Melting hearts

Минхо вышел на улочку, вдоль которой тянулось множество маленьких магазинчиков. Он прошёл мимо аптеки с большим зелёным плюсом на крыше, музыкального магазина, в витринах которого красовались инструменты, пластинки и диски, книжного (и он подумал о Мирэ, которая наверняка первым делом пошла бы сюда). Маленькие разношёрстные помещения были готовы принять его в свои объятия, но он проходил мимо. Парень шёл пока из-за вывесок не показалась персиковая крыша с такого же цвета навесом, на которой покоились макеты пончиков и крендельков. Разумеется, во всём городе только в этой кондитерской делают пончики с названием «Сказка», а последнее время именно этот вкус Хо хотел больше всего. Он зашёл в кондитерскую и его тут же обдало сладким запахом свежей выпечки. Посетителей было не много, только пару людей в офисных костюмах о чём-то беседующих за столиком у окна. Молодая девушка выложила на витрину разрезанный чизкейк и рядом положила карточку с названием «Загадка». Минхо подавил смешок. Интересно кто придумывает эти названия? Кроме девушки, из работников был мужчина лет тридцати с короткой стрижкой. Заметив Минхо, мужчина подошёл к нему широко улыбаясь. — Доброе утро, — сказал мужчина. — Доброе утро, — голос Хо прозвучал слишком… печально. — Свежие булочки и кофе на завтрак? — предложил мужчина. — Сахарные крендельки, шоколадные круассаны или может чизкейк, — он указал на витрину где стояла «Загадка». Минхо не посмотрел в сторону чизкейка, украшенного клубникой, его взгляд был прикован к пончикам. Заметив это, мужчина оживился: — Попробуйте новый вкус нашей «Сказки» с ежевичным джемом. — Да, спасибо, — наконец сказал Хо. — Две «Сказки», пожалуйста. Мужчина удовлетворённо кивнул, отодвинул стеклянную дверцу витрины и достал два пончика. — Что-нибудь ещё? — Нет. Расплатившись, Минхо взял коробочку с пончиками. Он сделал шаг назад, готовый развернуться, но вместо этого налетел на кого-то. — Ой, извините, — сказал Хо, разворачиваясь, но застыл на месте когда увидел парня с карими глазами, в которых плавали золотые искринки. На этот раз на нём не было молочной рубашки и фартука. Парень был одет в футболку без рукавов и спортивные брюки, за его спиной был рюкзак. — Извините, пожалуйста, — снова, запинаясь сказал Хо. — Ничего, — он улыбнулся. Его взгляд скользнул на коробочку в руках Минхо. — Это ежевичные донаты, да? Они и вправду вкусные, — восторженно сказал он, но замолчал когда их взгляды с Минхо пересеклись. Волосы парня непослушной копной ниспадали на лоб и Минхо захотелось откинуть прядь, чтобы не утруждать в этом парня. В его голове много раз возрождался образ парнишки в фартуке, наливавшем ему кофе, а его имя днём и ночью крутилось на пластинке сознания. Хан Джисон. — Да, вкусные, — сказал Минхо. — Возможно, всё дело в джеме ну или глазури. Вкус и вправду сказочный, — он не отрывал вгляда от карих глаз напротив, которые следили за ним почти не мигая. — Другие пончики, даже которые с начинкой, не такие пропитанные. «Что за хрень я несу?!» — Джисон, — за спиной Минхо раздался голос мужчины. Он жестом указал на запястье. Джисон кивнул, поправил рюкзак на плече и улыбнулся Минхо. — Нужно идти. — Конечно, — Минхо сильнее сжал коробочку, будто это поможет остановить Джисона. — Приходите к нам почаще, — через плечо сказал Джисон. «Ещё как приду» *** Мирэ уже целых полчаса изучала профиль, лайкнувшего её фотографию, парня. Хван Хёнджин. Хорошо. Пролистав несколько его фотографий, Мирэ могла выстроить картинку мира Хёнджина, чем занимается и чем увлекается. Она не была ханжой, но его образ жизни нельзя было назвать правильным: постоянные тусовки, алкоголь и куча девчонок. На одной из фотографий Хван был в компании какого-то парня, а вокруг них плотным кольцом стояли девушки в одних боди. И какая же из них — его типаж? Может рыжеволосая высокая девушка с округлыми формами? или миниатюрная брюнетка с большой грудью? или же, на вид, скромная шатенка? Или его типаж — она, Мирэ? Она тряхнула головой и выкинула эту мысль из головы. Какая разница кто его типаж? Друг брата — всё равно, что брат, пусть даже дьявольски красив. Да и к тому же, если верить картам Лии, она должна встретить мягкого, романтичного и спокойного парня, а Хёнджин — полная противоположность. Она откинула телефон в сторону и подошла к шкафу. Через пару часов начнётся вечеринка в честь дня рождения их с Чаном друга, Виёна. Ну, то есть это друг Чана, но Мирэ не плохо с ним сдружилась. «Может и с Хёнджином так же выйдет?» Она собиралась надеть чёрный топ на одно плечо и джинсы. Девушка достала нужные вещи и разложила их на кровати. Распустила два пучка на голове, что закрутила перед сном. Что ж, получилось не совсем то, что она хотела, но время ещё есть. Мирэ включила свой плэйлист и, водя пушистой кистью для макияжа по лицу, принялась напевать Pink venom Blackpink. Она нанесла блеск для губ и улыбнулась своему отражению. Локоны немного обмякли, Мирэ их расчесала, брызнула духами за уши и вышла из комнаты. Девушка вздрогнула когда увидела Чана, стоявшего в гостиной. — Ты что тут делаешь? — спросила Мирэ с рукой на сердце. В качестве ответа Чан поднял связку ключей. Его брови сошлись на переносице когда его взгляд скользнул по наряду девушки. — Ты пойдёшь в этом? — А что? — У тебя грудь едва прикрыта! — А ты не смотри, — на лице Мирэ заискрилась самая милая улыбка. — Не знаю как ты, но я чувствую ответственность перед родителями, я старше и… — И что? — она упёрла руки в бока. Чан хотел что-то сказать, но Мирэ его опередила: — Ой, Чан, расслабься. Не будь занудой. Идём! Мирэ прошла к двери, повернулась на брата и увидела, что Чан встал как вкопанный. Его губы плотно сжались, а на скулах заходили желваки. — Ну Чан, — взмолилась она, — идём! Обещаю, я не буду приставать к парням. Она взяла его за руку, и парочка пошла по вечерним улицам. Мирэ пыталась отвлечь брата разговорами о чём угодно, лишь бы ему не пришла в голову рассказать маме во что она была одета. Чан часто драматизировал насчёт её нарядов для вечеринок, хотя по факту в них не было ничего вызывающего. Они добрались до дома Виёна за пятнадцать минут. Перед тем как позвонить в звонок Чан смерил Мирэ суровым взглядом. — Держись подальше от курева и алкоголя. — О, правда? Я вижу ты без машины, — она посмотрела по сторонам, будто что-то потеряла. — Не значит ли это, Чан-и, что ты не собираешься держаться подальше от курева и алкоголя? — Это не твоё дело. — Взаимно. Девушка нажала на звонок, продолжая сверлить брата взглядом. Всего пять лет разница, а этот парень думает, что может контролировать её. Дверь открылась. Невысокий, плотный парень с короткой стрижкой и бутылкой пива в руках улыбался от уха до уха. — Твою мать! Это что реально семейство Бан?! — он рассмеялся и заключил сначала Чана, а затем и Мирэ в крепкие объятия. Девушка могла почувствовать проспиртованное дыхание Виёна. — Как ты, дружище? — спросил Чан, похлопывая парня по спине. — Нихуёво, брат. А ты? Музыка заглушила разговоры парней, да и к тому же Мирэ было не особо интересны эти «чисто пацанские разговоры». Она подошла к столику с выпивкой, налила в стаканчик немного соджу. Лёгкая рука коснулась её плеча и Мирэ обернулась. Это была Чанми, сестра Виёна, и в отличие от своего брата, девушка была высокой. На Чанми было короткое приталенное розовое платье, длинные каштановые волосы ниспадали на плечи, на шее блестела тонкая золотая цепочка, что подчеркивало изгибы шеи. — Привет, — Чанми улыбнулась и притянула к себе Мирэ. — Как ты? А Чан? Он тоже тут? — Да, с Виёном выясняют кто из них круче, — Мирэ указала в сторону парней. — А, вижу. Виён уже знатно надрался, — Чанми надула розовые губы. Её румяное лицо на секунду тронула тень осуждения, но тут же исчезла. Девушка заправила за ухо прядь каштановых волос и кокетливо улыбнулась. — А ты как? Ты не ответила. — Ну… нормально, — Мирэ сделала глоток. Конечно, Чанми спрашивала про личную жизнь, а это совсем не хотелось обсуждать. — Нормально?! Хорошо, можешь не говорить, — девушка подошла к столику с другой стороны, открыла бутылку с соджу и плеснула в стаканчик. Это была единственная общая черта у Виёна и Чанми: они оба — актёра до мозга костей. Любое малозначительное чувство они обыгрывают так, будто тронуты до глубины души (хотя, может так и было). Чанми с шумом опустошила стаканчик, её взгляд был направлен в густую толпу, ресницы трепетали, а грудь часто поднималась. Весь её вид говорил: «ты не доверяешь мне? Мы же друзья! Почему ты так со мной?!» — Чанми! — взмолилась Мирэ, она притянула подругу к себе. — Ну правда, всё нормально. А что ещё надо? — Ничего, — Чанми не смотрела на Мирэ. — Просто… я думала… ты расскажешь подробнее… Мирэ тяжело вздохнула. — Чанми, если ты про Джихуна, то я скажу, что это полный провал. — Провал? Почему? — девушка оживилась. — Потому что… чёрт, как можно узнать человека, если он будто воды в рот набрал? — Мирэ заметила вопрос во взгляде Чанми. — Мы тупо молчали всю встречу, а потом я сказала, что моя тётя приезжает. — Тётя Сонми?! — воскликнула Чанми. — Да нет же! Это было прикрытие. — Ты ушла… — задумчиво протянула Чанми. — Ну и ладно. Ну, может здесь кто-то есть? — она обвела взглядом танцующих людей. — Хотя… друзья Виёна мягко говоря не очень, не говоря о Чане, конечно. — Тебе нравится Чан? — Мирэ сложила руки на груди и внимательно посмотрела на подругу. — Да. Ну, то есть… как друг моего брата, понимаешь? «Друг брата… Что-то похожее и у меня» — Ну типа, — ухмыльнулась Мирэ. — Да честно, Мирэ. — Ладно, забей. Потанцуем? — Мирэ предложила руку Чанми и та её приняла. Девушки прошли в центр гостиной. В доме было два этажа. На первом — небольшая ванная, кухня и гостиная, в которой было по меньшей мере человек сорок. На втором этаже распологались спальни. Мирэ периодически пыталась найти Чана взглядом, но тщетно. Незнакомые ей люди плотно прилегали друг к другу, влюблённые парочки обнимались и целовались в танце. Девушка заметила, что постепенно в гостиной становилось всё теснее, но это не мешало ей танцевать. Чанми раздобыла по бутылке пива для них и теперь танцевать становилось ещё интереснее. Плэйлист вечеринки в основном состоял из современных песен и ремиксов, но иногда включались хиты 90-х или 80-х, и тогда толпа дружно подпевала слова, оглушая друг друга. Алкоголь в теле Мирэ смешивался с кровью и ей хотелось чего-то большего, она становилась смелее и теперь её движения были обращены не только к Чанми, кружащейся рядом, но и парням. Она улыбалась каждому, кокетливо перекидывала волосы с плеч, плавно двигалась бёдрами. Некоторые ребята знали её, некоторые нет, но это было и неважно. В этот момент она была отдана в руки случая, в руки инстинктивно и химии внутри неё. Мирэ сделала последний глоток из бутылки. Сознание помутнилось. Нужно отдохнуть. — Я сейчас, — сказала она Чанми, пытаясь перекричать музыку. Мирэ медленно пробиралась через толпу. Краем глаза она заметила Чана в компании нескольких девушек (но он её не заметил и это было хорошо). Мирэ хотела найти ванную, но, пройдя полдома, она поняла, что идёт не в том направлении. Если в начале вечеринки в доме было светло, то сейчас, спустя почти два часа, яркий свет сменился на неон, и разглядеть что-либо было немного проблематично. Девушка сделала шаг назад, чтобы развернуться, но врезалась в кого-то. Алкоголь делал своё дело. Комната немного затряслась. Если бы не сильные руки, подхватившие её, Мирэ бы упала. Когда она повернулась, то не сразу поняла кто перед ней. Мирэ минуту смотрела на высокого парня, всё ещё державшего её за локоть. Когда наконец пазл в её голове сложился в единую картинку, Мирэ резко выдернула руку и быстрым шагом пошла в ванную. «Чёрт. Чёрт. Чёрт. Чёрт. Чёрт» Девушка зашла в ванную, намочила ладони холодной водой и приложила их к щекам и шее. На губах не осталось блеска, тушь слегка осыпалась, а волосы были похожи на ураган. Мирэ исправила недостатки. Около минуты стояла в ванной, слушая грохотание музыки за дверью. Интересно, какова вероятность того, что она не встретит его вновь? Можно затеряться среди толпы, но мысль, что чёрные плутовские глаза следят за ней будет преследовать её весь вечер. Мирэ вышла из ванной, воровато оглянулась по сторонам. Уходить с вечеринки друга будет не очень, придётся придумывать кучу отговорок, более того, нужно придумать отговорку для себя. «Я ушла потому что… испугалась? засмущалась? Нет! Чёрта с два!» И она решилась. Перекинув волосы за спину, Мирэ прошла на кухню. Пить хотелось адски. Она положила сумочку на стул и налила воды в стакан. В гостиной раздавались громкие разговоры, смех, протяжное «о-о-о». Видимо, настало время медленного танца, но Мирэ не была уверена, что это долго продлится. Опустошив стакан, Мирэ поставила его на стол. Её голова была опущена, палец водил по ободку стакана, собирая маленькие капли. Она не услышала шагов, но через секунду Хёнджин поравнялся с ней. Парень встал рядом, взял стакан и налил себе воды. Мирэ не отрывала взгляд от стакана, но каждой клеточкой тела чувствовала, что Хёнджин смотрит на неё. — Милый топ, — наконец сказал он. — Спасибо, — Мирэ украдкой посмотрела него. На парне была чёрная рубашка, которая так подчёркивала его внешность, и чёрные брюки. — А у тебя не очень. Хёнджин тихо засмеялся, поставил стакан на стол и упёрся бедром в стол. — Мне это не нужно, чтобы вскружить голову. От этих слов внутри Мирэ всё затрепетало, щёки вспыхнули. Конечно, он мог иметь ввиду всё что угодно, но перед глазами появилась определённая сцена. Мирэ заметила как он ухмыляется. Что-то щёлкнуло в ней. Она подумала, что промолчать было бы слишком скучно, а она хотела огня. Девушка заправила прядь светлых волос за ухо и повернулась к нему. — Мне тоже. Едва касаясь пальцами, она провела по оголённой ключице. Хёнджин проследил за линией, которую выводила её рука, по огруглой груди под чёрной тканью, по её полным губам. Она выглядела так, будто может прочитать его мысли, может исполнить его желания, не слушая слов. Он посмотрел на неё и понял — она идеальный тип проблемы: хорошая девочка, которая точно знала когда быть плохой. Он подошёл ближе и теперь мог ощутить её горячее дыхание, жар от её тела. Хёнджин взял небольшую прядь волос в руку, намотал на кулак и приложил к носу. Мирэ тихо ахнула, по её спине побежали мурашки. В сознании родились сомнения нужно ли это, правильно ли это, но когда парень приблизился к её уху, обжёг её дыханием, сомнения пропали. Она послала всё к чёрту. Хотелось лишь одного. «Я хочу его» Мирэ с шумом выдохнула когда губы Хёнджина коснулись её мочки уха. — Скажи чего ты хочешь и я это сделаю, — сказал парень. Он взял её лицо в руки, чёрные глаза скользили от её глаз к губам и обратно. Сердце бешено стучало, а правда уже готова была сорваться с её губ. Мирэ встала на носочки, обхватила его шею руками и прошептала ему на ухо, медленно выговаривая каждое слово. — Поцелуй меня. Она была готова поклясться, что в его глазах зажглись тысячи маленьких звёздочек. Хёнджин улыбнулся уголком рта, провёл линию от её щеки к подбородку, спустился к шее и зарылся в белоснежные волосы девушки. Он коснулся её губ подобно вуали, лёгкое прикосновение на случай если она передумает. Но она не передумала. Мирэ прильнула к телу парня, её руки скользили по плечам и груди парня. Она нежно простонала когда Хёнджин углубил поцелуй. Языком он провёл по её мягким губам и проник в её рот. Впервые ощутил её вкус — такой сладкий, язык — такой мягкий. Он двигался не спеша, хотел насладиться ею, прочувствовать её. Одной рукой он провёл по столу, освобождая ей место. Подхватив за ягодицы, Хёнджин усадил её на стол и встал между её колен. Её губы, подобно приливам океана, притягивали его и вновь отпускали. Руки Хёнджина блуждали по спине девушке, медленно спускались к ягодицам, сжимали их, заставляя Мирэ удовлетворённо стонать ему в губы. Влажная дорожка поцелуев спустилась к шее, ключице, плечу. Горячие ладони легли на грудь девушки, пальцы зажали твёрдые соски. Он вновь поцеловал её. Одна рука ласкала грудь, а другая спускалась по животу в то самое место, где скопился жар и был готов вырваться на ружу. Мирэ остановила его в тот момент когда его пальцы коснулись пуговицы джинсов. — Хёнджин, — тяжело дыша сказала она. — Нет, это не правильно. Так не должно быть. — Может быть, — он посмотрел на неё из-под ресниц. — Тогда почему ты вся мокрая? Его пальцы легли на влажную ткань нижнего белья, его круговые движения сводили её с ума. Но в любой момент мог кто-то зайти и увидеть их в таком виде. От мысли, что этим «кто-то» окажется её брат, сердце пропустило один удар. Она убрала руку Хёнджина и спрыгнула со стола. Быстро застегнула джинсы, поправила волосы. — Неужели ты разобьёшь мне сердце? — сказал Хёнджин за её спиной. — Разобью, — она склонила голову набок и улыбнулась. — Но я уверена, оно быстро восстановится. Подмигнув, она вышла из кухни. Чанми нигде не было видно. Как и Чана. Она походила по гостиной в поисках брата, но его нигде не было. — Мирэ! — тяжёлая рука легла на её запястье. Она повернулась. Это был, то-ли Соджин, то-ли Соджун. Но в том, что это был один из знакомых Чана она не сомневалась. — Я тебя не видел. Когда ты пришла? — Давно. Ты видел Чана? — Нет. Возможно, ушёл с девчонками, с которыми тут тёрся. — Ушёл… — задумчиво сказала Мирэ. Куда же ушёл великий-брат-Чан-который-чувствует-ответственность-перед-родителями? — Ладно. Я тогда тоже пойду. — Стой! Ты не хочешь остаться, выпить со мной? Глаза парня были залиты кровью, а его предложение явно не подразумевало ничего хорошего. Мирэ заметила Хёнджина, выходящего из кухни. — Нет, прости, — она подозвала Хёнджина. — Я тут с парнем, и нам пора идти. — Не знал, что у тебя парень, — пробурчал парень. — Да-а-а, парень, — она улыбнулась Хёнджину, призывая его молчать. — Мы пойдём. Пока. — Пока. Держа Хёнджина за руку, она повела его к выходу. Когда лёгкий ветерок коснулся её лица, Мирэ с шумом втянула воздух, а затем с шумом выдохнула. — Парень значит? — отозвался Хёнджин за её спиной. — А? — она повернулась к парню и встретилась с ним глазами. — А, это… это просто прикрытие, понимаешь. Этот придурок хотел меня заманить… Её речь прервал смех Хёнджина. — Заманить?! Куда интересно? Девушка сверкнул глазами и с вызовом подняла подборок. — Не знаю, что было у него на уме, но мне стало не приятно. А если тебе не приятно от того, что я назвала тебя «парнем», то просто забудь. Она резко развернулась, достала из сумочки телефон и её пальцы запорхали над сообщением. — Я не говорил о том, что мне это не приятно, просто… странно. — Странно?! О чём ты? — её голос прозвучал слишком резко. — Где, чёрт побери, его носит?! — Э-э-э, Мирэ? — Чего? — Думаю, нам пора убираться отсюда. На её вопросительный взгляд Хёнджин ответил кивком в начало улицы, где показались фонари полицейской машины. — Какого… — Садись в машину, — сказал Хван. — Сзади занято, прости. Она замешкалась, но открыла переднюю дверь и плюхнулась в сиденье. Повернувшись назад, она заметила несколько больших пакетов. — Ты что переезжаешь? — спросила она когда Хван сел рядом. — Только если к тебе. Он завёл машину, повернул руль и они поехали в противоположную сторону от полицейских. Кажется, до Мирэ только сейчас начал доходить абсурд всей ситуации. Она поцеловалась с парнем, нет! не просто с парнем, а с другом её брата! и сейчас уезжает в его машине в неизвестном ей направлении. — Слушай, Хёнджин, — начала она, — то, что было там — неправда. — Так вот как ты это называешь, — он засмеялся. — Я серьёзно! Ничего не было. Ты понял? — Хорошо. Не слишком убедительно. Они ехали в полной тишине, даже радио не было включено. — Ты думаешь они к Виёну? — Не знаю, возможно. — Откуда ты знаешь Виёна? — Мирэ спросила то, что мучило её весь вечер. — Мы учились вместе, — парень улыбнулся. — В средней школе. — Да? Он про тебя не рассказывал. — Про тебя тоже. Мирэ фыркнула и отвернулась. Мимо проплывали светящиеся здания, билборды. Веки Мирэ начали тяжелеть, но вот так просто взять и заснуть в машине совершенно чужого человека, казалось ей сродни смерти. Но в любом случае у неё бы это не получилось, телефонный звонок перебил сон. — Это Чан! — воскликнула Мирэ. — Давай я поговорю. — Что? Ты? — глаза Мирэ округлились, но Хёнджин выглядел спокойным и это внушало доверие. — Хорошо. Но без глупостей, понял? — Да-да. Он взял её телефон, принял звонок. Мирэ наблюдала за ним немигающими глазами. — Да, Чан. Ты где? — он посмотрел на Мирэ. — Понятно. Мирэ стало нехорошо и я везу её домой. — вновь долгий взгляд на Мирэ. — Хорошо, сейчас. Он протянул Мирэ телефон. — Алло? Да-да, всё хорошо правда. А ты где? Понятно. Хорошо. Пока. — Ну что? — спросил Хёнджин, поворачивая к дому Мирэ. — Он сказал позвонить как буду дома. — Она немного помолчала. — Не могу поверить, что он бросил меня и ушёл с ней! А где же его образ супер брата?! — Может это любовь? — Что?! Ну да, на одну ночь, — она всплеснула руками. — Даже если так, — он остановил машину у её дома и посмотрел на Мирэ. — Спасибо, что подвёз, — Мирэ улыбнулась. — И… спасибо, что не сказал Чану. — Думаю, Чану не нужно это знать. Она кивнула. В воздухе повисло напряжение. — Хёнджин, то что было… — Да? — Я была пьяна и… — Это неправда, ты уже говорила. Я помню. Она посмотрела на него. Если бы он только сказал что-то про чувства, про что-то большее чем просто секс, она наверняка бы поверила. Но он не сказал. Мирэ кивнула. «Тебе больно, что он не влюблён в тебя? У него таких много» — Я пойду. Спокойной ночи. — Спокойной ночи. Он уехал когда входная дверь захлопнулась за Мирэ. *** Минхо лежал на кровати Мирэ пока та крутилась перед зеркалом. — Теперь когда Лия уехала, что будешь делать? — спросил парень. — Не знаю. — Она повернулась к другу с широкой улыбкой на лице: — Но у меня есть ты, а ты наверняка что-нибудь придумаешь. — Ага, — он взял в руки телефон. — Можно погулять в пятницу. — Да, давай, — Мирэ пальцами расчесала волосы, взяла кончики в руки и внимательно посмотрела. — Слушай, Минхо, может мне вернуться в свой цвет, а? Парень посмотрел на неё и закатил глаза. — Точно? Ты месяц ныла из-за того, что хочешь блонд. — Да, но… — Мирэ тяжело вздохнула. — Не знаю! Мне вообще идёт этот цвет? — Ага. — Что ты там смотришь? — Мирэ подлетела к Минхо и, прежде чем он успел отреагировать, вырвала телефон из его рук. — Это тот продавец?! — Отдай! — Ты подписался на него? — Мирэ! — прорычал Хо. — Да ладно. На! Мирэ отдала телефон другу и шмыгнула за дверь комнаты. — Мирэ! — гневный крик Минхо раздался по всему дому. Он пулей спустился по лестнице. — Ты подписалась на него?! — Не я, а ты. — По-твоему, у меня есть настроение для твоих острот? — Успокойся, Хо. В конце концов, может, это судьба? — Судьба? Да что ты! — парень взял маленькую подушку с дивана и кинул её в девушку. Мирэ взвизгнула, но успела уклониться. — Минхо, опомнись. Ты сам меня учил драться так что… Ещё одна подушка пролетела мимо. Мирэ подняла её и побежала на парня. Мягкие удары по спине, плечам, затылку. — Ты уверена, что я тебя учил драться? Удары как у пятилетки! — он усмехнулся, подхватил Мирэ под коленями и перекинул через плечо. Телефон Минхо лежал в заднем кармане его джинсов, так что Мирэ не составило особого труда вытащить его когда тот пиликнул. — Запомни этот день, Хо, потому что однажды скажешь мне спасибо. — Чего? — он нёс Мирэ к бассейну. — «Хан ДжиДжисон» отправил вам сообщение. Ответить за тебя? — Что?! — Минхо поставил Мирэ на землю и взял телефон. — Он написал… — Ну? — «Привет» — Ух ты, чёрт, — Мирэ шлёпнула себя по бёдрам. — Отвечай быстрее! — И что ответить? — Напиши: «Сколько кратеров на Луне», — Мирэ усмехнулась и сложила руки на груди. — Чёрт, напиши «привет»! Пальцы Минхо запорхали над сообщением. Через секунду он глупо заулыбался. — Он предложил встретиться.