Предназначенная свыше

Официальные вечера, на которых проводились важные дипломатические встречи, требовали к себе соответственного отношения и большой ответственности. На таковых собирались не только соотечественники с других кораблей Альянса, но и представители с других планет, которые собирались наладить взаимовыгодные связи. К каждому такому вечеру Иньсинь готовилась с особым трепетом, и в таком состоянии генерал всячески избегал попыток разозлить супругу. Просто потому что ему нравится ходить с несломанной рукой и на своих двоих, и лучше бы побыть за пределами их комнаты час или другой. По крайней мере, пока не прекратится возня и грохот. – Дорогая? – Заходи-заходи. Ручка двери секундно скрипнула, когда Цзинь Юань все-таки вошел в комнату. Благословлены его глаза были лучшим видом за всю жизнь: она сидела перед зеркалом, уже одетая в элегантное темно-синее платье, с вплетенными в длинные волосы золотыми шпильками в форме камелий; на бедре высокий вырез, открывающий вид на черную подвязку, открытую спину прикрывает только редко завязанная красная лента, зафиксированная тонким бантом у поясницы. Эта женщина сведет его с ума. Ругаясь себе под нос и смотря в зеркало, она возилась с золотой сережкой – застежка никак не хотела поддаваться. Юань подошел к ней, помог зацепить замудренные тонкие крючки один за другой и не удержался от того, чтобы наклониться и поцеловать супругу. Краснота осталась у него на губах, и женщина провела по ним пальцем, распределяя тон более равномерно. – Сам лезешь ко мне накрашенной, так что теперь тоже будешь с помадой. – Готов быть не только с помадой... Проигнорировав чужую попытку флиртовать, она взяла флакон парфюма и брызнула себе на шею и плечи, после чего добралась с пахучей жидкостью и до Юаня. Раз мужчина пахнет женскими духами – он однозначно занят, и обсуждать такие вопросы запрещено законом. Генерал опускается на одно колено и берет в свою ладонь женскую ступню, надевая на нее туфлю и сдерживая невыносимо сильное желание прижаться щекой к ее голени и сидеть так до скончания времен. Еще немного возни с застежками, и она поднимается со стула, пока его сердце, напротив, уходит прямиком в пятки. "Совершенство", застряет в горле комом, потому что это слово и на сотую долю единицы не описывает, как она хороша. Пока еще раз поправляет прическу, высокий воротник и тянет нижнюю часть платья вниз, чтобы выпрямить ткань и всячески красуется перед своим отражением. Последними натягивает высокие бархатные перчатки и сменяет фокус своего внимания на супруга, уже давно завернутого в белый мундир. Женские руки тянутся к чужим волосам и взъерошивают их, отчего прозвище Львиный генерал становится более чем оправданным. Мужчина следил за ее хищным взглядом, пока Иньсинь любовалась видом перед собой и разбиралась с любым недостаточно хорошо лежащим участком костюма. В воздухе зародилось напряжение, которое, казалось, может выплеснуться в любую секунду. – Нам пора.

***

Приветственного шествия среди гостей на балу удостаивались лишь высшие чины и дипломаты, поэтому за несколькими десятками представителей других планет, в зал вошла Тиньюнь, разодетая в роскошный даже по ее меркам наряд: множество золотых орнаментов на белой ткани, которые подчеркивают кроваво-красный основной тон платья. Если присмотреться, металлический узор складывался в картину древнего дракона, и это в совершенстве передавало сам нрав девушки. Следом за ней вошли генералы, тут же встреченные бурными овациями. Идущая под руку с супругом Иньсинь коротко махнула свободной ладонью в знак приветствия, и после их прибытия торжество началось уже официально. Занятые праздными светскими беседами и переговорами о военной поддержке, они оба едва могли себе позволить минуту наедине. Стоило выдаться свободным мгновениям, когда женщина могла наконец-то спокойно допить шампанское, перед ними нарисовалась уже знакомая пара пушистых ушей. – Я пришла сделать вид, что еще не приняла решение и мне очень нужно посоветоваться с начальством, поэтому постою здесь с вами пять минуток и пойду обратно. Как ваши дела? – Эоны, Тиньюнь, неужели ты не можешь сама разобраться? – низкий смех генерала и намеренный шепот, мягкие улыбки на лицах троих издали создавали как раз нужный эффект. – Могу, поэтому я и пришла просто проведать. Когда вернусь, выдам им ваше добродушное согласие и выдвину более выгодные в нашу сторону условия. – В таком случае терпения тебе, дорогая, в твоем нелегком деле ты настоящий профессионал, – генерал мягко улыбнулась, возвращая пустой бокал обратно на стол, на ее лице уже проступил мягкий румянец из-за алкоголя. – Весьма признательна за вашу поддержку, кстати говоря, – лисица звучно сложила зонт и хлопнула им по свободной ладони, – Вон те уважаемые господа не были в списках, которые помогала составлять госпожа Юкон. – Я тоже заметила, что они ведут себя подозрительно, мы будем иметь ввиду. – Огромное спасибо за ваше сотрудничество, прошу простить меня и позволить вернуться к работе. В ее голосе чувствовалась некоторая усталость от насыщенного вечера, но то ее минутная слабость перед доверенными людьми, и как только Тиньюнь отошла от них, привычная маска абсолютного дружелюбия вновь была на ней. Выждав какое-то время, когда двое, указанные лисицей, покинули основной зал, мечница решила разыграть небольшую сцену. Приподнялась на носочках, укладывая ладони на широкую грудь супруга, и настойчиво поцеловала в губы, после хватая за руку и утаскивая в ту же сторону, подальше от чужих глаз. Пусть они и вызвали некоторые перешептывания, но, по крайней мере, причина их исчезновения с праздника была вполне четкой и понятной. В отличие от смешанных сигналов, которые получал от супруги и без того потерянный Юань, не зная, чего ожидать. Неизвестные личности громко переговаривались, и даже не заметили чужого присутствия, как и увесистых ударов по затылку. Теперь, наконец-то, остались мошенники, лежащие без сознания, взбудораженный Цзинь Юань и все еще божественно красивая Иньсинь. – С этими разберутся в Комиссии Предсказаний... – женщина потянула супруга за воротник к себе, и сама уперлась спиной в стену, – а с тобой разберусь я. Как сорвавшийся с цепи, генерал жадно вцепился в нее с глубоким поцелуем, крепкие женские ноги обхватили его талию, пока его руки блуждали по открытому бедру. Копившееся часами отчаяние вырвалось в моменте, когда он оставил несколько засосов сбоку шеи, заставив возлюбленную несдержанно простонать. – Ха-х... Юань, стой... Делай что угодно, но с условием, что мы выйдем отсюда, будто ничего не было. – Как прикажете, Госпожа.