Лжец

      Утро Арона началось с легкого толчка в плечо. Учитывая события последних дней, это было неожиданно легко и приятно. Омега аккуратно приоткрыл глаза, осмотрел обстановку и с тихим фырканьем снова зажмурился. Деймон с слабой улыбкой навис над ним. Он не выглядел угрожающе, но Арон всё ещё не доверял. Конечно, сейчас его не убьют, но, возможно, позже?       — С добрым утром, Арон, дорогой супруг. Обсудим нашу сделку подробнее или хочешь остаться в неведении как можно дольше?       Омега поморщился, но всё же привстал с настила спального мешка. Мягкая ткань словно сама не хотела выпускать Арона из плена.       Деймон усмехнулся.       — Я так и думал.       Рядом стоял уже столик с вяленым мясом и фруктами. Вместо вчерашнего вина был кувшин воды.       В палатку вошёл раб с небольшим медным тазом и поставил его рядом с Ароном. Омега с немым вопросом оглядел тару. Обычная теплая вода, чтобы отмыть тело и лицо от пота и ночного жара. Такое небольшое действие, но как же приятно.       — Теперь, когда ты окончательно проснулся, мы можем обсудить дела.       Всё это время Деймон сидел с ним в одной комнате. Он ничего не трогал, не зазывал стражу или слуг, лишь молча наблюдал за ним. Так смотрят хищники на добычу. Внимательно следят, что предпримет жертва, прежде чем напасть. К счастью Арона, Деймону он всё ещё нужен был живым.       — Что от меня требуется?       Арон обдумал всё ещё ночью. Он был достаточно удачлив, чтобы выжить даже в этой ситуации. В случае чего он всегда найдёт способ сбежать.       — Во-первых, на людях тебе нужно изображать моего супруга. Я клянусь, что наедине не буду ни прикасаться к тебе, ни трогать. Но пока рядом с нами посторонние люди — тебе нужно постараться изобразить из себя любящую омегу.       Арон кивнул. Пока что Деймон и вправду ни разу не коснулся его, разве что утром, чтобы разбудить. Ночью он спал, да и вчера вечером не пристал, будь альфа и вправду заинтересован в нём как-то иначе, чем просто жажда наживы, то Арон бы уже понял. Конечно, это всего лишь одна ночь и делать выводы ещё рано, но для начала было уже неплохо.       — Во-вторых, тебе нужно будет собирать информацию.       Арон удивлённо приподнял бровь. А затем задумчиво перевел взгляд на выход. Лучи солнца едва заметно прокрались в палатки, если прислушаться, то всё ещё можно услышать шум воинов и тихий ропот рабов. На удивление, такая оживлённость вызывала только спокойствие.       — К сожалению, Деймон, я не так хорош в шпионаже, как вам кажется. Думаю вам не стоит возлагать на меня надежды, я плохо втираюсь в доверие.       Альфа молчал, он немного сгорбился и, сцепив руки в замок, задумчиво осматривал чужие лодыжки. Арон слышал, что лодыжки и запястья дорого ценились в Варии, омеги цепляли на них дорогие украшения и всячески оголяли.       — Не волнуйся, тебе не нужно много стараться, просто узнавать некоторые новости для меня. Не обязательно что-то серьёзное.       Деймон смотрел тяжело. Он мельком осмотрел лицо омеги, крупные плечи, крепкие руки, прошёлся взглядом по ногам. Арон не знал из чего состоял такой интерес, но даже так понимал, что альфа делал это не из прихоти, во всем читался подтекст. Особенно, когда Деймон тяжело выдохнул увидев длинный шрам на ноге, пролегающий от талии до самой лодыжки. Арон до сих пор помнил, как получил его, пытаясь взобраться на корабль с провиантом. Кто знал, что безбилетникам так сложно попасть, не поранившись?       — К чему вам это? Немного информации можно выяснить и через прохожих. Для чего нужен именно омега, который явно не подходит под стандарты вашей страны?       Деймон немного поморщился, но тут же успокоился.       — Мне совершенно всё равно на стандарты. Честно говоря, мне нужен омега для общения с другими омегами. Твоё наличие повысит мой статус и откроет допуск на многие собрания и встречи. А также предотвратит многие смерти.       — Смерти?       Арон слегка прищурился. Значит он точно может погибнуть во время этих игр. Нужно быть аккуратнее.       — Понимаешь, Арон, как ты мог вчера заметить, предательства случаются. И у императора Рендала есть много недоброжелателей, которые постоянно затевают перевороты. В моих задачах, как генерала, входит защита страны от вторжения и революции. И ничего удивительного, что могут пострадать мои близкие люди.       Арон кивнул. Он недовольно потер ступню. Раны ныли от пота. Наложник из него вряд ли бы вышел хорошим. Но супругом генерала стать получилось, хоть и совершенно странным образом.       — Переоденься.       Деймон кинул рядом с ним нежно-розовую тогу. Ткань выглядела легкой, но материал был жёсткий и плотный. Рядом лежал белый пояс, прошитый серебряными нитками. Выглядело строго.       — А ты выйди.       Деймон усмехнулся, но послушно направился вон. Уже в одиночестве Арон слышал громогласные поручения генерала. И это ожидало его. Молчаливое исполнение приказов.       Тога выглядела аккуратно. Даже красиво. Нежная ткань охлаждала, по структуре напоминая шёлк или сатин. Арон точно не знал различий, но знал приблизительную стоимость и того и другого. Подвязавшись поясом, омега направился в сторону выхода. Интересно, как поменяется отношения стражи при виде него? Будут ли они также свирепы, как рабовладельцы, или отнесутся обходительно, учитывая, что отныне он супруг самого генерала. Или же омеги не имеют статуса в их глазах?       Солнце как-то по-злому обжигало. На входе стоял стражник. В отличие от белых одежд Деймона, его одежды были аккуратно расшиты витиеватым узором на всё тело, образуя бутон. Такие бутоны вышивали по меньшей мере три дня, требуя усидчивости и концентрации. Арон никогда в жизни не смог бы повторить такого.       — Доброго утра, господин. Генерал просил подождать его возвращения в палатке.       Арон кивнул и с нескрываемым разочарованием зашёл обратно.       По крайней мере его не погнали хлыстом вон. Да и уважительное обращение было льстивым. Жаль, что это всё из-за того что он новоиспечённый супруг генерала.       В целом, если Деймон не врал, то у него будет обеспеченная жизнь в качестве приманки, а также, если Арон всё же выживет, ему была обещана богатая жизнь после. Удачный расклад. Может он и стоил дешевле верблюда, но везло ему явно больше скотины.       — Прости, что так долго. Уже соскучился, любовь моя?       Арон хотел огрызнуться на шутку, но, обернувшись, заметил посторонних. Стражник с интересом наблюдал за ним. Воин внимательно оглядел его короткие волосы, вздернутый нос, широкие плечи. Осматривая с ног до головы он на пару мгновений задержался на его смуглых лодыжках и смущённо отвёл глаза. Видимо, голые ступни омег в Варии были и вправду в почёте.       — Да, мой господин. Я так испугался, когда вы ушли и оставили меня одного.       Получилось неуверенно и с неким излишком. Но страж совершенно не обратил внимания, а Деймон лишь улыбнулся, показывая тем самым одобрение. Если Арон хочет выжить, то нужно научиться притворяться, чтобы никто не смог его раскусить.       Деймон подошёл ближе и аккуратно схватил за руку. Всё это время он внимательно смотрел в глаза, как тигр на охоте. Легкое прикосновение к руке, едва ощутимый поцелуй и лживое признание в любви. Ни единого подозрения на притворство, словно альфа давно привык играть в возлюбленных.       — Нам нужно собираться и уходить, мой сладкий нектар.       Арон улыбнулся, едва сдержав смешок. До жути приторно. Но он хотел отплатить той же монетой сказать что-то такое же, до жути мягкое и звонкое. В своём долгом путешествии, наблюдая за людьми, ему не составило труда придумать что-то похожее по оригинальности.       — Да, господин моей души!       Страж окончательно смутился, что стало для омеги доказательством его дурной игры. Деймон казалось молчаливо принял правила, с лёгкой ухмылкой, прищурив глаза, наклоняясь ближе к нему. На мгновение Арон даже испугался. Неужели он сказал что-то непозволительное?       — Ах, душа моя, ты дороже мне всего золота Варии!       Тяжелая рука опустилась омеге на плечо. Арон уже намеревался отбиваться, но альфа лишь бесшумно поправил тогу. Когда он надевал подаренную ему одежду, он даже не подумал как правильно носить и одел как получилось. Деймон лишь выпрямил загнутую тряпку и с самым мирным видом, положил руку на талию, направляя в сторону выхода.       Страж молчаливо следовал за ними. Как только они вышли, солдаты тут же начали складывать палатку, пакуя вещи в тележку. Омега украдкой оглядел связку рабов. Единственные выжившие в тяжёлом пути альфы — исчезли из колонны, видимо их прикончили вчера ночью. Да и омег изрядно поубавилось.       Пожитки были собраны быстро. Вещей капитана, к счастью, было немного. Арон лишь тонко приметил, что в пожитках генерала оказалась омежья тога, в которой он сейчас находился. Возможно, Деймона ждал любовник в городе. Но так как это были не его проблемы, то и не ему следовало в них разбираться.       Деймон легко посадил его на лошадь и залез сам. Альфа аккуратно сел сзади, легко держа за талию. Арон хотел возразить, ведь он и сам мог оседлать коня, но так как не он был здесь главным, лишь молчаливо поморщился. Скоро он привыкнет играть слабого, но пока что это было в новинку.       Ехали они до ужаса долго. Размеренная ходьба лошади хоть и не доставляла неудобств, но розовая тряпка, по этикету перекрученная на плече, доставляла неудобства. Пару раз он пытался снять надоевшую лямку, но встречался с рукой Деймона. Генерал, не подавая виду, одергивал его от попыток оголить плечо. И хоть для Арона было ясно, что это не более чем способ поддержать благочестивый образ знати, многие скорее всего подумали, что он, словно дикая омега, пытался соблазнить генерала, а тот не поддавался искушениям.       Ничего не скажешь. Арон был явно хорош в притворстве, для которого даже не старался, наверняка теперь весь отряд запомнил его как ненасытную омегу. Теперь ему приходилось терпеть не только неудобную одежду, но и любопытные взгляды варийцев.       Дорога была относительно быстрой, да и идти оставалось совсем немного. Рабы, перепуганные сменой работорговцев, сегодня вели себя достаточно шумно, но воины их не останавливали, некоторые альфы даже с украдкой рассматривали полуобнажённых омег, но трогать не осмеливались — как никак они будущие наложники императора.       В дороге Арон сонливо прикрыл глаза, но продолжал держаться. Он испуганно замер, когда почувствовал, как лошадь остановилась. Раскрыв глаза, омега увидел огромный город вдалеке. Его длинная стена стройным рядом прикрывала маленькие одноэтажные дома, лишь огромный дворец с позолоченным куполом вместо крыши возвышался над неприметными домами.       Деймон поднял правую руку. Толпа медленно остановилось, и даже без того тихое ржание коней замолкло.       — Воины!       Сотня альф подняли голову вверх, внимая словам генерала. Нет. Их господина.       — Вы славно сражались на севере! Несмотря на дикий холод, мы смогли отвоевать земли для нашего государства. Империя гордится вами!       Громогласный гул оглушил лошадей. Довольный крик толпы и рукоплескания. С такими речами солдаты наверняка любили Деймона больше императора. Арон счёл это интересным, но всё же решил, что ещё не время узнавать о политической стороне вопроса.       — И разве могу оставить я вас без подарка? Помимо золота, который вы получите в царской казне, я решил сделать особый подарок от себя!       Свист, хлопки и восторженные выкрики оглушали. Арон думал что это всё более походило на раболепие перед добрым господином.       — Видите этих чудесных наложников, предназначенных для императора? Я и сам не смог не положить взгляд на одного из них.       Арон почувствовал крепкую хватку на талии. Он аккуратно повернул голову и внимательно посмотрел на альфу. Ни капли любви, так смотрят на непослушного ребёнка, ожидая от него правильного поступка, и Арон понял. Омега аккуратно прильнул к нему и в довесок ко всему легко выдохнул, вызывая ажиотаж толпы.       — Господа, кому приглянулись эти омеги? Они ваши! Но прошу вас не деритесь, кому не хватит. Я самолично подыщу вам достойных омег!       Не понимающие ни единого слова, омеги испуганно вскрикнули, когда к ним потянулись руки альф. Арон подумал, что это сумасшествие. Наложников в их строю оставалось от силы пятьдесят штук, а самих воинов было в разы больше. Но как ни странно драки не последовало, и каждая омега оказалась на лошади в руках альф.       — Но у меня будет просьба, друзья. Император должен думать, что это омеги севера, иначе он поймёт, что я украл эту красоту из-под его носа. И тогда на меня падёт позор со стороны двора. Я вам доверяю, воины, и надеюсь, что вы сохраните в тайне мою провинность.       Арон слегка хмыкнул, подмечая с каким странным вожделением альфы смотрели на рабов. Неужели омеги и вправду полюбились им за одну короткую ночь? Какой абсурд. Но говорить он ничего не стал, мысленно делая себе замечание расспросить о всём Деймона. Да и странное предложение скрыть их происхождение от императора было до ужаса подозрительным. Не сам ли генерал хотел предотвратить перевороты, и что же сейчас произошло? Тихий заговор с собственными солдатами.       Когда лошадь наконец развернулась, и они продолжили путь, генерал разжал руку на его талии, а сам Арон смог позволить себе выпрямить затёкшую шею. Притворяться было не так сложно, когда оба участника понимают, что всё это — удачная игра на публику.       Чем ближе они продвигались к воротам, тем больше недостатков и достоинства видел Арон. Несмотря на огромную территорию, ворота имели трещины, а тонкая каменная стена во многих местах разваливалась. Омега хмыкнул. Вария захватила северные города, восточные побережья и медленно захватывала запад. И что же он видел? Невзирая на величие замка, защита пребывала в упадке. В случае чего отражать нападение будет сложно.       Старые ворота открылись. Они шествовали вперёд под радостные крики горожан. Войско встречала толпа. Огромная буйная волна.       Арон без интереса смотрел на горожан. Смуглые, осунутые лица, счастливыми глазами провожали их отряд до самого дворца. Казалось что в Варии, царстве изобилия, стоял голод. Скорее всего настало время засухи, и поэтому большинство горожан выглядели изрядно похудевшими, хотя омега чувствовал, что не обошлось без элементарной жадности высших чинов. И несмотря на такую бедность, они ещё осмеливались отправлять войска в сражения.       Деймон вёл войско ко дворцу, обмениваясь улыбками с горожанами. Арон мог лишь пытаться изобразить из себя преданного слугу, бросая взгляды на альфу со спины, будто нечаянно. Альфа и сам смотрел на него, улыбаясь сильнее, когда ловил его взгляд. Должно быть красивая картина со стороны. Но оба понимали, что это успешная игра на публику, чтобы весь народ Варии, который увидел его сегодня, заговорил о любовнике генерала.       Дворец с каждым шагом лошади становился больше. Побелённые стены, золотые купола и яркие узоры от земли до крыши. Императорские хоромы выглядели поистине прекрасно. Но на фоне обветшалых домов, худых глиняных лачуг, это выглядело по-настоящему грустно и с какой-то стороны нелепо.       Арон хмыкнул, хватаясь за седло. Он слегка отстранился от Деймона, но тот не сказал ни слова. Омега сощурился всматриваясь в гобелен на стене. Эти письмена не принадлежали народу Варии. Отара, страна, омываемая семью морями, родина специй и пороха, первая страна, которая пала под гнётом варийцев.       Арон знал отарский язык, буквы вышитые на ткани значили — жизнь и благополучие. Рядом висели гобелены южных стран и незнакомых Арону два гобелена с непонятными письменами. Гобелены захваченных городов. Как трофей они гордо висели на стенах замка, возвышаясь над головами жителей. Своеобразный знак силы встречал гостей у дворца, давая понять, что весь мир падёт под гнётом Варии.       Стражники смиренно склонили головы. Арон немного испуганно прижался к хребту лошади, но тут же выпрямился. Он сидел с победителем, нужно было соответствовать статусу супруга.       При дворе зелёной роскошью висели лианы на стенах. Растения опутали каменные стены. Слуги радостно кинулись под копыта лошадей, желая помочь воинам с дороги. Вот она — любовь народа.       Арон приподнял голову, вглядываясь в синий купол неба. Редкие птицы низко пикировали над городом, к дождю. Хоть какая-то свежесть в душной пустыне.       Деймон спустился с лошади и аккуратно протянул руку. Омега послушно принял её, спускаясь с коня при помощи альфы. Изобразить слабую усталость и лёгкую радость от присутствия командира рядом было уже не так сложно.       Стройные шеренги слуг выстроились в две полосы, образуя дорогу ко дворцу. В глазах читалось обожание, восторг.       Деймон аккуратно коснулся его, и тут же взял под локоть. Резко и надёжно. Арон промолчал и не смел даже шикнуть. Он здесь — гость.       Люди смотрели благоговейно. С трепетом они провожали взглядом возлюбленного господина. Деймон встречал их взгляды, полные надежды, с улыбкой на лице. Казалось, что рядом с Ароном шёл сам Апа, а не генерал.       Холодный мрамор ступеней даже через плотную подошву сандалий впивался в кожу. Огромные двери медленно открылись, а толпа подступала лишь ближе, всматриваясь в лицо генерала.       Деймон нахмурился. При виде белых стен, он выглядел подавленным и взволнованным.       Внутри дворца, по периметру, стояли огромные колонны, массивные цилиндры высотой, достигающей небес. Странные иероглифы оплетали их по кругу, от потолка до пола. Впереди — золотые двери.       Арон в ужасе выдохнул. Какая же расточительность! Люди на улице явно голодали, а сейчас он видел огромные двери, состоящие из чистого золота.       Двери медленно открылись, стража по бокам расторопно разошлась, заинтересованно смотря на него. Конечно, холостяк Деймон привёз омегу, бывшего раба, Арон был уверен, что за стенами дворца, люди уже успели обмыть ему кости.       Генерал шёл также нерасторопно, казалось, что чем ближе они подходили к комнате, тем короче становился его шаг.       Убранство помещения всё также вызывало шок, огромные варийские ковры, с вышитыми узорами поверх полотна, украшали полы и стены комнаты. Золотые вазы стояли в каждом углу, а в них роскошные бутоны пионов. Но самый ужас вызывала не роскошь, а пьедестал. На троне, предположительно, восседал правитель-самодур, занимаясь чем-то непотребным. На его коленях вверх-вниз скакал омега. Обнаженный омега.       Арон стыдливо отвёл глаза в сторону, в ужасе выдыхая и пытаясь осознать, что он только что увидел. За долгое время странствий он привык к странностям людей, но перед ним сидел не местный дурачок, а император. Разве возможно, чтоб картинка так сильно не соответствовала рассказам о сильном правителе Варии?       Чуть ниже, у трона сидел ещё один омега. Глаза Арона восхищённо взирали на его красоту, в удивлении он приоткрыл рот. Что-то неземное восседало на полу, рядом с троном. Тонкий и худой, омега внимательно смотрел на него красными глазами, в которых плескалось любопытство. Белоснежные локоны сияли от ярких лучей солнца. А вся его кожа была похожа на тонкий мрамор, такой хрупкий. — Святой Опа, он прекрасен…       Арон едва смог отвести взгляд от неземной красоты омеги. Как так получилось, что такое неземное создание сидело вблизи непотребства?       Сильная хватка на руке смутила омегу, и Арон вопросительно посмотрел на Деймона, но тот смотрел совсем не него. Глаза генерала горели праведным гневом, казалось, что он вот-вот накинется на развратную парочку перед ним. Вместо того чтобы уйти, они продолжали стоять на месте, под стоны и крики любовника императора. Бывший раб лишь разочарованно выдохнул, даже не стараясь понять всего абсурда. У богатых свои причуды.       Когда бурное действие на троне всё же прекратилось, Арон смело поднял глаза на бесстыдников. Правитель, который уже вызвал у него немой шок, выглядел достаточно хищно: темные локоны, завязанные в гульку, растрепались, редкими прядями спадая на плечи, а черные глаза горели странным огнём. Так смотрит тигр на добычу. — О! Это же прославленный генерал Деймон! Прости уж, дружище, за такое представление.       Чуть помолчав, Император Рендал помог спуститься со своих колен омеге. По сравнению с неземным чудом у подножия трона, парень выглядел обычно. Конечно, Арону ни в коем случае не сравниться с любовником правителя, но он всё ещё непонимающе смотрел на юного смуглого омегу с длинными черными волосами и карими глазами. — Деймон, а что за омега рядом с тобой? Мой подарок с севера?       Хищный взгляд прошёлся по Арону с ног до головы, но омега не поддался. Он не боялся, пока рядом с ним стоял Деймон. — Господин Рендал, это мой супруг. Мы обручились на границе у севера. — Вот как.       Император хмыкнул, зло поморщившись. — Что же ты не писал об этом в отчётах? Хоть бы приглашение отправил! — Я не думал, что это такая важная информация для господина. К сожалению, по-другому бы я не мог привести Арона сюда, в странах Севера есть традиция, что забрать омегу из отчего дома можно только поженившись в том же доме.       Император смотрел недоверчиво, кажется он ни капли не верил рассказам Деймона. Но Арон стойко выдерживал колкие взгляды в свою сторону. — И что ты нашёл в этом простолюдине? Судя по нему, дома его несчадно били.       Деймон усмехнулся, аккуратно переплетая их с Ароном пальцы. — Господин, вы просто не видели, как он ловит рыбу. — Вот как?       Император задумчиво оглядел омегу, но, кажется, его любопытство было окончательно удовлетворено. — Тогда поздравляю тебя, дружище! Надеюсь тебя будет ждать много рыбы.       Деймон задорно расхохотался на шутку Рендала, Арон тоже выдавил из себя лёгкую улыбку. Он уже достаточно хорош в актерском искусстве, чтоб продолжить притворяться. — Жду вас с твоим женихом завтра на обед. Такая важная новость! Нужно отметить всей знати. Знаменитый холостяк Деймон нашёл для себя того самого избранного!       Генерал улыбнулся и крепко схватил Арона за руку. — Видимо, теперь мы можем откланяться, господин Рендал?       Император согласно покивал головой и, кажется, снова хотел продолжить прерванное дело. Любовник Рендала, о котором совершенно позабыл Арон, снова нежно накинулся на правителя Варии. Генерал не стал больше ждать, вытягивая руку омеги в сторону выхода.       Арон до конца отыгрывал роль послушного холенного супруга. И в этот раз сам поспешил уйти отсюда.       Выходя из зала, Арон в последний раз посмотрел на странное чудо у подножия трона. Омега не отрывал от него взгляда и также внимательно смотрел в след. Казалось, что это было лишь одинокое видение, вызванное из-за духоты пустыни.        Но разве можно было придумать такую красоту самостоятельно?       Как же много вопросов он хотел задать Деймону.