в городе мечты ожидаются осадки

       Кагами ни капли не изменился. Будто прошла неделя с их последней встречи. Те же волосы, андеркат, колечко в ухе, странно раздвоенные брови.       От неожиданности Аомине дёрнулся назад, лопаткой врезался в угол проёма ванной, но не почувствовал боль.       Нет, это не оптическая иллюзия, он не под кайфом, и не спит.       — Блять, не так я это представлял себе.       Признать, он вообще мало что представлял, когда просил Мидориму засунуть чип. До конца не верил, что андроид, с которым трахался — Кагами. Ткнул пальцем в небо наугад.       Увидеть бывшего напарника собственными глазами, а не рисовать в голове его образ, было странно. Аомине не знал, что чувствовал: то ли всё эмоции сразу, то ли глухую пустоту.       — И давно ты…?       — С того момента как оказался в твоей деке.       Сколько он не слышал этот голос? Четыре года? Пять? Десять лет? Он, казалось, доносился откуда-то из далёких времён, когда денег едва хватало на еду, когда словно крысы прятались по всему городу. Когда мечтали о том, как окажутся на вершине.       Стало неуютно от того, что всё то время пока он был у Мидоримы и до самой квартиры, кто-то незримо наблюдал, и это не размещённые на каждом здании камеры.       Джинсы на влажное тело натягивались туго. Аомине старался не смотреть на Кагами. Первоначальный шок сменился лёгким раздражением.       Это всё равно не он. Не может быть. Просто отлично имитирующий компьютерный алгоритм. Не более. У него та же внешность, те же воспоминания. Но это не живое сознание.       Тогда, зачем он не залил это в Сеть или не выбросил в мусор?       — Рад тебя видеть, — неуверенно проговорил Кагами.       Аомине прикрыл глаза, призывая спокойствие. Контролировать себя рядом с Кагами оказалось неимоверно трудно.        — А я вот не очень.        — Дайки…       Эта дешёвая программа смеет называть его по имени? Впрочем, какая в жопу разница? Настоящий или нет, у него есть частица Кагами, а значит, маленькая месть всё же может осуществиться.       — Что с ним стало? — Аомине посмотрел в глаза Кагами, и как он боялся, в этот же момент его охватила буря эмоций.        — С кем?        — С тем, кого ты так старательно имитируешь, — сквозь зубы процедил Аомине.       — Думаешь, я ИИ? Но в этом нет смысла. Акаши хотел, чтобы я подольше помучился.       С каждым сказанным Кагами словом внутри поднималась давно позабытая злость. Та, с которой он познакомился на полу кабинета Имаёши, задыхаясь от боли не сломанных костей, но предательства.       Её можно поставить в дальний угол, заставить новыми воспоминаниями, сделать вид, что никогда не было. Вставить зубы, заменить мегадиск, заказать сосуды из биопластика, восстановить бионические легкие — собрать заново тело по кускам, но в какой-то момент срабатывает триггер и эта единственная неизменная, позабытая, но не исчезнувшая часть, вырывается наружу, ломая всё на своём пути.       — Понравилось смотреть как из меня выбивал дерьмо Вакамацу? Знаешь, сколько пришлось потратить денег, чтобы полностью восстановить тело? А сколько я пожрал говна в Лос-Анжелесе? И всё из-за тебя.       Кагами молчал.       — Нечего сказать в своё оправдание, грёбанный ты сукин сын? Что, хуй Имаёши оказался недостаточно хорош или плохо ему сосал, что он решил от тебя избавиться?       — Ты не знаешь всего…       Спокойствие Кагами выводило ярость Аомине на новый уровень. Хотелось разорвать, стереть это выражение лица. Точно такое же он видел в тот последний раз и никак, сука, не мог понять его значения.       Так смотрит собака, нагадившая на пол. Ребёнок, сломавший дорогую игрушку. Врач, отключающий пациента от аппарата жизнеобеспечения.       Как он мог смотреть так пока Аомине находился на грани сознания.       — Не смей оправдываться! — сорвался на крик Аомине. — Как крыса подбирался к этому пидору через меня, а когда получил, что хотел — сдал. Я часто встречаю в Найт-сити таких ублюдков. Ты бы сюда отлично вписался.       Лицо Кагами покраснело.       — Хватит говорить так, будто ты единственный, кто пострадал! Ты хоть знаешь, каково пришлось мне самому существовать в чужом теле?       — Жаль, не видел своим глазами, как тебя перекачивают в секс-куклу. Надеюсь, ебали максимально болезненно. Всё бы отдал, чтобы ты, сука, помучился сполна.       Оттолкнувшись от стены, Аомине в один прыжок оказался около Кагами. Замахнулся, вложив в удар всю боль и сожаления. Он должен попасть. Обязан разукрасить это выблядское лицо, что преследовало его по ночам. Услышать хруст костей, почувствовать, как под пальцами лопаются ткани.       Но ничего не произошло.       Рука прошла сквозь Кагами, не причинив ему никакого вреда.       А затем что-то врезалось ему в лицо. Аомине отлетел назад, рухнул на пол. Во рту появился металлический привкус.       — Чёрт, чёрт, — Кагами присел рядом, озабоченно рассматривая его. — Прости, я не хотел, не знаю, как так получилось. Я редко получаю контроль.       Аомине раздражённо толкнул его в плечо. Долбанный еблан. Продал его жопу Имаёши, а сейчас трясётся из-за какой-то царапины.       Костяшки левой руки саднили. На коже осталась размазанная кровь.        — Сука, сука, как я тебя ненавижу. Как же я тебя ненавижу, — Аомине закрыл лицо руками, надавил пальцами на глазные яблоки до белых пятен.       Боль немного отрезвила. Усмирила гнев.       Хотелось открыть глаза и понять, что всё произошедшее, просто его разыгравшаяся фантазия.       — Эй, Дайки, — раздался непривычно мягкий голос Кагами. — Знаю, как это выглядит, но я не предавал тебя. Ни на секунду.       Как же он хотел поверить в эти сказки.       Всё можно закончить. Приподнять руку и достать из нейропорта злосчастный биочип. Смыть в унитаз. Навсегда распрощаться с Кагами. Окончательно похоронить прошлое.       Что его останавливает?        — Дай посмотреть.       Кагами вдруг оказался чересчур близко. Что-то внутри Аомине одновременно воспротивилось, и жалобно срезонировало, тоскливо скуля. Чужое лицо Кагами было слишком знакомым.       Палец Кагами провёл по губе. Он ощутил лёгкое покалывание, прикосновение чего-то эфемерного, нематериального. Неживого.       — Ничего серьёзного, — вынес вердикт Кагами, отстраняясь. — Прости ещё раз. Не думал, что смогу ударить.       — Ты можешь контролировать моё тело?       — Видимо, частично.       — Видимо? Напомню, ты едва не отхапал мне член, когда мы…       Аомине осёкся. Ощутил, как краснеют щёки и шея.       — Это был не я, — Кагами не отвёл глаза. — У меня не было возможности контролировать андроида. Всё, что я мог, это иногда наблюдать.       Аомине поднялся на ноги, вытер рукой выступившую кровь.        — Ты в любой момент можешь избавиться от меня, — Кагами будто прочёл его мысли. — Разве ты искал андроида и таскал его по городу только для того, чтобы вломить мне в лицо разок? Больше ничего?       Аомине направился к кухне. Достал из шкафчика стакан, бросил туда лёд, налил виски. Поморщился, когда напиток попал на разбитую губу.       — Ты — не он, верно?       Кагами непонимающе нахмурил брови. От такого привычно-знакомого выражения стало гадливо.       — Хватит ебать мне мозги. Ты просто копия. С его воспоминаниями. Он… Что с ним?       Он умолк, не в силах произнести далее. Злость на Кагами, даже ненависть, клокотала, но, смотря в эти карминовые глаза, слыша низкий голос, внутри будто что-то оборвалось от осознания, что скорее всего Кагами давно мёртв. Зачем же ещё создавать его копию?       Он даже не задумывался о таком сценарии.       — Тело, да. Думаю, от него избавились. Но я не программа, Дайки. Моё сознание перенесли в биочип два с половиной года назад.       — Разве такое возможно? Я слышал про программу «сохрани свою душу», но это не более, чем наебалово.       Кагами взобрался рядом на высокий стул. Взъерошил вечно непослушные волосы. Горло Аомине пересохло. Он тут же сделал глоток ледяного виски.       — Слушай, с эпохи «Душегуба» прошло много лет. Как я понял, прогу разрабатывали давно где-то на орбитальных колониях. Для тестирования использовали неугодных, таких как я, людей.       Кагами умолк, уставился на свои руки. Он вёл себя настолько естественно по-человечески, что Аомине всерьёз засомневался в первоначальных выводах.       — Неугодных, — эхом отозвался он едко. — Я думал, лояльных ему людей Имаёши…       — Я не предавал тебя! — Кагами резко вскинул голову. — А жопу твою спасал. И если бы ты думал хотя бы о чём-то кроме себя, то давно бы это понял.       Аомине недовольно поджал губы.       — Как я должен был, интересно, это понять? По записке на холодильнике? Эмейлу?       Кагами снова уставился на свои руки. Квартира ненадолго погрузилась с тишину, нарушаемую только разговорами шляющихся по коридору людей, рекламы на улице и звоном кубиков льда в стакане.       — Ты решил, что выходка с Мибучи прошла гладко. Сколько раз я не говорил, что Акаши не потерпит такого обращения с его людьми, ты отмахивался. Всего бы этого не произошло, послушай ты меня хоть раз.       — Принцесса сама виновата, что попала под раздачу. Я всего-то подстрелил парочку её людей.       — Блять, — с жаром воскликнул Кагами, — все предупреждали, что Акаши собрался спустить с тебя шкуру, но ты всегда считал себя умнее других. Как должен был я помочь, если ты не воспринимал угрозу всерьёз?       — И ты решил, что Имаёши лучшая альтернатива психопату с ножницами?       — Именно! С ним был шанс вылезти из этого говна с минимальным потерями, стоило только почесать его самомнение, которое по высоте не уступало твоему.       — Так, погоди, — Аомине со стуком поставил стакан. — Хочешь сказать, что устроил цирк с Имаёши, чтобы меня спасти от Акаши? Да он же отымел меня во все дырки и выбросил гнить в Южной Калифорнии. Помог, так помог. Ничего не скажешь.       — Аомине, ты реально тупой? Думаешь, Имаёши любит тебя настолько, что оплатил бы доставку в Штаты, а не спустил твой труп в канализацию?       А ведь и правда. Какого хрена Имаёши снизошел, чтобы просто отослать Аомине подальше.       Он не нашёл, что ответить. Просто молча пялился на Кагами. Тот горько усмехнулся.       — Я так и думал.       Затем Аомине узнал про Алекс, про то как Кагами отправил его в контейнере в Америку. Его история отлично ложилась. Он даже перечислил те повреждения, что не смогла исправить рипер за короткий срок, что ей дали.       Он и правда спас Аомине. Снова, в очередной раз.       А вот он Кагами не смог.       Ещё он рассказал, как скрылся в Канаде и ненадолго залёг на дно.       — Я пробыл там больше двух лет. Оборвал все связи. Думал, затем переехать сюда к тебе. Но руки у Акаши оказались длиннее, чем я думал. Не достал тебя, зато добрался до меня. В качестве наказания он не принял просто мою смерть. Нет, хотел нечто более изощренное.       В его словах ни было намёка на упрёк, но Аомине всё равно ощутил, как к горлу подступила горечь, а внутренности сковала ледяная рука осознания.       — Он… убил тебя? — выдохнул он.       — Не лично. Как я понял, меня продали наёмникам, что делали контракты для «Синомак» и нелегально поставляли им биочипы.       Андроидов тихо распространяли по стране в разные заведения. Когда нужно было убить определённого человека, секс-кукла превращалась в боевого робота, расправлялась с жертвой, а затем её перевозили в другое место.       — Я тоже был твоей жертвой?       Кагами покачал головой.       — Ты попал случайно. Андроида отправили с другой миссией. Но после того случая, когда мы с тобой, вернее, когда ты с ним…       Кагами замялся. И хотя чувство стыда Аомине посещало в качестве исключения, сейчас настал один из немногих случаев, когда действительно было неуютно. Даже после их весёлой ночки в Японии он ничего не испытывал. В конце концов, они были в жопу пьяные и обдолбанные.       — В общем, мне тогда впервые удалось взять контроль над телом.       — И ты чуть меня не угробил.       — Прости, активировался защитный плагин на вмешательство. Но я стал чаще проявлять себя, и андроида забрали.       Они долго сидели молча. Аомине переваривал полученную информацию, периодически наливал виски. Пил, не чувствуя вкуса. Неосознанно косился на профиль Кагами. Его присутствие давало давно позабытое чувство спокойствия.       Аомине потянулся к оставленной в стороне зажигалке и пачке сигарет. Закурил.       — И что ты можешь сделать, будучи в моём теле?       — Немного, — неохотно признался Кагами. И через секунду его чёрная футболка сменилась на такого же цвета худи.       — Удобно. Не нужно стирать одежду. — Аомине кивнул на свою руку. — Но ведь как-то удалось влепить мне.       — Это случайно.       — Не ври. Есть условия, при которых ты можешь брать контроль тела на себя.       — Если очень постараюсь, то немного могу. Хотя это сложно. С андроидом проще, там ИИ, а не живое сознание.       — Звучит опасно. А знаешь, давай, — неожиданно сам для себя предложил Аомине.       Он потушил окурок.       — Ты серьёзно?       — Вполне.       Кагами сузил глаза, с подозрением посмотрел.        — Зачем тебе это?       Вопрос, к сожалению, на который у Аомине ответов не было. Стоило беспокоится, что тот, кого он ненавидел       (или ему так казалось)       всеми фибрами души сейчас сидел рядом, и он собирался отдать контроль над своим телом. Но это мало волновало. Аомине мало кому доверял. Скорее никому по-настоящему. Кроме Кагами. Всегда только ему.        Видимо старые привычки действительно сложно искоренить.       — Я же сказал, хотел тебе всё высказать в лицо и отомстить как следует. Но опоздал. Так что на, — он положил руку на стол, — попробуй что-нибудь сделать.       Кагами всё смотрел на Аомине, ожидая подвоха, затем начал долго гипнотизировать его руку.       — Не выходит.       — Ты хоть пытался?        — Разумеется, — тут же вспылил Кагами, — это тебе не поссать. Постарайся, не знаю, расслабиться и ни о чём не думать.       — Легко сказать, — проворчал Аомине, но попытался выбросить мысли из головы.       Годы работы соло приучили тело быть всегда на стороже. Без обедов и выходных. Позволить расслабится в присутствии Кагами, учитывая, что ещё час назад он считал его главным злом своей жизни, оказалось не так просто.       Рука на столешнице дёрнулась. Вот пришёл в движение средний палец, следом ещё один. Ощущение будто конечность свела судорога.       — Ого, — только и смог сказать Аомине, видя, как попеременно один за другим пальцы сгибаются и разгибаются. — У тебя выходит.       Кагами был явно доволен собой.       На этот раз рука согнулась в локте, затем дёргано чуть приподнялась над столом. С третьей, правда, попытки.       — Быстро осваиваешься, — усмехнулся Аомине, когда собственная ладонь легла на макушку.       На лице Кагами появилось странное выражение.       — Можно я потрогаю?        — Чего?       Судорога отпустила. Аомине снова контролировал тело целиком.       — Понимаю, как звучит просьба, — замялся Кагами, — но я так давно не ощущал вообще ничего, не касался ни поверхностей, ни людей. Только сейчас понял, как этого не хватало.       Последние слова он произнёс едва слышно и, если бы не улучшенный слух Аомине пропустил бы это мимо ушей.       Он сделал вид, что думает, хотя на самом деле решил, ещё когда Кагами попросил в первый раз.       — Вполне.       Рука Аомине поднялась к лицу. Аккуратно коснулась носа, линии челюсти. Большой палец провёл по видимым имплантатам под скулой. Неуверенно, почти боязно, опустился к верхней губе, затем нижней. К нему присоединился указательный. Провёл по запёкшейся крови.       Кагами заворожённо следил за движениями будто видел Аомине впервые.       — И что же ты делаешь? — спросил Аомине, осторожно открывая рот, чтобы не спугнуть Кагами.       Но тот не испугался. Не отдёрнул руку, не вынырнул из собственного транса по изучению чужого лица. А напротив, посмотрел ему прямо в глаза и подался чуть вперёд.       Аомине даже прикрыл глаза, ожидая как вместо своих пальцев почувствует чужие губы. Но ничего не произошло. Странное, но не неприятное ощущение, отсутствия контроля, испарилось.       — Прости.       — Понимаю, почти три года наблюдать за секс-куклой из первого ряда и не спускать. Я бы не выдержал.        Кагами закатил глаза.       — Почему у тебя всё сводится к этому?        — К сексу? Давай дам тебе самую ценную свою часть. Можешь подрочить.       — Спасибо, не надо.       — Как хочешь, — поднялся Аомине и потянулся, — дважды не предлагаю.       Обычно жесткая кровать на этот раз показалась необычно мягкой.       — Место не предлагаю, сам видишь, у меня тут на одного.       Кагами усмехнулся. Вышло, правда, не весело.       — Ага, ещё один плюс бестелесного существования.       Оконные ставни спустились вниз, отделяя квартиру от улицы шумного города и погружая её в темноту. По привычке Аомине стянул джинсы, откинул их куда-то в сторону. Затем вспомнил, что не один и нехотя прикрылся простыней. Давненько не спал с кем-то. Прямо вот чтобы спать до самого утра, а не разбежаться в разные стороны после секса.       Расшатанная нервная система без стимуляторов быстро слабела. От пережитых эмоций и стресса клонило в сон.       — Слушай, а ты и читать мысли умеешь?       Когда голос Кагами ответил прямо в голове, Аомине едва не подпрыгнул.       «Могу считать эмоции из-за гормональных изменений, но не мысли. Мне такое не провернуть».       Он порадовался, что в первый раз, когда Кагами заявил о себе, он сделал это хотя бы придав себе знакомый облик. Иначе, услышав он чужой, но далеко знакомый голос в голове — решил, что пора завязывать с тяжелыми наркотиками.       Сознание дрейфовало по волнам, иногда погружаясь глубоко, а иногда всплывая на самую поверхность, где нельзя отличать реальность от собственных спутанных мыслей. Он подумал, какого это, не иметь собственного тела и мысль заставила содрогнутся. Оказаться замкнутым в крохотном биочипе, где любое повреждение грозит смертью. Отсутствие контроля над своей жизнью — вот что пугало Аомине больше наставленных пушек и острых лезвий катан.       — Дайки…       — М?       В этот раз Кагами появился рядом. Сел на край кровати.        — Спасибо, конечно, что нашёл и достал меня. Но засовывать сомнительные биочипы в нейропорт, хреновая идея. А если бы на нём оказался вирус?       Аомине улыбнулся в полудрёме:       — Ты говоришь точно как Тайга.

***

      Проснулся Аомине удивительно для себя поздно, правда, с головной болью. За окном стоял полдень, но привычный ливень и туманная дымка погрузили город в лёгкие сумерки.       Он простонал и сел на кровати. Виски сдавило затем отпустило, оставляя ноющий дискомфорт.       На какое-то время показалось, что всё произошедшее за последние сутки — просто дурной сон. Но вот Аомине поднял глаза и мысленно чертыхнулся. На спинке дивана рядом с котом сидел Кагами. В футболке и рубашке.       — Хей, — позвал он.       — Хей, — отозвался Аомине.       Накануне казалось, что он слишком быстро принял тот факт, что Кагами рядом. Тот самый Кагами. Но теперь день будто окрасил всё в новые цвета. Незнакомые. Волнующие.       Он не знал, что делать с Кагами.       Не знал, как реагировать на него.       Кагами воровался в его жизнь и с этим придётся иметь дело.       Аомине сотню раз перед сном прокручивал в голове их последнюю встречу. Их следующую встречу. Воображал, как они встретятся. Как он выскажет ему всё в лицо, разумеется, изобьёт и приставит пушку к лицу. Или пошлёт самый изощрённый скрипт и будет с наслаждение наблюдать, как Кагами корчится на полу от боли, выплёвывая внутренности. Но со временем видения размывались пока в какой-то момент не пропали.       Он погрузился в новую жизнь, где фантазии стали роскошью.       И вот, когда, казалось бы, Аомине может воплотить всё что хотел, за исключением физического воздействия, не навредив при этом себе, он понял, что верит в историю Кагами.       Может, поверил бы, пришли ему тот письмо с незнакомого адреса.       Он всегда имел власть над Аомине, о которой даже не подозревал.       Просто потому что это Кагами, и больше не нужно никаких доказательств.       — Я бы сделал что-нибудь, но боюсь телепатически готовить ещё не могу.       Аомине усмехнулся.       — Могу дать в распоряжение две руки, да чёрт, всё забирай лишь бы схавать съедобное.       — Только если у тебя есть из чего делать.       — Бля.       После душа пришлось довольствоваться холодной консервной синтетической говядиной.       Аомине только допил кофе, когда его набрал Мидорима.       — Если ответил, значит ещё жив, — с ноги начал Шинтаро.       — Эй, с чего мне откинуться?       Аомине тем времена засобирался. Засунул за пояс пистолет, скривившись, потянулся к снайперке. Терпеть не мог винтовки — слишком они были заметными это раз, два — какое это веселье убрать цель из окна здания, что находится на расстоянии в двадцать метров?! Верно, никакого. Однако рейв-вечеринка намечалась в Пёсем городе, что само по себе нестандартная ситуация. Тем более, учитывая, что не так давно он увёл из-под носа «Баргеста» военный груз из потерпевшего аварию ави.       — Приезжай ко мне. Срочный разговор.       Если Мидорима сам зовет в гости, дела паршивые.       — Но у меня работа…       — Как себя чувствуешь?        Аомине покосился на стоящего рядом Кагами. Тот пожал плечами.       — Да нормально. Без изменений. Голова немного болит.       — Значит, началось, — выдохнул Мидорима. Его голос был непривычно обеспокоенный: — Никакие дела ни стоят твоей жизни, Аомине. Жду.       Он отключился так же быстро, как и связался.       — И что он так завёлся? — недовольно пробурчал Аомине затем серьёзно спросил Кагами: — Думаешь, из-за биочипа?       — Уверен.       Не успел Аомине переступить порог квартиры Мидоримы, как оказался в медицинском кресле, подключённым к системе.       — Как я и думал.        К Аомине повернулся один из мониторов, на котором отображались данные, графики и показатели.       — Ты можешь нормально объяснить, что приходит?       Мидорима раздражённо ткнул в экран.        — Когда два эукариотических, не связанных филогенетически, организма находятся в антагонистических отношениях…       — Так, стоп-стоп, — прервал его Аомине, — я нихрена не понял. Давай по-человечески.       — Проще говоря, — рядом с креслом возник Кагами, высматривающий мониторы, — я — паразит.       — Паразит? — отозвался Аомине.       — Именно, — кивнул Мидорима, — рад что ты сам до этого дошёл и мне не пришлось объяснять на пальцах. Я со вчерашнего вечера думал над биочипом, искал информацию. В итоге связался со знакомым, что работает на военной орбитальной станции и он подтвердил мои опасения. Эта штука, — Шинтаро блеснул линзами очков, — смертельно опасна.       — Я так и знал, что ничего хорошего их этого не выйдет, — произнёс Кагами обречённо, — слишком всё прошло гладко. Надо было вытащить биочип из твоей головы, когда была возможность…       — Заткнись, — рявкнул Аомине.       Мидорима насупился:       — Я, между прочим, тебе пытаюсь спасти жизнь…       — Прости, я не тебе, а Кагами. Нагнетает.       — Кагами?       — Ну да, чувак в моей башке, вернее биочипе. Мы типо знакомы.       И без того бледное лицо Мидоримы стало белее.       — Ты с ним разговариваешь?       Аомине кивнул:       — Понимаю, это похоже на шизу. Если бы не видел его, подумал, что реально поехал кукухой.       Шинтаро поднялся так резко, что Аомине дёрнулся.       — Всё гораздо хуже, чем я думал, — он склонился над Аомине и строго произнёс: — Биочип нужно немедленно удалить.       — Да объясни ты нормально, — вспылил Аомине, игнорируя как быстро забилось сердце. — Он же не выживет вне тела, сам говорил.       — А ты не выживешь, если он останется в твоем теле. Аомине, не скрываю, ты не самый приятный мой клиент, тем более я постоянно латаю тебя за «спасибо». Но как врач, не могу не предупредить о том, какому риску ты себя подвергаешь. Эта штука…       — Его зовут Кагами.       — Обитающее сознание не управляет самим устройством. Цель биочипа — полный контроль над телом, а затем он уничтожит твоё сознание, и предсказать, когда это произойдёт, я не могу.       Аомине молча смотрел в ответ, переваривая информацию. Если всё так и есть, насколько биочип уже интегрировал в его систему?! Будто прочитав его мысли Шинтаро кивнул.       — По результатам данных и тому, что ты сказал, он действует весьма быстро. Возможно, речь идёт о часах.

***

      Станции метро Найт-сити можно определить с закрытыми глазами по запаху: Эйзенхаур-стрит — нагретый солнцем камень, Мемориальный парк — застоявшаяся вода, Эбунике — пережаренные хот-доги и моча, Монро-стрит — благовония синтоистских храмов, что заполонили Джапан-таун. А вот в самих поездах обычно стоял тошнотворный смрад духов, еды, блевотины и крови. Дикий коктейль, от которого тошнило уже через пять секунд нахождения под землей и перспектива полчаса ехать из одного конца города в другой в такой атмосфере, подобна средневековой пытке.       Двери, стены, потолки когда-то давно превратились в холсты талантливых и неочень уличных художников. Кривые рисунки и похабные надписи перекрывали друг друга, наслаивались так, что понять первоначальный цвет вагонов невозможно. Туда-сюда вместе с сонными, пьяными и неадекватными пассажирами нижнего и ниже среднего класса катался под ногами мусор.       Для наёмников и бандитов метро — продолжение улиц, где мир живёт по таким же порядкам. Перестрелки, убийства, изнасилования встречаются тут как и на поверхности, если не чаще — в отличие от улиц города метрополитен вне юрисдикции полиции.       Так что да, метро Найти-сити — это не маглевые туннели для корпоратов.       Но несмотря на все неудобства, подземный транспорт оставался быстрым и дешевым, а потому и популярным способом перемещения.       Байк пришлось отмести сразу. Теперь, когда существовал высокий риск потерять контроль над телом, безопаснее было воспользоваться общественным транспортом.       Аомине втиснулся на сиденье между тучным болтающим по телефону мужчиной и дремавшей явно после вечерники с препаратами блондинкой. Настроение было паршивым. Он нервозно стучал кроссовком по полу, прокручивая в гудящей голове их разговор с Мидоримой.       Оказалось, что вариантов не было. Достать чип необходимо или сознание Аомине перестает существовать. Ну или его мозг попросту вскипит от перегрузки. Причём, в любую секунду. Единственное, что предложил Мидорима — пересадить биочип в другое тело. Он быстро остудил энтузиазм Аомине, для которого найти жмурика на улице как поссать: мёртвая органика не подходит. Или андроид (нужен именно с определённым разъёмом, схемами и протоколами, а на его поиски уйдут если не дни, то недели) или человеческое тело, находящееся в коме.       «И где такое вообще можно найти?»       Мидорима неторопливо снял очки, молча протер линзы. Без своего неизменного аксессуара он выглядел моложе, менее строго.       «Думаю, ты в курсе проекта «Сохрани свою душу»?       «При чём тут эта сказка»?       «Не такая уж и сказка, учитывая твоего знакомого».       Мидорима многозначительно посмотрел в лицо Аомине, прежде чем водрузить кристально чистые очки на место.       «Имей ввиду. Подойдет не первое попавшее тело. Главное — совместимость».       Аомине проверил Сеть. В семидесятых на проект возлагали большие надежды. «Арасака» активно рекламировала своё детище, обещая каждому фактически бессмертие посредством переноса сознания. В обществе велись горячие споры. Самыми рейтинговые были шоу, где обсуждали возможность поместить энграмму с конвертированной нервной системой непосредственно в биочип.       Тысячи селебрети, политиков, художников, певцов и других богачей, что могли позволить себе за баснословные деньги обрести вечную жизнь пользовалось программой. Из-за секретности проект оброс огромным количеством слухов и мифов. Например, говорили, что участники мертвы, другие утверждали, что это не более чем рекламная акция и никакого переноса нет. Третьи верили, что те, кто уже воспользовался программой, расхаживают среди нас в других телах.       Так или иначе, со временем интерес к программе начал угасать. «Арасака» не стремилась раскрывать подробности проекта, посему, о нём постепенно забыли.       А что, если те, кто участвовали в программе, до сих пор существуют? Мидорима намекнул на «Арасаку». Значит ли это, что участники давно забытого проекта живы? Или не такой уже «Сохрани свою жизнь» забытый?       — Ну, что думаешь? — произнёс он в пустоту.       Кагами не давал о себе знать с тех пор как Аомине любезно посоветовал ему прикрыть варежку. Он был не из обидчивых, поэтому длительное молчание начало нервировать.       Перед глазами в проходе материализовалась фигура. Кагами держался за поручень, как добропорядочный гражданин. Да-да, старые привычки трудно искоренить.       — Думаю, ты мудак.       — Потому что не даю тебе контроль? Ха, ну конечно, чтобы ты моими же руками угробил себя. Нет, спасибо, лишний труп на себя брать не хочу. Даже не мечтай.       — Ты только себя убьешь. Получается, я спасал твой зад и распрощался с телом напрасно.        — Не смей так говорить, — возмутился Аомине так, что девушка рядом проснулась и недовольно посмотрела на него. — У меня всё под контролем.       — Как всегда, — голос Кагами сочился сарказмом. — Ты же даже не знаешь, сколько у нас времени.       — Достаточно.       — Я видел твои показатели. Уровень Т4 в организме уже превышает норму в три раза, а надпочечники едва вырабатывают кортизол…       Аомине демонстративно зевнул и прикрыл глаза. Не смог не усмехнуться, услышав, как раздражённо чертыхнулся Кагами. Боль в голове постепенно нарастала, не давая расслабиться.       Кагами предсказуемо упрямился, Аомине делал вид, что все идёт по несуществующему плану, в то время как он нихрена не знал, куда всё летит. Умирать, конечно, не хотелось, но попытаться спасти их обоих стоило. Особенно Кагами.       На Конгресс-стрит, как всегда в это время оживленно. Среди административных зданий и офисных работников в брендовых костюмах Аомине выглядел как белая потасканная ворона.       В элитные «Угли» его пропустили сразу же. Хорошо иметь высокопоставленных постоянных клиентов.       Продвигаясь вглубь заведения, Аомине всё больше чувствовал себя не в своей тарелке. Шикарный ресторан с высокими потолками и затемнёнными панорамными окнами производил впечатление. Не кичился роскошью. Здесь царил благородный минимализм, но каждый сантиметр пространства был пропитан дороговизной. Вот и чёрный рояль на подиуме — не пережиток прошлого, а изысканный аксессуар.       Несмотря на середину дня в «Углях» практически все места заняты.       Его подвели к столику, удачно располагавшегося у окна с видом на центральную площадь Глена.       Аомине быстро отправил официанта. В конец концов он здесь не для дегустации неизвестных ему блюд по астрономическим ценам.       В ожидании, Кагами сел напротив.       — Уверен, что он придёт?       Аомине кивнул, глядя за пределы ресторана.       — Насколько помню, Кисе всегда хотел, чтобы мы сюда сходили. Он мог и сам, конечно, с его-то должностью, но меня напрягают такие места.       Он неуютно поежился.       — Ты когда-то сам мечтал о такой роскошной жизни.       — Тогда всё казалось не более чем игрой, — задумчиво отозвался Аомине. — Всё давалось легко. Казалось, границ нет, а правила устанавливаем мы сами. Но здесь, — он обвёл взглядом ресторан, — Найт-сити сам диктует правила и стоит оступиться — второй попытки никто не даст. Нельзя медлить, остановится у обочины передохнуть — задавят и размолотят в кашу и даже не заметят. Так что либо гонишь вперёд на всех скоростях, надеясь урвать кусок побольше. Либо гонишь, но иногда смотришь на дорожные знаки. Пока хватает на пожрать и выпивку, я доволен.       — Ты изменился, — Кагами откинулся на кресле, закинул ногу на ногу, — город сильно на тебя повлиял.       — Нет, это был ты.       Кагами только открыл рот, но его прервал громкий голос.       — Аоминеччи, я так рад тебя видеть!       Будто из неоткуда вырос высокий блондин в шикарном бежевом костюме. Он обвил шею Аомине и с чувством поцеловал в щёку.       Аомине поморщился.       — Кисе, не мог бы ты менее бурно выражать эмоции.       — Как по-другому? — с улыбкой отозвался Рёта, садясь в кресло, где только что был Кагами. — Не каждый же день мне пишет сам, — он лукаво улыбнулся той самой улыбкой, которая сводила с ума буквально всех в том числе когда-то и Аомине — сам Ди.       Его мелодичный смех рассыпался миллионами осколков, привлекая внимания посетителей, когда Аомине состроил недовольное лицо.       — Ну не будь букой, — подмигнул Кисе, благодарно кивая официанту, принесшему выпить. — Я всего лишь поддерживаю дружескую беседу.       — У меня нет сейчас на это времени. Нужна твоя помощь.       Улыбка мгновенно сошла с красивого лица Кисе.       — Я и не ожидал ничего другого. Ты появляешься только когда что-нибудь нужно.       — Поверь, если бы не обстоятельства, я бы не побеспокоил.       Кисе задумчиво рассматривал пузырьки в бокале шампанского. Аомине нетерпеливо ждал. Он не в том положении, чтобы диктовать условия и давить на Кисе, с которым он и так не в лучших отношениях.       От запаха свободы в Новых Штатах Аомине на первых порах снесло крышу. И именно тогда судьба свела его с наследником одной из элитных семей города Кисе Рётой — умницей, красавчиком и гордостью родителей. Сошлись они быстро — выросшего в золотой клетке Кисе привлёк самоуверенный и нагловатый Аомине, а тому просто понравился симпатичный, неопытный парень при деньгах. Но жизнь в Найт-сити доходчиво объясняет законы. Запах свободы оказался вовсе не запахом, а смрадом, да и не свободы, а гари пепелища уничтоженных мечт и надежд. Когда-то соблазнительные самоуверенность и нагловатость Аомине набили оскомину и на поверке оказались безразличием.       Кисе понял это быстро, потому очередная измена не стала для него сюрпризом, но точкой невозврата.       Расстались они тихо, без скандалов. От отношений у Аомине остались подарки и брендовая одежда, на которую не скупился Кисе. Сам же Рёта оброс толстым слоем цинизма, через который теперь мало кому удавалось пролезть.       — Что нужно?       Кисе снова улыбался, но в его медовых глазах застыл лёд.       Аомине, не теряя времени, выложил всё что нужно: доступ к отсеку «Арасаки». Да, он в курсе, что запросы неимоверные, но они и так уже вступили в партию, где игроки и ставки совершенно на другом уровне.       Рот Кисе чуть приоткрылся. Маска притворного лицемерия дала трещину.       — Как ты узнал, что проект до сих по активен? Это же секретно.       Все просто: он и не знал, шёл ва-банк, но Кисе сейчас всё сам рассказал.       — Не важно. Они ведь живые, верно?       Кисе вдохнул, напускная надменность полностью рассеялась.       — Аомине, это секретная информация. Я не могу её обсуждать. Да и отдел, занимающийся проектом, находится в дочерней компании.       — Верно. В твоём агентстве «Гласер».       — С чего ты взял, что у меня есть доступ туда? Да зачем мне вообще тебе помогать?       Если на первый вопрос Аомине мог бы накидать варианты, то со вторым сложнее. У Кисе было ровно ноль причин даже встречаться с ним после всего, что произошло.       Внезапно, особо острая вспышка боли кольнула голову. Аомине поморщился.       — Послушай, это правда очень важно. Вопрос жизни и смерти…       Но Кисе не стал слушать. Он резко поднялся.       — Знаешь что, — строго произнёс он, сверля Аомине сверху, — мне всё равно. Разбирайся сам со своими проблемами.       Он бросил на стол пару евродолларов, с изящной небрежностью поправил пиджак и собрался уходить.       Аомине не вскочил за ним, не бросился следом. Если кто и заслужил такого обращения и конца так он сам. Но не Кагами. Только не он.       — Это не для меня, Рёта.       Кисе застыл. Но не повернулся.       — На кону жизнь человека, который очень мне важен.       Слова довались с трудом, будто острыми шипами драли глотку.       Кисе слегка повернул голову. Аомине впервые за долгое время увидел на его лице искреннюю улыбку. Слабую, но настоящую.       — Мне уже жаль его, кем бы он ни был.       Аомине проводил взглядом ровную спину бывшего любовника. Вздохнул, откинулся в удобном кресле, будто после выматывающей и затяжной битвы.       Напротив, на месте, где минуту назад был Кисе, материализовался Кагами.       — Приятно, что не мне одному ты доставляешь проблемы.       — Заткнись, а, — беззлобно простонал Аомине. — Знаю, что вёл себя как кусок дерьма. Но что было, то было. Я не умею поворачивать время вспять.       — Он поможет?        Аомине достал сигареты. Прикурил.       — Я его знаю. Может Кисе и выглядит как корпорат, которому на всё насрать, но…       Он умолк, задумчиво глядя вверх, где далеко на потолке танцевал неживой огонь. Было в этом что-то гипнотически завораживающее, просто сидеть курить и смотреть на бесконечные языки пламени.       — Боли усилились? Я чувствую изменения в теле.       — Всё нормально, — отмахнулся Аомине. — Пока терпимо.       Не хватало нагружать Кагами ещё и этим.       — Значит, мы фактически собрались проникнуть в одну из самых влиятельных корпораций мира, чтобы убить человека. Не скажу, что я в восторге от твоей идеи.       — Выбора нет, — просто ответил Аомине, выпуская струю дыма, который начал медленно подниматься к горящему потолку, — или так или мы оба умрём.        Кагами невесело усмехнулся.        — Знаешь, у меня было много времени подумать. Типо, пока находишься в чужом теле заняться особо не чем. Я, — Кагами неуверенно отвел глаза, — думал, что сойду с ума. Растворюсь в этом кошмаре и Кагами Тайга просто исчезнет. И вдруг осознал, насколько мало и одновременно много значит физическая оболочка. Я ещё существовал, но подтверждений этому найти не мог. Больше не мог.       Аомине нахмурился.       — К чему клонишь?       Спросил и тут же пожалел. Вышло более резко, чем хотелось.       — Избавься от меня пока не поздно, — Кагами продолжил, хотя Аомине уже качал головой. — Не делай так, чтобы моя смерть была напрасна.       — Ты ещё не умер.       — Мы зря тратим время. Ты будешь жить дальше, а я больше не выдержу, понимаешь, не смогу медленно сходить с ума в чужом теле.       Аомине крутил между пальцев остатки сигареты.       — Обещаю. Мы оба выживем, — тихо произнёс он. — И я сделаю всё, что бы найти тех ублюдков, что сделали это с тобой.       Кагами растерялся от его слов.       — Дайки, я не то...       В правом верхнем углу появилось уведомление о новом сообщении.       Прикреплённые файлы с доступами.       — Нам пора.

***

      — Нет.       Вот так сразу без предупреждения отрезал Мурасакибара, не отрываясь от мониторов и не прекращая жевать. Аомине приехал к ним с Киёши, выложил план и крупную сумму наличкой. Но Ацуши даже не стал слушать.       — У меня нет времени искать кого-нибудь ещё, — воскликнул Аомине. — Назови сумму, я достану, только проведи.       — Дело не в деньгах, Мине-чин, — флегматично ответил Мурасакибара, — ты просишь невозможное — обеспечить безопасный коридор в подконтрольную компании «Арасаки». Никто не возьмётся за такую суицидальную работу. И тем более без подготовки.       Он высыпал на ладонь остатки чипсов, слизал их и отправил пустой пакетик в сторону.       Аомине чувствовал, что находится на грани отчаянья. Если Мурасакибара говорит нет, переубедить его невозможно. А времени и так не хватало, если оно уже не закончилось.       — Но я должен попасть туда, блять, на кону стоят жизни.       Мурасакибара раздраженно развернулся.       — К такому готовятся минимум за полгода. Я не собираюсь рисковать своими мозгами.       Аомине поджал губы. Пальцы до бела впились в кресло нетраннера. Были на примете несколько специалистов, но обращаться к ним рискованно не только из-за сомнительной репутации, но и длинного языка.       — Я помогу.       Словно из неоткуда в квартире появился Киёши. Уставший, взлохмаченный. Аомине ещё никогда не видел его таким серьёзным.       — Даже с полицейскими нетраннерами это займет много времени, — упрямо заметил Мурасакибара.       — Я о другом. Сейчас, когда благодаря тебе, — Киёши кивнул Аомине, — дело по «Кан Тао» будет раскручиваться, у полиции появится повод обратить внимание на другие корпорации. Дай мне пару часов, соберу ребят, выиграем тебе немного времени.       — Если оно ещё осталось.

***

      Из всех авантюр, в которые влезал Аомине, эта оказалась самой дикой. Нет, безрассудной. Мурасакибара говорил правду: чтобы лезть даже в малозащищенную систему нужно заранее готовиться. Это необходимо, если не хочешь, чтобы твои мозги поджарил вражеский «демон» пока долбишь «лёд».       А если говорить о таких системах как «Арасака», здесь одной подготовкой не обойтись. Везёт либо идиотам, либо самоубийцам, как показала история на примере Джони Сильверхенда, который лет сорок назад в одиночку, судя по рассказам Вокако, проник в самое сердце одной из самых могущественных корпораций. Аомине даже не сравнивал себя с ним, ему было что терять.       — Надеюсь, у тебя хотя бы есть план.       Аомине расположился через дорогу от «Гласер». Все входы контролировали камеры, и, предсказуемо, частная полиция. Абсолютно зеркальный фасад до сто пятидесятого этажа не давал забраться из соседнего здания.       Он сделал затяжку, просканировал первый этаж — куча дронов и охраны. Если отключить электронику и выждать момент, можно подобраться к лифту. Но, попасть внутрь не привлекая внимания — невозможно.       — Экспромт, как в старые добрые, — невесело усмехнулся он, и подмигнул хмурому Кагами.       — Что-то для такого серьёзного проекта система безопасности слабая.       — Так меньше привлекают внимание. Смотри. Едут.       На другом конце улицы показался знакомый «кварц» и пара полицейских авто. Увидев вышедшего Киёши, Аомине отбросил окурок.       Их маленькая провокация сработала. Пока сотрудники и охрана отвлеклись на Теппея и его товарищей, Аомине отключил две камеры и прошмыгнул сквозь боковые двери служебного помещения.       Оттуда ещё пара коридоров, вооруженной охраны, камер и дронов, готовых в любую секунду нашпиговать свинцом при малейшем подозрении на несанкционированный доступ. Действовать приходилось медленно, выверяя каждый шаг, задерживаясь возле каждого уступа, взламывая каждую электронную хуйню, рассчитывая на внушительную память собственной деки.       Наконец в поле зрения появились двери лифта. Стоило уличить момент, когда охрана отвернется и вот он уже в квадратной кабине.       Аомине подключил порт, впуская Мурасакибару в локальную сеть. Дальше без нетраннера никак.       Ацуши согласился помочь при одном условии: включится тревога — он тут же ливнёт и Аомине останется сам по себе.       Весьма справедливо.       — Слишком всё просто, — заметил Кагами, — говорят, в «Арасаку» легко попасть, но невозможно выйти.       — Блять, ты очень поддерживаешь, — не выдержав, огрызнулся Аомине.       И тут голову пронзила вспышка боли. На этот раз гораздо ярче и сильнее. На секунду он подумал что ослеп, перед глазами будто что-то взорвалось.       Аомине сжал рукой голову, застонал и осел по стене.       Боль пульсировала, сжимала в стальные тиски. Казалось, его сейчас вырвет.       Тут же рядом оказался Кагами. Его образ пошёл помехами. Он присел на корточки, протянул руку, но поняв, что ничего не может сделать разражено цыкнул.       — Ты как?       — Хуёво, — признался глухо Аомине. Хуже становилось только от обеспокоенного лица Кагами. Меньше всего хотелось, чтобы он видел его в таком состоянии.       — Прости, ничего не могу с этим сделать.       Аомине со стоном поднялся на ноги. Голова приотпустила, но желание блевануть никуда не делось.       — Я в порядке, в порядке.       Лифт продолжал спускаться под видимую часть «Гласера», о которой любопытные не должны были знать. На присланных Кисе схемах большинство нижних уровней пустовали. И что бы там не было, Аомине понимал, именно туда им и нужно.       Пара камер, установленные на этаже уже не представляли угрозу благодаря вмешательству Мурасакибары. Коды доступа подошли, — и тут Кисе не подвёл. Двери открылись и перед Аомине представилось зрелище, от которого он замер на месте. Огромное, как ангар, пространство, заполненное капсулами с обнаженными людьми. Сотни прозрачных гробов, подключённых к единому центральному компьютеру, напоминали ветви фантасмагоричного древа.       Проходя мимо, Аомине заглянул в одну из капсул. О том, что тело живое, говорили многочисленные трубки и провода.       — Офигеть, — запрокинул голову Кагами. — Кто бы мог подумать, что под землей есть такое. Сколько же на самом деле было жаждущих сохранить свою душу?       — Думаю, больше чем то, что мы видим, — отозвался Аомине.        Он вставил адаптер к компьютеру, предоставляя доступ Мурасакибаре.       «Погоди минуту» — раздался его ленивый голос в ухе.       Откуда здесь столько людей? Если проект успешен, их сознания должны были переместить.       А тела в теории утилизировать.       «Готово. У тебя двадцать минут».       Мидорима чётко дал понять: тело по физическим параметрам должно походить на Кагами. Пол, рост, вес, возраст, если ещё и группа крови совпадёт, вообще будет замечательно. Чем ближе — тем лучше.       Но найти среди сотен вариантов хотя бы одного кандидата за такое время — та ещё задачка.       Поиск по параметрам помогал плохо. Людей было слишком много, приходилось вручную просматривать каждого: подходящий по возрасту, но совершенно мимо по росту, есть совпадение по весу, но на фото усатый толстяк.       — Я понял, почему они здесь, — голос Кагами раздался так близко, что Аомине подпрыгнул от неожиданности.       — Блять, ты можешь как-то предупреждать?       Но Кагами не слушал. Он смотрел в экран с изображением очередного кандидата.       — Это провальные попытки.        — Ты имеешь ввиду, — Аомине обвёл взглядом пространство. Показалось, что капсул с телами стало в три раза больше. Их всегда было столько? — они участники проекта, которым не удалось перенести сознание?       Кагами молча кивнул и посмотрел на Аомине.        — Они всё ещё живы. Думаю, оставили на то время, когда удастся вернуть их в сознание.       По спине скользкой змеей прополз холодок. Паршивая перспектива. Впрочем, в этом была своя ирония — они получили в итоге вечную жизнь.       «Пятнадцать минут».       Им повезло. Следующий оказался идеальным.       Где-то в глубинах хранилища заработал механизм. «Гробы» как на конвейере начали двигаться один за другим.       Нужная капсула опустилась на пол. Крышка откинулась. Аомине подошёл ближе.       Парень совсем молодой. Судя по данным, ему столько же лет сколько было Кагами.       «Десять минут, Мине-чин».       — Поехали.       Рука застыла, не коснувшись шеи. Снова ощущение будто она ему не принадлежит.       — Что ты делаешь? — рыкнул Аомине, глядя на Кагами. — Сейчас не время для игр.        — Я не уверен, что мы поступаем правильно.       Блять, ну как же вовремя. Лучше не бывает.       Он сделал попытку достать чип — тщетно: Кагами хорошо контролировал руку. Железно. Быстро натренировался, сукин сын.       — Они уже одной ногой в могиле, им никто не поможет. Этот парень, — он кивнул на тело, — лежит тридцать лет. Ты правда думаешь, что наступит день, когда он выйдет отсюда?       Не слишком убедительно. Вот и выражение лица Кагами это подтверждало.       Чёрт возьми.       Вести задушевные беседы или говорить о личном Аомине не умел, да и не любил. А в тех редких случаях, когда всё-таки это происходило, старался свести неприятный процесс к минимуму. Но сейчас психическое состояние Кагами, да что говорить, их обоих, было слишком нестабильным и каждое слово могло привести к последствиям, о которых оба будут сожалеть.       Он резко наклонился, запустил руку в капсулу. Кожу обдал ледяной пар. Аомине слепо схватил несколько подключённых к телу проводов и дёрнул, вырывая их.       Тут же сработала система безопасности. Завизжала тревога.       Теперь они точно сами по себе.       — Он и так уже труп — процедил Аомине, отбрасывая провода в сторону, — а скоро мы к нему присоединимся. — Соглашайся, не дай парню умереть зазря.       Новая короткая вспышка боли взорвала голову. Аомине крепко сжал зубы, чтобы изо рта не вырвался стон. Кагами снова побежал помехами будто экран старого телевизора.       — Блять, чего ты ждёшь? Что мне ещё сделать, чтобы наконец-то понял, что я никуда не уйду без тебя?       Сигнализация не умолкала, окрашивая всё вокруг каждые две секунды в кровавое марево. С минуты на минуты за ними явятся.       Почти двухметровый Кагами казался как никогда маленьким и совершенно потерянным. Только сейчас Аомине понял, что всё это время на нём была та самая одежда, в которой он видел Кагами в последний раз.       — А если не получится? Если мы не совестимы или что-то пойдёт не так? Я не хочу снова беспомощно наблюдать со стороны.       И Аомине мог найти с десяток причин, почему Кагами должен остаться здесь в реальном мире, а не быть поглощенным Сетью, превратившись в утраченного человечность искина. Он их все озвучит обязательно. Но потом.        — Тайга, — имя легко сорвалось с губ. Так привычно и обыденно.— Ты не один. Всё получится. Слушай, я знаю, что вёл себя как последний уёбок и мои обещания не стоят и сраного цента, но если ты сейчас отступишь, у меня не будешь шанса извиниться и сказать спасибо за очередное спасение своей задницы.       Кагами слабо улыбнулся.       — И, знаешь, я был бы не против повторить то что мы устроили в «гейше». Правда. Но уже без стимуляторов и прочего дерьма.       Теперь Кагами искренне рассмеялся. А через секунду кивнул.       Правая рука снова обрела чувствительность.       Аомине одним движением достал биочип и ставил его в разъём на шее парня.       Сколько понадобится времени, чтобы Кагами взял под контроль новое тело, и сработает ли это вообще, никто не знал. Оставшись без чужеродного влияние он испытал облегчение и одновременно чувство потери, будто лишился чего-то жизненно важного.       Лифт, который принёс их сюда начал подниматься. Вдалеке послышалось эхо голосов.       Встав на колени перед капсулой, Аомине просканировал тело. Слабые, но стабильные процессы жизнедеятельности. Он коснулся холодной щеки парня.       — Ты здесь?       Чёрные широкие брови чуть нахмурились. Через секунду на Аомине прищурившись уставились карие глаза.       На секунду он перестал дышать. Показалось, что ничего не вышло.       В сознание каким-то образом пришёл сам хозяин тела.       — В тебя было удобнее, — просипел незнакомый голос.       — Дурак, — беззлобно прошептал Аомине, чувствуя, как от облегчения губы расползаются в улыбке. — Давай, нам пора уходить.       Лестница — единственный их путь к отступлению — находилась, благо, недалеко.       — Поднимайся, — он тряхнул безвольное тело.       Кагами со стоном приподнялся. Встать на ноги никак не удавалось. Они дрожали при любом напряжении. Аомине стянул с себя куртку, накинул на его голые плечи.       Руки едва просовывались в рукава. Он никак не мог попасть, тыкаясь словно пьяный. У Аомине закончилось терпение. Он рывком натянул куртку и поднял Кагами. Тяжелый, сука.       Кагами вяло перебирал ногами. Не было и речи о том, чтобы преодолеть даже один пролёт.       — Оставь меня, — слабо проговорил Кагами, тяжело дыша. Каждый шаг давался с трудом.        — Ага, разбежался, — пропыхтел Аомине, перекидывая руку Кагами на плечо и поудобнее перехватывая его за талию. — Постарайся побыстрей освоиться на новом месте.       Тащить на себе Кагами оказалось сложнее, чем он предполагал. Был, конечно, вариант, что тот не сразу сможет хорошо контролировать тело, но он не думал, что будет настолько тяжело. Что придётся буквально тащить на себе тело пусть и немного уступающее по весу и комплекции его собственному. На что он надеялся, Аомине и сам уже не знал.       Они прошли пару метров по направлению к запасному выходу. Лифт, который в теории должен был давно оказаться на этом этаже ещё не появился.       В ухе сквозь помехи вдруг раздался голос, который Аомине уже не надеялся услышать. Он был уверен, что Мурасакибара свалил, как только запахло жаренным.       «Я немного их задержал, Мине-чин. Слева в конце есть ещё один лифт. Он направит к крыше. Вас ждут».       — Спасибо, — выдохнул Аомине, — я твой должник.       Мурасакибара обиженно пробурчал:       «Меня шантажировали».       — Передай Киёши привет.       Аомине не стал задавать вопросы, а потащил Кагами к указанному месту. Тот, казалось, стал немного уверенней ступать, по крайней мере теперь он не так сильно тянул Аомине за собой на пол.       — Я так понимаю, у нас снова импровизация?       — Типа того. Давай, поднажми.       Двери лифта раскрылись, стоило им приблизиться. Оказавшись внутри, Аомине со облегчением отпустил Кагами и тот неуклюже завалился.       — Блять, ты весишь тонну, — пожаловался он, осматривая кабину без каких-либо опознавательных знаков.       Прежде чем двери сами закрылись, Аомине заметил с другой стороны зала людей в форме.       Кабина тащилась целую вечность. То ли этим лифтом давно никто не пользовался, то ли его поставили ещё при основании города. Кагами сидел на полу прислонившись к стене. Рядом приземлился и Аомине.       — Ты как?       — Странно ощущение, — Кагами рассматривал руки и поочередно сгибал-разгибал пальцы. — Вроде моё, но вижу, что нет.       Аомине кивнул. Это он ещё себя в зеркале не видел. Совершенно не похож на себя, начиная от формы лица и заканчивая цветом кожи.       Он коснулся непривычно светлой руки Кагами с длинными узловатыми пальцами.       — Мидорима не самый дружелюбный тип, но посмотрим, что он сможет сделать.       Кагами усмехнулся.        — Неужели? Мне он показался гораздо приятнее тебя.       — Эй, я оскорблён в лучших чувствах.       Наконец кабина остановилась. Судя по схемам здания, они находились практически на крыше. Осталось преодолеть два пролёта.       В открывшимся коридоре визжала сирена.       — Жди, — бросил Аомине, собравшемуся подниматься Кагами и достал пистолет.       Сканер не находил ни людей, ни камер, но перестраховаться не мешало.       Проходя пролёт Аомине не переставал удивляться. Он изначально понимал, что назад придётся пробиваться с боем, но подозрительно им никто не мешал.       Он спустился за Кагами. Дал ему знак. Тот двигался получше, но придерживался стен.       Дальше снова никого. Аомине нахмурился. При поднятой тревоге их не нашли. Либо ловушка, либо…       Он сделал Кагами знак, оставаться на месте. Сам осторожно приблизился к дверям, отделяющим последний этаж от крыши. Заглянул в окно.       — Какого…       Тут и там лежали не подающие жизнь тела в форме «Гласера». Рядом валялось уже бесполезное оружие. Выведенные из строя дроны не двигались.       Но привлекло внимание не это, а белое ави с приветливого открытыми дверями.       Назад пути нет — за ними охотились и сколько осталось до того, как местные нетраннеры запустят демонов в их системы — вопрос времени.       Аомине сделал глубокий вдох.       — Пошли, — потянул он Кагами на улицу.       В лицо тут же ударил шквал ветра. Аомине на секунду зажмурился, оказавшись на залитой ярким светом крыше. Они были достаточно высоко над тяжелыми кислотными тучами Найт-сити. Если бы не спешка, можно было полюбоваться теплом редкого солнца.       Выставив оружие, он быстро направился к ави, внимательно смотря по сторонам, ожидая, что вот сейчас из-за трубы выскочит враг или под ногами взорвётся граната. Но ничего не происходило. Кагами торопливо перебирал ногами позади, то и дело спотыкаясь.       Оказавшись внутри машины, Аомине перебрался к панели управления, попытался нажать пару кнопок, но ничего не отзывалось. Двери плавно закрылись за Кагами. Ави тихо загудело, начало подниматься в воздух.       — Еле успели, — выдохнул Кагами.       Аомине посмотрел туда, где полминуты назад они переступали трупы. На крышу высыпали люди. В корпус застучали пули, но они уже набрали высоту.       — Так просто нас не отпустят.       Аомине безуспешно пытался взять под контроль машину, но автопилот заблокировал управление.       Один из экранов на панели вдруг ожил.       От удивления Аомине смог только выдохнуть «Ты?».       Сколько бы лет не прошло, Такао «Ястреб», казалось, не на секунду не изменился.       — Как жизнь, Ди? — улыбнулся Такао почти искренне. — Рад видеть тебя и… — он перевёл взгляд Аомине за плечо, — я полагаю, Тайгу.       — Какого чёрта. Это ты устроил?       — За кого ты меня принимаешь? — наигранно возмутился Такао. — Не мог же я тебе доверить одного из лучших нетраннеров.       Аомине состроил гримасу.       — К тому же, — продолжил Такао, — давно хотелось щёлкнуть по носу «Арасаки», а тут вы подвернулись.        — Понятно. Значит, ты был в курсе всей этой операции с самого начала.       — А ты думаешь, откуда Кисе оперативно дал тебе все доступы.       Стоило догадаться раньше. Слишком всё плавно прошло. Охрана не донимала, попали в хранилище они тоже практически налегке. Без плана, подготовки, страховки и отступных путей на случай пиздеца. Да, им здорово подсобил Киёши, помог Мурасакибара, но как он и говорил, одному такое не провернуть. Даже для соло профи.       Для полноты картины не хватало ещё много кусочков, но Аомине не привык задавать вопросы, тем более таким людям как Такао.       Официально, вломившиеся в здание «Гласер» сбежали на ави. Во время преследования, машина потерпела крушение на севере Южных пустошей. Тела на месте аварии найдены не были. Двое неизвестных нарушителей объявлены в розыск.

***

      Несмотря на, как всегда, паршивую погоду за окном — сегодня обещали обильные осадки целый день, да ещё рекомендовали, чтобы вода не попадала на открытые участки тела — в квартире светло и уютно. Пахло чесночным соусом, тестом и постельным кондиционером.       Чертыхнувшись, Аомине стянул носком с пятки кеды, оставляя обувь у дверей. Никак не привыкнуть к новому домашнему правилу.       Сейчас это место можно было назвать домом.       Потому что сюда хотелось возвращаться.       Куртка небрежно приземлилась на новенькое нетраннерское кресло.       — Повесь нормально.       Видимо, с новым телом Кагами обзавёлся дополнительной парой глаз на затылке, ибо как ещё объяснить его способность знать, что происходит у него за спиной.       Аомине закатил глаза, но молча подчинился. Куртка заняла своё место на вешалке в шкафу с другой аккуратно сложенной одеждой.       — Что по новостям?       Всё это время Кагами не отрывался от телевизора. Одной рукой поглаживал лежащего на коленях Милашку, другой отправлял в рот чипсы.       — Показывали Киёши. Сказал, что дело с «Синомак» продвигается.       — Ещё бы, — фыркнул Аомине. — Небось рад, что полицию начали воспринимать всерьёз и туда пошли люди. Вы с Мурасакибарой отлично сработались.       Кагами неопределённо промычал.       — Не уверен, что того, что мы успели вытащить из Сети хватит, чтобы нанести серьезный урон «Кан Тао».       — А я вот уверен, — заявил Аомине. Он шикнул на кота и занял его место, уложив голову на колени Кагами. — Ты же лучший.       Кагами никак не отреагировал. Будто даже не заметил, как под пальцами вместо кошачьей шестёрки оказались пряди его волос.       Аомине не любил, когда его игнорируют.       — Эй, Тайга.       Раздвоенные брови нахмурились в ожидании очередной колкости. Кагами посмотрел вниз.       Что ни говори, Мидорима постарался на славу — если не знать предысторию, Кагами выглядел ровно так, как он и запомнил: цвет глаз, проколы в ушах, едва заметный шрам у виска, даже такое же количество складок на лбу, когда тот хмурился.       Сменили буквально всё, вплоть до кожи и половых органов, чтобы Кагами никогда не чувствовал себя гостем в своём теперь уже теле.       Единственное, Мидорима, явно назло ему, удлинил кости ног Кагами чуть больше, чем нужно.       — Ну чего? — не выдержал Кагами, когда молчание Аомине затянулось.       Тот хитро прищурился.       — Уже ничего.       Он дёрнул Кагами за шнурки толстовки ровно в тот момент, когда тот раздражённо закатил глаза.       Губы Кагами были солёными.