Точка зрения

Это выглядело как огромный часовой механизм. Внутренности механических часов, должно быть, выглядели примерно так. За циферблатом, который казался исполинским, происходила жизнь, которая сейчас медленно затихала. Золотые резные шестеренки останавливали еле слышный шелест металлических ребрышек. В приближающейся тишине становилось отчетливым тиканье тоненьких стрелок. Тик-так-тик-так-тик-так-тик-так-тик-так-тик-так. Невесомые на вид, секундные часовые стрелки звучали все отчетливее и неторопливее, будто время попало в тягучий мед или техническую смолу. Каждое тиканье становилось все громче и более сурово, превращаясь в звук метронома. Тик-так-тик… так… Тик. Так. Тик, — стрекотнуло особенно громко… И следующего «так» не случилось. На сетчатке глаз Ю Чонхёка светилось сообщение: [Стигма «Регрессия ур. /&$#» активирована] Дыхание замирало на выдохе. Секундная стрелка пошла назад, намереваясь совершить круг. Ее движение постепенно ускорялось. Тик-тик-тик-тик-тик-тик-тик… Вот сдвинулись минутные. Кажется, он даже видел их теперь, словно наяву: секундные стрелки, вращаясь легко, как перо бабочки, со стремительностью взмаха меча трансцендента. Они теперь виделись сплошным прозрачным диском. Минутные пускались за ними вдогонку. Часовые стрелки уже вращались как бешеные, и только за единственной гигантской стрелкой еще можно было уследить. Она неотвратимо делала только один круг. Медленный, широкий. Особый. …Воспоминание рассеялось, как клубы наркотического дыма, неохотно приземляя его в реальность: вялым, как спросонья, и медленно осознающим действительность. Как часто он это видел? Какой уровень там должен был быть, у его стигмы? Он попытался сосчитать: первая регрессия, начавшаяся после первой жизни, которую он уже не помнил, вторая… Резкий свет падал сверху. Темнота мутнела впереди. Все отказывалось складываться воедино. Сидячее положение, давящее в поясницу, иной центр тяжести… «Никогда мне не было настолько тяжело регрессировать», — подумал Ю Чонхёк. Это было правдой. Регрессия не бывала простым процессом: это было записью личности на тело неподготовленного человека, простого смертного, которым он был когда-то — и как на лазерный диск. Но люди не лазерные диски. Память, записанная в мозг, ауру или созвездия знают куда еще, может содержать слишком много. Того, чего он не знал, того, чего не хотел бы знать. Говорят, за настроение человека отвечают гормоны, тогда насколько различен гормональный баланс его прошлого и нынешнего, и какой стресс испытает организм, когда… «О чем я думаю», — с беспомощным раздражением Ю Чонхёк попытался избавиться от тупого липучего комка, в который превратился его мыслительный процесс. Конечно, медицинские знания, полученные от навыков или стигм, он протащить с собой не мог, но что-то в голове отложилось и, похоже, оставило свой отпечаток. Кажется, он снова откатился на десятилетия назад. Он снова тогда, там. Здесь, сейчас. В метро. Сквозь шум метро и некоторого человеческого гула выделилось отчетливое: — Хе-хе… — знакомым мужским голосом. Какая это была регрессия? Он прищурился. Как он умер? На каком этапе? Десятый сценарий? Сороковой? Семидесятый? Сам ли заставил часы начать обратный ход? Сольхва… Дыхание сперло от боли, когда он вспомнил красавицу Сольхва. И ребенка… Он не сумел их защитить. Драгоценная память о них теперь была смутной и причиняла только глухую боль, делая все еще непонятнее. Шин Юсун? Нет… Темный замок? В голове мелькнул образ, выморозивший внутренности. Может… Асмодей? В голове были смутные воспоминания об этом… существе, и четкое знание того, что взаимодействию с ним он предпочел бы смерть. Или регресс, что он и сделал. Он так плохо восстанавливает воспоминания. Почему? Можно подумать, что его кто-то убил… Пока он был в беспамятстве или спал… На чем он остановился? Он не помнит номер регрессии… Свет сверху стал освещением вагона. Вагона метро. Давление в поясницу стало сидением. С боков внезапно очутились соседи по вагону. На противоположной стене чернели стекла окон в вагоне поезда. Он ехал в метро. Ю Чонхёк перевел взгляд правее, сосредотачиваясь на странном силуэте человека у дверей вагона. Все пассажиры вагона за редким исключением также стояли, повернув головы в том же направлении. В относительной тишине, наступившей на миг и освободившей вагон от некоторых звуков человеческого происхождения, показалось, что стал слышен звук хлопанья длинных пол куртки, с которым силуэт у входа вытащил зажигалку и причудливую конструкцию, обмотанную изолентой: она сочетала в себе пластиковый контейнер, пару трубок и кончик из шнура, вроде бикфордового. — Хе-хе-е, — нервным тоном протянул террорист. Террорист. — Ч-что это? — Эй, парень… — зазвучали неуверенные высокие голоса. Голоса заглушились воплями тех, до кого дошло, что происходит. Толпа отхлынула назад, создавая зону отчуждения вокруг крупного мужчины с клочковатой неухоженной бородой, в руках которого было устройство. Соседка Чонхёка с цитрусовым запахом также смылась. Террорист на третьей линии метро. Чхве Хан Гю, безработный, тридцать девять лет. Его в очередной раз уволили с очередной попытки устроиться на офисную работу, в которой он не продержался и недели, и он окончательно уверился, что эта жизнь не для него. Ограбив в тот день соседа, — сосед служил сантехником и электриком при домовом управлении в том же доме, где жил этот Чхве Хан Гю, — он смастерил взрывчатое устройство по схеме, подсказанной роликами в интернете. Так просто это ему удалось, потому что вчера был совсем не первый день, когда Чхве Хан Гю думал о подобном. В будущем, если выживет, может стать Демоническим Подрывником — проблемно находить и неприятно убивать. Хотя до этого развития событий в любом случае надо дожить. Эта простая мысль, как и многие разы в прошлых регрессиях, отлично прочистила ему мозги и привела в чувство. По прошлым перерождениям Чонхёк знал, что взрывается эта штука не так уж мощно, но действительно неприятно. Накатила реальность, всем моментом: ощущение тела, звуков, цветов, запахов. Гладкий чехол смартфона в руках у себя, ослепительно белый экран с рядами черных букв в руках у соседа, убийственный стойкий запах духов от соседки — цитрусовый, который въелся в его рукав. Всегда были несколько минут. Пара минут, в которые Чонхёк оказывался в прошлом мире — мире до начала «сценариев». Двадцать первый век, брошенная работа бета-тестером, вагон метро. В телефоне деловая переписка с нанятыми детективами, которые сказали, что нашли что-то по его родителям: они нашли немного, но и адреса заброшенного дома уже достаточно, чтобы он поехал, оставив сестру дома. Ю Чонхёк искренне верил, что эти пять минут, когда он по-настоящему возвращался в тот, прошлый нормальный мир, действительно были. Существовали, пока в его поле зрения с незаметной глазу скоростью не разворачивалось полупрозрачное программное окно. Полупрозрачное программное окно прямо в воздухе перед его глазами… Но сейчас его не было. Ю Чонхёк резко повернулся к табло в конце вагона и посмотрел на часы. [18:56] Это начнется ровно в семь вечера. В семь вечера начнется вымирание Сеула, который вот-вот будет накрыт непроницаемым непреодолимым куполом, в формате «все против всех» или «каждый сам за себя». Большинство людей умрет в течение первого же «сценария»; большинство оставшихся умрут до того, как купол будет вновь снят согласно тем же «сценарным» предписаниям. Ни больше, ни меньше. И смерть того абсолютного большинства будет страшна. По этой причине… Ю Чонхёк резко сгруппировался, наклоняясь вперед и перенося вес на ноги, оперся на левую ногу — и рванул вправо, в два прыжка преодолевая расстояние до едва успевшего заметить проблему террориста. Левой рукой Чонхёк отвел в сторону руку Чхве Хан Гю с бомбой: взрывное устройство в руке террориста на поверку взрывается не только от огня, но и от мощного удара — и одним слитным движением довернул корпус с правой рукой, вбивая костяшки своего кулака в нос ошеломительным ударом снизу вверх. — Кхгуа-а-а! — истошно застонал подрывник, хватаясь за лицо, и выпрямился как струна, а затем согнулся. Рука в хватке левой руки Чонхёка сжалась и стала легче — бомбу уронили. Колено Чонхёка впечаталось в живот противника. Слабо, слишком слабо по сравнению с нормальной силой — сила обычного человека такая жалкая в сравнении с нормой — но скоро ему предоставят возможность это исправить. Он и в нос ударил таким образом поэтому же: силы требует не так много, зато ошеломляющего эффекта достаточно. — Хи-а-а-а! — завизжала какая-то женщина, пока Чонхёк на пределе возможностей изворачивался. — Вау, — выдохнул кто-то. Бомба падала уже на высоте икры. Пол неприятно врезался в колено, бедро и в левый локоть. Ю Чонхёк спокойно смотрел на свои руки, которые судорожно сжали устройство в сантиметрах от пола. Вряд ли бы оно взорвалось, но проверять не хотелось. Взрыв сейчас был бы крайне неуместен. — Что такое? Связь с машинистом!.. — А… А-а-агх! — Выпустите меня! — Зада… ви!.. — Не убивайте!.. Тихие крики продолжались. Часть людей, не замерших на месте в оцепенении и сбившихся в толпу, казалось, обезумела. Кого-то толкнули так, что его тело врезалось в задребезжавшие двери вагона, и это стало слышно даже здесь, в начале вагона. Рядом опустился террорист, постанывая. Заткнутые у него за ремень разводные, гаечные ключи и молоток задели пол и звучно грохнули. Ю Чонхёк покосился на него: судя по тому, как тот хватал ртом воздух и как у Чонхёка болели мышцы ног, он умудрился поднять колено достаточно высоко, чтобы достать солнечное сплетение. — Кто-нибудь, вызовите полицию!.. Нет времени разлеживаться. Чонхёк вновь подобрался, сидя на полу — и в этот момент свет в вагоне метро замигал и отключился. Стало темно. Поезд без предупреждения начал тормозить. Это спровоцировало новый поток воплей. Кто-то гулко упал. Чонхёка потащило по полу инерцией от торможения, но он обрел равновесие. Рядом с ногой террориста на полу темнел пластиковый корпус. Ю Чонхёк привстал и, нагнувшись, взял его. Все затихло. Поезд остановился. Парень неподалеку, до этого в ужасе застывший на своём месте, медленно поднялся на трясущиеся ноги и ткнул в Чонхёка пальцем: — Т-ты, чувак… Будь осторожен!.. Ак-куратно положи э… Или нет, — он замотал головой, — не-не-не. Держи! В вагоне фоновым шумом стоял человеческий ропот. — Помощь нужна? — спросил новый голос из темноты. — …Мама! Шинсу-а мне страшно! — Тш-ш… Весь свет, что был, исходил от экранов гаджетов, и многое было не разглядеть. Чонхёк отмахнулся рукой с зажигалкой. Развернувшись на месте, он определил в пространстве темную фигуру, скорчившуюся на полу. Можно было бы взять его в болевой захват, но это бы заставило Чонхёка освободить руки. А подвергать риску бомбу не хотелось. Поэтому, размахнувшись, он ударил носком ноги террористу под дых. — Бу-ха-а-а… — скорчился тот. Больше к нему не приставали с вопросами. — Кровь! У него… кровь! — закричал кто-то из толпы, убежавшей в противоположный конец вагона и пытавшейся выломать двери, попав в соседний. — Где проводник?! — Вот же он! Это проводник! — Вот дерьмо… В начале вагона, где был Чонхёк, стало достаточно свободно. Кроме того, звуков метро больше не было. — Мама… Мамочка, — ныл кто-то. — Кто-нибудь вызвал скорую? — Связь не ловит. — …Ловит всё. — Да?.. — доносилось из хвостовой части вагона до него. Чонхёк задумчиво чиркнул колесиком зажигалки. Чирк! Огонёк весело взвился. Чонхёк убрал палец с кнопки, и язычок пламени исчез. Ю Чонхёк решил. В этот раз он сделает крепкий фундамент для своего старта. Ему потребуется много очков. В гомоне, ропоте и редких вскриках прошла еще пара минут. Прозвучал стандартный звуковой сигнал перед началом сообщения. — Внимание всем пассажирам поезда. Внимание всем пассажирам поезда! — раздался голос по прямой связи машиниста с нарастающей паникой. Люди затихли и задергались. — В-все бегите… Бегите! — запинаясь, выкрикнули на линии. С новым сигналом сообщение было окончено. — Ч… что? — глупо спросили из темноты. Часы на табло показали время. [18:59] … [19:00] Откуда-то со стороны, в которую должен был ехать поезд, стал нарастать звук, похожий на барабанную дробь и какие-то фанфары, навевающие острые воспоминания про стандартную музыкальную вступительную заставку для игр. Очень короткая, но очень пугающая, объемная: словно сотня симфонических оркестров собралась, чтобы подкараулить их поезд в тоннеле. Звук летел к ним. В этой регрессии у Чонхёка снова пробежались мурашки от этого звука — прямо внутри позвоночного столба. Чуть позже этого там же, в тоннеле, зародилась вспышка света. Послышался синхронный людской вскрик всего вагона. Вспышка мелькнула от локомотива, было заметно, как она опалила впереди идущий вагон. И в ту же секунду поглотила их. Казалось, что исчезли все звуки и все движение в этом свете. Тем отчетливее прозвучало то, что Чонхёк мог бы пересказать наизусть. Безличный тон внутри головы произнес: «Бесплатное обслуживание планетарной системы 8612 было прекращено. Основной сценарий запущен», — такими были слова, непонятные для всех. «Рано», — спокойно отметил Чонхёк, сжимая зажигалку. Вспышка сошла на нет. Все проморгались. И тут же включилось электрическое освещение. С грохотом двери вагонов распахнулись. — Н… не открыто? — женщина средних лет, которая была вплотную к двери, отставив в сторону сумку, с сомнением потрогала воздух, не пускающий людей из открытых дверей. Чонхёк рефлекторно огляделся. Затем он сделал это второй раз, более осознанно. «А где?..» Краем глаза он увидел, как, стремительно подойдя к двери, силуэт какого-то парня ударился лбом об воздух и отлетел назад, опрокинувшись на спину. — Ч-черт, — взвизгнул он. — Что это за дерьмо?! …Чонхёк не видел это существо. Неужели он начинает забывать, как это все начиналось? Он не видел системного окна перед глазами. Оно уже должно было быть здесь. Память подводит его? Слышалось тяжелое дыхание замерших на месте людей. — …это оптическая иллюз?.. — кто-то начал разговор из тех людей, которые собрались у открытых дверей и переговаривались, не в состоянии выйти Девушка-школьница у соседнего ряда кресел, вжавшаяся в пол, закрывая голову, поднялась на руках, недоуменно оглядываясь, и осторожно убрала волосы с лица. — Сек, сек, сек, — забормотал знакомый парень, протискиваясь между нескольких лежащих на полу и встающих людей на проходе. — Дайте-ка пройти, пожалста… — он двигался по вагону в сторону головы поезда. — Ай! — взвизгнул девичий голос, и девчонка стала баюкать руку. — Су… — Звиняйте… Прошедший парень оглянулся назад и уставился на девчонку дикими глазами. Та посмотрела ему вслед ровно так же. Настороженность повисла в воздухе. Напряжение росло вместе с ней. Ю Чонхёк с удивлением понял, что тоже подвержен им: его воспоминания о том, как все должно быть, расходились с действительностью. Но раньше регрессии повторялись в начале точь в точь. Он сошел с ума? Террорист вновь начал кряхтеть, пытаясь приподняться. Чонхёк вновь пнул его. Тот глухо заорал. — Да хватит вам, молодой человек! Вы же его убьете! — заявил мужчина в очках. Его Чонхёк в предыдущих регрессиях ближе не узнавал. — Себе жизнь испортите! Сейчас все укладывается в пределы самообороны. Чонхёк посмотрел на него. Под взглядом регрессора мужчина занервничал, поправляя очки, и отошел чуть дальше, спрятавшись за теми немногими, кто пошел в переднюю часть вагона. Ю Чонхёк был абсолютно спокоен. У него просто начали подрагивать руки. Давал о себе знать всплеск адреналина. Почему ничего не происходит? Внезапно в задней части вагона начались волнения. — Уа-а-ах, — отшатнулся кто-то с экспрессивным выдохом на несколько метров от стекла, если судить по количеству придавленных воплей в толпе там. — Эй! — Ай! — Осторожнее, ты, тупой урод! — Увэх, что это? Они реально трупы? — с неверием спросил молодой голос. — Они… Что там делают? Бо… Боже! А-а-а-а!.. — со всхлипом завопила какая-то женщина, вставшая ногами на сиденье, держась за поручень и глядя через стекло в соседний вагон. Другую руку она прижала ко рту, открытая часть лица сморщилась так, словно она плакала. Кто-то случайно подсветил ее лицо экраном смартфона, повысив его контрастность. Ю Чонхёк нахмурился. Такого не было ни в одной из регрессий. Перед глазами всплыло сообщение. [Канал #BI-7623 открыт] [Созвездия вошли] — Приветствую всех. Приятно познакомиться, — неожиданно и отчетливо сказал вежливую фразу дежурным тоном странный мультяшный голос. Голос был удивительно спокоен на фоне всеобщей паники. Наконец-то. Чонхёк поднял голову. Люди замолкали, пораженно глядя на висящий в воздухе объект. Нечто небольшое и белое возникло в воздухе посреди вагона номер 3707. Белый мех, маленькие изогнутые рожки, небольшие глазки. Слабо выдающиеся из общего вида меховой подушки руки-лапки. Существо было завернуто в примитивную одежду из соломы. Это выглядело как ожившая компьютерная графика — Ю Чонхёк знал, о чем говорил — но это была реальность. Токкэби явились. Ю Чонхёк молча смотрел. Было все еще рано. — Становится утомительно повторять одно и то же вступление снова и снова, но… — со вздохом сказало существо. По мнению Чонхёка, этот глупый токкэби не знал и половины от утомительности процесса повторения. — …В любом случае: это не съемка фильма и не террористический акт… — продолжил тот. — М? Неизвестное существо, в дальнейшем назвавшееся «токкэби», с возрастающим недоумением оглядело обстановку в вагоне. На его мордочке расплылась дикая ухмылка. Токкэби открыл рот: — Что это? Ха-ха-ха! Дорогие созвездия, пожалуйста, взгляните сюда! Сценарии еще даже не начались, но кое-что интересное уже происходит! Тон токкэби был завлекающим, довольным и вкрадчивым, как у ведущего канала. Которым он и был. — Я уже начинаю с нетерпением ждать этот конкретный вагон. Я молюсь, чтобы вы все показали нам занимательную историю, — с жестоким удовольствием просмаковал токкэби. — Что?.. Что это?.. — тихо спросила девушка у мужчины, с которым ехала. Тот не ответил, напряжённо глядя по сторонам, на реакцию других. — Это шутка… — неуверенно шепнул кто-то. — Ага… шутка… Шутка игнорирует законы физи… — ответили ему. Тем временем токкэби хлопнул в ладоши, и… Перед глазами с неимоверной скоростью развернулось полупрозрачное окно. [Основной сценарий запущен!] _ Основной сценарий № 1 — «Доказательство Ценности» Тип: Основной Сложность: F Условие выполнения: Убейте одну или несколько форм жизни. Ограничение по времени: 30 минут Награда: 300 монет Провал: Смерть _ — Уа?!.. — Ш-шинсу… — Ч… чего? Чонхёк мог бы подождать дольше. Мог бы порефлексировать. Мог бы позволить токкэби поговорить еще: возможно, токкэби смог бы привлечь к Чонхёку внимание большего числа созвездий, а те попытались бы его проспонсировать системной валютой в надежде подкупить и сделать его своим воплощением. Вот только… Чонхёк бросил мимолетный взгляд на одну строку своего статуса: [Созвездие-спонсор: ???] …он ненавидит созвездия. И у него одно уже есть, проходящее с ним сквозь жизни так же, как проклятье регрессора, и столь же безразличное к нему. Созвездия в любом случае будут смотреть и участвовать одной валютой. А валютой человечества в этом бартере будут их кровь, слезы и жизни. Перечитывать суть задания Ю Чонхёк не стал, зная его лучше, чем отражение в зеркале. Он стремительно наклонился к террористу, выдергивая у него из-за пояса разводной ключ. Инструмент был неправдоподобно тяжелым, и у него щелкнуло сначала в запястье, а потом и в плече, когда Чонхёк подбросил ключ, перехватывая. И, расставив ноги в устойчивую позицию, размахнулся, наотмашь вбивая неслучившемуся террористу в висок железный «клюв». Все вместе это заняло секунду. Чхве Хан Гю в тот момент встал на четыре конечности, глядя под потолок на токкэби влажно блестящими лихорадочными глазами и вытирая рукавом подбородок. Его взгляд успел сфокусироваться на Чонхёке, отобразить ужас и несогласие. Удар расплескал кусок мозга террориста по стеклу дверей вагона. Каким-то образом там оказались и волосы первого трупа. Первого трупа в этой регрессии. Тело Чхве Хан Гю упало. [Получено достижение «Первое убийство»!] Тут же всплыло перед глазами окно с сообщением. [100 монет!..] Чонхёк привычно отмёл эти сообщения на край восприятия, чтобы не мешались. [Оставшееся время: 29…] Новое сообщение попыталось всплыть. Чонхёк отметал такие раньше, чем они закрывали ему обзор. — А-а-а-а-а-а-а! — А-а-а! Он рехнулся! Твою мать! — Гу-а-а-а! — Э-э? Че? — С ума сошел?! Дайте выйти! — И-ах! Вопли поднялись под потолок вагона, где висел токкэби с вытянутыми рожками. — Поразительно! Господа созвездия, после последнего вагона ваш покорный слуга не ожидал вообще ничего, а получил так много! Что? Просто разжав руку на ключе, чтобы не тратить время, Чонхёк повернулся в сторону конца вагона. Правая рука залезла в карман. Траектория должна удовлетворять двум условиям: задеть как можно большее количество и не задеть его. Значит, кинуть надо вверх и как можно дальше в толпу, а самому скрыться за торцом ряда кресел. Разводной ключ ударился об пол. Люди собрались у задней двери вагона 3707. Колёсико крепко сжатой зажигалки в правой руке было холодным. В этой жизни он априори не мог ошибиться. Он использовал любые средства для достижения цели. Выражение страха на лицах людей. Он не чувствовал никакой вины. Всё было мимолётно. Их жизнь, их смерть. В мире после начала сценариев. Он посмотрел на людей беспощадным взглядом. Через некоторое время его пальцы зашевелились, зажигая огонёк. После чего всё началось. — Берегись! — крикнул чей-то голос, предупреждая всех об опасности, а его — о нападении. В его сторону рванул мужчина, нарушая ожидания Чонхёка, фитиль в руках которого уже тлел. Это не помешало ему отшатнуться, дав мужчине врезаться в стену вагона и ударив ногой ему в поясницу. — Оах! — Нет! С новым воплем на него бросились двое одновременно: женщина среднего возраста, которая до этого ощупывала дверь, и бабка. Одна ударилась и повисла на его поясе, заставив потерять равновесие, а другая ударила по руке с бомбой тростью. — Получай, паршивец! — прошамкала старая женщина. Бомба выпала, благо падать ей было недолго, так как Чонхёк уже тоже упал. Шнур начал тлеть ярким бенгальским огоньком рядом с его головой. — На!.. — на выдохе ударила кулаком женщина. Чонхёк нагнул голову, и та заскулила от боли в руке: — Ай-я! Ее кулак попал в пол. Чонхёк резко сел, ударяя ей лбом в переносицу, и бросился вперед и вправо, уклоняясь от нового удара тростью. — Сейчас!.. — предупредил о своем приближении другой мужчина в кожаной куртке. Чонхёк встал. Его нога с разворота ударила женщину в висок. [Вы убили живое существо] [Получено!..] Женщина упала, как тряпичная кукла. Мужчина подбежал вплотную, и Ю Чонхёк бросил его через себя на ограждение сбоку от начала ряда сидений. Ударившись животом, мужчина сполз. Его стошнило. Ю Чонхёк дотянулся до лежавшего на полу гаечного ключа и с силой бросил его в бабку, проваливаясь в бросок. Хрясть. [Вы убили…] «Заткнись. Триста монет в выносливость», — мысленно скомандовал Ю Чонхёк. [Желаете вложить 300 монет в?..] «Да». [Выносливость ур.1 — > Выносливость ур.2] Припав к полу, он поднял бомбу, практически без шнура. Бомба вылетела из руки Ю Чонхёка, брошенная «навесом», так, как у него редко получалось на учениях. Он едва успел нырнуть в укрытие. Вспышка! Пол вагона подбросило вверх. Взрыв гранаты в помещении — это всё, как можно описать оглушительный звук взрыва, дребезга, шипения и криков боли. По вагону прошла волна дыма. Тонкий свист осколков был неслышен на фоне этого, однако куски меди, подшипники и гвозди глубоко вошли в тела людей, пластик сидений, пол, потолок и стены. — А-кха-кха-кха-кха!.. — Ы-ы-а-а-а-а! — с повышением голоса по-животному заорал кто-то. Но этого было недостаточно, чтобы убить всех. На самом деле, недостаточно даже для того, чтобы убить половину сразу. Многоголосый гвалт, ор и вопль оглушил, убивая те остатки барабанных перепонок, что сохранились после взрыва. [Вы убили живое существо] [Получено 100 монет в качестве дополнительной компенсации] [Вы убили живое существо] [Получено 100 монет в качестве дополнительной компенсации] [Вы убили живое существо…] … [Оставшееся время: 27…] [Созвездие Черный Огненный Дракон Бездны в восторге от резни!] Несколько десятков сообщений обрушилось на Ю Чонхёка в один миг. И… — И-и-и-и у нас определяется явный фаворит! — заявил невидимый токкэби. [Созвездие, любящее поджоги, спонсирует вам 100 монет!] Где-то действительно слышался сочный треск пламени, правда, он затихал. Все монеты тут же ушли в поднятие характеристик. [Желаете вложить 2600 монет в?..] «Да. Ускорься», — раздражение Ю Чонхёка выросло. [Выносливость ур.2 — > Выносливость ур.10] С этим его навыки, принесенные из прошлой жизни, хотя бы частично станут работать как надо, не ломая тело. [Вы убили живое существо] [Получено 100 монет] [Вы убили…] — Кха-кха, — откашлялся он. Остальное тоже важно, но только эти вещи определяют то, что ты не убьешь себя сам чрезмерными усилиями. Воздух, вдыхаемый им, пах горелым пластиком, мясом, внутренностями и ел глаза с легкими. [Желаете?..] «Да». [Ловкость ур.1 — > Ловкость ур.2] Он не успел посчитать свои очки. Нет времени. Получилось вложить монеты — хорошо. Дальше будет вкладывать по мере поступления. Адские вопли раздирали слух. Казалось, орали от боли и кашляли все, кто выжил. Из-за первоначальной задержки, не запланированной Чонхёком, бомба взорвалась выше рассчитываемого, но так было поражено даже больше целей. Чонхёк прикрыл глаза, сосредотачиваясь на огоньке внутри себя, который вспыхнул и обволок его ноги, затихая и концентрируясь ниже стоп. Он ударил в пол ногой три раза с такой скоростью, словно сделал это за один раз — и приземлился уже к трупу неудавшегося террориста, опять сжав руку на разводном ключе. [Активирован навык «Шумпо Красного Феникса!..] [Уровень навыка уменьш…] Система отреагировала с запозданием. [Вы убили…] [Получено…] Сообщения продолжали проходить по мере наступления смерти тех, кого настиг взрыв. Ю Чонхёк тренировал навыки трансцендента дольше, чем жило нынешнее тело. С приходом системы и перенесением его Окна Атрибутов в эту жизнь, ему было достаточно и первого уровня, чтобы выжать из этого максимум возможного. Выпрямившись, он пристально осмотрел вагон мутным взглядом: в ушах еще звенело. Многие лежали. Часть вагона: пол, стены, сидения ближе к другому концу, была раскурочена. Ближайшее к нему тело человека, бросившегося его останавливать минутой ранее, шевельнулось. Ю Чонхёк хладнокровно размахнулся. [Вы убили живое существо] [Получено 100 монет в качестве дополнительной компенсации] [Оставшееся время: 26 минут] — Хм-хм-хм, — протянул токкэби. — Этот самородок делает все слишком просто, не так ли? Неужели на моем канале среди нас есть спонсор, что передал ему навыки? — «…не купив их в котомке токкэби, иначе бы я знал», — явно подумал, но не сказал токкэби. — Очевидно, если так пойдет и дальше, ему станет очень скучно! Токкэби хлопнул в ладоши: [Оставшееся время уменьшено!] [Оставшееся время: 5 минут] Конечно, токкэби отреагировал на изменение ситуации в сценарии. Это было ожидаемо и не меняло его планов, следовало лишь выложиться посильнее. Чем больше людей убьет он до того, как их убьет окончание времени, тем больше шанс преуспеть в этой регрессии. — Не надо! Пожалуйста, пожалуйста! А-а-а!.. Череп школьницы. [Вы убили живое существо] Шея давешнего советчика. [Получено 100 монет в качестве дополнительной компенсации] Парень с визгом убежал в дальнюю часть вагона. Чонхёк с готовностью прикончил ближайшую цель, состоящую из какого-то офисного работника, достав его затылок. [Вы убили…] [Созвездие Демоноподобный Огненный Судья поражено вашей жестокостью!] После третьего трупа остатки толпы обуяло безумие от страха. Они не пытались сопротивляться. Они бежали, толкая и пихая друг друга, в конец вагона, норовя спрятаться друг за другом. Если бы этот мир только не был подключен… [Получено…] Остальные же лежали мертвыми или ранеными, стеная и крича. Если бы только спрос созвездий не рождал предложение… Спина старика. [Вы уби…] Шаг на сухое от крови место. Горло женщины в офисном костюме. [Получено…] [Оставшееся время: …] Челюсть мужчины. [Вы…] От удара разводного ключа все окрашивалось в красный, забрызгивая окружение кровью, кусками кожи и иногда крошевом костей. Сообщения уже приходили только на край восприятия, не мешая процессу. Глаза выискивали цель. Достигнув так конца вагона, Чонхёк развернулся и на скорость побежал, проводя добивающие удары по людям, которые лежали на полу и имели несмертельные раны на первый взгляд. [Время вышло!] Это сообщение остановило Чонхёка надежнее стены. Дыхание унималось неохотно, несмотря на поднятые характеристики: он торопился. С влажным мерзким звуком в вагоне взорвалось две головы. Стены и потолок испачкались. Значит, еще были живые. Настроение Чонхёка поползло вниз. Двести монет на старте — это немало. Как он понял, оглядевшись по сторонам, токкэби в какой-то момент исчез. «Миа», — внезапно подумал Ю Чонхёк. Его сестра, Ю Миа. Она должна быть в порядке. Умная девочка, она всегда была в порядке. Ее рыбки в аквариуме — нет. Ю Чонхёк с выдохом повесил голову, прикрыв глаза. Дыхание так и не выровнялось, поэтому рот снова открылся. Хорошо, что аквариум большой. Плохо, что он сам далеко. Очки он распределил, остальное пусть останется на текущие расходы. [Основной сценарий №1 — «Доказательство Ценности» завершен] _ В качестве основной награды получено 300 монет. 100 монет вычтены в качестве платы за использование канала. Начат дополнительный расчет компенсации… _ Это было не последнее окно. _ Вы убили 163 живых существа История убийств: 163 человека Получено 16200 монет! Автоматически вычтено количество монет, использованных для повышения уровня характеристики Получено достижение «Массовый убийца» путем чрезмерного убийства Получено 100 монет! У вас 13900 монет _ Регрессор не мог отделаться от мысли, что могло быть 14100 монет… [Выбор Спон!..] Сообщение попыталось сбить его с мысли. Чонхёк махнул рукой, отметая его прочь. [Некоторые созвездия смущены вашими действиями] В воздухе замерцали звездочки. — Ц-ц-ц, — помахал лапкой токкэби. — Не стоит так самонадеянно игнорировать сообщения системы, ясно? Выбор спонсора — один из ключевых моментов сценариев… — …Окно атрибутов. Ю Чонхёк не обращал внимания на токкэби. Перед Ю Чонхёком предстал его так называемый «статус». _ Окно атрибутов Имя: Ю Чонхёк Атрибуты: Регрессор (3 раза) (Мифический), Прогеймер (Редкий) Эксклюзивные навыки: Взгляд Мудреца ур. 7, Рукопашный Бой ур. 7, Владение Оружием ур. 7, Самооборона ур. 7, Ментальный Барьер ур. 4, Контроль Толпы ур. 4, Убеждение ур. 4, Детектор Лжи ур. 4, Силовая Ладонь ур. 3, Божественный Кулак Ста Шагов ур. 2, Шумпо Красного Феникса ур. 1, Удар, Разрывающий Небеса ур. 1, Восстановление ур. 1 … Стигма: Регрессия ур. 3, Трансмиссия ур. 1 Общая Статистика: Выносливость ур. 10, Сила ур. 1, Ловкость ур. 2, Магическая Сила ур. 1. _ — …Эй, я все еще здесь! [Несколько созвездий усмехаются] — У-уважаемые господа созвездия! — ловко сменил цель обращения токкэби. — Благодарю за то, что вы все еще с нами на моем канале, — залебезил он, после чего упер руку в бок и ткнул другой на регрессора. — И сегодня у нас действительно что-то новенькое! Вы только посмотрите! Может, это воплощение не умеет читать? — токкэби въедливо наклонился вперед, вися в воздухе. — Сценарии — это то, что меняет мир безвозвратно! Каждый новый день теперь будет либо твоим успехом, либо твоей удачей — и за твою удачу отвечать будет выбор! Спонсора! Теперь ты понял? Пока токкэби жужжал над ухом, Чонхёк читал. Показатели его навыков повышались прямо на глазах, но в определенных пределах. Работу стигмы «Трансмиссия» сильно ограничивало его тело. Изначально это превосходная стигма: она позволяла взять с собой в следующую жизнь накопленные знания и навыки, которые иначе бы не сохранились, несмотря на то, что он примерно бы помнил о них. Очень немногие навыки он тренировал так долго и так осознанно, что достаточно было его не обусловленной стигмой памяти, чтобы использовать их. К таким относилась бы наука, переданная ему его учителем… Чонхёк тряхнул головой, стряхивая горечь. В любом случае — для того, чтобы поднять большинство из «перенесенных» в этот регресс навыков, нужно лишь использовать их, и чем выше уровень мастерства, тем выше уровень восстановится. Однако все это было бессмысленно, если бы тело не позволяло ему подобных нагрузок. Свое Окно Атрибутов Ю Чонхёк просмотрел наискосок. [Желаете вложить 2700 монет в «Сила»?] «Да». [Сила ур.1 — > Сила ур. 10] [Желаете вложить 2600 монет в «Ловкость»?] «Да». [Ловкость ур. 2 — > Ловкость ур. 10] А также потребуется еще кое-что. [Желаете?..] «Да». [Магическая сила ур.1 — > Магическая сила ур.10] [У вас 5900 монет] Специализацией он займется потом. На данном уровне при его ресурсах он должен вложиться равномерно. Жизнь в сценариях — это не стандартный билд. Бросив взгляд в сторону, Чонхёк убедился, что токкэби ушел. [Несколько созвездий восхищены вашим прохождением сценария] [Созвездия спонсируют вас на 2000 монет] А также… _ Выбор Спонсора — Пожалуйста, выберите спонсора — Ваш спонсор будет вашим сильным сторонником. Ограничение по времени: 5 минут 1) Черный Огненный Дракон Бездны 2) Демоноподобный Огненный Судья 3) Бог Вина и Экстаза 4) Мышь, Которая Ест Ногти 5) Созвездие, Любящее Поджоги _ [Оставшееся время: 1:49] Это окно уже всплывало перед ним, но он предпочел задвинуть его подальше. — Хн, — Чонхёк дернул бровью. Уриэль… Этот ангел. К ней всегда было сложно решить, как относиться. Он думал, сейчас она желает ему смерти? Как созвездие абсолютного добра, она точно не оценила его поступков. — Меня не интересует эта чушь. Чонхёк закрыл окно. [Вы не выбрали спонсора] [Созвездие Черный Огненный Дракон Бездны поражено вашим нахальством] [Созвездие Демоноподобный Огненный Судья разочарованно сжимает кулак] [Созвездие Бог Вина и Экстаза поперхнулось вином] [Созвездие Мышь, Которая Ест Ногти, в шоке от хамства воплощения и от своих соседей] [Созвездие, Любящее Поджоги, все равно будет ждать новых поджогов] — Какое, однако, разочарование, — протянул возникший в воздухе токкэби и сложил лапки вместе. Вопреки словам, его глаза азартно блестели. — Но как долго ты сможешь так уверенно пренебрегать помощью господ созвездий, хнм? Что ж, увидим в следующих сценариях! — токкэби предвкушающе всплеснул ручками, прокрутился в воздухе и исчез. Напоследок над ним сверкнуло десятка два искорок. [Следующий сценарий запускается через: 10 минут] Ю Чонхёк уверенным шагом прошелся обратно к хвосту вагона. Подошва его обуви издавала липкие звуки. Он ожидал увидеть за стеклом в соседнем заднем вагоне двух выживших, знакомых по прошлым регрессиям. Двух членов будущей команды. Стальной Меч Йи Хёнсон и Иллюзорный Демон Ким Намун. Ю Чонхёк уже прикидывал, в какой очередности ему вкладываться в них. Оба перспективны: первый танк, каких поискать, с необычным ответвлением навыков на высоком уровне развития, второй — дамаг-дилер с убийственной комбинацией способностей. Они могут продержаться достаточно долго. В его команде они необходимы хотя бы потому, что их приручение и прокачка идеальны по соотношению затрат времени и результата. Стратегию он себе тоже уже представляет довольно хорошо, что как бы не важнее. Скорость прохождения в этой игре важна крити… Его мысли были грубо прерваны сначала странным видом, а затем мутным стеклом, об которое чуть не ударился его лоб. «Что?..» За окном был виден заполненный целой толпой вагон. Взгляд Ю Чонхёка похолодел, заметавшись в стороны. Среди трупов не было Йи Хёнсона. Из стоящих фигур была одна, которая могла быть им. Зато среди лежащих было тело в знакомой школьной форме. Ким Намун. Испачканные кровью кулаки Чонхёка сжались до скрипа. Затем по ним пошла дрожь. После двух регрессий полного совпадения. Оказалось, Чонхёк просто ненавидит неизвестность. «Кто. Эти. Люди? — проскрежетал он про себя. — Такой низкий… это ребенок? Длинные волосы, фигура, рост — женщина. Еще несколько…» Стекло было слишком закопченым, треснутым и помутневшим. Дверь между вагонами определенно была лишней. Чонхёк занес ногу.