Webcam prince

Австралия, Сидней. Год спустя. — Да, Сынмин. Я тебя слышу. Ты не хочешь приезжать, потому что ты обижен, что я тебя тогда не предупредил, — с грустным тоном отвечает Чонин. — Да, именно, засранец. Но я очень скучаю по тебе! — Я тоже! Но я не могу прилететь в Корею. Сейчас у меня дистанционное обучение и запись в студии сутками на пролёт, прости. Ещё я жду Криса, он должен скоро прилететь с командировки. Мы не виделись месяц! — ахнул расстроенно Чонин. — Ну и нафиг ты полетел за ним, если он постоянно работает и мотается по командировкам? — негодуя спрашивает Сынмин. — Эй, не говори так! Я ни о чём не жалею. Я люблю его! И тем более это его работа. Я знал на что соглашался. — О боги, ну ты и влип конечно. Ладно, Инни. Я подумаю над твоим предложением приехать к вам в Сидней, так уж и быть… раз ты так упрашиваешь меня… — медленно тянет Сынмин. — Мин… — Что? — Ты не меняешься. Всё такой же, но я люблю тебя. Спасибо тебе, что всегда помогал мне. Я редко это тебе говорил и вёл себя, как ребёнок. Но ты просто замечательный друг, — спокойно со всей нежностью в голосе говорит Чонин. — У тебя температура? Ты меня пугаешь, где прежний Чонин?! — Ой, всё. Новый тебе тоже понравится. Давай, мне пора возвращаться к записи. Пока! — Пока! Чонин положил трубку и снова принялся играть на синтезаторе в собственной студии, которую Бан оборудовал после того, как они вместе приняли решение, что младший задержится тут надолго. Раньше Чан не торопился делать из своей квартиры свой небольшой музыкальный центр, хоть это довольно практично. Но ему было удобней просто оставаться в студии, которую он давно снимал и уже как пару лет выкупил вместе с лейблом звукозаписи заодно, потому что раньше его никто не ждал дома, и он спокойно мог остаться ночью и уснуть в студии или вообще на пару суток зависнуть там, но теперь дома его ждали. Чонин всегда с трепетом ждал возвращения Бана. За день он успевал жутко соскучится по нему, хотя тоже был занят своими делами. Он перевёлся на дистанционное обучение, чтобы благополучно закончить универ, в который и так поступил с горем пополам. Да и он не хотел, чтобы старания Сынмина по подготовке его к поступлению пропали даром. Также он активно начал играть и сочинять собственную музыку на подаренном ему инструменте. Вскоре Чан заметил его напор к созданию музыки и записал его на уроки вокала, также предложил ему работать под его продюсированием. Чонин долго мялся, не хотел он, чтобы ему всё на блюдечке с голубой каёмочкой доставалось, но он видел то, как Бан заметно ободрился, когда предложил ему это, и в конечном итоге младший согласился. Теперь он соло артист. Пока что он выступает на небольших мероприятиях, записывает короткие видео в TikTok и просто наслаждается статусом соло исполнителя. Чонин перебирал пальцами по клавишам в надежде найти новое звучание и как только нашёл его, не мог остановиться. Руки сами его вели, создавая что-то поистине прекрасное. Это ли не искусство? Он так отдался процессу, что не услышал, как хлопнула входная дверь в квартире. Кто-то склонился перед ним и поцеловал его в макушку. — Ты же сказал, что приедешь не раньше, чем через неделю, — Чонин запрокинул голову и посмотрел в любимые тёмно-карие глаза. — Прости, малыш, я уже был в такси, когда говорил это, — Бан наклонился и мягко поцеловал парня в губы. — Обманщик! — произнёс младший, чуть отстранившись, а потом снова примкнул к сладких губам Чана. — Скорее неожиданнщик! — посмеялся Бан, используя заковыристое словечко. Он присел сзади Чонина на тот же пуфик и прижался всем телом к нему, сплетая их ноги вместе. И так нежно, почти невесомо начал выцеловывать шею младшего, который, к слову, продолжил играть на синтезаторе. — Ммм… Звучит чудесно. — Тебе правда нравится? — чуть по-детски отреагировал Чонин. — Именно это я и пытался сказать, — Чан скользит языком по шее младшего и снова всасывает её. — Хорошо, мне тоже нравится это звучание. Знаешь, эта композиция неплохо украсит мой следующий аль… — прерывается Чонин, когда чувствует чуть прохладные руки под своей футболкой, которые оглаживают его грудь и соски. — Чонин… — Бан протяжно шепчет горячим дыханием ему на ухо. — Альбом… Ммм… — он издаёт стон, когда Бан опускает одну руку ему на пах следуя ниже к выпуклой области на его штанах. — Крис… Я… — постанывает Чонин, пытаясь собраться с мыслями. — Что ты? — дразняще переспрашивает Чан. — Я… Только сел играть. — Значит не соскучился по мне? — Чан ныряет рукой в его штаны и пробирается через его боксеры, чтобы ухватиться за чуть твёрдый член младшего. — Чувствую, что скучал. — Ахм… — стонет Чонин, когда старший проводит рукой по всей длине, собирая смазку. — Прости, я не могу оторваться от тебя. Я такой прилипчивый, да? Ведь ты такой сладенький как мёд, — Бан снова целует шею Чонина. — Кри… Чанни… — О, теперь я Чанни. Я могу остановиться в любой момент, только скажи. — Не скажу, потому что я тоже не могу больше. Я соскучился, — Чонин вполоборота разворачивает голову и целует любимого. — Сменим локацию? — дразняще спрашивает Чан, играя бровями. — С удовольствием, — они оба встают, и Бан берёт Чонина на руки и несёт до их общей спальни. Они падают на кровать, срывая с себя одежду. Целуются жадно, до укусов, оставляя следы повсюду. Чонин забирается сверху на Чана и покрывает поцелуями его шею, спускаясь ниже к груди. Долго там он не задерживается, потому что знает, что игры с сосками это не по части Чана, а скорее по его. Младший высовывает язык и проводит им, оставляя влажную дорожку от пресса до паха, медленно приближаясь к члену Бана, который всё ещё прячется в боксерах. — Надо снять, Крис… Тебя как маленького учить? Я уже давно разделся, — Чонин ласково нашептывает, хватаясь за резинку трусов и снимая их с Чана. — Просто хотел, чтобы ты сам их снял с меня, — улыбается Бан, пока его нижнее летит куда-то в сторону. Он проводит одной рукой по волосам Чонина и несильно их сжимает, наклоняя его голову вниз. Чонину намекать долго не надо, он и сам с полным желанием опускается к члену Чана и проводит по нему влажным языком. Он вбирает его сразу целиком, не дождавшись, когда появится естественная смазка, младший добавляет собственных слюней и обильно смачивает ими всю длину. Становится влажно и липко, и от этого желания слизать всё начисто, а потом снова облизать, нарастает всё больше и больше. Чан медленно отрывает бёдра от постели и начинает толкаться в такт движениям головы Чонина, позволяя ему взять как можно глубже. Бан опускает глаза вниз и наблюдает поистине прекрасное зрелище: видеть то, как твой любимый человек старается доставить тебе как можно больше удовольствия и то с каким блаженством он это делает, пробуя всего тебя. Только от этого вида сердце Чана начинает биться в два, а то и в три раза сильнее. Бан срывается на первый громкий стон. — Мха… Малыш, ты хочешь, чтобы я кончил прямо сейчас? Или мы… — Чан прерывается, когда видит, как Чонин ползёт снова выше и пристраивается к его члену. — Я не дам тебе кончить в соло, пока я рядом, — усмехается младший и достаёт из прикроватной тумбочки бутылочку со смазкой и презервативы. — Надеюсь, ты будешь рядом по крайней мере вечность, — улыбается Чан и тянется к губам Чонина, чтобы получить свой поцелуй, но тот чуть отстраняется мягко улыбаясь. Он разрывает упаковку и надевает презерватив на член Бана. — С каких пор мы стали пользоваться контрацептивами? — удивляется Чан. — С тех самых, когда ты неожиданно появляешься на пороге, и мы занимаемся спонтанным сексом. У меня потом много работы, я не хочу проторчать в душе целый час после, — мягко улыбается Чонин и капает пару капель смазки на член Бана, затем медленно опускается на него. Старший берёт его за бёдра, крепко сжимает их и одним резким движением сам насаживает на свой член, входя сразу на всю длину. Оба срываются на один протяжный стон в унисон. — Ммм… Да, да, — Чонин стонет, когда руки Бана сильнее сжимают его бёдра и помогают ему наращивать темп. Фрикции становятся чересчур быстрыми, так как оба ждали этого момента очень долго, оба изголодались друг по другу. Чонин уже во всю принимает член старшего, как можно глубже и получает от этого невероятное удовольствие, его собственный член трётся о пах Чана и стимулирует его ещё больше, чтобы подойти к неизбежной разрядке. Бан одной рукой сжимает головку его члена и большим пальцем перекрывает уретру, чтобы немного помедлить с быстрым окончанием. — Хочешь пожестче?! — спрашивает Чан и углубляет свои выпады. — Да, малыш, — стонет Чонин. — Тут только один малыш, который сейчас беспардонно скачет на мне верхом, — Бан дразняще отстраняется и медленно выходит из горячего нутра. — Разве малыши любят пожёстче? — Да, папочка, трахни меня, как следует! — отвечает Чонин, с этими словами Чан снова с резким рывком входит до основания. Они доводят себя до разрядки в пару движений и оба кончают. После того, как Бан вышел из душа, а Чонин поменял постельное бельё, он сообщил ему приятную новость. — Забыл сказать, как-то вылетело из головы при виде такого парня. В общем, нас пригласили на ужин семейство Ли-Хван по случаю их третьей годовщины. Никакого грандиозного пиршества. Будем в семейном кругу, вчетвером. — В семейном? — Чонин влюблённо смотрит на Чана. — Да, малыш. Ты ведь часть моей семьи, чему ты так удивляешься? Собирайся, через час выезжаем, — произносит Чан, вытирая голову полотенцем. — Что? Ну ты и… Час? Это мало, — младший спохватился и побежал в ванную, позабыв про все свои дела. — Минимум 24 часа на сборы! — кричит он с комнаты. — Боже… А мне 15 минут хватает, — Чан улыбается и падает на кровать, чтобы немного отдохнуть с дороги. Да, да, именно сейчас он решил, что пора отдохнуть. После того, как Чонин вышел из душа и принарядился, он подошёл к старшему, который мирно посапывал на кровати. Чонин тихо подошел и наклонился к его лицу, чтобы прошептать ему на ушко. — Дорогой, с добрым утром, ты всё проспал. Я был на свингер-пати… — Чан сквозь сон определил только последние слова и широко раскрыл глаза с паникой привстав с кровати. — Инни. Боже. Я старый человек зачем так пугать, — Бан схватился за сердце и улыбнулся, притягивая Чонина для поцелуя. — Шуточки про то, что ты старый уже не актуальны, потому что ты доказал мне обратное, — заигрывает бровями младший. — Хотя, иногда ты меня действительно удивляешь. Как ты так быстро уснул? Я что, полдня провёл в душе? — Ну старость не рад… Проехали! Ты собрался идти в этом? — спросил Чан, когда младший чуть отпрянул и покрутился перед ним, показывая свой наряд. Он надел бежевые брюки и молочный свитер из-под которого выглядывала белая рубашка. Добавил пару украшений в виде дорогих часов, на которые потратился в прошлом году с дебютом своего первого альбома, и милых маленьких серёжек-туннелей. — Сегодня ты поскромничал. — Мне там нечего ловить, всё что надо я поймал, — улыбнулся Чонин и Бан последовал его жесту. — 15 минут и я готов, — встаёт с кровати Чан и быстро берёт из шкафа выглаженный костюм-тройку: белая рубашка, серые брюки и такого же цвета пиджак. — Я заведу машину. Увидимся на стоянке! — Чонин хватает с полки ключи от машины и выходит из квартиры. Они спокойно добираются до загородного дома семейства Ли-Хван. Чонин всю дорогу наслаждался ездой на новеньком спорткаре. Он любил машины такого формата с тех пор, как вышел первый фильм Форсаж. Детской мечтой, конечно, у него было купить машину, как у Вин Дизеля, черный Dodge c турбокомпрессором, в точности, как в кино. Но Чан отговорил его, обосновав это тем, что к такой малышке с исторической выдержкой сложно будет искать замену деталей и подобрал ему машину более новой модели. Теперь Чонин разъезжает по центру Сиднея на Ford Mustang VI с чёрно-жёлтым окрасом и не менее кайфует от такой машины. Они паркуются у уже открытого гаража около дома и перед тем, как выйти из машины Чонин задаёт вопрос. — Так вопросик, почему у них двойная фамилия? — с недоумением в голосе спрашивает он. — Потому что эти две особы никак не могут решить чью фамилию взять, вот и решили объединить её в одну, чтобы не ссориться, — Чан берёт руку младшего и крепко сжимает в своей. — Я был бы не против твоей, — нежно улыбается Чонин. Бан промолчал и убрал руку, жестом показывая, что пора выходить. Младший тоже промолчал и вышел следом. Казалось, эта ситуация была неловкой для обоих, и Чонин тут же пожалел об этом. Вступая на порог огромного белого дома, Чонин огляделся по сторонам, мельком увидев позади дома небольшой сад с роскошными цветами, которые чуть опустили свои бутоны под вечер, но не переставали быть такими красивыми. Бан позвонил в дверной звонок и дверь мигом распахнулась. Перед ними стоял высокий парень брюнет, которого Чонин уже видел. Он поприветствовал Чана взаимным рукопожатием и посмотрев в сторону младшего, мило улыбнулся чуть наклонившись. — Я хотел бы сразу извиниться, — Чонин быстро поклонился и воспрял. — Я сожалею о тех словах, что сказал при нашей первой встрече, я… — Всё хорошо, Чонин. Я давно уже забыл об этом и ты забудь. Ты меня не обидел ничуть, — мягко улыбнулся и похлопал по плечу Хёнджин. — Скорее проходите к столу, Феликс полдня бегал у плиты. — Неправда! Не полдня! — тут же отзывается ласковый голос, доносящийся из кухни, видимо, и тут же выглядывает блондинистая макушка. — Феликс, дорогой, не хотел бы ты выйти и поприветствовать наших гостей? — милым тоном спросил Хёнджин. — Нет! — отрезал Ли. — На мне фартук со всеми ингредиентами сегодняшних блюд. Я всё накрыл, прошу садитесь за стол, а я скоро присоединюсь к вам. Хван проводил гостей к месту и когда все благополучно уселись, из другой комнаты вышел повар этого вечера. Парень был в прекрасном наряде. Бежевая полупрозрачная блуза с рюшками по краям, укороченные брюки тёмно-коричневого оттенка и пару украшений в виде подвески и колец дополняли его образ. Чонин мысленно ахнул, увидев парня. Когда тот сел за стол, он мог пристальнее разглядеть его. Волосы блондинистые с небольшой желтизной, глаза тёмно-карие, маленький аккуратный носик на котором, также, как и на румяных щеках, были разбросаны россыпью тёмные веснушки и маленькие губы в форме бантика. Феликс тут же обратился к Чонину, поприветствовав его быстрым кивком головы, и мило улыбнулся. — Мне приятно наконец-то с тобой познакомиться. Меня зовут Ли Феликс, для своих я Ёнбок, можешь называть меня так, — улыбнулся Ли. — Ян Чонин, — отрезал младший и быстро кивнул, немного нервничая. Его лицо не могло скрывать смущение, находясь в новой для него компании. — Ты такой милый, прям как Чанни и говорил, — Феликс попутно стреляет глазками в сторону Бана и тоже кивает ему. «Чанни», — думает про себя Чонин: «Только я могу его так называть». Немного заревновал он, но как только ощутил, как его руку крепко сжали под столом, вмиг расслабился и посмотрел на Бана, который мягко улыбнулся в ответ. — Кто, что, будет пить? — спохватился Феликс, но его слова тут же дополнили. — Бокки, я позабочусь об этом, — Хёнджин мягко треплет Феликса за розовую щёчку и привстаёт. — Ребята, выбор большой, просто скажите, что предпочитаете. — Виски-Вино, — одновременно ответили оба гостя. — Хах, ладно и то, и то, я понял, — Хван удаляется и через пару минут приходит с бутылочкой хорошего виски, а также красного сухого и разливает по ёмкостям, соблюдая столовый этикет. Вино по бокалам для Чонина и Феликса, виски в невысокие широкие стаканы для себя и Бана. — Время отпраздновать! Ребята, эта какая по счёту годовщина? — подшучивает Чан прекрасно зная ответ. Пара одновременно смотрит друг на друга и также одновременно выпаливают: «Третья!» — Да, а мне казалось вторая, — продолжает подшучивать Чан. — Да, а я думал вообще пятая, — мигом подхватывает Хёнджин и получает лёгкий хлопок по плечу от Феликса. — Эй! Память вообще отшибло! — восклицает Ли, выпячив губу. Видя такой жест Чонин невольно смеётся, и Феликс подхватывает его смех, и теперь они все охотно надрывают животы хохоча за столом. — Ладно, ладно. Расскажете как вы познакомились, думаю Чонину будет интересно послушать, а мне снова посмеяться от души с вас, ребята, — Бан поворачивается к Чонину и тот отвечает одобрительным кивком, и старший целует его в щёку. — Господи, какая романтика, Чан. Раскрываешься по новому, чопорный ты хрен! — шутит Хёнджин, а Чан мигом отвечает ему. — Это я для тебя чопорный, чтобы ты в работе своей не расслаблялся, а в домашнем кругу я милее всех, — ехидно улыбается Чан, поднимая свой стакан и чуть отпивая из него. — Что правда, то правда, — соглашается тут же Хёнджин и поднимает свой стакан следом за ним. — Я начну! — восторженно говорит Феликс. — В общем, дело было так. Четыре года назад. Студия звукозаписи Чана. — Мне нужна работа срочно! Я больше не могу сидеть на одном месте. Я что, зря столько времени посвятил медицине и физиотерапии, чтобы сейчас перебиваться с копейки на копейку! — гневно восклицает Феликс. — Феликс, я понимаю, но ничем не могу помочь. У меня артисты, но не врачи в штате. Понимаешь: певцы, шоумены и в крайнем случае танцоры, — огорчённо вздыхает Чан, не зная, как помочь давнему другу. — Ну разве им не нужен мой волшебный массажик… — подмигивает Феликс, кладя свою руку на бедро Чана. — Феликс… Руки, — Бан осторожно убрал руку Ли со своего бедра. — Помню, помню, Чанни: «Друзья не лапают друг друга», — насупился Феликс чуть отстраняясь. — Ладно, я пойду. Дай знать, если всё-таки что-то срастётся. Феликс встаёт и тут же уходит, но в дверях сталкивается с нёсшимся на всех парах высоким объектом, который врезался в него, тут же пролив горячий кофе на светлую рубашку Ли. — Айщ… Горячо! — вскрикнул Феликс. — Ой, I am so sorry… I… — Ай, ай… Тоже мне австралиец. Вижу же, что не местный. Можешь изъясняться по-корейски, как видишь, я на половину кореец. — Ох, прости, мне правда очень жаль… — Это я уже слышал! Ты вообще-то мне испортил блузку, и вообще у меня теперь ожог будет, ты в курсе? Он так быстро не проходит! — Я всё оплачу… Я, — быстро изъясняется Хёнджин уже на беглом корейском. — Боже, ладно. С тебя свидание! Не в дешёвой кафешке за углом, а в дорогом ресторане. Знаю я вас, Сеульских скряг, — фыркнул Феликс и тут же едко улыбнулся. — Всё будет! — Ладно, я пошёл. У Чана мой номер спросишь, сегодня в 6 вечера. И не опаздывай, я ведь и передумать могу, и тогда ты точно одной химчисткой не отделаешься! — Хорошо, до встречи, — Хёнджин виновато склонил голову и зашёл в студию, где Чан во всю ржал прикрывая рот рукой. — Смешно тебе! Ха-ха. Смешинка блять ему в рот попала. Ну посмейся, посмейся, — недовольно скрестив руки на груди произнёс Хёнджин. — Кто этот клоун вообще? — разъярённо добавляет парень. — Эй, эй, полегче. Он мой хороший друг. — И откуда он знает, что я из Сеула? Ты обо мне с ним говорил? — Просто он как-то увидел твоё выступление и спросил про тебя. Восхищался твоими навыками в танцах. Сказал, что ты очень пластичный и в хорошем теле. — Он? Не верю. Он только что готов был меня убить за пролитый кофе! — Феликс просто был не в духе. Работы для него нет. Вот он и беситься. — А кто он по профессии? — Физиотерапевт и практикует лечебный, спортивный и какой-то там ещё массаж. — Почему ты не хочешь взять его в штат? Нам не помешает физиотерапевт. На концертах мы можем что-то повредить или растянуть… — протягивает последнее слова Хёнджин. — Так и скажи, что это не мы, а ты хочешь что-то растянуть, точнее не что-то, а кого-то, — смеётся Чан. — Можешь предложить ему стать твоим личным физиотерапевтом. Я не потяну по деньгам, чтобы он тут каждого обхаживал, уж прости. — Вот и предложу! Вечер, свидание. Хёнджин подъехал к дому по адресу, который дал ему Бан. Он уже хотел было набрать номер парня, но тот вышел через пару минут и сразу запрыгнул на переднее сидение. Хван только и успел мигом оглядеть его с ног до головы. Тот был весь в чёрном. Кожаные облегающие брюки, которые подчёркивали его стройные ноги и упругие бёдра. Полупрозрачная блузка в какую-то роспись из сверкающих паеток и сверху накинут блейзер. Также Хван отметил, что Феликс неплохо владеет навыком макияжа, и его образ был довольно экстравагантным. Тёмные тени подчеркивали узость его глаз, веснушки скрыты под пудрой, а на губах вишнёвый тинт, который так и хочется попробовать на вкус. Хёнджин так и застыл любуясь им. — Что стоим? Мы поедем или ты так и будешь пялиться на меня? — дразняще улыбается Ли. — А, да, поехали, — Хван растерянно поворачивает ключ зажигания и выезжает на проезжую часть. — Мы хоть не разобьёмся по дороге? — Нет, обижаешь. У меня стаж три года, — успокаивает его Хван. — А у меня пять и что? — Почему тогда я за тобой заезжаю? — вопросительно вскидывает бровь Хёнджин. — Потому что… Эм… Моя машина… В общем какой-то урод въехал в меня и не потому что я не посмотрел по сторонам! — Феликс скрестил руки на груди и отвернулся в сторону, смотря в окно. — О, ты не пострадал? Серьёзная авария? — переспрашивает с осторожностью Хёнджин. — Как видишь я сейчас здесь… С тобой, — не поворачиваясь отвечает Феликс. — Колючка! — Хёнджин отворачивается следом и остаток пути они едут молча. Доехав до ресторана, они молча заходят внутрь, их сопровождает официант за столик, который заранее был забронирован за Хваном. Как только они подходят к столу, Хёнджин по-джентельменски отодвигает первый стул и приглашает Феликса сесть за него и следом садиться напротив. Им подносят меню и Феликс утыкается в него, а Хёнджин снова внимательно разглядывает блондина. — Я выберу самое дорогое. Ты же звезда. Можешь себе позволить, — произносит Феликс со смешком. — Всё что захочешь, прошу, — мило кивает Хёнджин и подзывает официанта. — Нам пожалуйста бутылочку Дом Периньон и всё, что закажет этот молодой человек, а мне как обычно. — Хорошо, Господин Хван, — официант откланивается и ждёт пока Феликс что-то выберет. Спустя пару минут он определяется и озвучивает свой заказ, и официант удаляется. — Господин Хван, и часто вы сюда молодых людей водите? — Ты сам напросился. — Ну ты и… — Ладно, ладно. Нет, я здесь впервые с такой компанией не считая нашего общего знакомого Кристофера. К слову, почему ты ведёшь себя так? Я ведь знаю ты отзывался восторженно о моих навыках и в целом обо мне. Так почему же при виде меня ерепенишься? — Хван хмыкнул, натягивая улыбку. Феликс покраснел и опустил глаза. — Я должен отчитываться перед тобой? — Нет, я просто спрашиваю, — ещё шире улыбнулся Хёнджин, кажется, его начала забавлять вся эта ситуация. Им принесли блюда и разлили шампанское по бокалам, удивительно, но во время трапезы им удалось немного пообщаться. Не ехидничая и не пререкаясь друг с другом. Феликс казалось чуть расслабился после пару выпитых бокалов, и Хёнджин это заметил, подливая ещё. Вскоре они выпили всю бутылку и заказали ещё одну, попутно дозаказывая закуски. Беседа стала более оживлённая, и Феликс начал раскрываться с другой стороны, казалось, алкоголь расслабил его и точно развязал ему язык. — В общем, да. Я немного… Ик… Немного не правильно повёл себя… По отношению к тебе, — уже пьяным голос отвечал Феликс. — Просто, просто… Ты… Такой… Ик. Я таких талантливых людей… Ик… Ещё… Ик… Не видел. Вух! — Феликс набрал воздуха в лёгкие и задержал дыхания надув при этом щёки. — Не лопни… Ик… — усмехается Хван. — А сам-то! — сдаётся Ли и выдыхает. — Я устал, хочу байки! — Ты как маленький ребёнок. Кстати, я ведь даже не узнал, сколько тебе лет? — Мне 22… Ик… А тебе? — Мне 24. — Значит ты мой хён? Ох, простите, что так разговаривал с вами, — Феликс резко откланивается и стукается головой о стол. — Айщ… — Всё в порядке, мы не в Корее. И я давно привык к австралийским порядкам. — Как ты тут оказался? — спрашивает Феликс, потирая лоб. — Ну… В Корее, так скажем, я не прижился. Уж слишком мой стиль в музыке и в одежде был неординарен, так сказать, слишком вызывающий и кричащий. И по счастливый случайности или может по воли случая, я узнал от своих знакомых, что есть такой замечательный продюсер, как Кристофер Бан и что он иногда приезжает в Корею по работе. Таким образом я написал ему, и Крис назначил встречу. Мы пообщались и сразу поладили, ну, а дальше ты сам знаешь. Я теперь тут в Австралии, и я успешный соло артист. А как вы познакомились с Баном? — Эм… Давно… Наши семьи дружат. И мы не раз пересекались, так и стали друг за другом приглядывать. А теперь, я правда устал и хочу байки. — Хорошо, поехали домой. Они выходят из ресторана, и Хван лёгонько хлопает себе по лбу. — Ох, я же выпил. Я совсем не собирался пить. Не подумай, что я из тех людей, что садятся пьяными за руль, — вздыхает Хван. — О, поверь, это последнее о чём я думал за весь сегодняшний вечер, — улыбается Феликс. — А о чём тогда ты думал? — игриво спрашивает Хёнджин. — К примеру, вот об этом, — с этими словами Феликс подходит ближе и целует Хвана, крепко сжимая его талию. Парень не растерялся и углубил поцелуй прижимая Феликса ближе, и вот они стоят и чуть ли не съедают друг друга. Их поцелуй был напористым и влажным, языки быстро переплетались, и они едва успевали сделать перерыв, чтобы отдышаться. Парни стояли так минут пятнадцать, а казалось вечность. Чуть слышно прогремел гром и начался резкий ливень, что характерно для города, поэтому парни не удивились этому и продолжили целовать друг друга, стоя под дождём. Настоящее время. — В общем, как-то так, — заключает Феликс, кладя ладонь на руку Хёнджина. — Да, дорогой? — Всё так, всё так. Меня напоили и изнасиловали, честное слово. Теперь ещё и выйти замуж заставили, — усмехается Хван, а Феликс сильнее сжимает его руку и толкает своим коленом в бедро Хвана. — К слову, а как вы познакомились? — спрашивает заинтересовано Феликс, раскрыв широко глаза и подкладывая руку под щёку. — Мы… Кхм… — откашливается Бан. Они как-то этот вопрос не поднимали и даже не подготовились к нему. — Мы… — Крис был проездом в моём университете, ища новые таланты. И вот он я такой распрекрасный попался ему на глаза. Ничего романтичного. Всё как у всех, — с уверенностью в голосе выдаёт Чонин. Новым друзьям пока ещё рано знать всю правду. Может, когда-то они им и расскажут, но сейчас это их личный маленький секрет. Бан облегчённо выдыхает и кладёт свою руку на бедро младшего под столом. — Вполне себе романтично. Это как история о студенте и его преподавателе, видел я недавно такое на сайтах «18+», — подшучивает Хёнджин, а Чонин издаёт нервный смешок. — Хёнджин, ты не против немного просвежиться? Мне кажется в голову ударило, — Бан встаёт из-за стола и приглашает Хвана присоединиться к нему. Выйдя на террасу, они любуются ночным небом и яркой луной. — И как тебе совместная жизнь?! — выдаёт Хван. — Прекрасно. Я засыпаю он рядом, я просыпаюсь он рядом. Завтрак, обед, ужин, домашние дела и он всегда рядом, помогает мне. Знаешь, и мне не надоедает, наоборот, мало. Хочется ещё и ещё. Из-за работы мы подолгу можем не видеться, и от этого чувство насыщения не наступает, а только чувство голода по нашим… Кхк… — О, я понял. Я знаю как это бывает. У нас тоже так было, но после свадьбы вы немного успокоитесь, но романтика останется. — Что? Свадьба? — Да, я об этом и говорю или он не тот самый? — Тот! Тот! Просто, я об этом как-то не думал. Нам и так вроде хорошо. — Он может и не говорит, но точно ожидает чего-то такого от тебя. Феликс, к примеру, весь извёлся намекая мне. Я, конечно, делал вид, что не понимаю его намёков. Но потом осознал, что если он так сильно этого хочет и если ему это важно, то я готов, а теперь вот у нас очередная годовщина! — Да, возможно ты прав, — Чан оборачивается и смотрит на Чонина, которому Феликс воодушевлённо что-то рассказывает и показывает своё обручальное кольцо. Чонин с интересом смотрит на ювелирное украшение и мило улыбается, потом он замечает взгляд Чана и тоже смотрит на него, они обмениваются мягкой улыбкой и младший краснеет. После ужина они перемещаются в гостиную. Чонин помог Феликсу быстро убрать всё со стола, в то время, как Хёнджин включил приятную музыку и разложил на кофейный столик настолки. С алкоголем покончено. Никто не хотел напиваться до беспамятства, поэтому Феликс принёс из кухни графин с клубничным лимонадом и поставил его на стол. Они ещё долго играли в игры по типу: каркассон, манчкин, монополия и тд. Настольных игр в этой семье было много. — Так вот чем вы по вечерам занимаетесь, ребята, — подшучивает Бан. — Да, через пару лет тоже себе настолки купите, — парирует Хёнджин. Феликс и Чонин мило переглядываются, смеясь над своими мужчинами. — Всё настолько плохо? — не унимается Чан. — Для разнообразия стоит попробовать, к примеру вчера мы… — Кхм… Хёнджин! Не при молодых ушах, — краснеет Феликс и прерывает мужа. — Мне девятнадцать! — в свою защиту восклицает Ян. — И я уже не девственник! — Верим, верим, с Баном тяжело оставаться девственником! — смеётся Хёнджин. — Папочка всему научит, да, Инни? — Скорее я его! — гордо отвечает Чонин и ухмыляется. Бан крепко берёт его в тиски и начинает щекотать. — Маленький ученый тут нашёлся. — Ха… Ну всё хватит, — младший чуть отстраняется, чтобы перевести дыхание. — Семейство Ли-Хван, боюсь нам придётся остаться. Алкоголь ещё не выветрился из моего организма, — произносит Чан. — Конечно, я давно подготовил вам комнату. Так что располагайтесь в спальне для гостей, — отвечает Феликс. Они играют до поздней ночи и когда уже совсем начинают клевать носом, то расходятся по спальням. Феликс и Хёнджин желают гостям спокойной ночи и поднимаются на второй этаж. Тем временем Бан и Чонин остаются на первом и идут в гостевую комнату. Они по очереди принимают душ, который находится на первом этаже, к слову, как и на втором этаже есть ванная-джакузи. Чонин обтирается и забирается в постель к уже раздетому и чистенькому Бану. — Сегодня был хороший вечер. Я рад, что полноценно познакомился с твоими друзьями, — Чонин ложится на грудь Чана и целует его в щёку. — Я рад, что тебе всё понравилось… Чонин? — Что? — Ты когда-нибудь задумывался о сва… — прерывается Чан. — О сва…? — О сварке… Да. — Что? Ты до сих пор пьян? — смеётся Чонин и легонько бьёт по груди Бана. — Давай я помогу тебе прояснить разум. Чонин перемещается на бёдра Чана и медленно трётся об одеяло, которое между ними, целуя шею Бана. — Ммм… Мы в гостях. Что ты творишь? — тихо шепчет Чан, постанывая, ведь уже сам возбудился. — Я буду очень тихим и ты постарайся не шуметь, — с этими словами Чонин ныряет под одеяло и спускается ниже к члену Чана. Он рукой проводит по всей длине и обильно смачивает своей слюной, вбирая член сразу за щёку. — Ахх… Твою ж мать… — Чан прикрывает рот рукой и тихо постанывает, последнее, что он хочет, так это слышать под утро подколы Хван Хёнджина или того же Феликса. Чонин покачивает головой, беря глубже, что приносит ему дикое удовольствие и его собственный член эрегирует, выделяя больше смазки. Он мычит от удовольствия, так как его рот немного занят, вибрация проходит по всему члену Бана, и тот выгибается, чуть приподнимая бёдра. Чонин не ожидая резкого толчка давиться и отстраняется, откашливаясь. Бан смотрит с извиняющимся взглядом, но младший лишь улыбается и снова принимается сосать. Хватает пару быстрых фрикций, чтобы Чан обильно кончил в рот парня. Чонин полностью проглатывает содержимое, не оставляя ни капли. — Хороший мальчик. Ты почти не шумел, — мило улыбается Чонин, выползая из-под одеяла. — Садист! — чуть громче шепота произносит Чан. — Ой, ой, ой. Только не говори, что тебе не понравилось! — Чонин наклоняется к губам Бана и сладко целует их. Привкус спермы на его губах отчетливо ощущается, но Чан покорно целует в ответ, слизывая её.