cheers to us tonight

Поздно. На часах около одиннадцати вечера, когда раздается звонок в домофон. Джисон не проснулся, потому что… Конечно он не проснулся, ведь он сова с шестнадцати лет. Тогда Джисон осознал, что поздняя ночь — это единственное время, когда он может слышать свои мысли, не погружаясь в темные, страшные уголки своего мозга. Иронично, но с годами он научился не сомневаться в этом. Джисон просто сел на кровать и включил телевизор. Большая миска попкорна уместилась в его руках. Он решил посмотреть новые серии своего любимого аниме. Он специально сохранил несколько эпизодов для хорошей пятничной ночи, но незваный гость у двери помешал этому. Джисон стонет, ему не хочется вставать с кровати. Кто вообще звонит ему в такой час? В любом случае любопытство заставляет его встать. — Кто это? — проворчал он, шагая по своей маленькой квартире. Он проверил домофон, и лицо, которое он увидел на маленьком экране, удивило его и вызвало волнение в груди. Без лишних слов, он впустил человека и стал ждать. Джисон живет на восьмом этаже, так что прождал он всего несколько минут. Раздался стук в дверь. Джисон трёт лицо, смотрит на своё слабое отражение в зеркале, что стоит у порога своей крошечной квартирки, и треплет свои непослушные волосы, чтобы убедиться, что он выглядит хоть немного презентабельно, но также и натурально перед тем, как открыть дверь. Ухмылка автоматически возникает на его лице. Тяжело представить, что когда-то он был безнадежен в флирте. Безнадежен против своих комплексов, которые до сих пор есть. Честно говоря, он просто стал намного лучше их игнорировать. — Уже поздно, — сказал он. — Тебе так понравилось, что ты уже вернулся за добавкой? Он издевался, но Минхо, который стоял за дверью, просто смеялся. Это не фальшивый смех и не флирт. Он просто смеялся, потому что Джисон был смешным. Когда Джисон провожал Минхо рано утром, он и не ожидал снова увидеть этого человека. Он думал, что наткнется на него где-нибудь в городе. Конечно, город большой, но иногда ощущается очень маленьким. Когда он натыкался на знакомые лица, с которыми занимался сексом, в обычных местах, таких как супермаркет или поезд, они просто игнорировали друг друга, притворялись, будто они никогда не проводили ночь вместе. Это было нормально, он никогда не чувствовал какой-то потери. Но увидеть Минхо так скоро, прямо за своей дверью? Что-то затрепетало в животе Джисона, что-то, похожее на возбуждение. Или это просто повышенная кислотность. Это повторяющаяся проблема с девяти или десяти лет. — Я просто так подумал… — ответил Минхо. — Ты такой, — ошеломленно возражает Джисон. — Крупный юрист и крупный мыслитель. — Хорошо, хочешь знать, о чем я думал всё это время? — фыркнул Минхо. — Обо мне? — ухмыльнулся Джисон. — Так ты думал обо мне? — несмотря на то, что он постоянно флиртует, глядя на Минхо сейчас, Джисон не может поверить в то, что подцепил кого-то, настолько красивого. Иногда он удивляет самого себя тем, что может сделать ради своей цели. Тем, что немного притворной уверенности может помочь ему. Пение в Muddy Water во время ночи открытого микрофона стало обычной вещью для Джисона. Чаще всего всё заканчивалось тем, что он приглашал кого-то к себе на ночь. Наверно, это потому, что выступление давало ему уникальные чувства, которые подпитывали особую уверенность. Но при этом он никогда не приходил домой с кем-то настолько красивым, как Минхо. В момент, когда его взгляд остановился на Минхо, он был загипнотизирован и заинтригован, захотелось испробовать его и, возможно, узнать что-то большее о нём. То, как Минхо был сфокусирован на его представлении, подпитало его эго и придало ему достаточно уверенности, чтобы подойти к, казалось бы, неприступному человеку. И в итоге он вышел победителем. Минхо ещё больше засмеялся. — Может, позволишь мне сначала зайти? Джисон улыбнулся. Что-то головокружительное танцевало в его грудной клетке. Он открыл дверь шире и отступил в сторону, дав Минхо зайти в квартиру. Минхо развязал свою обувь и снял куртку. Сегодня он был в более повседневном луке, по сравнению с бизнес-аутфитом с прошлой ночи. Без шикарного пальто, без дорогой рубашки. Просто комфортное худи со спортивными штанами и изношенными ботинками. Он напоминал Джисону студента колледжа в период экзаменов, только вот он не выглядел, как неопрятный зомби. Минхо по-прежнему выглядит ужасно красивым, сочетая спорт со стилем. — Так, я думал… — повторил Минхо. — Да, ты это уже сказал, — Джисон кивнул и закрыл дверь за гостем. — Хочешь что-нибудь выпить? — предложил он, проводя Минхо в свою маленькую студию в сторону кухни. Минхо потряс головой. — Давай сделаем эксперимент, — выпаливает он без преамбулы. Сейчас его голос немного дрожит. — А? — Джисон повернулся к нему. Он был растерян, но только на несколько секунд. Он быстро понял, о чём говорит Минхо. — Ты имеешь в виду…? Минхо кивнул. — Спидран по отношениям? — закончил Джисон. Минхо снова кивнул. Джисон неверяще моргает. — Что? — То. Они смотрят друг на друга несколько тихих секунд до того, как оба разражаются неловким, но синхронным смехом. — Ты серьезно? — спрашивает Джисон после их двойного смеха. Он глубоко вздыхает, чтобы быть уверенным, что его голос не дрожит. Минхо сейчас находится в его квартире, предлагает быть его, хорошо, технически, его парнем на протяжении следующих 24 часов. Это звучит как шутка. Они окончательно засмеялись, но теперь, когда этот смех повис над ними, ему хочется схватить его. Глупо то, как сильно он не хотел бы, чтобы это было шуткой. — Я… — Минхо усмехнулся и смущенно отвёл взгляд. — Как я говорил, я думал об этом. — М-м, — Джисон медленно кивнул. — И как же ты пришёл к этому решению? — Хорошо… — На самом деле… — Джисон поднял руку, чтобы прервать его, — Я думаю, что для этого разговора нам понадобится кофе. Глаза Минхо мерцают, как кажется Джисону, и он кивает. Джисон приглашает его присесть на маленький стул на кухне, пока он разбирается с кофемашиной — одной из самых дорогих, но сто́ящих покупок в его квартире. — Какой тебе нравится кофе? — спросил он, доставая из шкафа две кружки разных цветов. — Чёрный. Каким-то образом, такая обычная информация вызвала улыбку на лице Джисона. — Мне тоже, — сказал он. Спустя несколько минут он поставил кружку кофе перед Минхо и занял место рядом с ним. — Так, — начал он, — ты серьёзно? Минхо пожал плечами. — Недавно у меня был обед с партнёрами по работе, и они… Ладно, они говорили о своих похождениях в Тиндере, — он ухмыльнулся и поднял свою голову, так как всё это звучало так глупо. Джисону показалось это милым. — Слушать, как они говорят о своём опыте… Они звучали так, будто игра в свидания в наши дни такая утомительная и скучная. И я продолжал думать о том, что ты сказал — как может быть хорошо провести весь день с кем-то и знать, чем всё это закончится. — Я говорил не совсем так, — возразил Джисон. Минхо пожал плечами. — Но смысл одинаковый, правда? — Наверное, — Джисон смотрит на Минхо. Он всё ещё не может поверить, что настолько идеальный человек пришёл к нему, чтобы протестировать одну из его, объективно, тупых идей. — Итак, как это произойдет? Разве все свидания не нужны для того, чтобы определить химию между вами? Воцарилась небольшая тишина до того, как Джисон засмеялся. — У меня нет идей, — признался он. — Это была не научная гипотеза. Я полагаю, что это всё должно быть более исчерпывающим, чем обычное первое свидание. Думаю, нам нужно пройти сразу через все пять этапов. — Четыре, — поправил Минхо. — И потом мы узнаем о пятом. Разве не в этом суть? Вы проверяете, сможете ли вы продержаться на Четвертом этапе? Джисон проводит по ободку его кружки. — Вы говорите друг другу свои секреты, показываете свои шрамы. И потом представляете друг друга своей семье. Минхо смеется. — Ах да, семья. Главное препятствие. — Точно, — хихикнул он. — Исходя из того, что ты мне сказал, твои родители не кажутся слишком придирчивыми к твоим парням. — Обычно они правда не такие, — Минхо ерзает. — Они обычно думают, что каждый, кого я приглашаю домой это… — он потряс головой, как будто не хочет объяснять всё, что у него в голове. — Всё окей, — сказал ему Джисон. — Ты можешь сказать мне, я не буду судить тебя. Это часть нашей цели, ведь так? Делиться секретами. — Я думал, что это на Четвертой стадии? Джисон фыркнул. — Ладно, нам нужно работать. Чем раньше начнём, тем лучше. Минхо улыбается слабо, расстроенно. — Моих родителей не волнует, с кем я встречаюсь, и мне кажется... Типа? — он вздрагивает. — Это нелепо, ведь я полностью взрослый мужчина, но я хочу, чтобы они волновались об этом. Я хочу, чтобы они увидели… Я не знаю. Что-то... Хорошее, плохое? Я хочу, чтобы им было не всё равно, понимаешь? На меня и мою жизнь, и как я, и с кем я. У них много лет есть любовь, а у меня есть только я сам. Честно, отсутствие контроля повлияло на то, как я рассматривал своих предыдущих партнеров. Беспокойство Джисона видно на его нижней губе. — Наверное… Я понял? Это не то же самое, но я все еще хочу получить одобрение от своих родителей. Небольшое шоу… Я не знаю. Заботу? Интерес? — он мило улыбнулся. Разница в том, что у Джисона нет семьи, которой он мог бы представить Минхо: его брат и мать находятся за тысячи километров, а с отцом он не поддерживает общение. Но почему-то он сомневается, что они понадобятся ему. — Ну, у меня есть Чан. Ты видел его в баре. — он засмеялся. — Ага, — Минхо ухмыльнулся, разочарование на его лице исчезло, сменившись снова весельем. — Тот, который похож на странного старшего брата. Джисон пожал плечами. — Он единственный близкий мне человек, который находится рядом. Так, мы прошли Первую стадию, да? — указывает он. — Мы встретились, мы поговорили… — Мы переспали, — соглашается Минхо. Его прямота заставляет их снова засмеяться. — Мы правда прошли это, получается? — Это ты проделал весь этот путь посреди ночи, чтобы принять моё предложение, которого я технически не делал… — хихикает Джисон. — Ну и кто я такой, чтобы сказать «нет»? — И вправду, — Минхо улыбнулся. — Как ты уже знаешь, у меня высокие стандарты. Он звучит дразняще, и Джисона это задевает именно там, где должно. Эти слова затрагивают его неуверенность, чувство, что его бывшим партнерам всегда было недостаточно. — А у меня нет, как ты уже знаешь, — выпаливает он, прибегая к неискренности, к шуткам. Минхо засмеялся, сейчас этого достаточно. Тогда Джисон заметил, что их руки под столом медленно приближались друг к другу, как магниты. И сейчас их пальцы соединены, а кончики соприкасаются. Это такое незаметное прикосновение, но Джисон чувствует, как по его телу пробежал электрический ток. Это то, что он всегда чувствовал в начале отношений. Это начальная точка, когда всё, что делает другой человек, возбуждает его, так что возможно эксперимент уже начался. — Стадия Медового Месяца, — начал Джисон, нацепив одну из своих самых дерзких ухмылок. — Знаешь, чем она известна? Минхо встретился с его взглядом и засмеялся, как будто сразу улавливал то, что имел в виду Джисон. Тогда их руки достигли друг друга, пальцы переплелись. Они одновременно наклонились, дыхание сбилось ещё до того, как их губы встретились. Возможно, это просто оправдание для секса, как считает Джисон, или надуманная причина проводить больше времени с мужчиной, которого он находит чрезвычайно привлекательным. Но это не важно. Он давно перестал стараться ради секунд, перестал хотеть большего после одной ночи, но он ценит возможность быть с таким, как Минхо. Даже если они обречены на расставание после двадцати четырех часов, сейчас, в моменте, он больше ничего не скажет.

***

— Как я понимаю, мы правда делаем это? — спрашивает Джисон. Они лежали вместе на кровати, голые, конечности переплетены. Голова Минхо отдыхала на руке Джисона, и он может легко перевернуться на бок и обнять Минхо — и хочет этого, но почему-то это кажется рискованным. Их эксперимент только начался, а он уже пытается всё понять. Поэтому он задаёт вопрос, просит подтверждения. — Можем ли мы договориться прекратить это делать? — отвечает Минхо, словно читая его мысли. — В течение следующих 24 часов давай просто будем делать это. Проводить время вместе, не осознавая, почему мы это делаем. — Я могу спросить почему? — Что почему? — Почему я? Минхо не спешит отвечать, и нервы Джисона медленно разрушаются. Казалось, что этот маленький спидран по отношениям правда может сработать. Он нервничает, когда что-то поставлено на карту, когда ему действительно нравится человек, с которым он находится, когда есть возможность большего. Это ещё одна причина, почему он устал от отношений. Когда нечем рисковать, Джисон становится храбрее, он флиртует, нагло нападает на мужчин и женщин. Если ему нечего терять и нечего получать, тогда и не нужно волноваться. Конечно, он не думает, что всё хорошо пойдёт с Минхо после двадцати-четырёх часового челленджа, но в глубине души маленький кусочек надежды всё ещё горит. Его нельзя винить. Минхо привлекательный, хорошо работает и, что самое приятное, с ним весело. Прекрасный. Кажется, он понимает Джисона, а Джисон понимает его. Еще до того, как они попрощались после их секса на одну ночь — или, по крайней мере, того, что должно было быть романом на одну ночь — Джисон уже страстно желал большего. Наверное, поэтому ему в голову пришла глупая идея с экспериментом, только вот он никогда не думал, что Минхо поддержит его в этом. Но тот факт, что он сделал это, это просто ещё одно доказательство того, что они находятся на одной волне, разве нет? — Почему не ты? Джисон пожал плечами. — Много причин, — пробормотал он. Минхо опять затих, он поворачивается на другую сторону, чтобы посмотреть на Джисона. — Хэй. Почему не ты? — повторил он. — Ты милый, весёлый, а ещё очень талантливый, — он улыбнулся. — Вообще-то, теперь мы «встречаемся», так что ты должен спеть мне. Это обязательно. Он очень красив. Чем ближе, тем более красивый. Его густые ресницы обрамляют блестящие глаза и красиво очерчивают скулы. У него острый изгиб носа и дразнящая форма губ, как будто они идеально подойдут джисоновым. И это так, понимает Джисон. Он уже знает, что их губы идеально подходят друг другу. Без дальнейших размышлений, он понимает, что приближается ближе до того момента, как кончики их носов не соприкоснуться. Джисон мягко засмеялся. — Это точно? Минхо кивает. Его тёплое дыхание щекотно опаляет щеки Джисона. — Что ещё обязательно? Минхо пожал плечами. — Разве это не зависит ещё и от тебя? Чего ещё ты ждёшь от отношений? — Сногсшибательный секс, — он невозмутим. — Так что, пока у нас есть время, чтобы усовершенствовать нашу химию, я жду, что мы будем заниматься сексом каждый час, — он дерзко ухмыляется, и Минхо закатывает свои глаза. — Тогда мы никогда не выберемся из кровати. Джисон хихикнул, подвигал бровями. — Нам не обязательно заниматься сексом на кровати. — Да? У тебя есть чек-лист мест, где ты бы хотел потрахаться? — Минхо вопросительно поднимает бровь, как будто испытывал Джисона на то, сможет ли он шокировать и удивить его. — Я всегда хотел заняться сексом в лодке, — размышляет Джисон. — Кошмар, у меня нет лодки. А у тебя? — Нет, так что отложим это на потом, — хихикает Джисон. — Тогда, может, каждые два часа? — Перестань быть течной сучкой! Джисон усмехнулся, наклонился и поцеловал Минхо в губы, показывая, что он может быть нежным и терпеливым тоже. — Тогда готовь для меня, — решил он. — Хочу узнать, удалось ли мне зацепить секретного шеф-повара. Минхо улыбнулся на этот раз более нежно, с примесью гордости. — Какое твоё любимое блюдо? — Короткие ребрышки на гриле, — сразу отвечает Джисон. — Чем мяснее, тем лучше. — М-м, мясо. Сердце трепещет, — мычит Минхо. Джисон хихикает. — Не смотри слишком возбуждённо на перспективу мяса. — Как ты можешь винить меня? Мясо заводит. — Отлично, это значит, что ты приготовишь мясо для меня? — Окей, может быть, — хихикнул Минхо. — Посмотрим. — Что значит может быть? Это обязательно! Я ожидаю, что для меня приготовит мой шикарный парень и домашний повар по совместительству. Слово парень слетело с языка Джисона настолько легко, что ему потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что он сказал. Но Минхо и глазом не моргнул, так что Джисон быстро оправился. — Тогда спой для меня сначала. — Какая твоя любимая песня? — он зеркалит ранний вопрос Минхо. — Я хочу услышать оригинальную песню J.ONE. Джисон фыркнул. Он пытается понять, почему всё это так легко. Почему с Минхо шутки текут так естественно, туда и обратно, как игра в пинг-понг. — Прямо сейчас? — Я могу подождать немного. Так же, как и ты подождёшь своё мясо. Джисон фыркает, но он рад, потому что это означает, что Минхо согласился приготовить для него мясо. — Ещё я хочу, чтобы ты играл на гитаре тоже, — добавил Минхо. — У тебя фетиш на музыкантов? — спросил Джисон. — До прошлой ночи не было. Джисон засмеялся и прижал Минхо ближе за талию, чтобы еще раз поцеловать его в губы. Как мужчина может быть настолько идеальным, думал он. И тогда, после паузы, он задался вопросом, что будет в следующие 24 часа. Их нагота трётся друг о друга, и Джисон почти смеется. Они буквально только что закончили трахаться, и оба снова наполовину твердые. Что-то в Минхо заводит его так, как не удавалось ни одному из предыдущих любовников. Может быть, это потому, что Минхо мог заставить его смеяться. — Стадия Медового Месяца это о сексуальной химии, — пошутил он, ухмыляясь тому, как его пальцы легонько очерчивали контур тела Минхо. — О, правда? — Минхо ерзает, и его ноги скользят по ногам Джисона. Это заставляет того заметить разницу между ними: они примерно одного роста, Джисон наслаждается походами в зал достаточно, чтобы иметь подтянутый торс, но он всегда удобно (читать: целенаправленно) забывает о дне ног, а Минхо нет. Его ляжки тонкие и аппетитные, а его икры крепкие. По сравнению с ним у Джисона куриные ножки, но, спутанные вместе, их части прекрасно подходят друг к другу. — А ты знал, что «медовый месяц» произошел от того, что молодожёнам давали месячный запас медовухи — спирта, традиционно приготовленного путем брожения меда и воды? — поделился Джисон. — По сути, достаточно «меда» для «полной луны». Идея заключалась в том, чтобы пара напилась, занялась сексом и родила детей. Как-то мрачновато, правда? Им казалось, что совокупление произойдет только в состоянии алкогольного опьянения. Минхо смотрел на него несколько секунд перед тем, как рассмеяться. — Ты предлагаешь алкоголь? Джисон фыркает. — У меня есть вино в коробках. — Как грубо, — Минхо поморщил свой нос, а потом ухмыльнулся. — Неси. Джисон засмеялся и начал подыматься, но Минхо резко схватил его за руку. — Что…? — спросил он. Минхо легко опустил его для поцелуя. В тот момент, им как будто не хватало этих невинных поцелуев. Джисон почувствовал тепло на своих щеках. Это мило, как будто они пара, что находится на грани, чтобы влюбиться. Он тут же распутался, когда в его голове зазвенели предупреждающие колокольчики. — Я скоро вернусь, — пробормотал он себе под нос, даря Минхо милую извиняющуюся улыбку. По пути на кухню, он нарочно вилял бедрами. Если он повлияет на Минхо хотя бы на четверть так же, как и Минхо на него — это будет победа.

***

Они переместились с кровати на подоконник, и Джисон налил вино в кружки — те, из которых они пили кофе ранее. Минхо вопросительно посмотрел на него, пытаясь понять, что он делает. — Я помыл их, — превентивно защищает он себя. — Кроме того, не у всех взрослых есть шикарные бокалы для вина, и это нормально! Минхо засмеялся и принял кружку. — Я даже ничего не говорил. — Я могу читать твои мысли, — объявил Джисон, жестикулируя рукой. Однако его буйство длится недолго, и так же быстро он сдувается, пожимая плечами. — После расставания моему бывшему достались все бокалы — ему досталось почти всё. Он был старше меня и гораздо авторитетнее. Не говоря уже о том, что он из привилегированной семьи, поэтому ему принадлежал дом, в котором мы жили. Когда мы расстались, я по сути просто съехал с одной одеждой. Минхо кивнул и сделал глоток вина. Он ничего не ответил Джисону, который был благодарен за это. Джисон поставил свой напиток на подоконник и, перед тем, как занять пустое место рядом с Минхо, поднимает несколько предметов одежды. Даже если он наслаждался взглядом Минхо, направленным на него и его наготу, он начал чувствовать холод, так что ему стоит прикрыть свои части тела. — Шоу закончилось? — спросил Минхо, подняв бровь. — Шоу на паузе, — Джисон ухмыльнулся и подмигнул. Это заставило Минхо засмеяться, что помогло Джисону почувствовать тепло и головокружение. Ему всегда нравилось смешить людей, и, каким-то образом, это было легче делать с Минхо. Наверняка потому, что Минхо смешил и его тоже. — Может, определённое количество наготы тоже должно быть обязательно в наших отношениях, — дразнит Минхо. — Ого, — Джисон засмеялся. — Определённое количество — это сколько? — Всё время, пока мы дома? — дразнит Минхо. — Что значит дома? — Джисон старается сохранить обычное лицо, но он проваливается, и они оба взрываются смехом. Джисон понимает, что прошло довольно много времени с тех пор, как он искренне наслаждался чьей-то компанией, ведь, чем больше он слышал смех Минхо, тем больше он находил этот звук очаровательным. Не помогает и то, как лунные лучи, проникающие через окно, падают на лицо Минхо таким образом, что, кажется, он светится ореолом. Он выглядит несправедливо ангельским, бесплотным. Джисон всегда был слаб на красивых парней. Прямо со старта Минхо излучал интригующую таинственность. Возможно, поэтому Джисону и пришла в голову эта глупая идея со спидраном в отношениях. Возможно, это был всего лишь способ его мозга дать повод задержать Минхо подольше, чем на одну ночь, дать ему дополнительные 24 часа с этим красивым и идеальным мужчиной. Он неосознанно вздрагивает — ещё одна причина, почему он перестал хотеть отношений. У него был плохой опыт со слишком быстрыми, сильными влюблённостями, с романтизацией его партнёров, когда он буквально ничего о них не знал, с романтизацией их даже после того, как в отношениях начинали появляться явные трещины. — Джисон-и, — спокойный голос Минхо прорезается через его мысли. — Земля вызывает Джисона. — Марс вызывает Минхо, — он ответил так повседневно, что это вызвало у Минхо маленький смешок. — Пенни за твои мысли? — Ты думаешь, что мои мысли стоят настолько мало? — Верно, — соглашается Минхо. — Их не должно быть на протяжении следующих 24 часов. — А… подожди. Что? — засмеялся Джисон. — Почему? — Разве мы не в отношениях? Мысли — это супружеская собственность, — говорит он. — Ты будешь в шоке, узнав, насколько много людей указывают это в брачных договорах. Джисон засмеялся. — Тебе кажется, что я вступаю в отношения с открытым общением. Но в моем случае обычно всё разваливается на Четвертом этапе. — Наверное, поэтому нам следует начать открываться уже сейчас, на Втором этапе! — Разве мы не договорились, что Вторая стадия посвящена проверке сексуальной химии? — Джисон усмехнулся и щекотно постучал своим коленом о колено Минхо. — Разве мы это уже не сделали? Они смотрели друг на друга, когда Минхо делал глоток вина с его кружки. — Честно говоря, у меня нет идей, что мы делаем. А у тебя? — посмеялся Джисон. Джисон уже давно понял, как надевать на себя уверенность. Это не та вещь, которую он носит, как вторую кожу. Больше похоже на колючий свитер холодной зимой. Эта вещь согревает его, позволяет ему функционировать, но она никогда не была по-настоящему комфортной. Он избавился от этого, но не может не думать, что раскрытие его настоящего — неуверенного в себе, охваченного тревогой — усугубляло конец его прошлых отношений. Это ещё одна причина, почему секс на одну ночь работал. Никто никогда не хотел узнать его после конца совместной ночи, и Джисон никогда не хотел оголяться перед ними, никогда не хотел показывать свои шрамы, триггеры, комплексы. Он предполагает, что технически, чтобы этот эксперимент с Минхо сработал, он должен показать хотя бы немного, кто он на самом деле. Но в глубине души, он уже знает, что это бессмысленно. Он уже принял, что этот эксперимент провалится, вероятно, из-за него и его отказа ослабить бдительность, так что он просто собирается насладиться дополнительными двадцатью-четырьмя часами с идеальной добычей, как Минхо, прежде чем он отправит его обратно в дикую природу. — …или пить, — говорит Минхо, и снова Джисон позволяет себе выбраться из своих мыслей. — А? — Разве это не часть отношений, где нам следует узнавать друг друга? — Минхо посмеивается. — Это немного странно для пары тридцатилетних мужчин, но… — Вообще-то мне 29, — прерывает Джисон с ухмылкой. Минхо засмеялся. — Ах. Получается у нас разница в два года. Видишь? Мы уже узнаём вещи друг о друге. А ещё это значит то, что я старше тебя, так что слушай меня… — Эй! Разве люди в отношениях не должны быть равны независимо от их возраста? — И быть равными значит, что тебе нужно остановиться и послушать меня! — Минхо фыркает, притворяясь раздраженным. Он даже больно щелкает Джисона по лбу, что заставляет его хихикнуть. В сотый раз за эту ночь Джисон наслаждается тем, насколько легко быть с Минхо. — Я слушаю. Ты хочешь поиграть в алкогольную игру, чтобы мы смогли узнать друг друга лучше. Минхо кивнул. — Я не играл в них с тех пор, как мне было 20, но если у тебя есть другие предложения, то я весь во внимании. — М-да. Давай сделаем это, — Джисон улыбнулся. Он не играл в алкогольные игры уже как несколько лет, но ему кажется, что это должно быть весело с Минхо. — Ты первый. Минхо подумал несколько секунд. — Что тебе нравится есть на завтрак? — И это твой вопрос? — Джисон странно смотрит на него. — Ты всегда начинаешь с простого, — указывает Минхо. — Обычно я не завтракаю, — признаётся Джисон, — но иногда я ем блины в забегаловке на улице, — он целует кончики пальцев, чтобы подчеркнуть. — У них самые лучшие блины. — Ну ладно, я думал о том, чтобы приготовить что-нибудь для тебя, но раз они лучшие, тогда кто я такой, чтобы соревноваться с ними? — Минхо нарочно капризничает. Джисона это раздражает, но он только хочет поцеловать его. — Прекрати это! — предупреждает он, смеется и тянется, чтобы пальцами ущипнуть пухлые губы Минхо. — Я бы очень хотел, чтобы ты приготовил завтрак, но единственное что у меня есть это 3 пачки рамёна. Ох… ещё одинокий стебель зелёного лука. — Нет даже яиц? — Последнее я разбил сегодня утром. Минхо засмеялся. — Может, сходим в магазин за продуктами? Это же тоже важный момент в отношениях, да? — он сделал паузу, и посмотрел на потолок. — У меня был один бывший, с которым я расстался из-за того, что он всегда приходил с удвоенным количеством продуктов из ёбанного списка, который я ему давал. Он постоянно покупал бесполезный хлам! Джисон быстро моргает. — Серьезно? — засмеялся он. — Я несколько раз так делал, — признаётся он. — Продукты по скидке выглядят так заманчиво! Минхо фыркнул. — Он был просто ужасным и не знал, как правильно распоряжаться деньгами, ладно? Поверь мне, я знаю почему я расстался с ним! Джисон тоже фыркнул. — Окей, я понял. Я верю тебе, — он ухмыльнулся, ведь знал, что Минхо поверит ему. И он доверяет Минхо — но почему? Минхо ухмыльнулся и поднял свою кружку с вином перед Джисоном. — Твоя очередь. Джисон кусал свою нижнюю губу и смотрел на Минхо. Тот дал ему несколько секунд на размышления. Он хочет застать его врасплох, хочет проникнуть в его голову и заставить раскрыть что-то, что сделает его таким же уязвимым, каким чувствует себя Джисон. — Окей, сколько длились твои самые короткие отношения, и почему они закончились? — Пять мин- — Не считая детский роман, который был у тебя с твоим лучшим другом в пять лет! — прервал Джисон. — Точно, я и забыл, что уже рассказывал тебе об этом! — Минхо беззаботно засмеялся. — Хм. Окей, не считая этого, отношения длились шесть месяцев. Мне было 18, и мы расстались потому, что… она была девушкой. У меня была ещё одна девушка до нее, но тогда я был ещё ребёнком и они длились настолько долго, насколько она хотела. Примерно полтора года. Тогда, в 18 лет, думаю, можно сказать, я действительно наконец разобрался в себе и в том, что… кого я хочу. Я расстался с ней после окончания старшей школы, и использовал выпускной, как предлог, но я знал, почему я действительно это сделал. — После этого ты больше не встречался с девушками? Минхо потряс головой. — Каково это — встречаться с девушкой? Минхо засмеялся. — Ты же знаешь, теперь моя очередь. — Продолжай! — Разве это разрешено? — В этой игре нет правил. — Кто сказал? — Я сказал. Минхо фыркнул. — Почему бы тебе не пойти и не попробовать, раз тебе так интересно? Джисон бессознательно вздрогнул. — Нет, спасибо, — он жестикулирует рукой. Минхо вздохнул и потряс головой. — Я спал с ней один раз. Это было ужасно, но нам было только 18, и это был первый раз для обоих, — он пожал плечами. — Мой первый раз с мужчиной был тоже ужасным, если и не хуже. Но это чувствовалось правильно, так что это было наверно и лучше, мне кажется… — А, — Джисон кивнул. Минхо был невозмутим, казалось, что, чем больше он говорит, тем больше Джисон узнает его, больше тонет в этом мужчине. И тем громче сирена в голове, которую сейчас им легче игнорировать. — Ладно, хорошо, теперь твоя очередь, — пробормотал он. — Окей, — Минхо кусает свою нижнюю губу и задумывается на несколько секунд. — Без обид, но… — он поднимает чашку, — у тебя когда-нибудь были отношения, в которых тебе, ам, не изменяли? Вопрос ошеломил Джисона, он не ожидал ничего подобного. Минхо явно лучше в этом. Джисон тихо посмеялся. — Что случилось с простыми вопросами? Минхо засмеялся. — Ты всегда можешь выпить. Игра предлагает два выхода. Джисон потряс головой. Он решил оголиться и быть честным, только потому, что он отказывается быть первым, кто не ответит на вопрос. — Я встречался с одним парнем в середине моих 20-х. Мы были вместе почти год, и он был очень верным. — Почему вы расстались? Джисон пожал плечами. — Он был слишком хорошим. Милый парень, который не обидит и мухи, — он вздрогнул от признания, которое собирался сделать. — Так что мне стало скучно, — он задумчиво улыбается. — Он вернулся домой в Австралию, он здесь жил всего год из-за работы. Он хотел, чтобы я поехал с ним, но… — он пожал плечами. — Я не хотел. Я мог, но не хотел. Так что мы расстались. — Ох. Джисон фыркнул. — Ага. В любом случае, это в прошлом. И я не жалею. Он был слишком хорошим для меня, — это была ещё одна вещь о нём и о его отношениях — единственный раз, когда кто-то хорошо относился к нему, он был тем, кто хотел уйти. Тем, кто не был удовлетворен. Еще одно доказательство того, что с ним что-то не так. — Я и не думал, что такое бывает, — спорит Минхо. — Если отношения хорошие, тогда оба человека хорошо относятся друг к другу. Если нет, тогда один из них плох для другого- — Тогда это мой случай. Я был плох для него. Минхо потряс головой, игнорируя жалость Джисона к самому себе. — Или они оба плохи друг для друга. Мы едва знаем друг друга один день, но я не думаю, что ты плохой. Ты весёлый и честный. И ты заслуживаешь большего и лучшего, чем имеешь сейчас. У Джисона сбилось дыхание, а в груди что-то зацвело. Он не знает почему слова Минхо значат так много для него, но на душе так приятно, когда тебе говорят, что ты заслуживаешь большего. Конечно, он не поверит в это, но это добрые и милые слова. Минхо, кажется, тоже слишком хорош для него. Джисон фыркнул и сделал глоток вина, даже если ему не надо было. — Моя очередь, верно? — Спрашивай. Джисон поднял свою голову, его губы изогнулись в ухмылке. Он пытался придумать что-нибудь, чтобы снять внезапное напряжение в воздухе. — Так… Ты слижешь соус табаско с моего члена за 5 долларов? Минхо чуть не подавился собственной слюной, он прохрипел и откашлялся. А Джисон может только усмехнуться, наблюдая за этой реакцией. Попался, думает он. — Будешь пить? — насмехается Джисон. Минхо шипит. — Вообще-то, это не Правда или Действие! Всё что мне нужно делать — это отвечать, и это лёгкий вопрос. Я это уже сделал за бесплатно! Я хорошо переношу острое, и я не тот, у кого будет гореть член от острого соуса на нём. Так. Хочешь, чтобы я это сделал прямо сейчас? Джисон быстро моргает, потому что, чёрт, окей, его обыграли. — Никакого веселья, — дуется он. — Никакого веселья?! Не моя вина, что ты не обдумываешь свой вопрос, — кудахчет Минхо. — Твоя очередь! — фыркнул Джисон, решая игнорировать логику Минхо. — Окей… Какой у тебя самый странный кинк? — спросил Минхо, быстро, не опуская глаза. Что-то быстро пришло на ум, но это слишком: слишком пошлое, слишком правдивое. Технически это даже не кинк, который можно определить, как сексуальное предпочтение, что кажется странностью. И суть в том, что ничего не заводит Джисона больше, чем вставать утром после секса и видеть, что вторая часть кровати всё ещё занята. Он говорил самому себе, что не ищет ничего большего, но что-то до сих пор обнадёживает, когда он находит, что вторая половина кровати занята, что кто-то решил остаться. Это нелогично, он знает. Смысл этого всего в том, что нет привязанности. Нет утра после. Он никогда никого не выгонял, но всегда оставлял им возможность уйти. И чаще всего, они пользовались ей. Технически, Минхо был с ним утром, но только потому, что они отсыпались — они проговорили до рассвета, пока солнце, встающее из-за горизонта, не оповестило их о том, что Минхо пора уходить. В любом случае, Джисон не хочет выдавать это за ответ, так что он кусает свой язык и пытается вспомнить что-то ещё, чем можно было бы поделиться. — Игра в животных, — это было первое, что пришло ему в голову. Его голос ровный, и, честно говоря, это не то, что автоматически возбуждает его. Но один раз он переспал с парнем, которому нравилось это, и Джисон насладился этим даже больше, чем думал. Минхо смотрел на него. — Мяу, — сказал он, так ровно, будто знал, что Джисон падёт к его ногам. — Возбудился? — М-м. Да. Я так возбужден. Возьми меня сейчас, — Джисон замолчал и закатил глаза, что заставило Минхо засмеяться. У них снова перерыв на смех, и он легонько бьёт коленку Джисона. — Фантазия о знаменитости, — Джисон ухмыляется, принимая свою очередь, и ловит руку Минхо до того, как она сделает ещё один удар. — С кем и что бы ты хотел сделать с ним? — Такседо Маск, — ответил Минхо, даже не задумываясь. — И я бы хотел с ним сделать то, что он делает лучше всего — стоять рядом и ничего не делать, — он засмеялся. — Просто выглядеть горячо. — Ты серьезно? Разве он знаменитость? — Джисон таращиться на него. — Ну он знаменит, разве нет? — Минхо смеется. — У меня краш на него ещё с тех пор, как я был ребенком, и самое лучшее в нём то, что он просто стоит и выглядит красивым. Джисон фыркнул. — Тогда у меня краш на Хаула. — Из Ходячего Замка Хаула? Джисон искриться и гордиться, что Минхо сразу понял кого он имеет в виду. — Ага. Я бы хотел прокатиться на его ходячем замке. — На его ходячем замке? — Минхо играет бровям. Джисон хихикнул. — Мой последний бывший ненавидел то, насколько я люблю аниме. — Что? Почему? — Он сказал, что это для детей. — Как глупо. Это неправда. Если ты наслаждаешься этим, то неважно сколько тебе лет. Джисон смягчился, как этот мужчина может быть настолько идеальным? — А если я тебе скажу, что я также увлекаюсь косплеем, ты продолжишь так думать? Минхо даже не задумался. — Тогда я спрошу, ты косплеишь для публики или занимаешься косплеем в пределах спальни… Джисон опять сломался, ему нужен ещё один глоток, ведь, чем больше он проводит время с Минхо, тем больше чувствует себя комфортно. Сирена предупреждения об опасности снова звенит у него в голове, но он её отключает. — Разговоры для детей, — заключил Минхо. — Снова моя очередь. Хочешь детей? Джисон быстро моргает. В вопросах Минхо нет шаблона: они то легкие, вздорные, то застают его врасплох, слишком грубые, касаются слишком близко тем, которые он хотел бы оставить спрятанными. — Нет, — быстро ответил он. — Я недостаточно сумасшедший, чтобы хотеть взять детей в этот дерьмовый мир. Уголки губ Минхо дёрнулись. — Может, мне стоит пояснить, — ответил он. — Я не спрашиваю, хочешь ли ты быть биологическим отцом детей. Я спрашиваю, хочешь ли ты собственных детей. Например, я бы взял ребенка из детдома, — признаётся Минхо. — Не прямо сейчас, но когда-нибудь да. Это не про желание иметь маленького мини-меня. Есть много детей, которые нуждаются в любви, которые заслуживают шанс и… — он мило улыбнулся, и в этот момент Джисон замечает намёк на ту уязвимость, что ему так хотелось увидеть. — Если я смогу сделать это и помочь вырастить кого-то, научить быть более открытым, быть… Я не знаю. Более добрым? Тогда было бы славно. Прости. Я звучу наивно? Джисон пялится на него и трясёт своей головой. Изображение Минхо с ребенком слишком драгоценно. Что он вообще знает об этом человеке, чтобы предположить, что он может быть хорошим отцом? Не так уж много, и все же прямо сейчас, судя по тому, как он говорит, Джисон думает, что он может ответить. — Это чудесная идея, — признаётся Джисон. — Я… — он застенчиво опускает голову. — Я люблю детей. У моего брата две дочки… он и его жена переехали, но каждый раз, когда я приезжаю к ним, я балую этих детей как сумасшедший. Я не знаю об отцовстве, но… то, что ты сказал. Что ты описал. Это прекрасно. Но я не думаю, что я был бы хорошим родителем. У меня точно не было хороших образцов для подражания в этом деле. Минхо хмурится, кладет руку на колено Джисона. Такой простой жест электризует Джисона. — Ты продолжаешь унижать себя, — сказал он, простой и тихий вывод без осуждения или жалость. — У меня тоже не было хорошего примера, когда это касается родительства, — Минхо посмеялся. — Как я и говорил, мои родители — отличная пара, но не родители. Ты и я — думаю, у нас всё хорошо. Насколько я понимаю, с тобой тоже всё в порядке. — Ты так думаешь, — фыркнул Джисон. — Да? Я не прав? — Минхо улыбается тепло, поощрительно. — Тогда исправь меня. Где я не прав? Минхо смотрит на него влюбленно, любяще, нежно. Это согревает Джисона, даёт ему комфорт. Заставляет его почувствовать, будто в нём есть что-то, чем он может гордиться. Что-то, что можно любить. Это очень опасное чувство. — Ты не знаешь меня. — Разве это не то, что мы сейчас делаем? Узнаём друг друга? Так скажи мне. Где я не прав? Джисон пожал плечами. — Ты поймёшь это рано или поздно. Скорее всего рано, если мы сделаем эксперимент правильно. Минхо засмеялся. — Справедливо, — он делает паузу и жестикулирует. — Детей прошли, — продолжает Минхо, — что ты думаешь о домашних животных? — А, ладно, когда я рос, у меня была собака, — ответил Джисон. — Единственный настоящий компаньон моей юности. Минхо сморщил свой нос. — Ты собачник, получается? — Да, наверно, мне кажется. Но сейчас, когда я вырос, я бы хотел кота. Кота или рептилию. Лицо Минхо прелестно освещается, думает Джисон. — Ты встретишься с моими детьми завтра, — объявил Минхо. — У тебя есть дети? — фыркнул Джисон. — Или ты имеешь ввиду котов? — Да! — Минхо усмехнулся. — Их зовут Тод и Куппер. Тебе они понравятся. Узнаем, нравишься ли им ты. — Ага, — промычал Джисон, уже чувствуя предвкушение под кожей. — Мы узнаем это! Подожди, Тод и Куппер? Из «Лис и Пес»? — Ох! — Минхо ухмыльнулся от радости, что Джисон понял откуда он брал референсы. — Да. — Этот фильм пиздец депрессивный. Я смотрел его, когда мне было 8 — это моя травма. И потом, когда я пересмотрел его в 20, я всё равно выплакал все свои глаза. — Безумие то, что это сделано под детский фильм, — согласился Минхо. — Но я назвал своих котов в честь их. В этой жизни, как коты, они смогут быть вместе. Джисон сделал паузу и смотрел на Минхо большими, круглыми глазами с частичками… трепета, может? Джисон не уверен, но он думает, что он в этот момент правда видит Минхо. — Это правда мило, — пробормотал Джисон. Гримаса Минхо выражала что-то похожее на смущение. — Ам. Да. Наверно.

***

— Блины или вафли? — спросил Минхо. Едва наступило 6 утра, а они уже на улице. Как они и договаривались прошлой ночью, они завтракают в любимой закусочной Джисона. Оба они едва спали, ведь в очередной раз проговорили до самого утра, прерываясь на ласки, рукоблудие и поцелуи. Честно говоря, Джисон уже давно ни с кем не целовался так, как с Минхо. Его бывший был не особо склонен к прелюдиям, как и все его ночные знакомства, последовавшие за ним. С Минхо, однако, не просто приятно разговаривать, он не только милый и забавный, но и ненасытный, когда дело доходит до поцелуев, и до сих пор он, кажется, хочет Джисона так же, как и Джисон хочет его. Так что как он может держать руки при себе? Он заставляет Джисона почувствовать себя подростком с гормонами, но сейчас, Джисону кажется, что это не плохо. Лучше наслаждаться, пока может. Даже сейчас, на публике, они сидят на одной стороне выбранного ими столика. Рука Джисона лежит на бедре Минхо, дразняще искушая его подняться выше. Правда, он сдерживается, больше для себя, потому что ему очень нравятся завтраки в этой забегаловке, и не хочется, образно говоря, гадить там, где ест. — Разве это не очевидно? — спросил Джисон, жестом указывая на восьми сантиметровую горку блинов. Минхо посмеялся. — Вафли тоже вкусные, — сказал он, накалывая кусочек, с него капает сироп, густой и вязкий. Минхо поднёс его ко рту Джисона, предлагая откусить. Он ест, тщательно пережевывая, прежде чем проглотить. — Вкусно, — соглашается он. — Но я предпочитаю простоту блинчиков, — сказал он. Минхо фыркнул. — Кофе или чай? — Кофе, — Джисон быстро ответил. — Я прошёл через стадию изучения различных типов кофе ещё в начале моих 20-х годов. Мой бывший в то время называл меня начинающим ценителем кофе. Тогда мне казалось, что это его задевало, но со временем я понял, что на самом деле он сказал это с насмешкой. Минхо пододвинулся, их руки потерлись друг о друга. Джисон был сосредоточен на блинах, но не смог удержаться от того, чтобы не погладить пальцами бедро Минхо, обтянутое хлопком. Минхо извивается под его прикосновениями, даже кусает язык, и Джисон сдерживает ухмылку. Он не знает, в какую игру они играют, но это что-то, думает он. — Тогда расскажи мне о кофе, — сказал Минхо, беря кусочек хрустящего бекона. — Э-э. Серьезно? — Конечно, — кивнул Минхо. — Я хочу знать то, что знаешь ты, — он повернулся и улыбнулся. Он кажется искренне любопытным во всём, что скажет Джисон. — А, ладно, — он запихивает в свой рот блинчики, пока думает. Он кофейный энтузиаст и по сей день, но его период одержимости уже давно в прошлом. В большинстве дней, его устраивает пить горячую чашку варёного кофе утром, и айс-американо ранним вечером. — Ты когда-нибудь пил Einspänner? — спросил он. Когда Минхо потряс головой, он продолжил. — Предположительно, это традиционный напиток венских водителей междугородних автобусов, но я впервые попробовал его в Южной Корее несколько лет назад. Суть в том, что кофе в стакане сохранялся теплым, благодаря густой сливочной начинке, что служила изоляцией для горячего напитка. Так что, когда пассажир садился, водитель мог быстро и легко пить горячий кофе через холодный крем. Но, как я уже сказал, я впервые попробовал его, когда гостил у своего брата в Южной Корее, и там его подавали очень сладким, с какао стружкой на верхушке крема, — он улыбнулся, ведь говорит о том, что вызывает ассоциации с приятными воспоминаниями. — Я говорил, что не стоит смешивать кофе и крем когда пьёшь, но сам постоянно забываю и смешиваю. — Мы должны попробовать его, — объявил Минхо. — Найди где-нибудь неподалёку место, где подают это кофе, пока мы вместе. Джисон не может перестать улыбаться. — Я знаю одно кафе, где подают его. Мы можем пойти туда, если у нас есть время. Минхо кивнул. — Чаще всего я пью чай, но если говорить о кофе, то я и сам люблю его. Правда, я никогда не интересовался этим. Я даже не знаю разницы между разными сортами. Я просто знаю то, что я люблю чёрный, без сахара и без крема. Они все одинаковые по вкусу. — Кощунство! — фыркнул Джисон. — Откуда зёрна собираются и как сортируются значит многое! Я просвещу тебя в это. — Можешь попытаться, — Минхо улыбнулся и взял свою кружку, дуя на неё перед глотком. — Кофе здесь отличный. — Это да, — согласился Джисон. — Я думаю, что это робуста средней темной обжарки. Минхо быстро моргает. — А, окей, мистер знаток кофе. — Эй! — Джисон закатил глаза. Он наслаждался передразниваниями. То, как прозвище слетает с языка Минхо, звучит не ехидно, а скорее ласково. Он надеется, что это не романтизация, потому что Минхо ему кажется пленительным. — Так, ты часто бываешь в Южной Корее? — Изредка. Там сейчас находится мой брат. Он моя единственная семья, с которой я поддерживаю контакт, — Джисон пожал плечами. — Он живёт здесь с семьёй на протяжении почти 8 лет, около 3 года после его женитьбы. Он на пять лет старше меня, и женился почти сразу же после окончания университета. Его дочери говорят со мной на корейском, так что я действительно тестирую свои возможности, потому что они используют много сленга. Минхо посмеялся. — Ты родился здесь или там? Джисон кивнул. — Моя мать была беременна мной, когда мои родители мигрировали сюда, так что я родился здесь, но зачат там. Дома мы всегда говорили на корейском, больше потому, что моя мать не была очень хороша в английском, так что я хорошо знаю его. Я ходил в корейскую субботнюю школу до того, как мои родители развелись. Мне тогда было 10, так что я вырос в тесном корейско-американском общении. Моя мама вернулась в Сеул спустя несколько лет после развода, поэтому я и мой брат проводили некоторые выходные там, пока мне не исполнилось 16? Это не сделало мои отношения с ней лучше, но… — Джисон пожал плечами, — у меня была стипендия в течение первых двух лет обучения в университете, до того, как я бросил учебу… — Ты бросил учебу? — М-м, — Джисон стыдился. Оправдывать это решение ему не хотелось, тем более что в юности он всегда хорошо учился, и все возлагали на него большие надежды. — Я перегорел, — бормочет он в оправдание. — Я изучал компьютерное инженирование, но я был несчастлив. Я не чувствовал мотивацию, потому что хотел делать что-то более креативное, но это было тяжело. Так что я бросил учебу, взял несколько лет отдыха. В большинстве своем, я подрабатывал на разных работах, чтобы кормить себя. В конце концов я вернулся в школу и получил диплом. К тому времени я понял, что всё не так уж и плохо. Всё получилось, просто я понял, что мне нужно еще иметь и возможность для творчества. Поэтому я стараюсь выступать в Muddy Water каждую неделю. — Это объясняет, почему бармен отчаянно пытался устроить тебе большой перерыв. — Наверное. Но, возвращаясь назад, у меня была полная стипендия, и я использовал эту возможность, чтобы отдалиться от обоих родителей. После того, как я вернулся у меня больше не было стипендии, но в то время я встретил моего бывшего жениха, — Джисон всё ещё стыдился. — Он помог мне с учебой, и я буквально только что закончил выплачивать ему долг. Он сказал мне, что я не обязан это делать, но я бы предпочел не быть в долгу перед таким мудаком, как он, понимаешь? — он усмехнулся. — В любом случае, я увлекся, извини. Первоначальный ответ — я родился здесь, но семья у меня сейчас живет в Сеуле, так что я навещаю ее, когда могу. А как насчет тебя? Ты тоже родился здесь? — Я родился здесь, но мы переехали, когда мне было 2? 3? — Минхо пожал плечами. — Вообще, у меня не много воспоминаний с того времени. Моему отцу предложили работу в Чикаго, и это была очень хорошая возможность, ведь он был молод и проработал всего несколько лет. Конечно мы переехали. Я вырос здесь, но мы были в Южной Корее несколько раз, когда я был ребенком, пока мои бабушки и дедушки были живы. Мои родители с Кимпхо́, мне всегда нравилось там. Когда я был моложе, я даже думал о том, чтобы переехать обратно туда, когда буду взрослым, но потом я решил пойти в школу закона, и эти мечты разрушились. Джисон почти предложил когда-нибудь слетать туда вместе, но прикусил свой язык. Для них не будет никакого «вместе» или «когда-нибудь» после того, как двадцать четыре часа истекут. — Джисон, — позвал Минхо. — Ты продолжаешь это делать. — А? Что? — он повернул голову на Минхо, который смотрел так, будто изучал его. Такое пристальное внимание нагревает лицо Джисона, и он ненавидит это, но в то же время и наслаждается. От того, что его видят, ему становится не по себе, но также он чувствует себя нужным. Это странно. — Блуждаешь в своих мыслях, — уточнил Минхо. Он вдруг протягивает руку, проводит большим пальцем по уголку губ Джисона, и приливы крови на лице Джисона заставляют его снова почувствовать себя подростком, чей секретный объект его тайных фантазий просто сказал ему привет в коридоре старшей школы. — У тебя там сироп был, — объяснил Минхо. Глаза Джисона следят за тем, как Минхо слизывает сироп со своего пальца. Что-то происходит в его животе. — Спасибо, — пробурчал он — Ты готов идти? — спросил Минхо, и когда Джисон посмотрел вниз, то удивился, что он уже съел свой завтрак. Может Минхо был прав, говоря о его потерях в мыслях. Что-то в Минхо заставляло его думать, и пока он не чувствовал себя тревожно. Объективно он знает, что находится в шатком положении, что ему грозит опасность упасть слишком глубоко и слишком быстро, как обычно. Но это не похоже на то, что обычно происходит. Нет ощущения, что он бороздит глубины, самостоятельно выбирая путь. С Минхо же всё обставлено с комфортом, как будто они вместе исследуют неизведанные воды. Джисон думает, что, может, пора перестать думать. Осталось всего плюс-минус 18 часов, так что ему стоит наслаждаться этим временем. — Да, окей, — он делает глубокий вдох, собирает всю свою уверенность и ухмыляется. Потом наклоняется и захватывает рот Минхо. Тот быстро понимает, что происходит и даже не вздрагивает. Улыбается и легко отвечает на поцелуй. Что-то щекочет в животе Джисона, танцует в его грудной клетке. Он пускает смешок, так легко наслаждаться Минхо. — Пошли, — сказал Минхо, хватая его за руку и переплетая их пальцы. План состоит в том, чтобы отправиться прямо к Минхо, и Джисон обнаруживает, что взволнован. До сих пор всё, что у них происходило, ограничивалось только его пространством: бар, квартира, закусочная — всё это был его мир. Минхо очень охотно делится с ним своими переживаниями. Он более открыт и любопытен, чем Джисон обычно позволяет себе. Но сейчас они входят в его мир, в его пространство. И Джисон не может дождаться.