Эгида

Двери гостиной, где графиня Дана Дешиаль только-только начала пристраивать свою голову поудобнее на плече Алисии, раскрылись перед маркизом Робертом усилиями двух служанок, которых Дана не справилась разглядеть раньше, чем створки сомкнулись вновь. Однако сомкнулись они за спиной не одного лишь маркиза: вместе с ним прибыл... «Впрочем, этого стоило ожидать». — Где граф? — с порога спросил маркиз Роберт. — Вот именно, — храбрясь, подпел ему барон Гальски, — где мой брат? Дана со вздохом отодвинулась от своей опоры в лице Алисии: — В каком смысле? — Не притворяйтесь, — рявкнул маркиз, наконец (пусть и без приглашения) плюхаясь на диванчик при чайном столике напротив Эгиды. Барон Гальски чуть подождал, выразительно глядя на своего спутника, прежде чем тот подвинулся, — и тоже сел. «И так влез бы, — подумала Дана. — Всё же даже он что-то из себя представляет. Какая жалость». — Итак, — начала графиня, — вы ворвались ко мне среди ночи, когда леди моего возраста давно пора спать, и, игнорируя этикет, грубо требуете указать вам, где находится граф Гальски. Почему же вы решили спросить об этом меня? Пока маркиз надувался, готовясь к ответу, барон Гальски, должно быть, приняв молчание за заминку, подсказал: — Мы видели, что он направился в вашу сторону. — Лорд... — с тоской протянул маркиз Роберт, чья речь была перебита ещё раньше, чем началась. — Лорд, — в тон маркизу пропела графиня, — это столица. Резиденций аристократов здесь больше, чем направлений. Пауза продлилась лишь мгновение, после чего маркиз обратился к своему спутнику по титулу: — Ваша милость, не могли бы вы не говорить, пока вас не просят? — Ничего себе, — фыркнула Дана.. — Ваша милость, — снова начал маркиз, — перед нами сидит искусная манипуляторка, которая только и ждёт вашего замешательства. — Как интересно, — заметила Дана, — а вы, ваше сиятельство, готовы отвечать за свои оскорбительные слова? — Разумеется, ваше сиятельство Дешиаль. Как только мы покончим с этим делом. — Вы имеете в виду поиски графа? Он у меня. — Где он?! — воскликнул барон Гальски. Маркиз только вздохнул, и Дана ответила: — Эгида провела его наверх. Барон резко вдохнул, собираясь что-то сказать, но его оборвал маркиз Роберт: — Прошу вас, лорд, помолчите... Итак, — он поднял взгляд на Дану, — ваше сиятельство признаёт, что похитили графа. — Похитила? — Дана усмехнулась. — Предположим. Тогда вы, в свою очередь, признаётесь, что преследовали нас? — Разве незаконно, — хмыкнул маркиз, — преследовать подозреваемую в похищении? — Вам виднее. Я не настолько хороша в юрисдикции... — Лорд Роберт, — неожиданно уверенно произнёс барон Гальски, — прошу вас, хватит. «Надо же, и у этого прорезался голосок». — Что вы имеете в виду? — мягко спросила Дана. — Мы не преследовали вас. Мы знали, что граф будет в вашем поместье. — Вот это да, — графиня осталась спокойна, — кто же предоставил вам такую информацию? Последовала пауза. Маркиз подпирал голову рукой, скрывая глаза, должно быть, полные отчаяния: беседа явно пошла не по его плану из-за какого-то слишком честного сопляка. — Лорд Гальски, — напомнила Дана, — прямо сейчас меня обвиняют в очень тяжёлом преступлении — похищении аристократа. — Это была её высочество Анжелика, — сдался барон. — А я говорил вам, — вздохнул маркиз Роберт, обращаясь к барону. — Леди — искусная манипуляторка. — Позвольте с вами не согласиться, — вдруг воспротивился барон, и Дана подняла на него изумлённый взгляд. — Я не увидел в её словах ни следа манипуляции. А вы, лорд Роберт, действительно начали с необоснованных обвинений. И с самого начала ведёте себя очень грубо. — Великолепно, — одобрительно произнесла Дана, не давая маркизу вставить слово. — Более того, лорд Гальски, не я, а маркиз обманывал вас. — Очень интересно, — хмуро и без энтузиазма заговорил маркиз, — и где же я, по-вашему, солгал? — Ваша милость, — обратилась юная графиня к барону Гальски, — подскажите, как вышло, что вы с его сиятельством проследовали в мой особняк? — Я пытался найти брата, — задумался барон, — и встретил сперва маркиза, который решил помочь мне в поисках, и затем принцессу Анжелику, которая и сказала мне, что брат планирует остаться в вашем особняке... Его сиятельство предложил мне свою карету, и мы направились к вам. Вот и всё. — Так много вопросов, — хмыкнула Дана. — Прошу, — всё так же недовольно сказал маркиз, — задавайте их по одному. Так мы хотя бы будем знать, что вы хотите получить ответы, а не сбить нас с толку. — Как пожелаете. Итак, почему же его сиятельство решил присоединиться к поискам графа? — Мне нужно было с ним поговорить, — ответил маркиз Роберт. — На всякий случай уточню, что если вас интересует тема, то попрошу забыть о своём интересе, поскольку это только наше с графом Гальски дело. Дана широко зевнула. — Извините, лорды. Леди моего возраста давно пора было лечь спать... Далее я хочу спросить, что же заставило вас обратиться за советом именно к её высочеству Анжелике. Барон Гальски с сомнением оглянулся на соседа, и тот сказал: — Вы говорили, что после беседы с графом направитесь к ней. Впрочем, судя по словам самой принцессы, это была ложь. — Это была правда, — заметила Дана. — Прошу прощения, леди, но между словами подозреваемой и словами королевской особы я предпочту доверять вторым. — Я вовсе не говорила, что её высочество солгала. Это вы сделали из её слов вывод, не соответствующий реальности, что, безусловно, недопустимо для следователя... Но позвольте обсудить это после того, как я смогу задать все свои вопросы и получить на них ответы. — Вижу, вы не готовы отвечать за свои слова, — хмыкнул маркиз Роберт. — Раз вам так хочется, прошу, продолжайте. — Благодарю, — без смущения отозвалась Дана. — Тогда второй вопрос: откуда её высочеству оказалось известно, где граф? Последовала короткая пауза. — Я не знаю, на что вы намекаете, — с отвращением произнёс маркиз, — но я не имею об этом ни малейшего понятия. — И вы, разумеется, не задались этим вопросом, господин следователь. — Не в моих привычках сомневаться в словах королевских особ. — Что ж, это я могу понять, — согласилась Дана. — Тогда мой последний вопрос: если вы знали, куда граф направляется, зачем же нужно было его преследовать? — Простите? — удивился барон Гальски. — Я же сказал, что мы здесь благодаря подсказке её высочества Анжелики. — Вы думаете? Но ваш брат сказал мне, что его преследовали. — Да?... — растерялся барон. — Он мог не так понять... — Вы сейчас сомневаетесь в словах родного брата? Барон смутился ещё более, и маркиз сказал, резко вставая: — Довольно этого фарса. — Верно, — поддержал его барон, тоже поднимаясь, — просто приведите Антуана. Или нас к нему. — Боюсь, — ответила Дана, оставшаяся сидеть, — это невозможно. — П-почему? — не понял барон. — Вы же её слышали, — мрачно сказал маркиз, — ваш брат поднялся в покои в сопровождении её дворецкой. — ...А, — пристыженно ответил барон Гальски. — Не ройте себе яму, ваша милость, — посоветовала ему графиня, которой пришлось запрокинуть голову, чтобы вернуть зрительный контакт. — В любви или даже увлечении нет ничего постыдного. В отличие от того, чтобы стесняться родного брата из-за всяких мелочей.