Эгида

— Я спрошу прямо, — легкомысленно улыбаясь, заговорила Дана. — Моя тётя обречена, верно? — Если ей невероятно повезёт, — ответил граф Гальски, тоже не изменивший выражения лица, — она не выйдет из-под домашнего ареста. Но я не позволю подобного везения. — Я не пытаюсь замолвить за неё слово. Пусть она ответит по всей строгости закона. — Строгости? — усмехнулся граф. — Моя дорогая Дана, закон никогда не бывает строг к аристократам, тем более к высшему дворянству. Барбара Донна — всего лишь баронесса. Будь она хоть каплю ниже статусом — и её бы давным-давно повесили. — Так вы не собираетесь судить её по сфабрикованному обвинению? — Сфабрикованному, говорите? — граф снова разулыбался, будто это была смешная шутка. — А как вы полагаете, графиня, кто его сфабриковал? — ...Я думала об этом, — ответила Дана, тоже удерживая на лице выражение, подходящее для невинной светской беседы. — Подозреваю, что... — Постойте, — прервал её граф Гальски, ни на секунду не отведший глаз от своей собеседницы, — кажется, маркиз Роберт определился и намеревается всё-таки помешать нашей беседе. Где мы могли бы её продолжить? — Заезжайте ко мне, — предложила Дана. — В любой момент, хоть завтра. Да что там, можно даже этой ночью. — Боюсь, многие, как и маркиз Роберт сейчас, усомнятся в моём светском визите к кровной родственнице обвиняемой. Кто-нибудь обязательно припомнит это, едва обнаружится, что я буду судьёй. — Не волнуйтесь, Эгида с этим разберётся. — О, — ответил граф, всучая собеседнице второй бокал сока, чтобы со звоном чокнуть о него своим, — раз это Эгида, я спокоен. — Благодарю, — Дана действительно всё ещё хотела пить. — Но не думаю, что вам есть на что рассчитывать. — Чтобы я и дворецкая..? Что вы такое говорите, графиня. — А если честно? — засмеялась Дана. — А если честно, то вы правы, — ответил граф Гальски, присоединяясь к даниному смеху. — Боюсь, эта прекрасная леди мне не по зубам. — Позволите мне присоединиться? — спросил маркиз Роберт. — Похоже, вы обсуждаете нечто весьма весёлое. Регулус Роберт неуловимо напоминал Дане её покойного дядю и тем не нравился. К тому же прямо сейчас на контрасте с очаровательным графом он выглядел жалко. «Если подумать, я ведь сужу о людях по внешности?..» Вполне могло оказаться и так, что маркизу было не до прихорашиваний: маркизат был далёк от процветания, и вины управляющих в этом было куда меньше, чем влияния холодной дождливой погоды. В смысле расположения земель род Роберт проиграл в лотерею. Впрочем, Дане, косившейся лишь на лысину маркиза, прямо сейчас не было до этого дела. — Мы обсуждаем мою дворецкую, — сказала она с преувеличенно фальшивой приветливостью. — Сплетни о прислуге? Достойная тема, — хмыкнул маркиз Роберт, и Дана сразу же перестала стыдить себя за сложившееся авансом не лучшее мнение о маркизе. Должно быть, репутация гениального следователя (не было ничего необычного в том, что дела высшей знати расследовала другая знать) не всегда шла в паре с приятными человеческими качествами. — Что ж, — сказала она, — меня всё ещё ждёт принцесса Анжелика, так что я вынуждена... — Вы действительно заставили её ждать, — перебил маркиз. — Не похоже, чтобы вы с графом Гальски просто обменялись парой слов. Верно я говорю, граф? — Вы что, наблюдали за нами? — изумлённо переспросил тот. — Неужели на это есть какой-то запрет? Но нет, я лишь мельком заметил вас беседующими... минут десять назад. Думаю, графиня, принцесса уже забыла о вас или же стосковалась в ожидании. — Я видел её выходящей в сад, — сказал граф Гальски. — Поторопитесь, Дана. Дана коротко поклонилась и отвернулась, чтобы, прихрамывая, отправиться к выходу. — А вы с юной графиней и правда близки, — послышался у неё за спиной голос маркиза, повышенный, должно быть, специально чтобы она наверняка услышала. — Эгида, — позвала она. — Да, госпожа? — Верни мне мою трость. Эгида вложила трость в данину руку. — Я провожу вас, госпожа. — Давай. Я действительно тороплюсь. Кто знает, куда могла слинять эта принцесса. — Она у фонтана, — ответил откуда-то знакомый голос, просто сочившийся весёлым удовольствием. — Смотрит на воду. К этому моменту Дана и Эгида уже были на лестнице, ведущей в сад. — Интересно ей, наверно, — пробормотала Дана, оглядываясь. — Ещё раз добрый вечер, господин Даниэль. Даниэль одним плавным движением спрыгнул с крыши ближайшей беседки. — Вы действительно нашли меня! — воскликнул он с восторгом. — Неужели вы были готовы встретить меня, госпожа Дешиаль? Дана почувствовала дуновение тёплого воздуха. — Эгида, — сказала она, — не ведись на дешёвые провокации. — Как прикажете, — сквозь зубы произнесла дворецкая. Однако ветер, овевающий Дану, прохладнее не стал. — Ну же, — в нетерпении повторил ангел, — вы ожидали меня, госпожа? — Вовсе нет, — равнодушно ответила Дана. — Тогда, может быть... вы узнали мой голос? — Эгида, — сказала графиня, — мне кажется, я вижу перед собой собаку. И она машет хвостом. — Я и правда верен, как пёс! — радостно подтвердил Даниэль. — Хотите стать моей настоящей госпожой? Вы будете собачкой королевы, а я — вашей... — Вынуждена вас разочаровать, — ответила ему Дана, — я не помнила вашего голоса, да и в лицо узнала с трудом. Меня просто не удивляют лю... существа на крышах. — Эй, это обидно, — насупился ангел. — Называть меня «существом»... — Эгида, — скомандовала графиня, — мы направляемся к фонтану. — А вот и нет, — возразил Даниэль, перегораживая им дорогу. — Госпожа, оставайтесь здесь, — сказала Эгида, делая шаг вперёд. — Да погоди ты, — Дана поймала её за манжет. — Чего вы хотите, Даниэль? — Просто будьте со мной нежны, госпожа. — Эгида! — остановила Дана равнувшую было вперёд дворецкую. — Успокойся. Даниэль, я станцевала с вами целый танец. Неужели этого было недостаточно? — Кое-чего не хватило, — мечтательно протянул Даниэль. — И чего же? — Реверанс, — хитро улыбнулся он. — Госпожа, я его сейчас... — начала было Эгида. — Нет, стой на месте. Дана торжественно приложила руку к груди. — Нет-нет-нет, — покачал головой Даниэль, — не поклон. Я имею в виду настоящий реверанс. Дана сделала шаг вперёд и притянула к себе дворецкую. — Эгида, — скомандовала она. — Да, госпожа. — Придётся драться. — Кажется, я увидел нечто интересное, — ухмыльнулся ангел, широко раскрывая свои белоснежные крылья.