Танцы на битом стекле

      Кол расположился в гостиной с камином, которую особенно любил. Сидя в удобном глубоком кресле, он задумчиво крутил в руке бокал с виски и глядел на танцующее пламя. Он никак не отреагировал, даже голову не повернул, когда в соседнее кресло опустилась Эмбер, тоже налила себе виски и сделала пару глотков, после чего слегка поморщилась. Она редко пила неразбавленным крепкий алкоголь.       — Как всё прошло? — спросил Кол. Его голос звучал спокойно, и весь он походил на воплощение равнодушия, хотя Эмбер была уверена — ему не всё равно. Не всё равно, если дело касалось Николь.       — Она выпила моей крови. Думаю, совсем скоро придёт в норму, — ответила Льюис. После этих слов на лице Кола проступило облегчение. Он повернулся к Эмбер, и его взгляд стад почти тёплым.       — Отлично, — промолвил он. — Снова убеждаюсь, что от тебя всё-таки есть польза.       Она фыркнула. Первородный нередко вёл себя и разговаривал так, словно намеренно пытался показать своё превосходство. А может, это просто вошло у него в привычку. Подумалось: непросто Никки быть вместе с таким человеком. Было бы просто — не дошло бы до такого.       — В курсе, что ты ещё та заноза в заднице? — произнесла Эмбер.       — Да. Но Никки любит меня именно таким. — Кол дерзко ухмыльнулся, но во взгляде проскользнула неуверенность. Будто не только Николь, но и он сам ощущал трещину, возникшую в их отношениях после отключения ей человечности. Теперь всё встало на круги своя, и появился шанс исправить сделанные прежде ошибки. Вот только Колу Майклсону всегда было проще разрушать.       Виски опьянял непривычно быстро. Кол заметил состояние Эмбер и нахмурился:       — Тебе стоит меньше пить сейчас. Полагаю, Никки исцелила тебя, но кровопотеря не проходит бесследно для человеческого организма. Чтобы восстановиться, тебе понадобится время.       — Надо же, ты способен проявлять заботу не только о себе, — хмыкнула Эмбер. Такие пикировки с Колом были обычным делом. С трудом представлялось, что с кем-то у него бывает иначе.       — Ты родня Никки. А это значит, что в любом случае не чужой мне человек, — пояснил он. Эмбер выразительно выгнула бровь. Ну да, как же. Её родители по его логике тоже не являлись ему чужими, но это не помешало Колу жестоко убить их. Не то чтобы у него не было повода. Эмбер даже не испытывала к нему ненависти за это. Словно в глубине души считала, что это был закономерный и даже заслуженный итог их действий.       Мелькнула мысль: а что, Кол теперь тоже ей не чужой? После всего — пожалуй, что так. Когда сообща спасаешь близкого человека, это невольно объединяет, даже врагов, а они никогда врагами и не были. Эмбер даже могла понять, как Николь полюбила его. Кол спас её кузину из психушки, даровал ей новую жизнь. Но помимо этого влюбиться в него казалось так просто. Он был хорош собой и обладал ярким обаянием, которое порой почти ослепляло.       Отсветы пламени играли на лице вампира, придавая его образу загадочности. Сейчас в нём действительно ощущалось нечто… мистическое. Эмбер вдруг поймала себя на том, что любуется Колом.       — Скажи: ты думаешь, у вас с Никки всё будет как прежде? — спросила она, отставив бокал с виски в сторону.       — Если честно, то нет, — задумчиво отозвался он. — Я надеюсь, что всё будет куда лучше. Я, знаешь ли, за последнее время кое-чему научился. Набрался ума, так сказать.       — А если это случилось и с ней? — сказала Эмбер. Кол повернулся к ней, и между его бровей пролегла морщинка, из-за чего он перестал казаться таким юным, как обычно. В глазах цвета виски, что они сейчас пили, мелькнул гневный отблеск.       — Никки что-то говорила тебе? — отрывисто произнёс он.       — Да, что ей сложно с тобой, — ответила Льюис. — Ты влияешь на неё не самым лучшим образом. И она боится, что однажды ты погубишь её.       — Я сделаю всё, чтобы её защитить и сам не причиню вред.       — Погубить можно по-разному. К примеру, морально, разрушив прежнюю личность. Возможно, такими темпами ты сломаешь Никки сильнее, чем это смогли бы сделать в клинике.       — Не говори так! — рявкнул Кол и с громким стуком поставил на столик пустой бокал.       — Я ничего не придумала. Лишь передала то, что мне сказала сама Николь, — пожала плечами Эмбер. На самом деле, из того разговора она поняла куда больше. Было то, что Никки не сказала вслух, но то, о чём и так можно было догадаться. Но о своих домыслах она не стала бы сообщать Колу, это было бы лишним.       Он мрачно смотрел на Эмбер, сжав руками подлокотники кресла. Будто сдерживал эмоции, чтобы не кинуться на неё с кулаками. Или с клыками. Наверное, не следовало говорить такое, но Льюис нередко «рубила с плеча». А её прямолинейность нравилась далеко не всем.       Желая успокоить Кола, она встала со своего места, чуть пошатнулась из-за выпитого виски и подошла ближе. Наверное, было бы правильно сейчас уйти и не трогать его, но она действовала на эмоциях.       Коснувшись его руки, Эмбер сказала:       — В любом случае, о ваших отношениях с Никки тебе стоит говорить с ней, а не со мной.       — Зря ты вообще затронула эту тему.       — Ну, мы же не чужие люди, — в тон его недавним словам заявила она. — Вот я и поинтересовалась. Как бы то ни было, такому парню не стоит грустить из-за девушки.       В ней всё громче говорили виски и подспудное влечение, а не голос разума. Но Эмбер уже не могла им противостоять.       — Такому — это какому? — спросил Кол. Судя по смешинкам в его глазах, его происходящее скорее забавляло.       — Такому привлекательному. — Она плавно скользнула к нему на колени, обвив его бёдра ногами. — Такому опасному. — Обняла за шею, подалась ближе всем телом. — Такому сексуальному. — Эмбер прижалась к губам Кола, и он ответил ей, целуя неторопливо, почти лениво. Её тянуло к этому невыносимому вампиру, и всё же подумалось: он же с её кузиной, а причинять Николь ещё больше боли совсем не хотелось. Но та сама говорила про Кола так, будто уже нет прежних чувств, будто она готова расстаться с ним.       Эмбер зарылась пальцами в каштановые волосы, плотнее притёрлась бёдрами, ощущая ответное возбуждение Кола, и глухо простонала в поцелуй. Не сразу поняла, что происходит, когда он сжал руками её талию, будто хотел крепче прижать к себе, но вместо этого удерживая. Оторвавшись от её губ, Майклсон прошептал ей на ухо:       — Знаешь, прежде я воспользовался бы моментом и тобой, и мы знатно повеселились бы.       — Что тебе мешает сделать это сейчас? — выдохнула Эмбер. — Считаешь, что я слишком пьяна для секса?       — Нет. Просто мне нужна лишь Николь. И по-настоящему хочу я только её.       Он резко ссадил с себя Эмбер, почти столкнув со своих колен. Она пошатнулась и едва не упала, но успела удержаться за журнальный столик. В её глазах мелькнули обида и растерянность. Развернувшись, она практически выбежала из комнаты.       Кол устало вздохнул и потёр ладонями лицо. Он с трудом удержался от соблазна зайти дальше, Эмбер была весьма хороша. Но это был бы лишь одноразовый секс, из-за которого он наверняка потерял бы Николь. Одно дело — посторонние девицы в тот период, когда она отключила человечность, другое дело — её кузина, единственный родной человек, притом в такой момент. Так уж вышло, что Никки вошла в его сердце и прочно закрепилась там. Кол не представлял, как теперь сможет без неё.       Он не заметил, как Николь наблюдала за ним и Эмбер и в какой-то момент ушла.