Amour, Amour

- Ты проигрываешь, - говорила она глядя на него своими зелеными глазами. - Я знаю, - отвечал Рихард. Они сидели на берегу моря и играли в шахматы. Круспе безбожно проигрывал этой ведьме. Можно было только вздыхать и механически переставлять фигуры, потому как эта партия осталась за ней. - Ты много думаешь и сопротивляешься неизбежному, - говорила она. - А надо просто чувствовать, куда идти. Следовать интуиции. Ладья съела его слона. Она раздела его этой партией как мальчишку. - Нельзя ходить не подумав, - отвечал он. - Верно, но тогда ты потеряешь часть опыта. И “подумав” тебе не помогает, ты вот видишь как проиграл, всухую. Она смотрела прямо на него. От линии роста волос по ее лицу начала течь кровь. Она как будто не замечала и улыбалась. Он попробовал стереть струйку крови ладонью, но не вышло. Она даже не размазалась, так и осталась дорожкой по лицу. Потекла еще одна струйка, и еще одна, застилая ее глаза. А она как будто и не замечала. - Мы познаем жизнь во всех ее проявлениях. И таких тоже, - говорила она, умываясь своей кровью. Он все пытался стереть кровавые полосы с ее лица. Не получалось. - Тебе досталось такое освоение жизни. Такое проявление ее, как тебе? Что ты чувствуешь? Как тебе твоя часть невообразимого многообразия жизни? Почти вся правая половина ее прекрасного лица была залита ее кровью, она капала на ключицы и белую майку, он все безуспешно пытался ее стереть. - Проснись, очнись. Тебе надо проснуться…. - …. ирхар, Рихард, проснись, проснись! Это сон, просто сон, проснись! Вязкий сон не хотел отпускать, оставляя липкое ощущение на коже. Он не сразу понял, что Дана трясет его тело, плечи, легко ударяет по щекам, чтобы он наконец проснулся. Он разглядел ее лицо и тут же схватил в свои ладони, рассматривая - ни следа крови. Чистая белая кожа, угловатые черты. Зеленые глаза. Еще не до конца осознавая действительность, запустил руки в ее волосы, проверяя кожу на порезы. Нет, все в порядке, это действительно сон. Он наконец понял, как напугал ее. - Я не могла тебя разбудить, ты кричал, а все никак не могла тебя разбудить, даже пощечины не помогали. Что тебе снилось? Она все еще подрагивала от испуга и волнений. Он обнял ее и через тепло ее тела наконец окончательно стряхнул с себя этот жуткий сон. Он не скажет ей. - Я не помню, я уже забыл, - проговорил Рихард, поглаживая ее спину. Ему никогда, никогда не снились кошмары, даже в период его запойного наркотического трипа. Даже когда с наркотиков он пересел на алкоголь, все еще пребывая в розовом сиропе грез, ему даже тогда не снились кошмары, да еще такие. - Что с тобой? - Дана и не думала засыпать, покоясь в его объятиях. Нет, он не скажет, помня сон в деталях. Он не расскажет ей, как ее лицо застилала кровь, а он ничего не мог с этим поделать, он не скажет о том бессилии, что испытал, и отголоски которого все еще заставляли его тело мелко дрожать. - Я в порядке, хочу курить. Спи, это просто сон. Через некоторое время дрема ее победила, и она снова размеренно засопела. Рихарду же больше не спалось. Увиденное больной иглой засело в его мозгу, картинка осталась живой и яркой. Он проигрывал, но кому? Разве он проигрывал Дане? Почему ее заливало кровью? Что шептало ему воспаленное воображение зависимого мозга? К утру Рихарду почти удалось убедить себя, что ничего из увиденного не имело смысла, и он смог задремать. ***** - Что значит нет комплектующих? Я заказывала конденсаторы, на них не было дефицита? За сложными словами последовали не менее сложносочиненные витиеватые маты, которые перемежались с обещаниями найти и уничтожить бедолагу со всем его родом. Это помогло Круспе окончательно проснуться и снова осознать, где он находится. Дана видимо давно проснулась и уже занималась какими-то своими и очевидно важными делами. Конденсатор, да. В памяти Круспе всплыли уже почти забытые термины электроники, с которой он был более менее знаком в далекой юности. Дане надо было в чем-то поменять накопитель, но что-то пошло не так. - Знаешь, что, Марк, - послышался снова ее голос, звучащий устало и с досадой. - Иди в жопу и там потеряйся. Зашуршал дверной замок, легонько заскрипели петли. Пошла в кладовую, догадался Круспе. Ламповый монитор, точно! Он вспомнил старик-монитор на столе кладовой. Видимо она ждала то, что его реанимирует, но что-то пошло не так. Вставать с кровати было категорически лень, и в целом текущий расклад жизни позволял ему отлеживать бока в удобной белой спальне Даны. Как раз ее черноволосая голова и просунулась в дверной проем, проверяя, не разбудили ли любовника ее утренние разговоры. - Я тебя разбудила? Ты будешь завтракать? Рихард только постучал по одеялу рукой, показывая - иди сюда. Она легла рядом обнимая его одной рукой. Вот, то что надо. Ночной кошмар не забылся, но тревога по его поводу ушла далеко в память, уже не рождая столько волнений. Сон и сон, нечего его вспоминать. - Мне надо работать, - смеясь сказала женщина, раскусив его замысел. - Тебе кофе сделать? - Сейчас встану. Что случилось? Кто тебя так разозлил? Дана вытянула руку, обнимая за шею любовника и устраиваясь поудобнее. - Марк. Он тоже техник, как и я. Мы заказываем комплектующие оптом, так выгоднее получается, знаем друг друга со времен студенчества. Он на меня не обидится, и он мне задолжал, причем крупно. Я на него рассчитывала, однако он уже не в первый раз меня подводит. - Почему ты тогда имеешь с ним дело? - поглаживая женщину вдоль спины спросил Рихард. - Хорошее пока перевешивает. Он все таки друг, и много раз выручал. Не выгонять его из жизни взашей, если он пару раз оступился? Резонно. Аргументов для спора не нашлось, да и в такой неге было совсем не до споров. Женщина рядом с ним пахла какими-то травами, гибкая спина под руками была теплой, и мысли Круспе медленно но верно текли в одной гораздо более интересном направлении, нежели друг-косяк. - Завтрак, Рихи. - Угууу… - Пойдем пить кофе, - сказала она, выскальзывая из объятий. Ведьма. Она уже выскользнула и скрылась за дверью, собираясь готовить кофе. “Яичницу будешь?”, - донеслось до него. Крикнув в ответ, что будет, Рихард завозился на кровати. Надо было вставать. Звонкой трелью раздался его телефон где в глубинах гостиной. Надо было вставать очень быстро, раз звонили на личный. Но Дана его опередила, просив ему разрывающийся мобильник прямо в руки. - Привет, - услышал он довольный голос Ландерса. - Ммм - Не говори, что ты спал, а если спал - извиняться не буду. Если ты бездельничаешь, есть идея. - Ммм - Мы тут на велосипедах катались и надумали завалиться к Шнайдеру наиграть мелочей, раз у нас простой. И может вспомнить какие треки давно не играли. Кто знает, может включим в новый тур. Кто есть “мы катались на велосипедах” даже не надо было спрашивать. И так понятно, что это Неугомонный Пауль и его шайка Дум и Оливер. Ландерс продолжал щебетать в трубку, что Фляке и Тилль веселье пропустят, а Круспе подумал, что его соучастники по преступлениям не дадут ему заскучать . - Рихард, завтрак! - раздался голос Даны. - Ты не один? - тут же среагировал его любопытный напарник. - Кто это? Это Данута там? - Дана, - не распознав ловушки, ревниво поправил его музыкант, на что получил в ответ довольный рокочущий цокот Ландерса. Блять, повелся как маленький. - Готовь подробности, ждем тебя через час. Некстати вспомнился сон, где тоже “ходил не чувствуя”. Снова набежала тревога. Снова вылезло липкое ощущение страха по всему телу. Попытки отогнать липкий страх не особо увенчались успехом, но Круспе наплевал на него и поплелся завтракать. **** Через полтора часа он уже парковался возле дома Шнайдера, попеременно отвечая на звонки уже порядком надоевших за утро друзей. Рихард пропустил то время,когда можно было добраться по Берлину без пробок, и пришлось бесконечно извиняться за не такое уж большое опоздание. Но возле дома его уже поджидал курящий Оливер, горой возвышаясь на улице. Его еще попробуй не заметить, даже если захочешь. Круспе понял, что вот именно перед ним ему придется отвечать серьезнее. - Ты просто развлекаешься с ней? - напрямик спросил он друга. Рихард сразу вспомнил весь несдержанный нрав своего товарища. Но Оли не стремился накостылять ему с порога, хотя очевидно сдерживал гнев. Круспе имел полное право ничего ему не объяснять. Он закурил, прислонившись плечом к забору с живой изгородью, отделяющей дом драммера от внешнего мира. Но она была его подругой, и именно Оливер более чем все они берег дружбу как одну из самых больших ценностей. Гитарист мог его понять. - Мы дарим друг другу удовольствие. - наконец заговорил с Оливером, глядя прямо ему в лицо. - Я не использую ее, если ты об этом. Надеюсь, она тоже не использует меня. Я бы этого не хотел. Лицо его друга немного расслабилось, он тоже достал сигарету, подкуривая у Круспе. - Ландерса надо проучить. Я бы и так тебе сказал, или Дана. - Он среди друзей и верит нам как своей тени. Он сияет как начищенная монета, так что готовься к потоку любви и радости в стиле нашего переваренного солнышка. Это означало, что Круспе утопят в сарказме и подколках. Но по крайней мере Оливер больше не хочет закопать его в саду у Шнайдера. Маленькая, но победа. Так и вышло, стоило только взяться за гитару, и пройтись пальцами по струне для разминки, как Круспе услышал все о себе и своей игре. Не так держишь гитару, еще и с образованием, ты что давно Diamant не играл, нет, это не так играется, давай покажу как лучше. Круспе понимал, что это пока очень дешевая провокация от этого бесовского отродья, и вестись на такое просто неуважение к себе. Но Ландерс позиции не сдавал. - Рихард, - пошла тяжелая артиллерия от напарника, - ты вот гитару держишь как хуй свой, а надо как женщину и аккуратно перебирать пальцами, ласкать, а не надрючивать. Ты что так и не выучился за женщину держаться? Давай хоть покажу, пока ты …. - Ландерс, - сказал Круспе так, что Пауль тут же замолчал, получив в награду к угрожающему тону еще и очень тяжелый взгляд, - иди в жопу и там потеряйся. По лицу Пауля было видно, что он мучительно и очень быстро соображает достойный ответ, но ничего не выходило. К тому же все испортил Дум, который хрюкая от довольного смеха прятался за барбанами. - Что? - послышался голос басиста. - Тебе так рот еще не затыкали. Ландерс сдался и захохотал от души, хлопнув по плечу улыбающегося Круспе. - Очко в твою пользу, друг. - и тут же серьезно на него посмотрел. - Ты доволен? - гораздо тише и уже довольно серьезно спросил он Рихарда. - Я не спрашиваю счастлив, доволен? Круспе только кивнул в ответ, возвращаясь к инструменту. Да, он доволен. Он доволен всем, кроме сна, в котором Дана умывалась кровью, а он ничего не мог с этим сделать. Рихарда одолело очень тяжелое предчувствие.