Танцы на битом стекле

      Николь ощущала вину за то, что собственными руками создала монстра. Даже несмотря на то, что Кол уверял, будто часть вины лежит на нём. Стоило послушать его, когда он запретил обращать Эмбер. Или хотя бы не торопиться, расспросить Кола, в чём именно заключается проблема.       Но теперь было поздно, и приходилось расхлёбывать последствия собственных необдуманных действий. Николь могла бы впасть в уныние из-за того, что всё обернулось именно так. Мало того, что сама не раз убивала людей, так ещё создала вампира, не контролирующего свою жажду крови. Но Кол поддерживал любимую, как умел, не позволял постоянно заниматься самобичеванием. Возможно, потому, что сам был далеко не идеальным и совершал немало дурных и импульсивных поступков.       Эмбер уже три дня сидела запертая в подвале. Постепенно голод перестал затмевать её разум, и она поняла, почему Кол и Никки так поступили с ней, хотя это совсем не радовало её. Обещание кузины, что это ненадолго, немного успокоило Эмбер. А пакеты с кровью, которые Майклсон выкрал в одной из больниц, подняли настроение. Хотя, по её словам, она предпочла бы пить прямо из вены, когда кровь ещё свежая и тёплая.       Явных угрызений совести Льюис не испытывала. По крайней мере, так казалось со стороны. Но Эмбер вполне могла скрывать свои истинные эмоции. Это чувства Николь всегда были как на ладони. Эмбер была другой: более хитрой, замкнутой, порой способной манипулировать людьми. Но не злодейкой, которая убивает, не моргнув глазом. Она могла отключить свою человечность. Но Никки сама прошла через такое и знала, что это не случай Эмбер. Интуитивно чувствовала, что её человечность всё ещё на месте.       А в один из вечеров, когда на город опустилась темнота, Кол выпустил из подвала новообращённую вампиршу.       — Уфф, наконец, — протянула Льюис, зайдя в небольшую библиотеку, в которой расположилась Николь с книгой в руках. — Меня достали эта темнота и сырость. И душ мне не помешал бы.       — Ты вернулась! — Никки порывисто бросила книгу на журнальный столик и кинулась к ней с объятиями. — Я скучала по тебе.       Эмбер неловко обняла её в ответ и усмехнулась:       — Я находилась не так уж далеко. И ты навещала меня, за что я благодарна.        — Ну как я могла бросить тебя в таком ужасном месте? — отозвалась она. — Как ты себя чувствуешь?       — Вполне сносно для человека, который несколько дней просидел в подвале. Думаю, если бы я не обратилась в вампира, мне было бы тяжелее.       — Если бы ты не стала вампиром, тебя вообще не пришлось бы запирать там, — послышался голос Кола. Он стоял, сложив руки на груди и опираясь плечом о дверной косяк. Никки виновато потупилась. Эмбер хотела огрызнуться на его слова, но промолчала. Понимала, что он прав.       — А что… с твоей жаждой? — осторожно уточнила Николь.       — Я сегодня пила «консервированную» кровь, так что всё нормально, — пожала плечами та. — По крайней мере, желания кидаться на людей и рвать им глотки, у меня нет. И с чего вы взяли, что я какой-то потрошитель? Ты сама говорила, что у тебя были срывы. И Кол убивал людей, когда питался ими.       — В моём случае есть одно большое «но», — отозвался Кол. — Я убивал потому, что хотел этого. Я даже не пытался сдерживаться. Но я могу себя контролировать при желании. А Никки… Ей никогда не сносило крышу так, как тебе.       — А как же массовые убийства в доме той девушки? — напомнила Эмбер, после чего повернулась к кузине. — Извини, не хочу давить на больное. Просто желаю понять, в чём отличие между нами.       Николь осеклась. И правда, чем они отличаются? Обе превратились в беспощадных убийц. Она перевела взгляд на Кола, словно ища в его глазах ответ. И нашла.       — Тогда мною двигала не жажда крови, — промолвила Никки. — Если точнее, я убила Джейн потому, что не смогла сдержаться. Но остальные… Я просто испугалась. Боялась, что эти люди поднимут шум, расскажут всем про вампиров. Можно было попробовать загипнотизировать их, но я запаниковала. И всё же у большинства из них я даже не пила кровь, а просто свернула им шеи.       Эмбер помолчала, осмысливая её слова. Не так-то просто было признать, что она сменила одну зависимость на другую. И если прежнюю дурную привычку она могла побороть, то отказаться от крови было равносильно смерти. И что страшнее всего — теперь Эмбер несла погибель для людей.       — Что ж, время назад не повернуть, — промолвила Льюис. — И я осознанно сделала свой выбор. Буду работать с тем, что имею. А сейчас всё-таки предпочту принять душ.       Она повернулась, чтобы уйти, но Кол окликнул её:       — Эмбер! Мы с Никки этой ночью собираемся на охоту. Присоединяйся к нам.       Она чуть помедлила, затем улыбнулась:       — Как я могу отказаться от такого предложения?

***

      Для охоты троица вампиров выбрала один из неблагополучных кварталов Нью-Йорка, где водилось немало криминальных личностей и бездомных. Точнее, выбирал Кол, а девушкам ничего не оставалось, как согласиться с ним. Несмотря на то, что первородный выбрал тех, кого, по его словам, было «не жалко», намерения убивать ни у кого не было. Но в любой момент что-то могло пойти не так, особенно учитывая, что среди них была новообращённая вампирша-рипер.       — На самом деле, я не голодна, — призналась Эмбер. — Насытилась кровью из пакетов. Кстати, спасибо вам за них.       — Не за что, — пожал плечами Кол. — В том и суть, что ты сыта. Так вероятнее, что ты убьёшь меньше людей. Или вообще никого не убьёшь, при хорошем раскладе.       В безлюдном тёмном переулке неподалёку показалась компания из троих мужчин. Словно по заказу, каждому вампиру по человеку.       — Может, они? — Николь повернулась к возлюбленному.       — Пойдёт, — кивнул он. Судя по запаху, который улавливал чуткий нюх, мужчины были не совсем трезвы. Когда же они приблизились к вампирам, то один из незнакомцев, высокий и плечистый брюнет, неприятно осклабился:       — Кажется, ночь становится ещё интереснее.       Он был в потрёпанной кожаной куртке, небритый, как и его приятели. Николь понимала, какое впечатление создаёт вместе со своими спутниками: две хорошо одетые девушки и молодой человек, который с виду вряд ли способен противостоять троим мужчинам. Похоже, Кол решил подыграть будущим жертвам. Он выпалил с притворным испугом:       — Эй, ребята, мы не ищем неприятностей. Давайте так: вы пойдёте своей дорогой, а мы — своей.       — Ты не ищешь проблем, а мы очень даже ищем, — ухмыльнулся другой мужчина, худосочный азиат. Третий, блондин с волосами до плеч, хрипло рассмеялся, подтверждая его слова.       — Да и девочки, что с тобой, очень хороши. — Высокий брюнет подошёл к Эмбер и грубо притянул её к себе. Она поморщилась, но не сделала попытки вырваться. — Правда, их всего две, но мы как-нибудь справимся. Хотя Вэню парни тоже нравятся, так что можешь составить компанию ему.       — Мы здорово повеселимся, сладкий. — Китаец подмигнул Майклсону.       — Прости, но в моём вкусе только дамы, — вздохнул он.       — Да кто тебя будет спрашивать? — фыркнул Вэнь. Блондин тем временем окинул похотливым взглядом фигуру Николь, отчего Кол заметно напрягся. Игры играми, но такой интерес к его девушке со стороны какого-то уголовника не нравился ему.       — Позвольте уточнить, — вклинилась Эмбер. — Это вас никто не будет спрашивать.       А затем, не успел никто отреагировать, как она впилась выступившими клыками в шею обнимавшего её брюнета. Это послужило сигналом. Никки кинулась на блондина, а Кол — на китайца. Соблазн убить их, выпить кровь до капли, был большим, но спустя полминуты Майклсон отпустил Вэня и стёр ему все воспоминания об этой встрече. Николь последовала его примеру со своей жертвой. А вот Эмбер не торопилась отпускать «своего» мужчину.       Кол подошёл к ней, коснулся её плеча и спокойно произнёс:       — Хватит. Ты насытилась. Тебе не нужно убивать его.       Эмбер что-то глухо проворчала в ответ, и Николь подумала, что она не станет слушаться Кола. Но спустя ещё пару глотков Льюис наконец отстранилась от брюнета, который упал к её ногам. Майклсон опустился перед ним на корточки и нащупал пульс.       — Жив, — констатировал он, после чего, прокусив своё запястье, исцелил вампирской кровью и применил трюк с гипнозом.       — Зачем? — Эмбер посмотрела вслед троим удалявшимся мужчинам, которые слегка шатались от потери крови, будто нетрезвые. Она вытерла окровавленные губы тыльной стороной ладони. — Смысл был щадить их? Они же отбросы общества. Мы наверняка сделала бы лучше, если бы убили их.       — Смысл нашей вылазки был не в том, чтобы поохотиться, — пояснил первородный. — Ты должна научиться сдерживать свой голод и вовремя останавливаться. А если говорить о морали, то у них вполне могут быть семьи. Родители, братья-сёстры, дети, жена или любящая девушка. Ну или парень.       — Разве тебя это когда-то останавливало? — спросила Эмбер.       — Чаще всего — нет. Но это может остановить тебя, — сказал он. Для Кола Майклсона рамки морали давно стёрлись. Но это не значило, что он забыл, каково это: испытывать человеческие эмоции, переживать о ком-то, заботиться, любить. Правда, проявлял это лишь по отношению к избранным.       Николь, испытывая что-то вроде гордости за кузину, улыбнулась:       — Ты молодец. Отлично справилась.       Эмбер улыбнулась в ответ, ободрённая её поддержкой. Но Кол быстро спустил их с небес на землю:       — Она была сыта, потому смогла удержаться, чтобы не убить. В другой раз может быть гораздо сложнее.       — По крайней мере, теперь я знаю, что не превратилась окончательно в машину для убийств, — парировала Эмбер. Кол смерил её внимательным взглядом и кивнул:       — Надеюсь на это.

***

      Когда они вернулись домой, и Льюис удалилась к себе в комнату, Николь повела Майклсона в их спальню. Там, сев рядом с ним на кровать, она заметила:       — Ты мог бы быть мягче с ней. Эмбер только учится быть вампиром.       — Цена того, насколько она быстро учится, — человеческие жизни, — произнёс Кол. — Мне плевать на тех, кто попадёт ей под руку, но если Эмбер станет бесконтрольно убивать, то необратимо изменится. Я знаю, что тебе будет трудно перенести это.       Никки опустила взгляд. Да, она не хотела, чтобы её кузина стала монстром. Достаточно того, что таковым являлся Кол. Достаточно, что такой стала сама Николь. Наверное, не стоило обращать Эмбер, ради неё, ради других, незнакомым им людей. Но пустые терзания не могли ничего изменить.       — А ещё кровавый «хвост» может привлечь к нам охотников, — добавил Кол. — Ты уже сталкивалась с ними, когда отключала человечность. Знаешь, что ни к чему хорошему это не приводит. Тебе тогда повезло, что я вовремя появился.       — Ты прав, — отозвалась Никки и сжала его ладонь своей, неосознанно ища тепла. — Эмбер может не повезти так. А ещё… Ей нужно кольцо от солнца. Надо бы позаботиться об этом в ближайшее время.       — Перебьётся, — резко ответил Кол, и Грин разжала ладонь. — Для всех же будет лучше, если она сможет выходить на улицу только ночью. И мне плевать на Эмбер. Я просто не хочу, чтобы она невольно втянула в неприятности тебя. Ты единственная причина, почему я вообще нянчусь с ней.       — Кол… — выдохнула Никки, огорчённая его словами. И всё же она понимала, что он не обязан испытывать к Эмбер тех же тёплых чувств. Льюис оставалась для Кола почти никем, чужой. Лишь девушка, что сейчас сидела рядом с ним, имела для него значение.       — Эмбер — обуза, — прямо заявил Майклсон. — И чем быстрее она станет самостоятельной, тем свободнее мы вздохнём, по крайней мере, я.       Николь хотела поспорить с ним, но понимала, что отчасти Кол прав, снова. Хотя она ни за что не назвала бы Эмбер обузой. Та всегда была готова помочь Никки, насколько могла, и бросить её в такой сложный момент казалось последним делом.       — Давай пока не будем обсуждать эту тему, а то поссоримся, — попросила Николь. — У меня есть другое предложение.       — Какое же? — спросил Кол. Вместо ответа она поцеловала его, и он крепче притянул её к себе. Когда же они опустились на кровать, Грин подумала, что хоть в чём-то между ними полное согласие.

***

      Следующий вечер Кол и Николь решили посвятить друг другу. Они планировали прогуляться, потом посетить ресторан или танцы. Когда они уходили, Эмбер оставалась дома и выглядела спокойной, потому Никки с чистым сердцем оставила её.       Но когда спустя несколько часов довольная парочка вернулась, то стало ясно, что Эмбер ушла. Это не обеспокоило. Она была большой девочкой и могла делать, что хочет. И ей вряд ли кто-то смог бы причинить вред, скорее сама Льюис была опасна для других. Оставалось надеяться, что Эмбер не устроит кровавую бойню, а в худшем случае ограничится парой-тройкой трупов.       Но когда забрезжил рассвет, в сердце Николь проникла тревога.       — Кол… У неё же нет кольца от солнца, — вымолвила Грин, глядя в окно.       — Думаю, Эмбер достаточно умна, чтобы найти укрытие, — равнодушно отозвался он, подойдя к любимой. Но она резко отпрянула:       — Нет, тут что-то не так!       Она заметалась, не зная, что предпринять. Никки была почти готова кинуться искать кузину. Но даже в таком взвинченном состоянии понимала, что это невозможно. В огромном Нью-Йорке было легко затеряться. Тем более, Эмбер не стала бы надолго уходить без предупреждения, только не сейчас.       Николь на несколько секунд остановилась, поражённая мыслью. А затем кинулась в спальню, которая занимала Эмбер. Она не обращала внимания на то, что Кол зовёт её. Никки резко распахнула дверь, окинула взглядом комнату. Спальня выглядела так, словно в ней больше никто не жил. Никаких личных вещей, никакой одежды.       Лишь на прикроватном столике лежала записка, написанная аккуратным почерком.