Мир Пламени: Огонь Оберегающий

Неделя в больнице прошла достаточно быстро. А как иначе, когда большую часть времени спишь для скорейшего выздоровления, а в меньшую постоянно занят. Обязательно кто-то развлекает. То Сагуру заявится «просто чтобы увидеть», – не хватает ему общения по телефону. То Аоко рассказывает о делах в школе и передаёт заданное – хорошо, что только обычную домашку, не зря напрягался те два месяца и догонял программу, пропущенную из-за «посиделок в пещере». Народ из школы приходил, мейтантей заглядывал, даже Накамори-старший как-то раз пришёл вместе с дочерью. Судя по виду этих двоих – мужчину заставили. Кайто старался не улыбаться, представляя как это происходило… В общем, кого только не было. Ещё больше народу позвонило с вопросом о самочувствии. Некоторых куда больше интересовал преступник и убедить подобных личностей в том, что оный понесёт заслуженное наказание и не надо ничего добавлять, оказывалось не так-то просто. Остальное, не занятое родными-близкими-друзьями, время парня развлекал кинжал. Рассказывал много интересного, так что скучать не приходилось. За эти дни Кайто узнал о прошлом своего вида больше, чем за всё предыдущее время. Клинок делился множеством разных историй, многим из которых был свидетелем, а остальные почерпнув из чужой памяти. На вопрос каким таким образом можно достать чужие воспоминания, оружие усмехнулось и рассказало о том, как хранится, вернее, раньше хранилась история их вида. Обладатели второго облика не вели записей или чего-то подобного хронике, всё хранилось в голове, вернее в головах. Так уж они устроены – и Кайто на себе замечал – что почти ничего не забывают, но в то же время сведения не торчат в голове и не мешают думать. Просто лежат где-то там, в глубинах памяти, и всегда доступны. При должном усердии можно вспомнить любой день в мельчайших подробностях. А благодаря связи, образующейся во втором облике при соприкосновении пламени, они обменивались сведениями. Всё вместе и есть Причина, по которой они всё хранили в себе. и передавали потомкам по достижении определённого возраста. «Того, который люди сейчас называют возрастом обретения», – отметил клинок. Когда двое находятся во втором облике, они могут напрямую обмениваться данными, включая зрительные образы, обонятельные, слуховые, даже эмоции тех, кто это пережил. Так вся история хранилась в каждом и не было опасности потерять часть опыта при гибели кого-то из вожаков – если бы она хранилась только у них. Однако, именно вожаки, собираясь с определённой периодичностью, обменивались новыми знаниями, полученными лично или от подчинённых, и решали, что из этого следует добавить «в архив». Туда отправлялось всё, имеющее значение по мнению совета. В совет входили самые умные и самые разные – чтобы сократить вероятность упустить что-то важное до околонулевых значений. Обладатели второго облика все предельно ответственные, так что ничего ценного они действительно не упускали. Впоследствии вожаки передавали своим племенам «обновления», чтобы все знали одно и то же. Архив постепенно рос, но ни у кого не возникало сложностей с тем, чтобы помнить такие объемы данных… Потом произошло то самое церковное восстание и из взрослых почти никого не осталось. Детей взяли к себе сочувствующие люди, но, понятное дело, у них уже не было тех знаний. Просто по причине отсутствия второго облика и пламени. Всё же с течением времени, сменой поколений, рождавшихся в этом мире, они становились всё ближе к людям, а природа близкая к человеческой накладывает определённые ограничения… Так, их дети теперь рождались в человеческом облике и не имели своего пламени примерно до того же возраста, когда огонь обретали человеческие дети. И вместе с силой получали второй облик. С некоторых пор их представителей стало возможно убить обычным оружием, хоть и ценой приложения больших усилий, чем с простым человеком. Поэтому детям нельзя было передать знания, а как-то сохранить их иным способом… не додумались. Всё же никто не может быть совершенным и совершенно умным. Все допускают ошибки. Вот сейчас кинжал мог сказать, что хранить знания можно в таких же, как он, клинках. Но тогда он ещё не был в полной мере разумен и не мог советовать своему владельцу. Так же был вариант отдать оружие на сохранение кому-то из верных людей, чтобы потом передали подросшим детям, но к тому времени обладатели второго облика в большинстве своём перестали верить людям от слова «совсем». И детей своих им бы не доверили, просто так получилось, что старшее поколение истребили или обратили в бегство. Большой минус в таком хранении информации оказался в том, что никто не мог предположить, что их всех вырезали и весь этот огромный, тщательно собираемый для потомков объём данных, будет утерян. Что, собственно, и произошло. А люди, взявшие на воспитание их детей, ничего тем не рассказали, опасаясь, что подросшая молодёжь пойдёт мстить, да и за себя боялись тоже: к тому времени как эти дети выросли, люди обзавелись и своими. Кто-то кого-то встретил, с кем захотел остаться, построить семью и растить детей. К тому же, в толпе проще «затерять» одного из них. Беспокоились за молодёжь и за себя тоже – если церковь обнаружит, что они укрывали остатки божественного вида – им несдобровать. Потому оставили всё как есть, к тому же тем не было плохо, они просто жили как люди. А потом как-то раз, через несколько поколений, узнали о том, кем они на самом деле являются. Собрались все и ушли куда-то со своими семьями. И только совсем недавно, меньше года назад клинок наконец узнал куда – в то самое закрытое селение, где остатки обладателей второго облика пытались выживать сами, без людей. И получалось у них, прямо скажем, плохо. Ещё бы после таких историй Кайто скучал в больнице! Кинжал рассказывал и о себе, своём создании, с которого начиналась его собственная память. Как его и ещё несколько клинков остужали на берегу лавовой реки, а неподалёку виднелся огромный вулкан. Со слов окружающих он понял, что тот – самый горячий в этом мире. Как потом состоялся совет вожаков племён и было принято решение покинуть этот мир и перейти в другой. Как открывали портал и о новом мире, оказавшемся куда холоднее. Потому-то, когда клинок и ему подобные попали в руки людей, те не смогли с ними ничего сделать. В этом мире не существовало температур, хотя бы приближающихся к тем, при которых жили их создатели. А уж у того вулкана по здешним меркам и вовсе запредельная температура была. Потому их и не смогли переплавить. Просто сложили подальше от глаз и закрыли склад, не забыв выставить охрану. Вот только не всегда охрана была добросовестной, нашлись и те, кто пытался приторговывать тем, что «всё равно валяется без дела». Собственно, так один отдельно взятый кинжал и обрёл нового владельца… По прошествии недели врачи заключили, что заживление проходит хорошо и разрешили вернуться домой. Велели не напрягаться и вообще беречь себя. Кайто кивал и со всем соглашался. Пусть болеть оказалось интереснее, чем обычно, домой уже действительно хотелось. С клинка было взяло обещание рассказывать ещё, но в этом имелись сомнения. Такое ощущение, что у того существовал какой-то внутренний кодекс, запрещающий волновать владельца во всех обстоятельствах, кроме нескольких исключительных. В которые каким-то образом входило лечение от ранений в больнице. Как и говорил тот особый следователь, дело было закрыто очень быстро. Хоть об этом можно не думать. По о возвращении домой парня ждали новости. Конечно, куда уж без них!.. На сей раз, точно ради разнообразия, не какие-то опасные или требующие немедленных ответных действий, сбора всех причастных или, например, появления на публике Кида. Нет, ничего такого. Просто Акако с Игуру решили съездить в Австралию, на родину белогрудого орлана. И почему-то им требовалось сообщить об этом лично и раньше улететь они не могли. Ладно, это же ведьма. Значит, так надо. Ещё денёк выписанного больничного прошёл совершенно буднично и обычно. Как и было велено, Кайто не напрягался, хотя «не целительское оружие» перестало сдерживать обычную для обладателя второго облика регенерацию и ранение сразу стало заживать куда быстрее. По большей части просто ходил по дому – на удивление умудрился соскучиться по своему жилищу. Потом вспомнил, что вообще-то является представителем территориального вида, которому собственная жилплощадь требуется для душевного равновесия, её наличие и присутствие именно там успокаивает – и перестал удивляться. Следующий день тоже обещал быть обычным, но не задался с самого утра. Сначала необходимость ненадолго выйти из дому – уже чувствовал себя достаточно хорошо, чтобы совершать небольшие прогулки – потом взгляд, будто царапающий спину… Кончилось всё тем, что уже вернувшись домой, Кайто услышал стук в дверь и через глазок увидел подмеченного ещё раньше человека. Тот казался смутно знакомым… но даже так пускать его не хотелось. Как и встречаться. И говорить. Кажется, это называлось предчувствием неприятностей. – Я знаю, что ты там. – вдруг сказал незваный гость, глядя прямо в глазок с другой стороны двери. – Стоишь и смотришь на меня. Я тебя узнал, открывай. – если честно, после такого открывать расхотелось бы, даже будь такое намерение раньше. – Обещаю, что ничего тебе не сделаю. – ещё немного подождал. – Правда. Мне нужна твоя помощь. – Мы незнакомы. – всё же решился показаться Кайто. Сколько не всматривался в этого человека, чего-то плохого не видел. Да, не самый чистый и честный, но и ничего ужасного. В крайнем случае всегда есть подвал и на силу пламени повреждения тела никак не влияют. – Не отпирайся, я знаю, что это ты. – всё так же уверенно продолжал тот. – Я тебя узнал. Это тебе я отдал кинжал. Тогда, в трущобах. – Это… – напрягся парень. Человек не знал, что в этот миг был на волосок от чего-то очень и очень нехорошего. Кто-то, знающий его в лицо, кто-то знающий, что он получил в трущобах кинжал… а всем более-менее причастным известно, что клинок ищут у Кида… в общем, несложно провести параллели. И если допустить, что этот неизвестный знает, что кинжал у него, то есть он – Кид… то его надо хватать и тащить в подвал. Причём срочно, где всеми возможными и невозможными способами доставать ответы на вопросы, главный из которых: «Кто ещё знает?». Разум переключился и теперь мысль аккуратно свернуть кровь в тромб где-нибудь в жизненно-важном месте, больше не казалась чем-то неправильным. Филигранное точечное воздействие, никто бы не понял, что это сделано со стороны, а не само так получилось – сейчас, с клинком, его возможности увеличились и улучшились. Этот челочек, его знания, угрожают не только ему, Кайто, но и всем, кто ему дорог. А угрозы такого размера нужно уничтожать быстро и решительно, сомнения тут излишни. Потом может быть уже поздно. – Кому и где ты бы не отдал свой кинжал, вряд ли он был с открытым лицом. – настилу сдержавшись, всё же решил немного поговорить. В конце концов, сделать тромб можно в любой миг и это дело стоит оставить до того мига, как тот будет уходить. И если они не договорятся. Несколько наводящих вопросов не повредят, зато позволят получить больше данных. Может, человек просто ошибся или и вовсе не желает ему зла, всякое бывает. – Да, точно, ты был в капюшоне, – продолжал поражать своими знаниями тот. – Но это неважно. От тебя такое ощущение… – пощёлкал пальцами, силясь передать нечто, невозможное словами. Кайто по наитию выпустил ауру, немного. Человек вздрогнул и подтвердил: – Да! Как ты так сделал, чтобы оно стало сильнее? – так оказалось, что этот человек – Младший и именно таким образом запомнил, а после и узнал того, кому отдал клинок. После этой новости Кайто расслабился. Младшие не вредят обладателям второго облика, даже когда ещё ни с кем из них не связаны. К тому же, желай этот человек ему насолить – просто сообщил бы той самой организации, что может найти владельца кинжала. Значит, намерения у него по крайней мере не злые. Либо это попытка извлечь выгоду, чего тоже нельзя исключать. Но так или иначе тромба в жизненно-важной части тела он не заслуживал. Отпустить то, несвойственное для себя состояние, когда есть только опасность, цель и её устранение – всегда облечение. Пригласил в дом, налил чаю и задал главный вопрос: с чем же всё-тки этот человек пришёл. В чём нужна помощь? Но тот отказался рассказывать раньше, чем ему дадут извиниться. «Прости, я и так должен тебе жизнь, но снова пришёл за помощью, прости за это, но кто-то другой вряд ли сможет мне помочь», - несколько раз кивнув, а потом ещё и вслух заверив, что ничего страшного, но стоит уже переходить к делу, наконец получил начало истории. Оказалось, что этот человек был ещё немного в сознании, когда Кайто оказывал ему первую помощь, сворачивая кровь в повреждённых сосудах для остановки кровотечения из множества ран. Только потому и выжил, дождавшись скорой, за что отдельно поблагодарил. После скорой была больница, откуда его выкрали представители той организации, которой предназначался клинок. Собирались пытать и допрашивать, но не успели даже начать, как вломились люди тех, кто продал, обвиняя всех подряд в присвоении и недоплате. Завязалась небольшая войнушка, а он воспользовался неразберихой и сбежал, пока те занимались разборками друг с другом. Благо, имел место, где можно пересидеть не лучшие времена. Окончательно поправившись, продолжил скрываться, потом отыскал других, таких же скрывающихся знакомых, они объединились и начали что-то из себя представлять. И вот теперь они уверены, что набрали достаточно сил, чтобы… нет, не пойти против той организации, но провернуть одно дельце. Такое, неприятное для организации. И для этого им нужен либо клинок, либо его владелец. Вот за этим он и пришёл. На этом месте Кайто попросил гостя прерваться и подождать ещё одного, кому тоже было бы любопытно послушать, а то и поучаствовать. Несколько раз уверил в надёжности оного и наконец смог позвонить Рею. Всё же, всё, что касается вреда организации – можно сказать, в его сфере интересов. Это он – «главный по нанесению вреда организации». Тот не подвёл, явился быстро и сразу принялся вникать в дело. Правда только после того, как закончилось это вот: «А-а-а, это же он! Ты сдал меня!» – и прочее характерное для тех, кто знал Рея в амплуа Бурбона. Что сказать, этот Младший был запредельно удивлён узнать, что такой видный человек в организации – засланец. Рей ещё высказался в духе, что нужно предупреждать, приглашая к тем, кто знает или, по крайней мере, мог знать его, сталкиваясь «по работе». Кайто ответил, что не знал этого, но впредь пообещал прикладывать больше мыслительных усилий для анализа ситуации. Сородич не то, чтобы сильно негодовал, но определённо был недоволен. Впрочем, об этом он забыл сразу же, как услышал предложение нового знакомого. Потом наконец приступили к обсуждению. Какое-то время посидев с этими заговорщиками, парень ушёл. Пусть их, сами разберутся. Если будет нужна более деятельная помощь – Рей скажет. Может этому Младшему и кажется, что без Кайто и его силы не справиться, но мнению Рея – и самому Рею, между прочим – он доверял больше, чем, по сути, незнакомому человеку. Не хотелось влезать в это всё ещё глубже. Если придётся – тогда ещё ладно, но по собственной воле – определённо нет. Перекусу спустя пару часов эти двое обрадовались, а пока они ели, Кайто рассказал, как его нашли. Сородич усмехнулся и позволил ощутить и себя – тоже немного выпустив ауру. Младший выпал в осадок, резко осознав, что тот, кому от отдал клинок, не один такой и он вполне мог ошибиться, заявившись к какому-то другому представителю их вида. Но – повезло. Когда они доели, парень напомнил, где они находятся – в смысле, что скоро из школы придёт Аоко и обязательно заглянет сюда, и ей не стоит слышать всякие разные подробности… Намёк поняли и, поблагодарив за полезное знакомство, удалились обсуждать свои планы в другое место. Сородич наверняка вспомнил, что ему ещё и нежелательно светить лицом в местах, несвязанных с работой… В общем, кажется одного обладателя второго облика – или нет, уже двоих, ведь теперь это проблемы ещё и Рея – снова нашли какие-то приключения. Может, в этот раз удастся нанести урон этой большой и серьёзной организации? В одном Кайто был уверен – Рей приложит для этого все силы!