Предназначенная свыше

Однажды непутевый мальчишка заблудился в глубоком лесу, отчаянно звал на помощь и пытался просто идти, пока не выйдет к окраине или хотя бы не найдет хоть кого-то. Юный Юань взглянул в ночное небо и трижды проклял свою невнимательность, пока не заметил слабое свечение вдали, которое виднелось над деревьями. Неужели лесной дух? Или призрак? Внутренне он молился, чтобы таинственный столб света, по которому вздымались водяные капли, был просто злой шуткой человека, который здесь живет. Может, он бы показал ребенку дорогу домой. Подойдя ближе, он увидел у подножия пруда, над которым заколдованно витала жидкость, высокую фигуру в пышном наряде. Часть светлых волос собрана в пучок на голове золотой шпилькой, остальные текучими реками спадают по плечам к спине и груди. Голова увенчана рогами, похожими на оленьи, из-под одеяния на спине выглядывал длинный кремово-белый драконий хвост, украшенный по верхней стороне и на кончике хвоста розовым мехом. Одежды существа - белизна снега и позднее время заката, расшитые золотыми нитями. Завороженный зрелищем, мальчишка наступил на сухую ветку, и объект наблюдения повернулся на шум. Женщина повернула голову набок в заинтересованности, что вообще ребенок может забыть в самой глубокой части леса, еще и настолько смелый, чтобы подойти к ней поближе. Правда, страх в нем все еще оставался: руки мальчонки дрожали и цеплялись друг за друга, а слова едва вязались во что-то складное. – Тетенька, я... Я ужасненько виноват... – Потерялся? Младший широко распахнул глаза от одного только сказанного слова, но настолько чарующего голоса он никогда не слышал. Почему-то первым делом ему взбрело в голову вернуться сюда снова, как только скажет родителям, что он жив, цел и здоров. По крайней мере, если ему помогут. – Да, потерялся... Я думал что иду в нужную сторону, а в итоге... – Почему ты вообще ушел от родителей, не знаешь, что в лесу водится всякое? Теперь ее голос звучал раздосадованно, подхватываемый резкими порывами ветра, от которых женщина даже не шелохнулась. Зато Юань вполне себе ощутил чужое могущество, раз она может одним своим раздражением влиять на лес вокруг. – В этом лесу никого нет, тут никто не водится. – Еще как водится. Я, например. Шаг в его сторону, и изящный хвост обвивает его ноги, чужая рука за подбородок поднимает его голову, пока золотые глаза не встречаются с карминовыми, два змеиных зрачка угрожающе прожигают в нем дыру. Впрочем, боязнь ребенку начисто отшибло вместе со здравомыслием, так что он схватился обеими руками за длинный рукав, вызвав замешательство со стороны существа. – Тебе не рассказывали сказки, как маленькие дети попадали в лапы драконов, после чего их заживо съедали? – Ну... Тетенька же не дракон, значит не съест. – Какая я тебе тетя, мальчик, никакого уважения! Хоть она и звучала до крайнего возмущенно, никаких действий по умерщвлению причины ее раздражения не предпринималось. Хвост отпустил мальчишку, и женщина направилась на восток широкими, но неторопливыми шагами. На босой лодыжке звенел браслет с колокольчиками, и от этого звона непроглядная чаща расступалась перед своей хозяйкой. – Ты идешь? – Бегу! Тетенька хорошая! – Еще раз назовешь тетенькой и я тебя скормлю белкам. – Белки же людей не едят... – С сегодняшнего дня будут. Всю дорогу парнишка не унимался и расспрашивал дракона обо всем, что только знал за свои девять лет жизни, а недовольная гримаса на женском лице наконец сменилась выраженным спокойствием. Смирением даже. – Тогда я подрасту, много-много узнаю, и все Вам расскажу! – Что ж, буду ждать в таком случае. Беги к маме. Она не вкладывала большого смысла в сказанные слова, и уж тем более не планировала давать обещаний. А следить за языком, между прочим, стоило бы.