и самого Юнги-хёна, — Тэхён перешёл на шёпот. — Только приближённые знают, что отца Юнги пытались отравить, и умер он не от болезни, а от последствий того отравления. Лекарь пытался спасти его на протяжении нескольких месяцев, но организм так и не смог справиться.       — Что? — Чимин аж с места подскочил от услышанного, в горле запершило, а тело начало дрожать, как в лихорадке.       — Не волнуйся, Юнги-хён сможет за себя постоять, он молодой и сильный, — начал успокаивать его Тэхён, но в голове омеги уже рисовались страшные картинки.       — Тэхёна! — в комнате неожиданно появился Чонгук, одетый в простую белую рубашку и широкие штаны. — Государь передал тебе альбом с рисунками, это его подарок, — Чонгук протянул своему омеге книгу. — Можете вместе полистать её, — тепло улыбнулся Чон. — Я пойду на конюшню, а вы пока поболтайте. Чимини, как только соберёшься домой, скажи мне, я тебя провожу.       Чонгук ушёл, на прощание поцеловав в макушку Тэхёна, и он с горящими глазами уселся прямо на пол рядом с Чимином и принялся листать книгу.       — Вот это да! Хён знает толк в подарках! — восхищался омега, рассматривая пейзажи и портреты художников. — Как же это красиво!       Чимин вполуха слушал друга, прокручивая в голове сказанные им слова. Его любимому хёну грозила опасность, а враги были рядом, возможно, даже слишком близко, теперь и он сам мог стать для них мишенью. Переезжая во дворец, Чимин не предполагал, чем может для него обернуться жизнь здесь. Увы, но такова её обратная сторона.