Волшебная страна

В первый раз им пришлось разделить постель, когда проклятый Юрий решает остаться у них. На этот раз Лойд не приготовил брачный набор, этот шумный парень заявился слишком рано, чтобы можно было хоть что-то предпринять, поэтому им приходится спать на его крошечной отдельной кровати, где только одна подушка. Между взволнованными лицами и чрезмерно задумчивыми умами именно Лойд первым предлагает, что он будет спать на полу, пока Йор не впадает в панику и не требует сделать наоборот—потому что, в конце концов, это его комната (и это её брат вызвал всю эту неурядицу). Это продолжается до тех пор, пока они оба не становятся достаточно упрямыми, чтобы отказаться от идеи, что другой будет спать на полу, поэтому они медленно забираются на кровать, приходя к выводу, что для супружеских пар нормально спать вместе, поэтому они должны поступать так же (для практики, конечно). На его маленькой кровати их тела дрожат от приятного жара, когда они касаются друг друга. Но когда они пытаются отстраниться как можно дальше друг от друга, Йор почти падает, и Лойд невольно обхватывает её руками, точно так же, как Йор не ожидает, что она прижмётся к его плечу, забираясь пальцами под ткань рубашки. Сначала это медленное, неуверенное и нежное прикосновение, как будто они впервые прикасаются к другому человеческому существу (и, возможно, это правда). Контакт инициирован Лойдом, он извиняется дрожащим шёпотом, что заставляет её ахнуть и подпрыгнуть, поэтому она снова чуть не упала с кровати. Прежде чем она опускается на пол, руки мужа удерживают её неподвижно, когда она быстро и неосознанно обхватывает его ногами, принимая теперь новое положение: его рука обвивается вокруг её талии, её руки прижаты к его груди, головы склонены вместе, на одной подушке—его тело прижато к ней, руки сцеплены, её мягкое яблочное дыхание щекотало ему шею. Наконец, когда она всё ещё на грани падения, Лойд прижимает её к себе вплотную, подтыкая под свой подбородок. Глупенькая, скрытая часть её юной девчачьей натуры не может удержаться от смеха и чувствует, как бабочки порхают у неё в груди, когда его сердцебиение эхом отдаётся в её ушах, его теплое дыхание на её макушке, её ноздри наполняются его неповторимым запахом: миндаля и одеколона, газетной бумаги и чернил, намёк на металл тоже присутствует. (и она наслаждается солью его кожи, теплом его ладоней, его обществом, когда он обнимает её даже во сне). Ранним утром, когда они оба просыпаются, у Йор есть привилегия видеть его расслабленное лицо и лёгкую улыбку (не фальшивую, а просто искреннюю). И когда он смотрит на неё своими солнечно-голубыми глазами, Йор не отпрыгивает в смущении, и он тоже - и их переплетённые руки выражают привязанность. После той ночи они ничего не говорят в последующие дни, и больше не чувствуют себя обязанными делить маленькую постель во время визитов гостей, однако у Лойда на эти случаи всегда оказывается не подготовленным брачный набор (какой позор, кажется, он каждый раз врёт). Разделять сны рядом друг с другом кажется для них более интимным, чем поцелуй или прикосновение под одеялом, и Йор больше не может заснуть, если у неё не будет его тепла рассеивающегося солнца, которое медленно обжигает и убаюкивает её, а Лойд стал хорошо спать спустя много лет, только когда её аромат лаванды и лунный свет укрывают его своими одеялами. И даже когда они начнут спать вместе каждую ночь, даже когда у них будет большая кровать для них обоих, и даже много лет спустя, когда они состарятся и у них появится седина, Лойд по-прежнему будет крепко прижимать свою жену к себе, как будто она вот-вот упадёт с кровати.