Я буду рядом...

      Смоукскрин — автобот, который появился с огоньком. Этот парень поджёг энергон, когда команда Прайм столкнулась с десептиконами.       Оптимус принял его в ряды автоботов под своим командованием. Искра новичка искренне хотела получить знания и умения, чтобы стать великим воином, достойно сражаться и приближать фракцию к победе. Но далеко не всегда всё удаётся выполнить идеально, так что Смоуку приходилось извлекать урок из каждой своей оплошности, ведь без этого саморазвитию не дано случиться.       Арси выходки новичка часто казались глупыми, порой даже детскими. На совместных заданиях она ощущала себя нянькой, а не союзницей. Белый корпус носился перед глазами и пытался что-то сделать, давая волю своим идеям. Действовать по указке Смоукскрин не любил, этот хаос фемботку раздражал.       На базе покой её покинул. Бесконечные миссии, новый член команды, личная жизнь Джека, война… Арси хотелось ездить на трассу каждый вечер, а не раз в три дня. Две недели назад, когда они поговорили в первый раз, она и представить не могла, что гонки ей так понравятся. Рёв машин, высокая скорость, ветер бьёт по корпусу, а впереди… Нокаут. Красный спорткар мог уступить победу синему мотоциклу, чтобы после финиша с удовольствием продолжить гонку. По окончании встречи они мирно расходились, как будто никакой войны не было. Фемботка была благодарна меху за эти мгновения беспечности.       Искру терзало осознание, что Нокаут являлся десептиконом. При столкновении на миссиях они вновь становились врагами, выполняющими поручения своих главарей. Единственное, что отличало прошлые встречи и встречи сейчас — окуляры, выражающие печаль. «Прости, если сможешь...», — проносилось в процессоре, когда алый мех шёл за артефактом. От огорчения фемботки внутри всё разрывало в клочья, но выбора не было. Нокаут чувствовал, как поводок на его шее становится короче. Приходилось подчиняться, чтобы иногда видеть её около себя на старте и наслаждаться этой иной приторно сладкой реальностью.

***

      Дверь гаража вновь открылась, Арси умчалась из Джаспера. Теперь существовать без азарта и скорости она не могла ровным счётом так же, как без алого приятеля. Во время бесед казалось, что он всё понимает с полуслова.       Презрение к меху из-за его принадлежности к вражеской фракции сошло на нет, но недоверие осталось. Нокаут старался доказать Арси, что во время совместного отдыха ей ничего не угрожает, но из предплечья фемки часто появлялся клинок, если ситуация казалась опасной. Алому ничего не оставалось, кроме как поднимать руки в знак отсутствия намерения драться и говорить, что всё в порядке.       Сейчас они преодолели финиш и свернули с главной дороги. Спорткар стал ехать медленнее.       — Что, уже выдохся? — с усмешкой поинтересовалась двухколёсная, постепенно сбавляя скорость.       — Вовсе нет, просто… — Нокаут старательно подбирал слова. — Было бы славно внести разнообразие в наши встречи.       — Хм, интересно… И что же ты придумал?       — Мы участвуем в гонках, немного разговариваем и разъезжаемся. Думаю, было бы неплохо кататься по окрестностям, попутно беседуя. И время активно проведём, и больше узнаем друг о друге.       — Погоди, — мотоцикл затормозил. — Я думала, что разговоров перед расставанием достаточно. Спорткар затормозил. «Нет, этого недостаточно», — подумал он про себя. Хотелось сказать о своих чувствах, но пока было рано… Казалось, что его отвергнут.       — Думаю, что двум гонщикам не помешает общение, — мех выкрутился.       — Хорошо, как скажешь. Мотоцикл и автомобиль тронулись с места.       — Я слышал, что у вас появился новенький.       — Да, появился, — тон вокалайзера был напряжённым.       — И какой он?       — Чересчур своенравный. Оптимус говорит, что со временем это пройдёт, и процессор встанет на своё место; но у меня складывается впечатление, что этого никогда не произойдёт. Нокаут усмехнулся:       — Забавно это слышать от фемки, которая приезжает к своенравному меху.       — В твоей компании можно расслабиться, а со Смоукскрином… Оба смущённо замолчали. Ехали, куда окуляры глядят. Ни о чём не хотелось думать; хотелось просто исследовать дорогу, находясь рядом друг с другом.       По пути Арси, не осознавая этого, заглядывалась на спорткар. Фембот подметила, что на гонках Нокаут выглядел более ухоженным, чем обычно. На краске красиво лежали лунные блики, диски колёс размеренно вращались, гипнотизируя и зовя за собой. Казалось, что всё это время они не просто участвовали в гонках, а находились на имитации свидания.       Мех смотрел на мотоцикл и гасил чувства, которые с каждой встречей приобретали глубину. Больше всего он боялся, что особое состояние его энергетического поля заметят на Немезиде. Находясь в альт-форме, он не ехал, а летел рядом с ней. Становилось неимоверно легко, искра трепетала, дрожала при виде Арси. Как было больно действовать против автоботов, смотря в её большие глаза, которые так и манили к себе.       Спустя какое-то время двухколёсный транспорт сбавил скорость и остановился возле обочины. Арси приняла облик робота, чтобы попрощаться, смотря в окуляры. Когда Нокаут покинул альт-форму и подошёл к ней, она непроизвольно взглянула в его красную оптику. Они простояли минуту, не обронив и малейшего звука… Автоботка застенчиво отвернулась, поняв, что засмотрелась на два горящих круга в его глазах, которые пронизывали её в течение этого промежутка времени. Мех неловко отстранился и попытался прийти в себя.       — Кхм… До скорой встречи, — Арси мило улыбнулась, смотря в сторону алого меха.       — Д-да, до скорого… — он тихо ответил и поспешно принял альт-форму. Арси провожала взглядом силуэт автомобиля, быстро уезжающего вдаль. Впервые за долгое время она ощутила себя по-особенному одинокой: в грудном отсеке появилась пустота, в которой с эхом постукивали все те мрачные чувства, которые старательно ей подавлялись до этих пор.

***

      Джек проснулся, чтобы попить воды. Наполнив стакан и быстро опустошив его, в голову пришла неожиданная, словно нашёптанная интуицией мысль проверить гараж. Парень открыл дверь и удивился отсутствию автоботки. Подумав, что она уехала на срочную миссию, Джек вернулся в свою комнату и постарался провалиться в сон. С трудом, но всё же ему удалось это сделать, преодолев поток мыслей о том, что же такого могло случиться этой ночью.