Вериги

Волчек в очередной раз порадовалась, что она предусмотрительно встала в дверях, так что у Катерины не было ни единого шанса сбежать из этого небольшого и уютного магазина. Елена, еще ДО того как она привела сюда Пушкареву знала - это будет сложно, но чтобы настолько… - Я так не могу, - покачала головой Катя, пялясь на Лену широко распахнутыми глазами, которые едва ли не выскакивали из орбит, - я… у меня нет на это денег. И я даже не уверена, что в конечном итоге я смогу собрать и вернуть это достаточно быстро… давайте мы пойдем куда-то… - Мы никуда не пойдем, - Волчек не хотелось быть сукой, но она не собиралась шарахаться с Пушкаревой по магазинам в поисках чего-то подешевле, чтобы у последней не случился инсульт всего. Этот магазин Елена знала просто отлично, она здесь сама покупала львиную долю нарядов, и была уверена в качестве, консультантах, да и что греха таить - в цене. Она не была так уж заоблачна, тот случай, когда цена-качество были в адекватном соответствии. - Тут отличные варианты, есть возможность подобрать тебе буквально все, за исключением пары вещей… ну, и еще обуви, но это совсем другая история. Так что, - она махнула рукой, - марш к консультантам. И учти, я пойду за тобой, и буду следить, чтобы ты отсюда не сбежала. Хочешь работать в ЗимаЛетто - придется… переодеваться, - Елена тяжело вздохнула, - ну, что ты на меня так смотришь? - А Андрею Павловичу в моем наряде все подходило, - нахмурилась Катерина, видимо собираясь использовать последний аргумент, - за все время, что я на него работала, он ни разу не сказал мне… - И зря не сказал, - фыркнула Волчек, - но, я так понимаю, несоответствие он решил по-своему - просто запер тебя в каморке, чтобы тебя меньше видели. - Вы совершенно несправедливы, - Пушкарева вскинула подбородок вверх, явно собираясь бороться за объект своей симпатии до последнего. Какие же ба… барышни бывают дуры, Господи. Лена позволила себе закатить глаза, слушая оду Жданову, - он честный, справедливый и добрый человек, - она набрала побольше воздуха в легкие, чтобы продолжить, - и то, что я работала там… ну, в части его кабинета было продиктовано… это… - да, тут у Катерины случился небольшой затык, и она явно не могла подобрать слов, поэтому она решительно перескочила на другую тему, - Андрей Палыч брал меня с собой на встречи с… банками. Так что ваше замечание о том, что он меня стеснялся - несостоятельно. - Ну и отлично, - Волчек похлопала Пушкареву по плечу, та немного опешила, явно рассчитывая на немного иную реакцию, - значит, наш господин Жданов не будет против смены твоего стиля, а господин Воропаев тебя не уволит, если будешь соответствовать новому уставу компании. Все в плюсе. Вперед. - Я… - Катя, у меня не так много времени, - Елена старалась говорить максимально спокойно, - препираться мы можем сколько угодно. Спорить над документами можем хоть до посинения, а еще, по дороге в ЗимаЛетто ты можешь рассказать мне, чем Андрей Палыч лучше Александра Юрьевича. Я даже пообещаю тебе, что буду всю дорогу мило кивать, и даже не буду спорить. Ну, или если тебе так хочется, то могу даже поддержать тебя в праведном гневе и тоже обругать Воропаева. Но сейчас мы тратить время на это не будем. Ты отлично слышала Александра Юрьевича - либо ты его секретарша, либо вылетаешь из ЗимаЛетто как пробка. Ты выбрала первое. А значит, тебе придется соответствовать. Или ты передумала? Катерина тяжело вздохнула, отводя глаза, и Лене стало стыдно. Правда, всего на минуту, но стало. Она сама отлично знала, что согласилась Пушкарева на это самое секретарство не без помощи животворящего пинка от Жданова, который рассчитывал на то, что теперь, благодаря Кате, он будет обладать куда большим объемом информации о происходящем в президентском кабинете. Пушкарева, со своей стороны, не могла отказать Андрею Павловичу в такой услуге, и в то же время, видимо, не знала, как будет потом все это добывать. Соглашаясь на новую должность, Катерина рассчитывала, что она снова вернется в свою каморку, и будет продолжать свое незавидное мышиное существование, правда, с новой, конкретно очерченной целью. Но не тут-то было. Этот козел Воропаев, сверкая своими идеально-белыми, и это несмотря на любовь к сигаретам, зубами заявил, что она, то бишь, Катерина должна будет пройтись по магазинам с Волчек. Уже в такси Пушкарева чуть не плакала и явно паниковала, и хмурое лицо Елены ей не помогало совершенно точно. Сама Лена хотела бы помочь и поддержать девчонку, но… она сама была настолько недовольна всей этой ситуацией, что ее молчаливое и хмурое поведение заставило Катю сжаться еще сильнее, и Елене захотелось хорошенько настучать себе по лбу. Конечно, Волчек не собиралась становиться Пушкаревой лучшей подругой, но быть человеком никто ведь не отменял. - Я не передумала, - покачала головой Катерина, и покосилась через плечо, оглядывая магазин, - я просто… - последовал короткий несчастный вздох, - не знаю… - Вот ты думаешь, я знаю? - выгнула брови Елена, - мы тут с тобой узники, пока не подберем тебе четыре комплекта одежды. И пусть тебе кажется, что я твой надсмотрщик, но это не так… - Вас что, Александр Юрьевич тоже уволит? - Пушкарева уставилась на Волчек испуганно, и Лене невольно захотелось погладить ее по голове. Ну, какой же чудный ребенок, Боже! Она переживала еще и за нее. Елена покачала головой. - Нет, поверь мне, гораздо хуже, - она вздохнула, поглаживая ее плечо, - он меня НЕ уволит, а мне это нужно позарез, - Лена провела себе большим пальцем по горлу. - Так вам нужно, чтобы вас уволили? - кажется, откровения Волчек заставили Катерину немного зависнуть, - но почему вы не можете просто уйти? - Потому, что меня не отпускают, - улыбнулась Елена, - считай, что я отбываю повинность, но, ты не заморачивайся. Давай лучше займемся тобой. Начнем с того, какие цвета тебе нравятся? - она принялась осторожно подталкивать Катю вглубь магазина, - какие тебе не нравятся? Ну, чтобы понимать, от чего мы будем отталкиваться, и чего будем требовать от наших помощниц. Две девушки, работающие консультантами в магазине, уже торопились к ним навстречу. Волчек предупредила их о своем приходе, ну, чтобы она готовились, и главное, не реагировали на Катин внешний вид слишком бурно. Пушкарева, завидев их, остановилась, снова собираясь предпринять попытку сбежать. - А нам обязательно, чтобы кто-то помогал? - в голосе ее звучал такой неподдельный ужас, что Лена покосилась на Катерину. Интересно, с чего бы ей бояться людей? - Спокойствие, нам помощь этих барышень сэкономит время, поверь мне. А если ты переживаешь, что они как-то могу тебя осудить или сказать что-то грубое - то это не то место, Кать, тут уровень вежливости просто запредельный. - Я ничего не боюсь, - гордо вскинула голову Пушкарева, и Волчек очень постаралась не рассмеяться. Да, эта милая девчушка больше всего на свете страшилась показать, что она боится. - Ну вот и славно, - Елена ободряюще сжала плечо Катерины, а потом обратилась к консультантам, - милые девушки, закрывайте магазин, у нас на несколько часов просто ОЧЕНЬ много работы. Воропаевский кабинет встретил ее этим утром густым сладким ароматом женских духов. Волчек, которая еще не успела позавтракать, скривилась и подавила подкатившую к горлу тошноту. Интересно, кем же пропах кабинет ее начальника? Кира Юрьевна пользовалась холодным и строгим, едва уловимым ароматом. Клочкова была изгнана из приемной, но и она не распространяла что-то приторно-пошлое, предпочитая шлейф легких, даже немного мечтательных нот. Возможно, к Александру наведалась его… подруга? Правда, ни о какой партнерше Воропаева Елена не знала, но что вообще она знала о своем начальнике, кроме того, что кофе в ЗимаЛетто он предпочитал пить со сливками, без сахара. Но в такую рань подружка к нему бы точно не пришла, обычно, у таких личностей как Александр, партнерши были избалованные и изнеженные. Так что вопрос все еще оставался открытым. Воропаев поднял голову от документов, привычно выгибая бровь. - Вы что, принесли мне плохие вести? - он отложил ручку в сторону, наблюдая за Еленой. Та в свою очередь пожала плечами, стараясь дышать ртом. - Нет, с чего вы взяли? - она двинулась вглубь кабинета, к креслу, на котором восседала обычно. Александр усмехнулся. - Вы просто так замерли у двери, словно собирались убежать, как только передали бы мне принесенные данные. Но, я, видимо, ошибся? - Ошиблись, - взмахнула рукой Волчек, - у нас самая большая проблема сейчас это Андрей Павлович, который требует внеочередной Совет. Но это вы и без меня знаете. А заходила я так нерешительно потому, что кто-то перевернул в вашем кабинете флакон с духами. Дышать невозможно, - Елена ощутила неприятное жжение в горле. Она всегда была так чувствительна к запахам, для нее самой настоящей пыткой был общественный транспорт и обилие ароматов там. Волчек покосилась на Воропаева, а вдруг этот запах принесла - Простите, - она покачала головой, - я не знаю, кому принадлежит этот запах, и, возможно, это крайне изысканный парфюм, но, - она прочистила горло, - для меня это… слишком. - Да, - реакция Александра была довольно странной. Он откинулся немного назад и позволил себе короткий смешок, - это такая небольшая месть лично мне, - затем он стал совершенно серьезным. Даже глаза его утратили лёгкую смешинку, которая всегда скрывалась там, даже когда говорил с легкой издевкой, - вам нехорошо? - Я бы сказала, что мне не то чтобы хорошо, - немного уклончиво ответила Елена, - но я вполне способна справиться с собой, это не смертельно и я… - Вы завтракали? - перебил ее Воропаев, и Волчек вскинула в удивлении брови, немного растерянно глядя на мужчину. Что она должна ему ответить? К чему такие вопросы? Она нахмурилась, и Александр зеркально нахмурился в ответ, - вы что, язык проглотили? Или вопрос кажется вам слишком сложным? - Я просто пытаюсь понять, чего вы ждете от меня в ответ, - пожала плечами Елена, - мы никогда не говорили о подобном. Так что да, мне кажется, я немного растеряна. Но нет, сам вопрос не вызывает у меня никаких сложностей. И если вам действительно интересно - нет, я не завтракала. - Отлично, - кивнул Воропаев, - я тоже не завтракал. Так что у нас есть шанс совместить приятное с полезным, - он принялся складывать документы в одну стопку, - не сидите, словно вас кто к стулу приморозил, собирайтесь. - Я могу спросить “куда”? - Волчек еще не успела разложить принесенные папки, так что она просто прижала их ладонью к столу. - Можете, но я не обязуюсь вам отвечать, - хмыкнул Александр, но все же, к удивлению Елены, добавил, - мы поедем с вами завтракать. Вы не успели, я не успел, а завтрак, как говорил мне отец, самый важный прием пищи. Я с этим согласен, а вы? - Не то чтобы, - осторожно ответила Волчек, - я практически никогда не завтракаю, не могу себя заставить съесть что-то так рано. Мой организм просыпается ближе к обеду. - А ваш мозг? - Воропаев склонил голову к правому плечу, довольно скалясь в такой привычной манере. Елена недовольно щелкнула языком. - А мой мозг никогда не засыпает, - она прижала к груди принесенные папки, - как и у всех нас. Как я понимаю, это общечеловеческая особенность. - Вы слишком хорошего мнения о некоторых людях, - о да, этот снисходительный тон, это самодовольство. Волчек не смогла сдержать улыбку. - Я стараюсь хорошо относиться к людям, пока они не совершат… ошибку, - Елена пожала плечами, - мне так жить легче. - А мне всегда казалось, что легче жить, когда ко всем изначально относиться… с осторожностью, - Александр убрал документы в портфель, продолжая пристально смотреть на Елену. - С осторожностью или предвзятостью? - Волчек встретила взгляд Воропаева, чуть склонила голову к правому плечу. - Вы думаете, я склонен к предвзятости больше, чем к осторожности? - Александр выгнул бровь, и Лена не сразу нашлась с ответом. Воропаев был привлекательным мужчиной. Не первым привлекательным мужчиной, с которым приходилось работать Елене, но… Она чуть тряхнула головой. - Я думаю, что осторожность вам не чужда, но и предвзятости у вас не отнять. Вы навешиваете на людей ярлыки, и заставляете их бороться с ними, если они хотят приблизиться к вам. Это ваш способ проверки? - Вы спрашиваете у меня или анализируете? - Воропаев провел указательным пальцем по нижней губе, - интересно… - И что же вам кажется интересным? - улыбнулась Елена, - мои попытки выведать у вас хоть что-то, или потуги в анализе, имея такое скудное количество исходных данных? - А что думаете вы? - голос Александра стал ниже, и теперь он едва ли не мурлыкал, посылая мурашек вдоль ее позвоночника. Это был такой приятный и такой опасный тон. Если Воропаев начинал говорить так - жди беды. А с этим человеком Елена ждала ее постоянно. - Я думаю, что вас совершенно не беспокоит первое, и уж точно веселит второе, - призналась она, а потом покосилась на его портфель, - я так понимаю, выбирать мне не приходится? Мы идем завтракать? - Знаете, - Александр откинулся немного назад, - пожалуй, я позволю вам выбирать - эта… временно газовая камера, либо же уютный ресторан, где с проветриваемостью все будет просто отлично. Не переживайте, я не собираюсь заставлять вас есть. Я собираюсь заставить вас работать. - Тогда это просто выбор без выбора, - кивнула Волчек, а потом добавила, - у меня есть время забрать сумку? - Я в магазинах столько времени еще не проводила ни разу, - призналась Катерина, покосившись на пакеты, что стояли у ножки ее стула, - я не понимаю, как я смогу расплатиться с вами за все это, - покачала она головой, - вы же понимаете, что я видела все ценники, несмотря на то, что вы их так быстро убирали. У меня просто отличная память на цифры. - Думаю, нам лучше будет условиться, что никто никому ничего не должен, - отмахнулась Елена, принимаясь размешивать в стаканчике лимонный сорбет до состояния сладкой кашицы. Она решила, что Пушкаревой лучше не знать, КТО стал спонсором ее обновок, а то у девчонки еще сердце остановится… от счастья, - и давай ты уже перестанешь мне выкать. Учитывая то, что я ассистировала тебе в раздевалке это… странно. - То, что вы ассистировали мне в раздевалке - вот что странно, - на этот раз Катя даже улыбнулась, и Елена решила, что это очень хороший знак. - Жизнь, вообще крайне странная штука, - согласилась Волчек, - только не “вы”, а “ты”, а так все отлично, - она продолжила мучить десерт в картонном стакане. Здесь, на фудкорте подавали отличное мороженное, жаль, что аппетита не было. А вот Пушкарева не без удовольствия поедала карамельный пломбир, посыпанный сверху крупной финишной солью. Елена относилась к этому одобрительно, она искренне считала, что Кате было бы полезно набрать пару килограммов. Но Волчек благоразумно об этом молчала - не ее тело, не ее дело. Аминь. - Хорошо, - Катерина в после шоковом состоянии была покладиста, - пусть будет “ты”, - она съела очередную ложку, прикрывая глаза от удовольствия, - тогда можно вопрос? - Валяй, но я не гарантирую, что я тебе на него отвечу, - хмыкнула Елена, - но я могу пообещать, что постараюсь. - Почему мне с вот этим, - Катя кивнула на пакеты, - помогаешь именно ты? Только не подумай, - она замахала ложкой в воздухе, - я просто безмерно тебе благодарна… учитывая то, что выбора у меня все равно не было. Но… почему ты? - Я сама задаю себе подобный вопрос, веришь? - оскалилась Волчек, теперь в ее стакане был лимонад с мелкой крошкой льда, которая продолжала медленно таять. - Ты не хотела? - Пушкарева заметно погрустнела, и Елена покачала головой, протягивая руку, чтобы похлопать Катерину по руке, в которой та сжимала ложку. - Дело было не в том, хотела я или нет, просто я совершенно точно не модный гений. Ты же понимаешь, что если бы не те волшебницы из магазина, мы бы все еще шарахались от манекена к манекену, от вешалки к вешалке. У меня познаний во всех этих премудростях ровно ноль. Так что нет, дело не в тебе, но да, повторить подобный опыт я бы не хотела - слишком велика ответственность. - Но ведь вы… ты, очень хорошо одеваешься, - пожала плечами Пушкарева, - у тебя есть стиль и… - Стиль есть у Киры Юрьевны, - заметила Волчек, - у Амуры… пусть и немного странный, но стиль. А я просто знаю пару правил - на этом все. Офисный дресс-код - мое спасение, там не нужно слишком много думать. - Не могу с этим согласиться, - Катя снова взглянула на пакеты, - то, что мы выбрали мне, выглядит… сложно. - Это потому, что девочки постарались собрать для тебя капсулу, - принялась объяснять ей Елена, - чтобы все вещи можно было бы без проблем соединять между собой. Таким образом, у тебя получается не четыре комплекта, а больше, но, - она пожала плечами, - я не настаиваю, чтобы ты экспериментировала, - для начала будет довольно того, что ты просто будешь следовать советам. - Я буду, - закивала головой Пушкарева, и Волчек ей верила, ведь знала, что более обязательной, чем Катерина, девушки, она просто не встречала, - это оказалось не сложнее чем математика, - она рассмеялась, зачерпывая очередную порцию мороженого, - вот это, - указала она ложкой на свой стаканчик, - лучшая часть сегодняшнего дня. - Ты знаешь, - Елена вздохнула, - я с тобой совершенно согласна, - она склонила голову к правому плечу, - ты главное не забудь забрать очки из оптики - хорошо? Чеки там, и все прочее, у тебя в одном из пакетов - не потеряй. - Да, еще и очки, - на этот раз Катерина немного поникла, потупившись в стол, - Лена, зачем я Александру Юрьевичу? - А разве того, что ты гениальный работник не достаточно? - Волчек выгнула брови и отставила свой стакан в сторону, - Воропаеву нужна секретарша, а Клочкова, это же сущее несчастье. Новую брать сейчас не с руки, да и зачем, когда есть ты? - Я не буду шпионить для Александра Юрьевича, - Катерина вскинула глаза, упрямо уставившись на Елену, - я… не такая… и я считаю… Если бы Волчек все-таки решила съесть свою порцию сорбета, она неминуемо подавилась бы. А так она позволила себе просто прокашляться, скрывая за этим еще и довольную усмешку. Катерина не понимала, что она только что фактически призналась, что Жданов отпустил ее “наверх” именно за этим. - Ты не нужна Александру Юрьевичу, чтобы шпионить, - успокоила она Катю, и немного откинулась назад на неудобном пластиковом стуле, - никто ничего от тебя не будет требовать. Я имею в виду свыше твоих обязанностей. - А если… а если будет? - на этот раз Пушкарева звучала куда менее уверенно, - Александр Юрьевич не играет честно. - И кто тебе это сказал? - выгнула брови Елена, - уж не Андрей Палыч ли часом, для которого ты писала такие восхитительные, правда, жаль насквозь фальшивые отчеты? Катерина покраснела, и снова уткнулась в стаканчик с мороженым, принимаясь набирать его крохотными порциями, словно потеряла аппетит. Волчек отвесила себе мысленного пинка - идиотка, ну разве так сложно быть с девчонкой помягче? Она вон, оказалась между двух огней, ее не подкалывать нужно, а поддержать. - Знаешь что, опасаешься Воропаева - опасайся себе на здоровье. Это очень хорошо, что у тебя такой откалиброванный инстинкт самосохранения. Но я могу гарантировать тебе, что Александр Юрьевич ни к чему не будет тебя принуждать. Но, - протянула она, и Катя подняла глаза на Волчек снова, - если что-то подобное все-таки случится, то скажи об этом мне, и я помогу тебе разобраться с этим - я обещаю. - Поможешь разобраться с Александром Юрьевичем? - в голосе Катерины было столько неверия, что Елена позволила себе широкую и довольную улыбку. - Защитить я тебя точно смогу, поверь мне, - она подмигнула Катерине, и та невольно улыбнулась. - А ты не боишься, что он тебя… - Уволит? - хмыкнула Волчек, и Пушкарева кивнула, - да я только благодарна буду, - она разве что руками не всплеснула, - но, увы, мне это не светит. Так что, считай, что я могу тебе гарантировать свою защиту от страшного и ужасного Воропаева. - А ты что, его совсем не боишься? - на этот раз в голосе Катерины звучал неподдельный интерес. - Не боюсь, - честно ответила Елена, - и тебе не советую. Сейчас ты смотришь на него чужими глазами, - она подняла руку, когда увидела, что Пушкарева собиралась ей возразить, - не нужно отрицать. Ты же не знаешь, кто такой Александр Воропаев, ты только слышала отголоски чужих бесед. Так вот, вытесни все эти знания прочь и попробуй посмотреть на него трезвым взглядом. Вдруг тебя это сможет удивить. - Ты так говоришь, словно ты знаешь, кто же такой Александр Юрьевич, - вздохнула Катерина, - ты что, за это время успела разобраться? - Ничуть, - покачала головой Елена, - но я, признаться честно, практически не пытаюсь. - А почему? Тебе не интересно? - Пушкарева даже немного подалась вперед, в надежде услышать ответ на интересующий ее вопрос. Волчек улыбнулась. - Просто такой интерес для меня… опасен, куда опаснее, чем увольнение, - она щелкнула языком и добавила, прежде чем получить очередной вопрос от Кати, - доедай и пошли, нам еще тебе обувь искать. Так что квест наш еще не завершен, и расслабляться не стоит. Катерина кивнула, и принялась активнее доедать десерт, а Елена стала разглядывать людей вокруг - опасный Александр Воропаев… Боже, быстрее бы ЗимаЛетто выпутывалось из кризиса. Быстрее бы… Воропаев задумчиво разглядывал свой завтрак, словно там, среди омлета, сосисок и легкого тосканского салата скрывался смысл жизни. Елена наблюдала за ним не таясь, было бы странно сидеть напротив Александра и наблюдать за ним украдкой, в конце концов, она не делала ничего предосудительного. Хотя… она могла согласиться, что сейчас она делала что-то крайне странное - ждала, когда же Воропаев, наконец, начнет есть. На ее памяти она видела мужчину только с кофе, но этот напиток она слабо воспринимала как еду - так, скорее как некий способ подзарядки. - Вы долго будете выпиливать во мне дырку взглядом? - Александр оторвался от созерцания своей тарелки только для того, чтобы смутить Волчек. Но смущаться Елена не собиралась. Она просто пожала плечами, все еще не отводя взгляд от мужчины. Воропаев скривил губы в довольной улыбке, - или вы мной любуетесь? Не знал, что я могу стать столь интересным предметом для созерцания. - Я не созерцаю, я просто жду, когда вы начнете есть. Мне просто интересно, - Волчек чуть склонила голову к правому плечу, - живой вы человек или робот. - Вы серьезно? - брови Александра подскочили вверх, - вам интересно, как я буду есть? - он покачал головой, - вы очень странная личность, Елена Антоновна, просто, очень, - на этот раз он вернулся к своему блюду, набирая на вилку немного омлета и салат, - а вы не только смотрите, но еще и ешьте. Вдруг, мне тоже будет интересно полюбоваться. Так будет честно. - Честность наше все, - Елена улыбнулась и, отделив от морковного оладушка небольшой кусочек, обмакнула его в кокосовую сгущенку, - довольно неплохо, - заметила Волчек, принимаясь за следующий кусочек, - интересное сочетание, и правда очень легкое. - Это блюдо здесь любит моя сестра, так что это совет по совету, - Воропаев методично расправлялся с омлетом, - я предпочитаю что-то более питательное. - Омлет? - хмыкнула Елена, - он не выглядит как очень питательная еда, как и этот салат из помидоров. На вашей тарелке только сосиски могут считаться чем-то посерьезнее моих оладушек. - А если добавить к этому пинту-другую крови моих врагов? - Александр выгнул бровь, делая глоток воды. - Ну, разве что так, - пожала плечами Волчек, а потом добавила, - я могу задать вопрос? - Пользуетесь моей благосклонностью, пока я сыт? - оскалился Воропаев, вытирая губы салфеткой, - ну давайте, возможно, мне будет даже интересно ответить. - Когда я намекнула на запах в кабинете вы сказали, что это небольшая месть вам. Кто вам решил отомстить и почему таким странным образом? - Елена даже отодвинула тарелку в сторону, хотя она едва закончила с одним оладушком. Она, правда, не была голодна, у нее не было привычки завтракать, и сейчас ей не хотелось запихивать в себя еду через силу. Но, вот поговорить… как только они начали бы обсуждать вопросы компании, ничего лишнего в разговор просочиться бы не могло. Так что Волчек пользовалась шансом поговорить на отвлеченные темы сейчас. - Ах это, - казалось, что вопрос Александра позабавил, - так… глупости. Ко мне с утра решила наведаться Маргарита Рудольфовна. И этот парфюм был ее… подарком. - Подарком? - Елена нахмурилась, - а чего же она хотела, да еще и так рано? Или она старалась встретиться с вами, пока ЗимаЛетто было максимально пустым? - Думаю, что в первую очередь госпожа Жданова жаждала встретиться со мной так, чтобы ее не видели ни Кира, ни Андрей, - Воропаев тоже отодвинул в сторону тарелку, аппетитом сегодня никто не отличался. - Но, тема разговора у нее точно такая же, как и у ее сына - Совет. - Кто бы сомневался, - вздохнула Елена, - этот Совет… Очень хорошо, что вы решили его все-таки провести, но… почему вы все еще не предупредили остальных акционеров? К вам бы прекратилось это паломничество. - Пусть помучаются, - довольно оскалился Александр, - у нас есть еще полмесяца для подготовки, а потом уже можно будет окончательно открыть карты. И пускай тогда Андрей немного побегает, стараясь подготовить то, с чем он собирается выйти на Совет, чтобы вернуться наверх. - Но ведь вам в любом случае нужно будет его вернуть, - Волчек потянулась за стаканом с водой. Они обсуждали это не один раз, и Александр признавал, что напирая на ошибки Павла, у Андрея был шанс получить достаточно поддержки на голосовании, чтобы его ссылка на Производственный этаж прекратилась. - Да, - кивнул Воропаев, - но, тем не менее, ему придется хорошенько постараться. Так что хоть моральную сатисфакцию, но я все-таки получу. - Маловата эта сатисфакция, - фыркнула Елена, - Андрей Палыч постарается сейчас перекрыть все свои ошибки оплошностями Павла Олеговича, а это в корне неверно. Почему вы не собираетесь ничего ему противопоставить? Вы можете оспорить любое решение Совета, ваше право вето… - Отличная возможность, которую я буду использовать только в том случае, когда мне действительно это понадобится, - Боже, каким же все-таки Александр мог быть упрямцем. Елене казалось, что он сам старался создать себе как можно больше проблем, ведь когда все становилось ровно и спокойно, Воропаев начинал скучать. Но ведь ЗимаЛетто все еще было в довольно шатком положении, так что нельзя было сказать, что у Александра было время скучать. Что же тогда подталкивало его к такому странному и совершенно не сохранному решению? - А разве эта возможность не достаточна? - решила немного настоять на своем Волчек, - вы же сами знаете, что Жданов… Андрей Павлович я имею в виду, будет претендовать на место вашего зама. И как только он окажется столь близко… - Елена Антоновна, как вы думаете, сколько представителей акционеров помнят о том, что президент обладает правом вето? - выгнул брови Воропаев, ожидая ее ответа. Волчек нахмурилась. Скорее всего, о такой возможности не помнил никто, как минимум потому, что они очень давно не прибегали к подобной практике. И если бы Александр воспользовался этим сейчас, то попросту подтолкнул бы Андрея или Киру изучать весь устав ЗимаЛетто изначально. На любое правило можно было бы найти поправку, которая бы могла, если не отменить, то остановить или позволить влиять точно. Воропаев решил придержать право вето на тот случай, когда ситуация будет действительно патовой. Сейчас же Александр ощущал себя достаточно уверенным, даже несмотря на возможные игры Андрея, а значит не нуждался в такой помощи… - Допустим, вы оставляете за собой право вето, как один из козырей, - кивнула Волчек, не отвечая прямо на вопрос Воропаева, - но что вы планируете делать, когда вам свяжут руки? Любое ваше действие будет контролироваться. Вам начнут мешать. В самых простых, элементарных действиях… - Елена Антоновна, не нужно так нервничать, - Александр сверкнул зубами, но глаза его оставались холодными и серьезными, - я не нуждаюсь в вашем беспокойстве. Наша с вами задача - вывести ЗимаЛетто из мертвой петли, и с этим вы справляетесь просто отлично. А в остальном… как я буду выстраивать отношения с остальными сотрудниками это исключительно мое дело. Поверьте, им будет не так легко связать мне руки, но, как и почему, позвольте мне оставить за кадром. - Простите, - качнула головой Волчек, этот щелчок по носу не был болезненным или неожиданным. Елена знала, что рано или поздно Воропаев проведет линию между ними, и она и так оказалась дальше, чем обычно, - это совершенно точно не мое дело. Но мне будет жаль, что столько ваших усилий пойдет насмарку, если… - она осеклась и сделала глоток воды. Александр продолжил наблюдать за ней, проводя указательным пальцем по нижней губе. - Вы беспокоитесь обо мне? - он оскалился, и даже взгляд его потеплел, пусть и незначительно, - как это мило с вашей стороны, - в голосе звучал сарказм. Воропаев немного откинулся назад, наблюдая за Еленой. - Вас оскорбляет мое беспокойство? - Волчек выгнула брови в ответ. Александр рассмеялся, качая головой. - Ничуть, но это крайне странно, я просто не могу вас понять. Что же вами движет, Елена Антоновна, что же вам нужно? - Вы знаете, что мне нужно, мы все с вами обсудили, ничего нового я вам не скажу, - Елена сложила руки перед собой, пристально глядя на мужчину в ответ. - Занятно, - губы Воропаева тронула улыбка. Не усмешка. Не привычный дерзкий оскал, а мягкая, настоящая улыбка, которая тут же растаяла. Если бы Волчек не видела ее своими собственными глазами, то она бы и не поверила, что Александр может так улыбаться, - занятно… Нужно с вами чаще завтракать, возможно, у меня получится лучше вас понять. - Со мной не обязательно завтракать, чтобы меня понять, для этого достаточно задать мне интересующие вас вопросы. Я достаточно откровенна, - Елена повернулась к сумке, чтобы извлечь оттуда рабочие документы, - это будет гораздо проще. - Проще, - согласно кивнул Воропаев, - и я даже верю, что вы ответите мне, возможно, даже правду. Но… разве так интересно? - Да, - вздохнула Елена, - как же я могла забыть… Спортивный интерес, - она опустила папки на стол, наблюдая, как сам Александр перекладывает на него и свои документы. Он улыбнулся, выгнув правую бровь вверх. - Приступим?