Прошлое всегда настигнет

Новое дело — новая проблема. У Фэн Синя всё чаще появляется ощущение, что на него скидывают самые сложные дела, словно на шефа отдела по серийным убийствам. — О Боже, — очередная чашка кофе оказывается в его желудке; противная чёрная жидкость, от которой альфу уже мутит, обжигает пищевод в очередной раз. Бумажной работы становится всё больше, как и жертв маньяка-педофила, а улик почти что нет, кроме примерного типажа детей, которые становятся его жертвами. За годы работы в полиции Фэн Синь уже не реагирует бурно на подобное, зная, что это его работа. Детей безумно жаль, однако он может только поймать маньяка, но не вернуть маленьких омег и бет к жизни. Глаза слипаются, ужасно хочется спать и его голову посещают мысли, что с бесполезного кофе следует переходить на энергетики. Его помощник Фу Яо литрами пьёт этот напиток, а после работает всю ночь. Стрелки часов давно перевалили за двенадцать, дело не движется с мёртвой точки, а Фэн Синь уверен, что снова заночует в кабинете на диване, если вообще уснёт этой ночью. Дежурный альфа, который только-только вышел на службу, несколько раз заходил к Фэн Синю и предлагал свою помощь. Альфа только махал рукой в сторону, мол, иди отсюда. И даже не поднимал голову в сторону молодого альфы. Он со страхом ожидает очередного звонка, который сообщает, что найден ещё один изуродованный труп ребёнка лет десяти или девяти. Звонок о трупе ребёнка, лицо которого превращено в кровавое месиво, глаза выколоты, рот разрезан, а суставы конечностей выгнуты под неестественным углом. Не то что у обычных людей, даже у многих специалистов леденеет кровь в жилах, а лицо белеет и приобретает зеленоватый оттенок. Иногда Фэн Синя посещают мысли о его детях. Если бы они, конечно, были, смог бы он перенести их кончину от рук маньяка? Определённо, нет. Даже от мыслей об этом ему становится дурно. Он, уже морально подготовленный, каждую ночь он ждёт проклятый звонок о находке нового мертвеца под утро. К своему счастью, Фэн Синь не может понять горе родителей убитых детей. Но он видит их состояние в морге на опознании тела. Родители, сражённые горем, сходят с ума, а кто-то даже кончает с собой, не пережив потерю ребёнка. Три месяца назад к ним в морг поступило тело достаточно молодого омеги, который вскрыл вены. Омега не смог перенести смерть своего ребёнка и закончил свою жизнь так скоро. Тогда Фэн Синь узнал родителя одного из погибших детей, уважаемого господина Ло. Час. Два. Три. Четыре. Несколько часов ночи пролетают незаметно, за окном уже светает, а в отделе собирается народ сонных и злых альф, бет и омег. В коридорах хлопают двери, слышны голоса мужчин и женщин, громко обсуждающих дело, которое сейчас расследуют почти все отделы полиции. — Мда уж, этот человек совсем с катушек слетел, — тихий женский голос звучит под дверью Фэн Синя. Женщина старается говорить и идти тихо, но её спутник не только не контролирует уровень своей громкости, но и не стесняется в выражениях. Фэн Синь даже отрывается от бесконечных записей, которые уже плывут перед глазами, и прислушивается к беседе двух сотрудников. — Человек? — голос молодого парня, скорее всего, только вступившего в ряды полицейских, пропитан ядом и ненавистью, а если принюхаться, то можно уловить феромон альфы, который не предвещает ничего хорошего. — Это не человек, это самая настоящая тварь. Когда её поймаем — придушу лично гадину. — И сам угодишь в тюрьму, оно тебе надо? Умерь свой пыл, альфа, — делает замечание женщина парню, но тот фыркает и совершенно не слушает свою наставницу. — И не буду я успокаиваться! У меня племянник — омега возраста убитых детей! Если его убьют, я себе этого не прощу. Блять. — Да как тебя такого неуравновешенного в полицию взяли работать? — Легко и просто, — цедит альфа сквозь зубы. Голоса и шаги пары удаляются и совсем затихают спустя несколько мгновений. *** Крики и глухие звуки ударов уже стали привычными для двенадцатилетней Ли Джи. Омега, которая входит в период переходного возраста, лишь надевает наушники и старается как можно тише прошмыгнуть мимо родителей, которые снова выясняют отношения между собой. Только вчера они сидели вместе за одним столом, смеялись, планировали где и как проведут эти выходные. Но вернувшись домой, Джи осознаёт что никаких выходных, фото, на которых изображена счастливая семья, объятий отца и нежных поцелуев матери не будет. Девочка не особо сильно расстроилась, зная переменчивое настроение своих родителей. Сегодня они порядочные супруги, а завтра ссорятся из-за пустяка. Целой посуды после такого почти не остаётся, как и живого места на лице матери или отца. Ли Джи привыкла, но она чувствует зависть, наблюдая за своими сверстниками, которые живут в нормальной семье, а не в эмоциональных качелях, которые с каждым годом раскачиваются сильнее. — Ты мне всю жизнь испоганил! Лучшие годы своей жизни отдала тебе, а ты повёл себя как подонок! — Я?! Ты сама не лучше, обвиняешь меня в измене, хотя сама налево ходишь! — Да иди ты нахер! Удар и глухой звук падения тела женщины, а затем и истерический крик. Скандал продолжается уже неопределённый срок, а крики настолько громкие, что даже закрытая дверь в комнату маленькой омеги не спасает её уши от грязных слов из ртов дорогих ей людей. Ли Джи утирает непрошенные слёзы, надевает широкое худи и также быстро и незаметно уходит из дома. Обида, горечь, зависть смешиваются в ребёнке. Она не знает, как себе помочь, что нужно сделать, куда обратиться за помощью. Именно поэтому она выбрала вариант бежать куда-то в неизвестность, окончательно успокоиться и, возможно, вернуться к родителям. Только Ли Джи не думала, что сбегая, она больше не вернётся домой. *** На часах пять вечера следующего дня. Вчера, ещё до обеда, Фэн Синь ушёл из отдела, когда он чуть не отключился в кабинете у своего начальника. Господин Гао, тяжело вздохнув, с горем пополам отправил Фэн Синя домой отдыхать. А придя домой, альфа и правда заснул крепким сном, как только его голова коснулась подушки, а очнулся он уже вечером следующего дня. «Господин Фэн, вы уже живёте в отделе, на вас лица нет! Живо отправляйтесь домой, без вас ситуация с маньяком точно не ухудшится» Господин Гао относится ко всем подчинённым, как к своим родным людям, что Фэн Синя очень удивляет. Этот бета поддерживает каждого своего сотрудника, помогает найти решение проблемы. С таким начальником работа становится вторым домом. Но не для Фэн Синя. Что такое «дом»? Кто там находится? Кто делает этот самый «дом» уютным? Альфа не может ответить на этот вопрос последний десяток лет. Раньше он считал своим домом — дом родителей, где его всегда принимают с радушием, где его растили, окружив любовью и заботой. Но отношения с родителями ухудшились. Каждый разговор и личная встреча заканчиваются громким скандалом. Даже переезд Фэн Синя назад в Пекин не улучшил ситуацию и родители на расстоянии умудряются его попрекать. Количество звонков сокращено чуть ли не до одного раза в месяц, а то и в два. Фэн Синь не знает, как поживают его уже немолодые родители. Какие изменения происходят в их жизни сейчас? О людях, которых он знал лучше, чем самого себя, сейчас он не знает совершенно ничего. Нередко в его груди зарождается чувство вины перед родителями, а желание позвонить именно сейчас становится невыносимо горьким. Но альфа считает, что так намного лучше, чем каждый день выслушивать упрёки от матери, крики отца и их повторяющиеся слова о том, что если бы не они, то он не добился бы большого влияния в юриспруденции. Он не может до конца простить то, что он поддался их влиянию и бросил ещё одного любимого человека. Но даже при таких обстоятельствах Фэн Синь до сих пор не может принять до конца раздор с родителями. От некогда тёплых отношений остались лишь детские воспоминания самого альфы и фотографии, которые лежат в фотоальбоме. Воспоминания, что похоронены на страницах старого фотоальбома. Фэн Синь не осмеливается его открывать снова. Он не хочет чувствовать боль от потери родного человека по собственной глупости и неприязни отца с матерью к этому любимому человеку. «Му Цин» Иногда это имя ненароком срывается с его губ. Фэн Синь ощущает стыд за свой поступок, который совершил по отношению к этому человеку много лет назад. И он знает, что этот самый человек живёт где-то в Пекине, в какой-нибудь квартире и, скорее всего, со своей семьёй, которую построил с надёжным альфой. «Блять» — его мозг, уже полностью отдохнувший, всё ещё подкидывает воспоминания о нём, чего самому Фэн Синю не хочется. Уж точно не сейчас, когда в любой момент может умереть невинный ребёнок от рук самого настоящего животного. Фэн Синь открывает большой холодильник, в котором мышь повесилась. Альфа трясёт головой, делая мысленную пометку, что завтра нужно купить продукты. Он закрывает холодильник и берёт со стола телефон, набирая номер доставки. Кухня, выполненная в стиле модерн, оформлена полностью в чёрных оттенках, которые иногда давят на сознание хозяина квартиры. Дверной проём без двери выводит прямиком в небольшую прихожую, рядом с входной дверью стоят шкаф для верхней одежды и подставка для обуви, напротив шкафа висит зеркало. Повернув налево, можно пройти в зал и в комнату самого Фэн Синя. Закрытый балкон соединён с комнатой и оформлен под кабинет, где лежат папки, книги, старые конспекты или какой-то бытовой хлам, Фэн Синь достаточно давно не разбирал шкафы в этой небольшой комнате. Также альфа поставил туда небольшой диванчик, он даже сам не знает зачем, захотелось. Комната, как и соединённый балкон, оформлены в более светлых тонах, больше похожие на кофейный оттенок. «Ожидайте курьера в течение двадцати минут» — Фэн Синь как всегда слышит в трубке приветливый голос девушки-диспетчера, благодарит её и сбрасывает телефонный звонок, ожидая еду. Желудок неприятно сводит, в нём, кроме нескольких литров кофе и каких-то бутербродов за последние три дня, не было абсолютно ничего. Этот кофе, наверное, альфе уже во снах сниться будет или появится отвращение к этому напитку. А идея перейти с кофе на энергетики звучит ещё более заманчиво, конечно, позже могут появиться разного рода болячки (если они ещё не появились от такого темпа работы). Настенные часы тихо тикают, разрушая полную тишину квартиры. Фэн Синь листает ленту инстаграма и пытается хоть как-то расслабиться и не думать. И как раз ровно через двадцать минут курьер привёз тофу ма по. Фэн Синь распаковывает тофу и садится на диван, включая на телевизоре какую-то страшилку. Но она быстро ему надоедает. Телефон как назло молчит, ни одного сообщения или звонка от коллег о находке трупа. Внутри всё неприятно сжимается и поселяется довольно знакомое чувство тревоги. *** Десять лет назад Фэн Синь после очередного загруженного дня бежит на работу, куда опаздывает из-за того, что куратор задержала его группу на двадцать минут. На грёбанные двадцать минут, которые длятся настолько медленно, что Фэн Синь каждую секунду поглядывает на время и с нетерпением ожидает, когда же куратор закончит свою пламенную речь про экзамены и последствия, если их не сдать. Альфа оглядывается по сторонам и замечает, что его одногруппники тоже спешат, кто на работу, кто на свидание. Некоторые омеги, которые находятся в отношениях, тяжело вздыхают и нервно трясут запястьями с наручными часами. У кого-то на задних партах трезвонит телефон, одногруппник-омега только и успевает сбрасывать надоедливые звонки, а сам телефон ставит на беззвучный режим. Фэн Синь оборачивается на этого парня, а он, получив злобный взгляд куратора, стыдливо прячет взгляд и убирает телефон в карман, и его щеки заливает нежно-розовый румянец. Фэн Синь искренне не понимает альф, с которыми встречаются омеги с его курса. С некоторыми из них он виделся лично и эти люди часто воображают того, кем не являются. А ещё при разговоре с Фэн Синем выпускали феромоны и притягивали к себе своих пар, чтобы Фэн Синь понял, что эти омеги заняты. На такие выходки альфа всегда фыркал и долго не беседовал с этими типами, убегая на работу. Не то что бы Фэн Синь страдает из-за недостатка денег, его родители всё-таки достаточно обеспеченные и влиятельные люди в мире юриспруденции, которые обеспечивают своему единственному и любимому сыну жильё. Но альфа стремится к независимости от родителей, поэтому в свободное от учебы время берёт по максимуму работы в ночном клубе, где подрабатывает официантом. Он получает очень хорошие чаевые, которые тратит на свои нужды: на покупку новой одежды, лекарств и еды. А на деньги, что получает он от родителей, оплачивает аренду квартиры. И наконец-то куратор говорит заветную фразу: Всем всё понятно? Если да, то свободны. Фэн Синь, как ошпаренный, вылетает из кабинета и несётся по коридору. Здание университета почти пустое, лишь изредка встречаются группы студентов, пришедшие на дополнительные занятия или консультации по поводу диплома и предстоящих экзаменов. Альфа пролетает сразу несколько лестничных площадок, здоровается с несколькими преподавателями, озадаченными таким поведением студента. Уже в холле первого этажа альфа натягивает толстовку на тело и покидает здание. Он подбегает к пешеходному переходу, который вот-вот загорится красным, но на его пути буквально из ниоткуда появляется какой-то парень, в которого Фэн Синь и врезается. И он, и незнакомец сталкиваются лбами и падают на асфальт. Незнакомец до крови раздирает локти, на которые и приземляется. С его стороны слышится тихое шипение. — Блять, ты ахренел?! Или ослеп? Смотри куда прёшь! — незнакомый парень, которого Фэн Синю удаётся очень хорошо разглядеть со всех сторон, оказывается омегой. Очень красивым, но скандальным омегой. Фэн Синь даже после хамского обращения к себе поднимается с земли, приводит себя в порядок и протягивает руку омеге. Но тот кидает на альфу гневный взгляд и бьёт его по руке. Он сам поднимается с земли, отряхивает испачканные в песке джинсы и снова натягивает на одно плечо потрёпанный рюкзак, который во время падения слез. И этот омега явно не желает идти на контакт, раз поднял крик и не позволил даже и рта раскрыть Фэн Синю. — Ты чего разорался? — взбесил ли альфу такой поступок? Да, взбесил, но в отличие от скандального омеги, он пытается держать свою натуру под замком. — Ты сам-то почему по сторонам не смотришь? Ещё и материшься. Был бы ты альфой, врезал в этот же момент. — Ха, слабо ударить омегу? — этот самый омега складывает руки на груди и закатывает глаза. Его губы растягиваются в противной ухмылке, которую так и хочется стереть с этого самодовольного лица. Фэн Синь лишь стискивает руки в кулаки. — Ты просто боишься, что я тебя на раз два уложу. И что за альфа, который продолжает ругаться с незнакомой омегой? Стыдно должно быть. Родители манерам не научили? — из глотки омеги вырывается наглый смешок, а Фэн Синь уже и не контролирует себя и громкость своих слов. Всё, что он чувствует — раздражение и неприязнь к этому человеку, который и не хочет замолчать, напирая, показывая свою змеиную натуру. — Рот закрой! И кто ещё тут о стыде рассуждает? Тот человек, который в разборках затрагивает родителей. Ты знаешь, что это неприлично? — А почему меня должны волновать нормы приличия при разговоре со слепым альфой? И таким невежественным к тому же. — Блять, просто дай уйти, а? И не зли меня, язык у тебя, смотрю, длинный, но я могу его с лёгкостью укоротить, если не закроешь свой рот. Часы показывают, что уже почти семь вечера, он опаздывает, так что нет смысла торопиться, но поставить на место выскочку хочется. Только из-за этого он и дальше препирается с незнакомцем. — И что ты мне сделаешь? Ударишь? — парень изображает ужас и прикладывает тонкие пальцы к губам. Фэн Синь кается, что невольно засматривается на такое зрелище. — А как же твоя самая первая реплика? Или ты из тех, кто сначала весь такой хороший, а потом бедный омега попадает в больницу? — Чё ты несёшь? Околесицу полную! — В следующий раз смотри по сторонам, идиот! Вокруг них уже собирается куча народа, кто-то даже достал мобильник и начал съёмку происходящего. Нечасто встретишь на улицах конфликтующих омегу и альфу. — Тц, вот молодёжь пошла, драка альфы с омегой? Это что-то немыслимое! — даже пожилое поколение вставляет свои комментарии и качает головой, сетуя на некультурную молодёжь. — Убери камеру! — А они знакомы? — Может их лучше развести в стороны, пока не началась драка? Фэн Синь машет рукой на омегу и скрывается в этой самой толпе. В его ушах всё ещё стоит гул людей, заставших такую картину. Этот омега явно не из тех, кто будет молчать в тряпочку, а даже сумеет подлить масла в огонь и выйти из ситуации сухим из воды. Фэн Синь ведёт плечами, такой вредной и раздражающей особы он в жизни не встречал. Но его длинные, тонкие пальцы, плавные движения, когда он время от времени менял позу, плавные движения бёдер отпечатываются в памяти альфы. «Блять, о чём я думаю, я этого человека видел в первый и в последний раз» Фэн Синь одним движением поправляет пряди, которые выбились из пучка. А ненужные мысли об этом незнакомце не выходят из головы, прочно засев в долгосрочной памяти альфы. Ядовитая ухмылка, хитрый прищур с нотками ярости чёрных глаз, тонкие и бледные губы, из которых вылетает много колких фраз. Фэн Синь в который раз встряхивает головой в очередной попытке забыть обрывки воспоминаний, хотя понимает, что это невозможно. «Во что я вляпался?» Задаёт вопрос самому себе альфа, зная, что не даст ответ в данный момент. Он не замечает, что стоит уже перед входом в клуб где работает почти три года официантом. В клубе горит приглушённый свет, окна закрыты жалюзи, танцевальная площадка пустует, а разноцветная подсветка выключена. Официанты бегают туда-сюда, вытирая чёрные столики, на которых стоят небольшие букеты цветов, рядом салфетница с красивыми узорами, Бармен же протирает барную стойку и стаканы, готовясь к очередной смене. Стриптизёры готовятся к выступлению, повторяя танцы, диджеи же проверяют звучание колонок и все ли песни внесены в их плейлисты по программе. — О, здорово! Ты чего опоздал? Цюань Ичжэнь так бесился, — сзади Фэн Синя появляется Лу Вей, омега чуть постарше самого Фэн Синя, с короткими блондинистыми волосами, на открытых руках омеги красуются татуировки, а на безымянном пальце кольцо, свидетельствующее о браке Лу Вея. — Ничего удивительного, он всегда бесится, если кто-то опаздывает, — жмёт он плечами и проходит в комнату для персонала, чтобы переодеться в униформу для сотрудников — чёрная футболка, фартук с логотипом ночного клуба. Лу Вей облокачивается на стену и скрещивает ноги друг на друге. — Вообще-то сегодня к нам новый сотрудник приходит, а наш драгоценный администратор желает всех сразу представить. Только он, кажется, тоже опаздывает. — Неудивительно, новенькие всегда такие непунктуальные, — усмехается Фэн Синь, надевая на себя фартук. — Эй, на себя посмотри, «старичок». Три года работаешь с нами, но до сих пор опаздываешь. Они выходят из подсобки и сразу же натыкаются на злого Цюань Ичжэня. — Фэн Синь! Почему опаздываешь?! Второй раз за месяц! Марш за работу, — фыркает альфа и уходит в зал. Стоявший сзади Инь Юй, лишь кидает взгляд на сотрудников и качает головой. — К нам новый сотрудник приходит, вот он и бесится, не хочет потом каждого по отдельности представлять, — в зале слышен колокольчик, оповещающий о приходе гостей. Инь Юй уходит, а Фэн Синь, не теряя и минуты, хватает поднос и убегает вслед за вторым администратором. — Фэн Синь, ты забыл бейдж! — альфа оборачивается на голос сзади и снова на кого-то натыкается. — Извините… — Фэн Синь недоговаривает, встретившись взглядом с омегой, с которым поцапался двадцать минут назад. Тот парень, видимо, тоже никак не ожидал встретить нового знакомого так скоро. — Опять ты?! — выкрикивают они одновременно. В этот раз смена будет тяжелее обычного.