Rondo of the Nightmare

- Засыпай, Джию. Уже поздно, а завтра снова в садик. - Ну, пап! Расскажи что-нибудь, я просто так не засну! - малышка упрямо надула губы и уставилась на тяжело вздохнувшего отца исподлобья. - Хорошо. Только пообещай, что постараешься заснуть! - Конечно-конечно! - Джию сразу засияла, поудобнее устроилась под ватным одеялом и приготовилась слушать очередную импровизированную сказку. - Итак, - отец, прокашлявшись в сторону, вновь повернулся к дочери и напустил на себя таинственный вид. - Знаешь ли ты о Сером Человеке? - Нет... Ты никогда раньше не рассказывал о нём! - Тише, тише, солнце, соседей перебудишь. Кстати, о соседях - живет Серый Человек у нас на балконе. *** Та страшилка так и не выветрилась из головы. Казалось бы, столько лет прошло, а я всё не могла избавиться от иррационального страха перед нашим старым балконом. Конечно, со временем он притупился, но иногда, в особенно тёмные ночи, вновь накатывал ледяными волнами, и я, совсем как маленькая, пряталась под одеялом, судорожно подминая под себя все торчащие края, чтобы Серому Человеку уж точно не осталось ни щёлки, через которую он мог бы меня достать. Такая, казалось бы, ненадёжная защита, как одеяло, всё же помогала, и мне удавалось заснуть. Почему в прошедшем времени? Это всё больше не имеет смысла. Он уже пришёл, и я не успела спрятаться. *** - А что он делает, этот Серый Человек? - заинтригованная Джию подала голос. - Джию, ты же обещала засыпать! - отец разочарованно покачал головой, осознав, что теперь будет крайне проблематично угомонить заинтересованную девочку. Хотя... - Серый Человек наблюдает за нами, следит за соблюдением правил в нашем доме, - отец зловеще ухмыльнулся и продолжил. - А те, кто нарушают правила, будут наказаны. Напуганная Джию заползла глубже под одеяло, только широко раскрытые в страхе глаза, вперившиеся в довольного произведенным эффектом отца, и разметавшиеся по подушке волосы остались снаружи. - А как же он наказывает тех, кто нарушил правила, папа? - дрожащим голосом прошептала девочка. - Этого никто не знает. Кажется, лучше и не проверять, так что тебе стоит заснуть как можно быстрее, правда? - отец Джию уже не очень радовался ее реакции, кажется, он все-таки перегнул палку. - Спокойной ночи, ладно? Не волнуйся слишком из-за Серого Человека. Ты очень послушная девочка, Джию. - А если Серый Человек так не считает?... Вопрос повис в темноте без ответа. Отец уже ушёл. *** - Нет никакого Серого Человека. Но я всё равно задёрнула шторы на балконе. - Его нет. Тогда кто наблюдал за мной из-за окна четвёртого этажа в университете? Там не было и намёка на подоконник, на котором можно было бы стоять, только намёк на расплывчатую серую массу, отдалённо напоминающую человека. Суа так и не увидела, сколько я ей ни тыкала пальцем прямо в гущу Массы. Масса пялилась прямо на меня. - Твой отец его выдумал. А кто выдумал шаги, появляющиеся в безлюдных местах и следующие за мной? Я оборачиваюсь, но там никого нет. Я продолжаю путь, и Серый Человек, прячущийся в тень, тоже. - Это несерьёзно! Сколько же должно быть напускной серьёзности, чтобы отрицать невероятную и ужасную, но реальность, если Серый Человек стоял прямо в центре кофейни и смотрел на тебя, а остальные люди столько раз взглядом цепляли то же место и его не видели, а, Джию? Хандон в последний раз видели в этой же кофейне, может быть, он забрал и её? - Просто поверь! Уже поверила. И не могу отказаться от этой веры. Она сама не откажется от меня. Я верила, что не нарушала правила, но у Серого Человека может быть другое мнение на этот счёт. Я высказывала эти опасения отцу, жаль, что он никогда не воспринимал меня всерьёз. - ЕГО НЕТ!!! А кто стоит в дверном проёме, едва отражаясь во тьме оконного стекла? - Его нет! А кто еле слышно дышит у меня за спиной? - Его нет... - Я есть. И я наблюдал. Ты нарушила правила. Я беззвучно завизжала и в беспамятстве упала на колени. Слёзы стекали по исказившемуся в бесполезном плаче лицу и впитывались в ковёр, вслед за ними и я тоже. Серый человек вздохнул тяжело и обреченно, почти как отец. И растворился в тишине. Только влажные кружочки слёз неспешно испарялись с ковра.