Команда Вольтрона снова в деле.

- Бяша, ну не тупи! – басовый голос уже повзрослевшего Пятифана разнесся по всей двухкомнатной, но довольно тесной квартирке. Во всей этой тесноте стоял созданный двумя девятнадцатилетними парнями хаос, которые, даже не снимая верхних курток, принялись пинать комок носков, видимо, принадлежащих Бяше. Ведь именно он постоянно да твердил: «Ромка, Тоха, где мои носки, на?!». Коридор, в котором производилась игра в футбол еще не был столь уютным и приятным. Обставленное пространство коробками с вещами троих юношей, которые только-только переехали из родительского гнезда в другой город и стали жить вместе, навевало недоумение Антону, что терпеть ненавидел беспорядок. Однако для разбора вещей требовалось время, и тем более – силы. Как раз таки для «подзарядки» Петрова и отправили в магазин. Рома всё время твердил о своём желании выпить чёрный «Monster», а когда Антон упрекнул его в том, что это уже пятая банка за день, к шантажу присоединился Бяша: - Без энергетика ничего разбирать не бу-удем! - твердили они, упрямо сложив руки у груди, видимо, показывая всю серьезность своих слов. - Ну дети малые. Нам ведь давно не 13. – пробормотал Петров, натянув шапку на голову и захватив с тумбочки, которая, к слову, тоже была обставлена коробками меньшего размера, ключи, удалился из квартиры. - И не забудь сигареты, Тош! – крикнул в след уже закрытой двери Рома, тем самым, захоронив надежду прикурить сегодня вечером, когда все вещи будут уже собраны. Антон, вероятно, и не услышал даже. Ком с носками упал на заваленный стол, и Рома, видимо, счел это окончанием игры, несмотря на всё желание Бяши продолжить. Пятифан стянул куртку и отбросил ее на спинку кухонного стула, тем самым, незаметно для себя самого, поддержав беспорядок. Порывшись в карманах спортивных брюк, чуть ли не продырявив их. Надежда откопать хотя бы одну сигарету тут же растворилась, и разочарованный юноша плюхнулся с разбегу на и без того дряхлый диван. - Сегодня Анька придёт? - Не, ты чё. Она меня убьет за беспорядок, на. Я еще не готов умирать так рано. – привычка Бяши приговаривать это вечное излюбленное «на» никуда не ушла, однако, её стало в разы меньше, а словарный запас самого юноши – куда больше. – Завтра придёт. Когда коробки разберём. - Боишься? Каблук? – с явным сарказмом и несерьезностью спрашивает Пятифанов, желая «прикольнуться» над другом. Тот в ответ лишь прыснул, сдерживая лёгкий смешок. Бяша, тоже успевший освободиться от куртки и шапки, сел рядом, на диван. - У меня то хоть девушка есть, к девятнадцати то годам. Хоть не помру девственником, на. – квартира вновь озаряется звонким, присущим только Бяше, смехом, который резко прервался. Рома кинул в него небольшую декоративную подушку, на которой, видимо, и лежал. - Да завались ты. С Полькой не получилось – получиться с какой-нибудь другой. Пятифанов отвернулся к беспорядку, дав понять, что разговор окончен. Полина…С ней все троя прервали связи еще в классе десятом, а в особенности – Рома и Антон. После седьмого класса все четверо начали сближаться. Парни считали её своей подругой, всегда называли частью «команды Вольтрон» и были неразлучны. Казалось, ничто не способно разрубить столь крепкие узы дружбы – они всегда звали её «Полей», а она в свою очередь называла всех троих «БАРом», сокращая: «Бяша, Антоша, и Рома.». Только вот ласковое окончание досталось именно Петрову. Морозова всегда обделяла его из Вольтрона больше всех, что не могло не остаться незамеченным как и самим Антоном, так и его друзьями. Рома всегда недовольно всплескивал руками, плевал куда-то в сторону, уходил раздраженный и разъярённый, а Бяша, что семенил следом, всё донимал: «ты чего это, на? Всё еще Полю ревнуешь, что ль? Да брось ты, Ромка! Найдём мы тебе ещё тёлочку, на». Ответ Ромы Бяша тогда запомнил на всю оставшуюся жизнь. «Нет, Бяш. Кажись, ревную я Тоху.» И сейчас Пятифанов в серьез надеется на то, что у него «получиться с какой-нибудь другой»? Этот парень, у которого давным-давно прокурены мозги и лёгкие, который стал хоть немного контролировать свои зависимости, поддавшись влиянию Петрова, способен полюбить кого-то, кроме него? Пятифан, которого в 10 класса именно Антон провожал до дома в пьяном виде, ибо он напрочь отказывался идти с Бяшей, способен выбрать кого-то еще, кроме него? Мало того, этот «кто-то», еще и может оказаться девушкой? Это не могло не вызвать смех Бяши, который в последствии получил неодобрительно-вопросительный взгляд друга. - Ром, ну кого ты обманываешь, на? Тебя никто за эти несколько лет никто кроме Петро… - юноша был прерван второй подушкой, которую кинул Пятифан, услышав, как открывается входная дверь. Антон вернулся. С энергетиками. Но, кажись, для Ромы действительно в первую очередь был важен приход Петрова, нежели то, что он принёс. Он метнул взгляд к Антону, что лениво стягивал с себя шапку, куртку, ботинки. По выражению лица короткостриженого блондина было ясно, что он крайне недоволен тем, что ему пришлось выходить на холодную улицу, заставляющую дрожать от осенних порывов ветра, способными, кажется, вызвать даже судороги. - Монстра не было! – крикнул Петров, проходя в кухню и бросив на друзей мимолетный взгляд. Шелестя пакетом, он выставил на стол пару банок «Bern», предварительно отодвинув небрежно лежавшие коробки. Обнаружив комок носков, Антон перевёл недовольный, отяжеленный взгляд на Бяшу и Рому, поправив очки. - Не пиздани только. - Да. Мы уже идём разбирать коробки, на. Послышался облегченный выход Антона, который, оглянувшись на, казалось бы, бесконечные коробки, моментально издал второй, более обречённый вздох. Коробок было слишком много. Даже чересчур. Позади появилась высокая фигура Ромы, который, схватив банку с напитком, хлопнул по худощавому плечу Антона: - Чё ты, Тошик? Не унывай. Втроём справимся быстрее, мы же команда «Вольтрон». - Команда «Вольтрон»? – словно переспрашивая глухим эхом произнёс Петров. Ответ последовал незамедлительный и произнесённый в унисон: - Команда «Вольтрон». Троя разошлись в разном направлении и к разным коробкам. То и дело в квартире слышались крики: «Тох, ну ты че, на?! Зачем ты взял с собой так много одинаковых рубашек?!» «Бяша, мы учиться так-то приехали!» «Рома! Зачем тебе давно не работающая приставка?!» «Да-да! Пятифан, мы её сломали еще в классе 9, на!» «Тошик! Блять, зачем ты взял с собой диски мелкой?» Как только разразился шуточный «скандал» трёх шалопаев, которые умудрились за какие-то пару часов разобрать практически все коробки, Тошу отвлёк звук пришедшего сообщения. На экране блокировки красовалась их с Пятифаном совместная фотография, на которой было лишь 2/4 лица Бяши. Про себя Антон всегда называл её «наша с Ромой фотография». Справедливости ради, стоит сказать, что на главном экране таилась их совместная фотография, где была полноценная команда «Вольтрон». Высветился контакт «Оленька», и сообщение: «Тоша, привет. Мама спрашивает: как там квартира? Как вы сами? Напомни Ромке о его обещании купить мне магнитик!» «Оль, да я тебе хоть тысячи магнитиков с Питера привезу. Маме передай, что у нас всё хорошо. Квартира чудесная, потихоньку обустраиваемся. Как там Софи?» «Софи в порядке. Скучает по тебе, Тош. И я тоже скучаю.» «Я ведь только уехал, Оль. Не забывай кормить сову.» На том разговор закончился. Видимо, мама всё же поставила ограничение на экранное время для Оли, как бы Антон не пытался её отговорить от этого. Однако его предположение оказалось неверно, и спустя какую-то минуту, когда он вновь был готов окунуться в дебри коробки, вновь послышался звук уведомления. Оля прислала фотографию Софи в клетке. Эта грациозная птица безусловно не хотела показываться Антону, а юноша, в свою очередь, который поверить не мог в то, что его Оля способна на такой шаг – взять домашнюю сову, отправил еще пару сообщений для сестры. Теперь от экрана телефона его отвлёк Рома, что кинул в белесую макушку носки их товарища. - Тошик, ты там закончил? Мы с Бяшей отпизделись. – послышался облегченный выдох откуда-то позади. - Почти всё. Оля писала. - О, и как она? - В норме. Софи показывает. И просит напомнить тебе про магнитики. - Ну мелкая, ну и память. - Так ты ей все мозги Питером промыл, на. Не жалуйся. – подключился в разговор Бяша, который, судя по всему, отходил дабы позвонить. – Аня завтра придёт. Вина говорит купит. У неё пары в 4 заканчиваются, на. - Намекаешь на то, что нам до завтра бардак устраивать нельзя что ль? - Ну да, Ром. Она меня убьет, на. Ну Тош, ну скажи ему. - Не боись, Бяш. Я проконтролирую. – сквозь смех процедил Петров, наконец, разобрав коробку полностью. - Ай, ну вас нахуй. Тох, пойдем покурим? Бяш? - Не, Ром. Я ж завязал, на. - Тошик? - Иду. – коротким кивком подтверждая свои слова, Петров поднимается с пола и отставляет от своих ног уже опустевшую коробку. Она врезается о ножку дряхлой кровати, которую оставили арендодатели, как и большую часть мебели в данной квартире. - А. Блять, отмена. – Пятифан махнул рукой, раздражительно поджав губы. – Сигарет то нет. - Есть. Я купил. Идём уже, Пятифанов. Надежда Ромы вновь ожила. Весь сегодняшний день он хотел одного – покурить. Покурить вместе с Антоном. Побыть наедине. Перекур стал куда приятнее с тех пор, как с этим делом завязал Бяша. Желание побыть вдвоем обострялось всё сильнее, и как бы Пятифану не нравилось эта привычка Антона, ведь он, безусловно, портил своё здоровье, он всё время таскал его на перекуры вновь и вновь, просто чтобы в очередной раз встать с ним плечом к плечу, обратиться к нему как к «слепому котёнку», как в день, с которого всё началось и вновь потрепать его по волосам чуть ласковее, чем при ком либо. Балконная дверь закрывается с присущим щелчком. Петров и Пятифан помогают друг другу зажечь сигарету, а Рома тем временем пытался словить его взгляд. Глаза Антона…Да, безусловно, они – самые прекрасные глаза, которые он когда-либо видел. Глаза Полины, симпатию к которым Пятифан навязал себе сам, и рядом стоять не могут с глазами Антона. Когда они закуривают – их лица находятся всего в паре сантиметров от друг друга, на расстоянии сигареты. И Пятифанов готов отдать что угодно, даже свою приросшую к голове шапку, лишь бы провести вот так немного больше времени. Звук уведомления. Вновь. Антон не успевает зажечь сигарету друга, уткнувшись в экран. - Извини, секунду. Может, Оля написала. – произносит Антон, и услышав непринужденное «валяй, мне покажи потом, что мелкая пишет», прочитывает уведомление. - …Ром. Пропал студент. На моём курсе учился. Рома, что хотел было зажечь сигарету самостоятельно, тут же замирает, в попытках переварить услышанное от уст своего Петрова. - Че? - …Прочти. Телефон в мгновение оказался в сухих руках Пятифана. Заголовок говорил сам за себя, в то время как сигарета уже как-то и не лезла в горло. - Ну пиздец, Тош. Натуральный пиздец. Ты это… - он осёкся, отводя взгляд. Сплюнув всю неуверенность, которую он держал в себе, все же произносит. – Без нас с Бяшей, или как минимум, без меня никуда не ходи в одиночку.