Лавандовые чары

Мелисса открывает дверь спустя несколько минут. – Проходи. Папа на конференции, в другом городе, – поясняет она, закрывая за ним дверь, а после следует наверх, зная, что парень наверняка пойдет за ней. Ее комната почти не изменилась, разве что на столе стоит коробка для рукоделия, а в другой, похожей на ту, что делалась для Жози лежит ловец снов. Заметно более сложный на вид, темно-синий, с разноцветными бусинами и перышками под цвет нитям. – Я подумала, что ты можешь плохо спать ночью, так что сплела для тебя. Она подходит к столу, начиная потихоньку прибирать беспорядок, но на него не смотрит. Возможно, надежда еще действительно есть, иначе бы зачем Мел было так напрягаться. Он бросает беглый взгляд на ловец, мысленно радуясь тому, что его худшие опасения не подтвердились. По крайней мере пока. – Спасибо... – негромко произносит парень и немного нерешительно приближается к Мелиссе. Он лихорадочно пытается найти нужную фразу, хотя думать не хочется совсем. Рэй хочет только обнять её покрепче, уткнуться в блондинистую макушку носом, зачерпнуть лавандовый аромат, и чтобы все снова было хорошо. Как раньше. – Я понимаю, что нельзя сделать вид, что того, что произошло, не случалось. Мне безумно стыдно, я...я виноват и просто ненавижу себя за это, – начинает он, местами запинаясь от душащих эмоций. – Но я все так же люблю тебя и не хочу, чтобы это пролегло, между нами. Это помутнение, оно ничего не значит для меня. Я никогда даже не думал о ней. Это все было ненастоящим, и я рад, что оно так скоро закончилось... Мое сердце принадлежит лишь тебе, Лисс... Если ты скажешь, что больше не хочешь меня видеть, то я пойму... – он опускает взгляд, нервно сжимает пальцы в кулаки. Одно только упоминание об этом, заставляет подступить комок к горлу, становится физически тяжело и больно от сжимающей, ухающей в груди тоски. – Но это меня просто убьет...потому что ты лучшее, что случалось со мной, Мелисса. Видно, что эти слова даются ему с трудом. Рэй поднимает взгляд на профиль девушки. Он желает, чтобы она развернулась и подарила ему взгляд. Такой теплый, нежный, как и раньше. Его глаза блестят от волнения, а тело напряжено, словно он готовится принять удар. Лисса замирает, когда Рэй приближается к ней и слушает его отповедь. Её пальцы начинают подрагивать, пытаясь судорожно поймать странно юркие сейчас бусины. Глаза наполняются влагой. Голова опущена. Но вот тяжёлые капли срываются с ресниц и падают на руку, скатываясь вниз. До его слов ей казалось, что она сможет сдержаться, провести между ними черту, оградиться, обрубить, сделать так, чтобы эта боль больше никогда её не коснулась и одновременно образом обезопасить самого Рэя. Теперь и он сам был замешан не в ту колоду и выпал на поле козырным вальтом. Наконец, она не выдерживает, резко поворачивается к нему. – Нет! Это не твоя вина! Это из-за того, что я слишком слабая! И не могу уберечь дорогих мне людей! Тебя просто вовлекли во все это! Здесь я виновата! Со мной находится рядом опасно! – Мел всплескивает руками, сжимает пальцами голову, – Рамона... Она не перед чем не остановится. Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось! Я... Боже... Она крепко сжимает зубы, пытаясь загнать слезы и истерику обратно. Руки безвольно падают вдоль тела. – Если бы ты меня не встретил, тебе бы не пришлось проходить через вот это вот все... – её голос почти затухает в конце фразы, а Мелисса разом поникает, – И я все так же люблю тебя... – последнее звучит на грани слышимости. Рэй слушает внимательно, на его лице - переживание. Когда она завершает свою пылкую речь, парень делает шаг еще ближе и крепко обнимает Мелиссу, прижимает к себе. – Ты ни в чем не виновата! И я не собираюсь трястись от страха или отказываться от тебя из-за этого. Пусть Рамона и дальше режет меня, да хоть убьет, если это потребуется. Я не знаю, что вы не поделили, но, пожалуйста, только не вини себя, – произносит он, прижимаясь щекой к её голове. Похоже, пережитое, обрушило последний скепсис Эвертона. Теперь он был убежден, что ведьмы действительно существуют и могут быть чертовски опасны. Лисс утыкается лбом ему в плечо, всхлипывая, а затем обнимает парня за талию. Ей удаётся успокоится только через время. Утирая припухшие и покрасневшие от слез глаза, девушка тянет Рэя сесть на кровать, держа его за руку. Сейчас она решает рассказать юноше абсолютно все. Лучше пусть он знает и хотя бы отчасти будет предупреждён. Рассказывает про все: что Рамона – ведьма, про Кэтти, ритуал, в которому её склоняли, об её отказе и причине мести. Юноша напряженно выслушивает рассказ девушки. Он не заметил ничего в зеркале тогда, только тот жуткий череп под ним. В тот момент он был слишком захвачен утехой и жаждой, а может Рэй и вовсе не мог различить чьего-то потустороннего присутствия. Это знание, могло быть доступно только тем, кто способен видеть такое. Весь рассказ Мелиссы заставляет его почувствовать тревогу. Все это казалось таким жутким, а самым неприятным было то, что он не знал, как помочь Лисс. Над этим ему еще стоило поразмыслить. – Что стало с тем кулоном, что я тебе дала? – интересуется Мелисса. Вопрос о кулоне застает Рэя врасплох. Парень начинает вспоминать, где в последний раз его видел. – Кулон..., – произносит он, хмуря взгляд, – Рамона попросила его снять. Чем-то он ей не понравился, а потом она швырнула его в кусты за школой. Прости. Я поищу его завтра, – обещает парень, виновато смотря на девушку. На его телефон приходит сообщение, но Рэй решает, что сейчас это не так важно. – Значит он действует! Поэтому и не понравился! Понимаешь, я для вас с Мартин всю ночь создавала обереги. Он должны были уберечь вас от ментального вмешательства. Не знаю как, но Рамона может проворачивать что-то подобное с другими. Заставлять исполнять её волю. Правда для этого нужен тактильный контакт. А в ваши кулоны я очень многое вложила. Потому что хотела вас уберечь. – Даже не мог представить, что Рамона воплощение сущего зла...Мы ведь с начальной школы знакомы, она была обычной девчонкой. Любила лепить из пластилина и носить цветные колготки...Как такое вообще могло произойти? Неужели она может так поступать?... Парень качает головой, пытаясь осмыслить произошедшее. Ему трудно это дается. Он всегда относился к Салливан хорошо, пару лет назад они какое-то время они даже хорошо общались, но какой бы красоткой с каждым годом не становилась Рамона романтического интереса она никогда у него не вызывала. Уж не по душе ему были брюнетки. – Я не знаю, какой она была раньше. Но на меня она произвела впечатление жадной до силы и власти. Знаешь, что она мне сказала, когда уговаривала? Что сила может помочь повелевать целыми странами, менять все, как хочется, а мои потуги помогать людям, вроде как дурь и глупости. Так что выводы я сделала и после снов о её ритуалах в них только убедилась. Возможно, дело в воспитании. Есть люди, дорвавшиеся до власти, которые могут сохранять холодный рассудок, а есть те, кому всего мало и хочется ещё и ещё. А какими путями не имеет значения. И…Рэй... В школе нам придётся делать вид, что мы в ссоре. Я не против общаться с тобой вот так, наедине, или при Мартин. Но для остальных лучше думать, что мы разошлись. Просто хотя бы пока. После того, что вы сегодня вытворяли...Если бы мы вот так снова сошлись... Ну... Просто я не хочу, снова слушать шепотки и насмешки. Сегодня я этого достаточно наслушалась... Он понимает, что вся эта ситуация могла выставить Мелиссу в недолжном свете. Бросать тень на её честь ему точно не хотелось. Для других все это действительно могло стать причиной жарких сплетен и пересудов. – Хорошо, понимаю...Я больше не могу тебя подвозить? – интересуется он, касаясь её руки. Он слишком скучал по ней даже сидя рядом. Никакие суррогаты не могли заменить для него Мелиссу. – Нет, но мы можем видеться и дома. А что дальше, пока не буду загадывать. Слишком все непредсказуемо. Рэй обреченно вздыхает и трет лицо свободной ладонью. – Есть способ её остановить? – спрашивает парень, после долгого молчания. Он понятия не имеет, что нужно делать, но мысленно задает первый пункт списка: отыскать кулон. Рэй больше не хочет оказаться в плену чужих желаний. – Чем я могу помочь? – добавляет он следом, снова обращая взор на Мелиссу. – Не знаю, Рэй. Не знаю... Понимаешь, в чем проблема, все моё обучение - это записи тёти. Плюс что-то я экспериментирую сама, изучаю свойства трав, камней, их сочетание. Но что касается чего-то существенного, тут скорее приходится все выискивать методом тыка. В случае с Рамоной, наставником скорее всего является та сущность в зеркале. Её учат, но так думаю, чему-то ограниченному, чтобы было больше стимула для воскрешения. Просто будь осторожнее с ней, найди кулон. И да, её сестра, Каррис, тоже ведьма. Так что с ней тоже стоит быть начеку Рэй проводит время с Мелиссой, пока на небе не появляются первые звезды. Он еще расспрашивает девушку о всей этой ситуации с Рамоной, некоторое время просто молча сидит рядом. Ему кажется, что если он уйдет сейчас, то непременно может случится что-то плохое. Однако звонит Меридит и велит сыну возвращаться. Ему так сильно хочется поцеловать Мелиссу на прощание, но он не решается этого сделать, словно внутри него все еще оставалась скверна Рамоны, которая может навредить Лисс или заставит её чувствовать себя некомфортно. Он лишь крепко обнимает блондинку, задерживается, несмело утыкается носом в её шею, вдыхая любимый запах. А затем, взяв коробку с ловцом, парень уходит, оставляя Лисс в компании Нефрита. На следующее утро Мелисса, наконец, просыпается полноценно выспавшейся отдохнувшей. Сборы в школу проходят быстро. Она сбегает с лестницы, кидает взгляд в сторону Эвертонов, но мотает головой. Нет. Нельзя, а после направляется в сторону автобуса. Уже оказавшись в школе, Мел ищет глазами пикап Рэя на стоянке, затем спешит навстречу с Мартин. Подруга встречает Мелиссу ошалелым взглядом, в котором мечутся смешные эмоции. Она идет на встречу подруге, хватает ту за руки и вместо приветствия прислоняется к уху блондинки и шепчет: – Мне снилась тётя Сара, она была очень обеспокоена и, боже, она столько всего рассказала! – взволнованно произносит девчонка. Мелисса еще не знает, но такой же сон приснился и Рэю, который уже строчил ей СМС о том, что нужно срочно поговорить. Лисса волнуется после слов Мартин, а затем слышит звук сообщения и читает его. – Это Рэй. Ему тоже нужно поговорить. Время до урока есть. Идём. У тебя же ключ от редколлегии есть? Давай там. Я и Рэю напишу. Он бы так просто не стал беспокоить. Значит тоже что-то очень важное. Когда подростки собираются в кабинете то, то Рэй и Мартин начинают наперебой рассказывать подробности сегодняшних снов. Выясняется, что они видели примерно одно и тоже видение, в котором тетя Сара сообщала о том, что никак не может связаться с Мелиссой. Какая-то сила, словно ставит перед ней барьер. В сны племянницы попасть у неё тоже не выходит - не дает защитный кулон. Так же мисс Рейн сказала, что стала ощущать присутствие посторонней ведьмовской энергии, которая растет и крепнет с каждым днем в отличии от её собственной. И если Салливан решили вернуть на свет носителя этой энергии, в чем женщина не сомневалась, то у Мелиссы могут быть большие проблемы. Для ритуала, помимо огромной жертвенной энергии, требовался так же и сосуд, в который воскрешаемый должен вселиться. Сосуд - это человек. Но так, как вернуть на свет собирались не простого смертного, а явно колдуна или ведьму, то и сосуд требовался соответствующий, способный вместить и удержать эту нестабильную энергию. Обычный человек не сможет справляться с ней долго. Он разрушится. Погибнет. А так как единственной природной ведьмой, которую знала Сара на весь Хопфилл была только Мелисса - пазл складывался как нельзя ровнее и устрашающе. Лисс была нужна Рамоне не просто так. Подростки так же рассказали, что Сара сообщила им о ритуалах и магических ловушках, которые могут помочь остановить сестер Салливан. – Я как только проснулся, все сразу записал, чтобы не забыть. Что-то должно быть записано и в дневнике твоей тети, – с этими словами Рэй стал вытаскивать из рюкзака листы бумаги, исписанные быстрым, неаккуратным подчерком. Мартин мысленно укорила себя, что не сделала того же. Она была слишком взволнована после ночного видения и не знала, что думать. Лисса внимательно выслушивает друзей. Как же ей повезло, что она отказалась от предложения Рамоны. А ведь согласись и все могло быть по-другому. Она садится за стол, просматривая записи Рэя. Содержимое гримуара, по крайней мере той части, что была открыта хорошо отпечаталась в памяти. – Мне понадобится ваша помощь. Ритуал будет скорее всего проводится на том месте, где был ты Рэй. Я видела его уже. Там же мучали Кэтти. Если не ошибаюсь, во время ритуалов подобное место пропитывается кровью и энергетикой жертв и ведьмы, что в следующий раз позволяет легче контролировать силу. Значит именно на этой территории нужно ставить ловушки. – Да...мы знаем, что тебе понадобится помощь, – начинает аккуратно Мартин, глядя на Рэя. – Сара сказала, что нам нужно сделать так, чтобы сестры больше не смогли прибегнуть к силе, – подхватывает капитан, скрещивая руки на груди.  – Нам нужно запечатать им доступ к колдовству. Мисс Рейн рассказала о ритуале создания клейма и что оно может помочь, – вновь вклинивается Маршалл, тревожно глядя на подругу. – Для этого ритуала понадобится...три...трисв...трикветр. Нам с Мартин нужно будет помочь тебе провести обряд. Она сказала, что это будет сложно и довольно болезненно. Я все записал, – добавил парень, указав пальцами на листы бумаги на столе. – Они могут сойти с ума или даже погибнуть, – тихо бормочет Мартин, нервно кусая большой палец. – Знаешь, я бы тоже не хотела подобного исхода, но, в конце концов, для них человеческая жизнь ничто. Я не говорю о том, что они хотят воспользоваться моим телом, как сосудом, что для меня смерть. Но, получи власть, они не перед чем не остановятся. Слишком жадны до нее. Голос Мел печален, но в нем слышится твёрдость. Видит Бог, она и правда не хотела ничего такого, но нельзя допустить, чтобы произошло воскрешение. – Ладно, нам нужно идти на урок, не стоит привлекать лишнее внимание, – произносит Мартин, выпрямляясь и ухватывая за лямку свой болотного цвета рюкзак. – На связи, - кивает Рэй, проделывая тоже самое. Закидывает рюкзак на плечо. Его взгляд цепляется за Мелиссу, выдавая в нём нежность вперемешку с беспокойством. Парень секунду топчется на месте, видимо, пытается унять внутреннюю борьбу. Ему хочется приблизится к блондинке, но он этого не делает, только выдаёт чуть ободряющую улыбку и выходит из кабинета, под гомон подгоняющей их Маршалл. Лисса собирает листки и идёт в библиотеку, занимая место в самом дальнем уголке. Неровный мальчишеский подчерк сумбурно пересказывал инструкции Сары. В тексте говорилось о зачаровании сети, буквально рыбацкой сети. Пропитав её волокно чёрной солью, вплетя в нити небольшие кусочки мориона и произнеся заговор, обычную сеть можно было превратить в настоящую ловушку для ведьмы. Черная соль и минерал являются отличным блоком магической энергии. Они способны развеивать легкие чары и даже полностью отрезать использование колдуньей силы, но только на то время, пока ей не удастся из неё выбраться. Ритуал сознания печати был непростым. Для его проведения требовалось участие тех разных энергий. Сама печать являлась не отдельным предметом - носителем тавро становилась конкретная ведьма. Её длани превращались в оружие, способное клеймить и обрекать колдунов на полную магическую немоту. Стук каблуков в уже знакомом до боли ритме. К столу Мелиссы, как черное грозовое облако двигается Рамона. Она все так же придает своему лицу игривый, беззаботный вид. – Так у тебя что же, все-таки получилось отобрать у меня игрушку? – с едва различимым признанием в голосе констатирует Салливан, становясь напротив своей собеседницы. – Рэй не игрушка! Он живой человек! И Кэтти тоже! Неужели тебя совесть не мучает, когда ты все это делаешь? – рычит Мелисса, – Я знаю, что вы с Рэем раньше хорошо общались. Или тебе жажда власти и силы настолько в голову ударила, что ты готова идти к ней по трупам? Я видела эту... Сущность... Ты думаешь, получи она второе рождение и власть, будет с вами делиться? Послушай, Рамона, зло рано или поздно вернется к тебе бумерангом! – Бла-бла-бла, – фыркает брюнетка, – Перестань строить из себя диснеевскую принцессу. Кто вообще придумал эти категории? Добро и зло. Это только условности для простых смертных. На олимпе агнцам не место. Там будем мы, – в её глазах снова появляется отблеск одержимости. Она действительно верит в свои слова, – А Рэй...он и правда хороший мальчик, убивать я его не собиралась. Просто меня так взбесил твой отказ, что захотелось вернуть тебе монетку. И честно говоря, мне даже понравилось...Ну, ты ведь, и сама знаешь, какие вещи он умеет вытворять своими пальцами и губами, – говоря это, Рамона переходит почти на шепот, опирается руками в столешницу и поддается телом ближе, постепенно приближая свое лицо к Мелиссе. На губах плотоядный оскал. Она определенно дразнит и провоцирует. Ей доставляет удовольствие эта игра. – Ты жалкая, – бросает с пренебрежением Лисс, – Бахвалиться тем, что смогла переспать с парнем только благодаря привороту? Сомнительная победа. Впрочем, что ожидать от человека, который сходит с ума на почве всевластия. Но я тебе так скажу, ты можешь управлять людьми, навязывать им свою волю, но рано или поздно, ничего и никого настоящего рядом с тобой не останется. Диктаторы в истории всегда плохо заканчивали. По лицу Рамоны прокатывается раздражение. Видно, что ей тяжело выдержать чье-то презрение и критику. Сейчас она похожа на капризного ребенка.  – Да? А мне никто и не нужен. Боги всегда одиноки, – хмыкает Рамона и отстраняется. Ее взгляд опущен, ресницы нервно подрагивают, – А я ведь еще с детства люблю ломать игрушки. Особенно чужие, – она старается произнести это легко, но в голосе явно проявляется угроза. С этими словами Салливан отрывает руки от стола, а затем уходит прочь. Мелисса облегченно выдыхает, когда Рамона уходит, затем отсылает СМС Мартин и Рэю: «Ритуалу быть. Виделась с Рамоной. Подробности после занятий». А вот Рэю летит ещё дополнительное: «Поедем сегодня домой вместе?» Ответ от Рэя не заставляет себя долго ждать: «Конечно! Я нашел кулон». От отца приходит СМС, что он задержится еще на пару дней. После конференции нужно будет встретиться с поставщиками из фармакологических лабораторий, решить некоторые вопросы и подписать нужные бумаги. После звонка с последнего занятия Рэй ждет на стоянке, а Мартин, найдя подругу в коридоре, цепляется за её ладонь своей. Когда они подходят к машине, Мелисса рассказывает Мартин и Рэю о разговоре с Салливан и о том, что предстоит проделать. Рэй оповещает о том, что натыкался на сеть в гараже и, если нужно, непременно пожертвует её на благо дела. Чарльз вряд ли заметит пропажу, по крайней мере до весны точно.  Рэю и Мартин трудно осмыслить, что придётся принять участие в ритуале, который, возможно, будет иметь для кого-то смертельные последствия. Оба не представляли, что делать и как им остановить это воскрешение. В отличии от Лисс они не обладали какими-то сверхъестественными способностями. Обоих роднило только одно: они доверяли подруге. – Куда мы едем? – спрашивает Рэй и заводит мотор авто. Мартин нервно ерзает на сидении со стороны окна, покусывает большой палец, лак на ногте которого уже облупился. – Ко мне, – отрезает Мелисса.