Преданные души.

      Теряя остатки сил, в последние секунды, Хант успевает привести свою семью к людям. Больше не нужно сражаться с временем. Больше не придется преодолевать огромные расстояния каждый день. Всё это осталось в прошлом. Всё самое страшное осталось позади. Однако, ничего не бывает наверняка… Сквозь сон, Хант слышал тихий, прерывистый писк. Он ощущал металлический холод от поверхности, на которой лежал. В горле пересохло, и он чувствовал что-то на своей морде. Попытавшись приоткрыть глаза, его сразу же ослепил яркий свет. Всё его тело онемело, и он еле мог чувствовать его. Когда зрение привыкло к свету, он разглядел своё окружение. Вокруг всё было белым и непонятным. Его насторожило то, что рядом не было ни Сьерры, ни Лупа. Волк ещё ни разу не был в человеческих помещениях. Он увидел множество странных устройств, полки с разноцветными жидкостями и множество инструментов. Когда онемение прошло, он попытался встать, но что-то дёрнуло его обратно к металлической поверхности. Только сейчас, он заметил цепь, которая висела на его шее и уходила концом в маленькую дырочку в столе, на котором он лежал. Посмотрев на свою морду, он увидел кожаный намордник с металлическими креплениями, который не давал ему полностью открытии пасть. Всё это, заставляло его нервничать, и он окончательно очнулся. Осмотрев себя, он увидел белые медицинские бинты, и он больше не чувствовал боли от ран. Однако, факт того, что он был обездвижен внушал страх. Неожиданно, в комнату вошёл человек в белом халате и очках. Это был молодой шатен, лет тридцати, с короткой стрижкой. Карие глаза не отражали ни единой эмоции, и лицо было абсолютно расслабленным. Если бы он не стоял и не записывал что-то в блокнот, можно было подумать, что он мёртв. У Ханта сразу появились дурные причувствия к этому человеку, поэтому он напрягся и готовился к его последующим действиям. То, что волк очнулся никак не повлияли на человека, складывалось ощущение, что он вовсе не видит Ханта. Однако, этот мужчина всё-таки обратил на него внимание, когда посмотрел абсолютно пустыми глазами на волка. После этого, он подошёл к монитору, стоящему возле стола и начал что-то записывать. Хант не выдержал, и попытался заговорить с ним, чтобы узнать, где Сьерра и Луп. — «Эй, где Сьерра и Луп?» — спросил Хант, стараясь не показывать свою неприязнь к людям. — «Что это за место?» — «Это — исследовательская лаборатория Бухты Приключений.» — мужчина даже бровью не повёл. — «Собака и волчий детёныш находятся в лазарете.» — «Сними с меня всё это!» — Хант начал нервничать, он не понял значения большинства слов, что услышал. — «Я должен увидеть их!» — «Они находятся в тяжёлом состоянии и сейчас проходят осмотр.» — без эмоций ответил человек. — «Увидеть их, ты пока не можешь.» — «Нет! Я должен увидеть их!» — Хант не мог поверить человеку на слово.       Волк начал дёргать цепь и вырываться, но всё было без успешно. Внутри него всё начало закипать от того, что он не знал, где его семья. Мужчина продолжал что-то записывать и вообще не обращал внимание на пациента. Закончив, он повернулся к волку и его пустой взгляд пронзил Ханта до мурашек. — «Если хочешь их увидеть, придётся подождать, сколько неизвестно, но после осмотра их состояния, будет выдан вердикт о том, можно им передвигаться или нет.» — голос учёного звучал пугающе спокойно.       Сказав это, мужчина в медицинском халате вышел из комнаты. Хант всё ещё стоял как вкопанный. Он начал чувствовать усталость, поэтому снова лёг на холодный стол. Всё что ему оставалось, это ждать. Конечно, он переживал и не доверял людям, но если Сьерра сказала, что они помогут, то она была уверена в этом. Хант не мог сомкнуть глаза, он смотрел на единственную дверь в комнате и ждал, когда в неё войдёт Сьерра или Луп.

***

      В это время, в соседней комнате начал приходить в себя волчонок. Малыш очнулся в такой же белой комнате, на металлическом столе. На его шее тоже была цепь, а на лице намордник. Посмотрев на лапу, Луп увидел странное устройство, которое полностью закрывает его лапу по самое плечо. Оказавшись в незнакомом месте и не имея возможности двигаться, он начал испытывать страх. В нос бил едкий запах химикатов, а яркие лампы слепили глаза. Волчонок съёжился и прижался к столу. Страх проникал ему прямо в сердце, и каждую секунду усиливался. В этот момент, он хотел, чтобы мама забрала его от сюда. Когда дверь комнаты открылась, малыш вздрогнул и ещё сильнее начал испытывать ужас. В лазарет зашёл пёс грязно белого цвета с большими чёрными пятнами. На нём был одет лабораторный халат, а на спине был серебристый рюкзак. Пёс сразу обратил внимание на малыша и увидел страх в его глазах. Сделав лицо по проще, пёс улыбнулся волчонку и подошёл к нему. Луп продолжал дрожать от страха, хоть этот пёс был чуть меньше Сьерры, для волчонка, незнакомец казался огромным и пугающим, особенно его кривая улыбка. Пёс подошёл к монитору, стоящему возле стола и начал записывать показания в блокнот, ловко держа ручку в металлической перчатке на лапе. Закончив, он повернулся к малышу. — «Не стоит бояться меня, скоро твоя лапка заживёт.» — добрым голосом сказал пёс. — «Мы отпустим тебя на волю, к твоим родителям.»       Луп вдруг почувствовал что-то, что придавало этому псу нечто доброе. Тоже самое, волчонок почувствовал и от Сьерры, когда впервые увидел её. Хоть этот пёс и пугал своей странной улыбкой и видом, Луп осмелился заговорить с ним. — «Правда?» — тихо спросил волчонок, и на лице пса исказилось удивление. — «Ты способен говорить? А значит, и понимать меня можешь?» — восторженно сказал пёс, но потом удивился своей недогадливости. — «Точно, если ты можешь говорить, то и понимать можешь.» — «Я хочу к маме и папе.» — тихо проскулил волчонок. — «Где они?» — «Наверно, где-то в дикой природе, я не знаю где они наверняка.» — ответил пёс. — «Если ты здесь, то вероятно они тоже где-то неподалёку, или погибли…»       Учёный делал предположения не осознавая последствий. От услышанного, Луп впал в шок и начал плакать. Пёс сразу же взял свои слова назад и попытался его успокоить. — «Нет-нет, шансы этому невелики, просто я перечисляю все возможные варианты.» — пёс не умел правильно говорить с детьми. — «Кстати, ты знаешь тех, кто был с тобой последнее время?» — «Это мои родители.» — волчонок продолжал лить слёзы. — «Они умерли?» — «Что? Нет! Как раз они-то и живы!» — пёс удивился и спросил ещё раз. — «Та собака и волк твои родители?» — «Да.» — Луп чуть-чуть успокоился и снова посмотрел на пса. — «Где они?» — «Они в соседних палатах. Знаешь, мы взяли у всех вас кровь на анализ, и вы не являетесь друг другу родственниками.» — пёс присел поближе к столу. — «Получается, ты приёмный детёныш?» — «Ну, да.» — ответил Луп и погрустнел. — «Мои прежние родители хотели убить меня и бросили в реку.» — «Ого, это… очень по-зверски.» — волчонку показалось, что пёс не умеет выражать правильные эмоции. — «Так… это очень печально.»       Луп не до конца понимал, что чувствует пёс. Сьерра рассказывала ему про то, что когда говорят об утрате или ещё о чём то ужасном, то высказывают сочувствие. Как будто забыв это, учёный продолжил простой разговор. — «У тебя есть имя?» — спросил пёс. — «Луп.» — коротко ответил волчонок. — «А как вас зовут?» — «Я Харви.» — ответил пёс. — «Как ты видишь, я учёный, а конкретно специалист в области робототехнических систем.» — «Что?» — волчонок понял только имя пса. — «Уче… что?» — «Ой, ты не понимаешь моих слов.» — Харви немного подумал и объяснил понятия некоторых слов. — «Учёный — это должность кого-то, кто проводит какие-либо изучения. Робототехнические системы — это… думаю, когда вырастешь узнаешь.» — «Я хочу к родителям.» — напомнил волчонок. — «Отведи меня к ним, пожалуйста.» — «Прости, я не могу даже снять с тебя намордник.» — пожал плечами Харви. — «Давай я спрошу у своего коллеги, он занимается вашим лечением и все полномочия раздаёт он.»       Волчонок снова не понял половины слов, но спросить не успел. Харви, быстро схватив блокнот, вышел из комнаты.

***

      В палате напротив, начала приходить в себя Сьерра. Она уже лежала на обычной кровати. К ней были подключены множество проводов и капельница. Вместо намордника, на её лице была кислородная маска. Сьерра слегка приоткрыла глаза. Она увидела, что находиться в месте, похожем на больничную палату, но всё равно начала нервничать. Она не заметила рядом ни Ханта, ни Лупа, поэтому попыталась встать, но не могла. Осмотрев себя, она не обнаружила ничего, что могло ей мешать, она физически была слишком слаба, чтобы двигаться. Сьерра чувствовала сильную усталость и изнеможение. Писк кардиомонитора действовал ей на нервы. Однако, она не чувствовала боли в голове. Несмотря на сильную усталость, она чувствовала себя намного лучше. Ещё раз попытавшись встать, она окончательно выбилась из сил. Мысли о её новой семье метались в голове. Она была готова сорвать с себя все эти провода и пойти искать их, но не могла. Беспомощность и усталость вводили её в отчаянье. Она бы и продолжила терзать себя переживаниями, если бы кто-то не вошёл в палату. Повернув голову, она увидела полосатого серого кота, в лабораторном халате. Гримаса кота была недовольной, как и у большинства котов. Он был довольно крупным, для сородичей, но всё равно использовал табуретку, чтобы достать до монитора. Сделав заметки, он повернулся к пациентке, и заметив, что она в сознании, вызвал кого-то по рации, закреплённой на нагрудном кармане халата. Подойдя к кровати, кот провёл осмотр. Проверил реакцию зрачков, посмотрел горло, и всё, что нужно для врача, чтобы выявить диагноз. — «Ты слышишь меня?» — спросил кот, в его голосе слышался недовольная интонация. — «Да.» — тихо и хрипло ответила Сьерра. — «Реакция на свет в норме, из внешних повреждений только ссадины, давление слегка повышено, но это от волнения, заражения крови не выявлено.» — сказал кот, и приступил к более важным замечаниям. — «Выявлена обычная простуда в сложной форме, недоедание и лёгкое нарушение работы желудка и печени, но самое главное ты заражена кишечной палочкой.» — «Что?» — Сьерра удивилась такому букету заболеваний. — «Предположу, что ты ела сырое мясо и плавала в ледяной воде?» — кот снова взял блокнот и что-то записывал. — «Да.» — ответила Сьерра. — «Но, я хочу спросить.» — «Мм?» — учёный не отрывался от блокнота. — «Со мной должны были быть ещё двое волков, взрослый и волчонок, они в порядке?» — с надеждой спросила она. — «Да, необходимую помощи им уже оказали.» — ответил кот и с высока посмотрел на Сьерру. — «Но, я не позволю, чтобы они оставались здесь ещё, я не потерплю диких зверей в моей лаборатории!» — «Лаборатории? Где мы?» — Сьерра удивилась, ведь в Бухте Приключений не было лабораторий. — «В Бухте Приключений.» — ответил кот. — «Но…» — «Мы построили её недавно.» — перебил её учёный. — «Где они?» — Сьерру начал раздражать его высокомерный тон. — «Кто? Волки? Они в соседних палатах.» — ответил кот и отошёл от кровати. — «Для безопасности, мы посадили их на цепи.» — «Что?! Они безвредны, приведи их сюда!» — Сьерра начала возмущаться. — «Я должна убедится, что они в порядке.»       Сьерра почувствовала, как её сердце начало закипать. Она попыталась встать, но всё было также безуспешно. Кот бросил на неё взгляд и отвернулся к столу с таблетками. — «Можешь даже не пытаться, ты слишком слаба для этого.» — «Не смей мне говорить, что я слаба!» — Сьерра не на шутки разозлилась. — «А не то… — «А не то что?! Укусишь меня?!» — кот тоже переменился в лице, и стал кричать в ответ. — «Для меня, это будет сравнимо с укусом мухи!» — «Да, это ещё почему?!» — Сьерра, хоть и хрипло, но продолжала кричать. — «Я столько пережил, увидел всю гниль этого мира, что теперь перестал чувствовать боль!» — ответил ей кот, и встал возле кровати. — «Да ладно! Я всю жизнь посветила войне, убивала чуть ли не с рождения! Я проходила многочисленные пытки! Служила тем, кто ставил на мне опыты, чтобы сделать из меня послушного солдата!» — Сьерра впала в ярость, и остановилась, только когда усталость забрала возможность кричать. — «Я была лишена жизни, когда получила её, была уже на волоске от смерти.» Кот, выслушав всё это, слегка ослабил свой гнев, но всё равно, было видно, что он злится. Он дал свой ответ уже тихим голосом. — «У меня жизни не было, нет и не будет. Как и ты, я пережил страшные эксперименты. В отличие от тебя, я не был рождён, а был создан искусственно. И в основном, как подопытная крыса.» — от этих слов, Сьерра взглянула на него по-другому. — «Пройдя тысячу опытов, я обрёл свободу, когда стал полезным не как подопытный, а как учёный. Эксперименты наделили меня гениальностью, я получил докторскую степень в медицине, биологии, химии и психологии, но ради чего?»       В этот момент, дверь комнаты открылась. Кот резко замолчал, и вошедший не заметил их разговор. Сьерра остыла и уже не чувствовала злобы. Когда она взглянула в сторону двери, то увидела до боли знакомое лицо. — «Сьерра, ты очнулась!» — радостно воскликнул вошедший Карсон. — «Я так рад снова увидеть тебя!» — «Карсон!» — Сьерра была сильно обрадована появлением знакомого. — «Я тоже рада тебя видеть.» — «Где ты была? Как ты себя чувствуешь?» — начал задавать вопросы пёс, но кот заткнул его. — «Ей нужен покой!» — рявкнул он. — «Можешь просто говорить с ней, но не задавай вопросов, ей тяжело говорить.» — «Кстати, это Генри.» — будто не заметив замечания, сказал Карсон указывая на кота. — «Он тот ещё фрукт, но уверен, вы подружитесь.» — «Спасибо, овощ! Но мне нужно работать!» — обозвал его кот и уходя, хлопнул дверью. — «Не обращай внимания, у него, как и у тебя, есть свой Кольт, поэтому он и ходит вечно злой.» — пошутил Карсон, когда Генри ушёл. — «Что? Его тоже кто-то раздражает?» — посмеялась Сьерра. — «Кстати, где все остальные? Наверно, все так изменились за столько времени.» — «Да… изменились.» — Карсон неожиданно погрустнел, и Сьерра это заметила. — «Что-то случилось?» — встревоженно спросила Сьерра. — «Ну, в общем, всё довольно плохо, хотя с Рипом всё хорошо. Он уехал в город Приключений, и остался там, как хирург в городской больнице.» — ответил Карсон. — «А с остальными всё довольно мрачно…» У Сьерры закололо сердце, и она внимательно прислушалась. — «Стюарт получил должность личного пилота и водителя королевской семьи, и, на свои выходные, он прилетал сюда. Однако, в один из дней, он не прилетел, хотя вылетел из Гавкинбурга. Его самолёт исчез из радаров, и его так и не нашли. У Кольта похожая история, он встретил одну собаку, которую наняла мэр в качестве береговой охраны. Она патрулировала водные окрестности вокруг Бухты. Однажды, она сказала, что должна уйти и уплыла на своём катере в океан. Кольт отправился за ней, но так и не вернулся. Лодку, на которой он уплыл нашли посреди океана, но уже без него. А вот Шерман…»       Сьерра и так почувствовала сильную боль от услышанного, но, когда речь зашла о её командире, она затаила дыхание. Карсон опустил голову, и выдержав паузу, продолжил. — «У Шермана остановилось сердце три дня назад…»