Проклятье Ночи

- Вероника – Герти потрясла меня за плечо. Я подскочила и села на диване растирая лицо ладонями. - Что? – только и могла сонно спросить я. В доме было темно – шторы были открыты и только свет от фонарей проникал в комнату. Надо мной стояла Герти заламывая руки и нервничая. - Там снова кто-то пришел. Кажется, там твоя знакомая – сказала она, указывая на лужайку за окном. Прячась за шторами в комнате, стояли близнецы и они смотрели то на меня, то на улицу. Я подошла к окну. - Блять! – выругалась я. Я шла размашистым шагом, злая и готовая ругаться. На середине бетонной дорожки стояли Герри с Дженни. И их вида правда можно было испугаться – их глаза светились как маленькие луны. Я, проклятье меня подери, хорошо понимала, что это может означать. - Что он сказал вам сделать? – спросила я подходя. Дженни порывисто обняла меня, но я оттолкнула ее. - Мы пришли убить их. – ответил Герри. Что он, что Дженни выглядели немного отстраненными, сверхъестественными. Как будто он зачаровал их, как будто Эйприл загипнотизировал их и дал им приказ. - Я не позволю. – сказала я Я злилась, и сила внутри меня оживала. Колючая и горячая она шевелилась в моей груди, как маленькая кошка с усыпанными иглами кожей. Она расправлялась, потягивалась и выпускала когти. Мне было больно от ее движений. - Мы должны, иначе они убьют тебя. – сказал Герри. - Нет! – вскрикнула я. Сила вырвалась из-под земли и выстрелила вверх. Она разметала мои волосы. - Отойди – просто сказал Герри. Он вытянул руку собираясь сдвинуть меня с пути. - Нет! – закричала я и скинула его руку. Я толкнула его и закричала: - Уходите! Уходите! Герри покачал головой. - Нет – коротко и твердо ответил он. - Ты – сказала я и рука моя сама собой скользнула в карман куртки. Пальцы мои коснулись опасной бритвы, которую я забрала у оборотня. «Мой трофей» - пронеслось у меня в голове. - Ты дал мне клятву, что жив пока служив мне – крикнула я и полоснула его по горлу. - Нет! – вскрикнула Дженни бросаясь ко мне. Она сбила меня с ног и оседлала меня. Она сжала мои запястья придавливая их к земле. - Ты тоже давала мне клятву – напомнила я. Дженни отпустила мои руки и зажала руками уши. - Нет-нет-нет, я тебя не слышу – она замотала головой. Я скинула с себя и с бритвой снова подошла к Герри. Он стоял на коленях глядя на свои залитые кровью руки. Я схватила его за волосы и задрала голову, чтобы нанести еще один удар. Дженни прыгнула мне на спину, и мы покатились по газону. Дженни вцепилась руками в бритву. Она хваталась за лезвие раня себя. Она вскрикивала каждый раз, когда касалась лезвия, но не оставляла попыток забрать его у меня. Мы боролись с ней катаясь по траве. Я раз или два успела порезать и ее. Кровь Дженни брызнула мне в глаза, и я зажмурилась. Дженни нажала на мою ладонь до боли стиснув пальцы и вытащила бритву. - Остановись! – крикнула она – это мы на твоей стороне! - Нет – прошипела я – вы на Его стороне! И я снова сбросила ее. Она упала подхватывая себя, подставляя за спиной руки, а я бросилась на нее сверху. Я повалила ее и стала душить. - Ты – шипела я сквозь зубы – давала мне клятву! На крови клятву! Служить мне! Я дала тебе силы, я дала тебе еще одну жизнь! Я забираю это назад! Я с силой сжала ее горло, до жуткого хруста и отпустила. Я подняла руки и посмотрела на них. - Что я наделала – тихо сказала я. Дженни шевельнулась, и я снова нависла над ней. - Джамила – сказала я –Джамила я… - Умирать всегда так страшно – просипела она – очень страшно…это последний раз… Я провела ладонью над ней ощущая, как та сила, что была ее вампирской сущностью уходит. Она истекает из нее и растворяется, исчезает. - Блять…. – прошептала я. Я медленно встала. Я дрожала с головы до ног. - Герри – шепнула я. Я обернулась и увидела его лежащим на траве. Он зарылся лицом в пожухлую от холода траву, его пальцы скорчились, сгребая в горсти землю. - Герри… - я упала на колени и подползла к нему. Я потрясла его за плечо, и он был еще теплым, мягким, но… он не был живым. Они оба выжили тогда, потому что дали клятву служить мне, они приняли свой еще один шанс вместе с кровью, что я дала им. - Нет! – я закричала – нет! Эйприл дал Герри шесть лет жизни, Дженни получила вечность, а я все отобрала это. Я дрожала, глядя на мертвые тела. Что я наделала? Что я наделала? Я же дала им еще один шанс, я дала им силу залечить свои раны… А они дали мне клятву служить. Они дали клятву, что живы, пока служат мне. Я встала медленно, как во сне. Я повернулась к дороге и сделала первый шаг. Я закачалась и сделала еще один. - Они были бы живы, если бы он не приказал им пойти против меня – прошептала я. – Это он виноват… Я сделала еще один шаг чувствуя, как сила снова вскипает во мне. Снова колючая и жадная она просыпается во мне. Меня догнали Ден и Герти. - Куда ты? – спросила Герти. Она дрожала и обнимала себя за плечи, а Ден смотрел на меня широко раскрытыми глазами. - Ты обещала поехать с нами – сказала Герти – мы сейчас поедем. - у меня есть еще одно дело – прошептала я – я должна кое куда сходить… - Стой! – Герти схватила меня за руку и задержала – Ден подвезет тебя. Подожди. Она кивнула. Дену и тот развернулся и побежал к дому. Герти держала меня за руку, а я стояла и смотрела себе под ноги. - Он виноват – прошептала я. - Что? – спросила Герти. Она наклонилась, заглядывая мне в лицо. Я смотрела прямо перед собой. - Я должна попрощаться как следует… - медленно сказала я. - Ден тебя подвезет, а потом вы нас догоните – сказала Герти оборачиваясь и глядя за спину – а вот и он! У Дена был темно-красный пикап. Старый и кое-где проржавевший до дыр. И как он только был на ходу? - Садись, давай – Герти запихивала меня на пассажирское сидение. Я двигалась вяло, но не сопротивлялась. Герти хлопнула дверью, а потом обошла машину и хлопнула по капоту: - Давай, Ден, туда и обратно! - Куда едем? – спросил Ден и голос его доносился до меня как из далека. - Ховард стрит – сказала я. Я повернулась и сползла по сиденью отключаясь. Как будто кто-то хорошо треснул меня по голове. - Ховард стрит – Ден тряс меня пытаясь разбудить – мы на Ховард стрит. Я села выпрямляясь. - Да самого конца улицы - ответила я и снова задремала, откинувшись на сиденье. Около Особняка Ден припарковался. Он вышел открыть для меня дверь и собрался идти со мной. - Нет – сказала я – стой здесь и жди. - Ты вернешься? – спросил Ден. - Конечно. Я чувствовала себя очень знакомо – в груди был холодок и руки мелко дрожали. Это было знакомое ощущение и имя ему – необратимость. После смерти родителей, я чувствовала тоже самое. Только тогда я считала себя виноватой в этом, я прокляла себя за их убийство и мне очень хотелось себя наказать… я вытеснила у себя это из памяти. Психика такая гибкая, что травмирующее событие может легко стереться из памяти и то, что останется тебе – это кошмары и триггеры, которые будут повергать тебя в шоковое состояние. Например, кровь на руках. Я вспомнила, когда еще раз мои руки были в крови, когда все вокруг было в крови – когда я убила их, и танцевала в их крови. Танцевала и слизывала со своих рук красную влагу их жизни. Я поднималась по каменным ступеням крыльца и сердце мое стучало громко и медленно, в такт моим шагам. Что я собиралась сказать ему? Что? Я толкнула дверь, и та медленно и со скрипом открылась. В прихожей было темно. Я оглянулась, ища глазами Штефана и не нашла его. Я прислушалась, застывая всем своим существом – есть кто в доме живой? Я увидела приоткрытую дверь гостиной, как будто приглашение для меня. Я пошла туда. - Я убила твоих слуг – сказала я. Эйприл стоял ко мне спиной у камина. На нем был черный мягкий халат, просторный, с широкими рукавами, и длинным подолом. Он крутил в руках кинжал Хендриксона. Когда я вошла - он не повернулся ко мне. - Ты убила моих друзей. – тихо ответил он. Я смотрела ему в спину, на его затылок, обращенный ко мне весь в крутых колечках черных блестящих волос. Обстриженные коротко – его волосы невозможно вились. Эйприл молчал, не обращая на меня никакого внимания. И только лезвия кинжала играло гранями в свете от камина – единственного источника света. Фигура Эйприла стоящая против света будто врастала в темноту комнаты, растворялась в ней. - Что-то еще? – спросил он тихо. - Я уезжаю. – сказала я. Эйприл обернулся и посмотрел на меня. - Я не разрешал тебе уезжать – только и сказал он. Я снова разозлилась и топнула ногой, точно разгневанная пятилетка и закричала: - По какому такому праву, ты можешь не разрешать мне?! - По праву сильного – спокойно ответил он. - Я здесь сильнее! – закричала я – Ты лишился силы! Ты не можешь указывать мне! - Где твоя сила? – спросил он. Я набрала побольше воздуха в грудь собираясь криком отстаивать свою правоту и замерла. Силы не было. Я выдохнула и молча и пристыженно смотрела на него. Эйприл повел плечами скидывая с них халат, а я отвернулась. Я покраснела от одного вида его голых плеч. Он начал говорить что-то тихо и нараспев, я не могла разобрать слова и вдруг поняла – что он говорил на другом языке. И если я не понимала его, то сила моя, демон мой понимал его. Он призывал мою силу, и я влекомая колючим шевелением в груди обернулась к нему. Эйприл стоял, вытянув в мою сторону окровавленную ладонь и звал меня. Он говорил то, что понимала моя сила: - Приди Великая Богиня, приди и прими мой дар, приди и испей моей крови я дарю ее тебе… Я сделала шаг ему на встречу и еще один… и пошла вперед. Он коснулся моего лица окровавленной рукой и провел по нему оставляя след. Он положил кинжал на каминную полку за своей спиной и протянул обе руки ко мне. Он привлек меня к себе и положил руку мне на затылок наклоняя меня к ране у него под ключицей. Я обняла его и прижалась ртом к неглубокому порезу. Я вылизывала кровь как кошка и чувствовала, как хорошо было у меня внутри. Эйприл откинул голову назад, когда я прошлась губами по его шее оставляя кровавый след. - Видишь – сказал он – я могу призвать твою силу. Я могу тебя подчинить… - Видишь – передразнила я. – видишь? Моя рука скользнула по его спине и пальцы нашарили холодное тело кинжала. - Видишь? – снова спросила я и ткнула его кинжалом под ребра, чуть ниже груди. Он ахнул, его глаза широко открылись. Я выдернула кинжал. Эйприл сделал шаг от камина. Он прижал левую руку к ране и отнял ее. Он смотрел на пальцы, вымазанные в крови, и не верил своим глазам. Он сделал от меня шаг назад, ноги его запутались в полах халата, и он упал. - Видишь? – издевательски передразнила я. Я встала над ним, и глядя сверху вниз облизала лезвие. Он глядел на меня как будто первый раз видел – со страхом. И он не верил, что я могу причинить ему вред. - Ты не попала в сердце – сказал он. - Я не целилась. – ответила я. Я села на него и наклонившись приставила кончик кинжала к шраму, начинавшемуся от основания шеи. - Видишь? – снова спросила я – мало призвать… ты никогда не смог бы управлять мной. Я ткнула кинжалом его в начало шрама – Эйприл вздрогнул всем телом. - Не дрыгайся, а то будет слишком глубоко. – сказала я и повела кинжал вниз. Я собиралась разрезать этот безобразный шрам – след от неудачного жертвоприношения. Жертвоприношения мне. Эйприл коротко и не глубоко дышал. Его пальцы впивались в ковер, а я медленно вела лезвием сначала вдоль грудины, затем по животу, мимо аккуратного пупка и до самого низа живота. Шрам открылся и кровоточил. Я отложила кинжал и опустила свое лицо к новому порезу. Я слизывала кровь языком и собирала ее губами опускаясь вдоль всего шрама все ниже. Эйприл вздрагивал, но не двигался. Мне нравилось то, каким он был сейчас беззащитным и покорным мне. Моя жертва. Он принадлежал мне. - Ты убьешь меня… – то ли спросил, то ли попросил он. Я прикусила кожу у него на животе. Я скользнула рукой по его телу, нашла рану под грудью и погрузила туда пальцы, заставляя его уже застонать от боли. Я приподнялась на локтях и вытащила пальцы из раны. Я облизала их, закрывая глаза от удовольствия и постанывая. Его кровь очень нравилась мне. Я выпрямилась и стащила с себя сначала парку – бросила ее в сторону, затем стянула через голову черное худи, отбросила и его. Я подцепила край кружев на бюстье и сняла и его. Затем я опустила руки и вымазала их в крови из раны на груди. Я подняла ладони к своему лицу и провела по нему, не шее, по груди – размазывая кровь по своему телу. - Так тебе нравится больше, правда? Я наклонилась к ране под грудью и стала вылизывать ее. Моя рука легла на низ живота Эйприла и я медленно потянула ее вверх. Вверх по кровавой полосе вскрытого шрама – оставляя гладкую кожу в разводах крови. Я набрала в рот крови и поднялась на вытянутые руки. Я поставила их по сторонам от головы Эйприла и наклонилась к его губам. Выпустила кровь тонкой струйкой ему в рот. Я наклонилась поцеловать его. Он обнял меня прижимая к себе. - Сумасшедшая – прошептал он – сумасшедшая. Я шарила в темноте по полу, то там, то здесь находя свои вещи. - Блять – шепотом ругалась я. На этот раз я не швыряла никуда свои вещи. Они были все сложены в одном месте, это мы не ограничились одним местом на ковре. Руки тряслись, и одежда на влажное тело натягивалась с трудом. Я нашла все, кроме своей парки и обуви. Рука в темноте наткнулась на что-то холодное и длинное. «Кинжал» - вспомнила я и прихватила и его. С кинжалом в руке я нашла парку, свои ботинки, я подхватила их и стала красться к двери. - Куда ты? – спросил Эйприл, и я застыла как грабитель, пойманный на месте преступления. - Я же сказала, что уезжаю. – я выпрямилась и продолжила, не оборачиваясь к нему, мне очень не хотелось сейчас смотреть на Эйприла – я уезжаю с Деном, он ждет меня на улице. Эйприл промолчал. Я вышла с одеждой в руках. На крыльце дома я остановилась и скинула свои ботинки – в свете фонарей было легче попасть ногами в них. Я не стала завязывать шнурки, накинула парку и спрятала кинжал в карман. Я сбежала с крыльца и подбежала к машине. Ден смотрел на меня широко раскрытыми глазами: - Ты вся опять в крови…- он потянулся коснуться моего лица, но я отвела его руку и сказала: - И эта кровь не моя. Давай заедем ко мне. Мне надо собрать вещи и принять душ. - Давай к тебе за вещами, у нас ты примешь душ, а я закину твою куртку в стирку. Я посмотрела на себя. Я правда была все заляпана кровью. На темной ткани парки – кровавые пятна хорошо были видны. И в свете уличных фонарей – кровь была почти черной. - Хорошо – согласилась я – давай. Я валялась в большой ванне на втором этаже дома. Перед тем как влезть в нее, и отдать. Дену вещи в стирку – я вытащила все из карманов и сложила на маленький столик около ванны. И теперь я смотрела на эти вещи и думала, что от каких-то из них мне надо избавиться. Бритву надо было спрятать, она была орудием убийства. Тело Герри, которое я оставила на лужайке перед домом уже убрали, кровь с травы смыли потоками воды, и она стекла в водостоки. Тела Дженни тоже не было. И если ее тело можно было просто оставить гореть под солнечными лучами – то с телом Герри явно надо было повозиться. Но я не спрашивала, что они сделали с ним. Кинжал блестел в свете ванной. Принадлежавший когда-то Хендриксону, он не помог ему, когда чудище во сне бросилось на него. Ставший моим трофеем – он снова пустил кровь демону, которого должен быть убить. Я, пожалуй, должна была оставить его себе. Хороший жертвенный кинжал всегда в хозяйстве пригодиться. Амулет-бусина загадочно блестел. Черные волосы, свитые в шнурок, тоже были блестящими, как и отполированные грани агатовой бусины. Я без зазрения совести оставила его себе. Еще один мой трофей. Ден постучал и приоткрыл дверь ванной комнаты: - Я вытащил вещи из сушилки. Все чистое, не осталось и пятнышка. - Хорошо – ответила я и он закрыл дверь. Я села и вытащила пробку из ванной. Вода зашумела смываясь. Я стала выжимать волосы скручивая их в жгут. С волос стекала уже прозрачная вода, я отмыла всю кровь с себя. Я обмотала голову полотенцем и стала одеваться. Перед тем как забраться в ванну – я приготовила чистые вещи, взятые из дома. Комплект нижнего белья из черного хлопка, с бледно-серым кружевом по краям, черные скинни-джинсы, еще одно черное худи. Я приготовилась рассовать вещи со столика по карманам, и рука моя замерла над бусиной. Что будет если я коснусь ее? Что будет, если я прочту мысли Дена? Я сжала бусину, покатала ее пальцами, она разогрелась, и я чуть не вскрикнула. Я задушила вопль ужаса прижав ладонь ко рту. Прямо передо мной стояла, рассыпаясь золотой пылью душа Сары. - Луна моя богиня… - прошептала я, отнимая руку ото рта. - Сара…- сказала я и девочка покачала головой. - Дина? – тогда спросила я и она утвердительно качнула головой. - Милая моя девочка…- прошептала я. Дина протянула мне руку, наверное, желая показать, убило ее, но теперь была моя очередь покачать головой. - Нет, малышка, я кажется знаю, что произошло… прости, что не смогла тебе помочь… Я спустилась на кухню и остановилась в дверях. Ден сидел на столе с чашкой чая в руках. Он увидел меня и улыбнулся: - Я сделал нам чай перед отъездом. Моя семья ждет нас. Я не ответила на его улыбку. Я подошла и взяла его за руку, и амулет-бусина коснулся его руки. Он вскрикнул, пытаясь скинуть мою руку, но я вцепилась крепко. Он боролся со мной еще какое-то мгновение, а потом увидел что-то за моей спиной. И тогда он перестал вырываться и посмотрел на меня совсем не так, как раньше. Он насмешливо смотрел на меня слегка прищурившись. - Тебе же сразу сказали, кто я такой. Кто мы такие. Почему ты не поверила? Я смотрела на него упрямо и зло. Я не знала, что я могу сделать. Но я точно не собиралась оставлять все это так. Что-то шевельнулось у него в дредах и на лицо ему медленно сполз паук. Я таращилась на этого паука и не могла поверить, что вижу нечто подобное своими глазами. И это был точно такой же паук, как те, что вычесал Герри из моих волос. Представитель семейства кругопрядовых. Почти не ядовитый для человека, когда встречается в природе, но, если это демонический паук? Я вскрикнула, увидев длинные тонкие черные лапки, показавшиеся из рукава его темно-бордового, худи. И стала уже сама вырываться, а Ден поймал мою вторую руку и тянул меня к себе. Он наклонил голову и встряхнул дредами и с их кончиков на меня посыпались пауки как перезревшие яблоки с веток. Я орала и дергалась, пытаясь их скинуть с себя, а она ползи по моей одежде к моей шее. Из рукавов Дена бежали, цепляясь за мою кожу тонкими ножками взрослые пауки и крохотные малютки. - Нет – орала я и дергалась – убери их! АААа! Пауки стали кусать мои руки. Они оставляли крошечные следы укусов на пальцах, кусали кожу над просвечивающими венами. Я пыталась скинуть их, дрыгая плечами, но они неумолимой волной подниались к моему лицу. Ден отпустил мои руки, и я повалилась на спину. Я стала стряхивать пауков, но мои руки вдруг бессильно повисли. Я боролась с навалившейся на меня слабостью, я все слабее трепыхалась, а пауки уже кусали меня за шею, их тоненькие длинные лапки щекотали мне лицо. - Они не ядовиты по-настоящему – сказал Ден. – вот что бывает с ведьмами, сбежавшими из дома. Он взвалил меня на плечо, точно куль с грязным бельем и пошатываясь под моим весом вышел из дома. Он прихватил с собой и мой рюкзак с вещами. - Чтобы все выглядело так, будто ты и правда уехала. – сказал он, показывая мне рюкзак. Я висела вниз головой и прямо перед моим глазами мелькала рукоять кинжала, который Ден прихватил с собой и засунул в задний карман джинс. Я смотрела на кинжал и не могла пошевелиться, не могла дотянуться до него. Ден закинул меня в свою машину, он стал устраивать меня на сиденье так, будто я просто заснула сидя я машине. Он пристегнул меня и наклонил мою голову устраивая под ней свернутый в ком свитер. — Вот так – сказал он – теперь тебе должно быть удобно. Он сел за руль и завел машину. Он посмотрел по сторонам отъезжая от дома и резко развернув машину направил ее в сторону выезда из города. - Мы последние из клана демонов-людоедов – начал говорить Ден – Раньше нас было много, и мы жили огромными семьями. В наших родных краях всегда тепло и сухо, а главное – там такой бардак и такое бедственное положение, что когда кто-то пропадает – все думают, что просто еще один сбежал в поисках счастливой жизни. Мы жрали людей без счета и разбора. Они там плодятся как мухи, ей-богу. Но потом, кто-то видимо стуканул, кто-то понял, что это неспроста. Кто-то из ведьм, наверное, пронюхал, что мы не простые ведьмы. Что слишком хорошо живем, когда другие буквально мрут от голода. И на нас натравили охотников на ведьм. Я совсем крохотный был тогда, и мать с отцом смогли унести меня и спрятать. Они спаслись и поселились в новом месте. Родилась Герти, родились близнецы… Но мама говорила, что надо ехать дальше, туда, где никто не слышал про клан пауков. Ведь нас могли узнать. Тот охотник на демонов спалил нашу старую деревню дотла, но что, если он узнает, что не все погибли в том пламени? Что если он поймет, что мы смогли преодолеть его круг? Не знаю как, но отец с матерью вырвались из запечатанного круга… Мы выкрали ребенка – о том, что мы воруем детей – тебе тоже, конечно, говорили и ты опять никого не послушала. Мы погрузились на корабль. Мы спрятались в каком-то грузовом контейнере и пока корабль медленно качался по волнам – мы сосали питательные соки из ребенка. Когда он умер, мама сказала, что мы должны съесть отца. Тебе, наверное, сложно это понять, но мужчины в нашей семье, не только выполняют роль прислуги, но и идут на обед, в голодные времени. Ведь наши самки дают потомство от любого мужчины. Ден улыбался с видимым удовольствием смакуя свою историю: - А потом на корабль напали пираты. Они вскрыли контейнер, в котором мы сидели, и раньше, чем что-то смогли понять – мама очаровала их. Она очаровала их главного и тот взял нас на корабль и привез сюда. На корабле мы ни в чем себе не отказывали – мы ели пиратов и бросали их мертвые тела за борт. Хотя… - Ден замолчал, прикидывая что-то в уме – в том контейнере, в какой-то момент, я подумал, что пришло время съесть и меня, но мама кажется действительно любит меня. Она выбирала между мной и Герти и уже почти выбрала съесть Герти, ее хватило бы на подольше, как ее спасли пираты. С тех пор, конечно, Герти и так бесится с этих традиций. Ведь ее чуть не съели. Он хохотнул. - Мы прожили здесь, несколько лет кочуя из общины в общину. Мы воровали детей и ели их в дороге. Мама встретила мужчину, он был вдовцом с маленькой дочкой на руках… ты видела ее – наша Сара. Тогда ее звали Дина. Мы уехали все вместе, с новым маминым мужем и его дочерью в следующую общину. И все было хорошо, пока не стал он чахнуть – мы пили его соки, пока он спал… пока Дина не заметила этого. Она тогда выбежала с криками и побежала звонить теткам… видимо они и объявили ее в розыск. Мы убили ее отца у нее на глазах, и Дина тронулась умом. Она перестала говорить, она только плакала и дралась. И нам это как бы даже на руку это. В новой общине нас жалели. Нам помогали, ведь мы потеряли отца и у нас была больная девочка, которая буквально таяла на глазах. И мы бы убили ее и выкрали новую, но до нас слух дошел… что живет здесь демон, кровь которого дает большую силу. Мама загорелась этой идеей. Она не могла больше рожать, но сила, которую могли бы получить ее дочери – дала бы нам возможность возродить клан. И мы, рискнув всем поехали сюда. И честно говоря, когда я встретил тебя в магазине – я сначала чуть не умер от страха. Мимо меня прошел самый опасный демон в истории, как говорили… Ты тогда налетела на меня, ты думала, что я испугался твоих слов – я испугался тебя. Я думал, что ты меня выкупила, что мне крышка, а ты меня приняла за ведьму! Ты с двух шагов не опознала во мне такого же демона. Хах! Твоя глупость оказалась нам только на руку. Мы пригласили тебя в гости, и ты такими влюбленными глазами смотрела на все в доме, а от малышки Сары ты чуть на сопли не изошла. Малышка сколько тибе лет – передразнил меня Ден. – Капец ты тупая. Тебе же прямым текстом сказали – демоны и людоеды… Он заржал, ударяя рукой по рулю, а потом потянулся и потрепал меня по плечу. - Ну да ладно, о твоей позорной глупости уже никто не узнает. Мы съедим тебя все вместе и заберем себе твою силу. Мы снова возродим наш клан, а ты будешь считать пропавшей безвести. Да и кому теперь тебя искать? Ты убила этих двоих у нас перед домом, и, наверное, того, к кому ходила. Не просто же так ты вернулась пропитанная чужой кровью? Он смотрел на меня и посмеивался. Он сделал какой-то жест рукой, будто пристреливая меня: - Молодец сестричка, ты облажалась по-крупному, но зато последний раз. И когда он это сказал, что-то ударило в машину сзади. Машину начало заносить, Ден стал закручивать руль и машину резко качнуло – я ударилась головой о стекло и потеряла сознание.