Маркус

      Маркус не соврал: работа в архиве ему действительно нравилась, хоть многие книги и свитки страшно было брать в руки из-за их ветхости. Он вздыхал о техниках реконструкции, за которыми с удовольствием наблюдал на видео, но в этом мире не было тех же световых столов или химических реактивов. Он задумывался о помощи книгам магией, но пока не рисковал, вручную переписывая абзац за абзацем с осыпающихся страниц.       Мысленно благодаря магию за лечение, Маркус сидел над очередным свитком, пытаясь расшифровать своеобразный почерк автора - тот писал с сильным наклоном влево, да ещё и лепил буквы друг к другу, словно ему не хватало места, когда ощутил чужое присутствие, поднял взгляд и вскочил, чтобы поклониться в приветствии.       - Доброго дня, Ваше Величество.       - Здравствуй, Маркус, - Адриан Третий неспешно опустился на стул, который парень обычно использовал для листов с переписанным текстом и сушившимися чернилами, когда на столе уже не хватало места. - Вижу, ты справляешься с работой.       - Да, Ваше Величество, - Маркус вернулся на свое место только после лёгкого движения руки императора, втайне радуясь, что прочитал все книги по этикетку, какие нашёл в библиотеке Руфуса. Конечно, было страшно, но также и любопытно - император ведь не тот человек, который может праздно прогуляться до библиотеки и поболтать с работником.       - Руфус говорил, тебе можно доверять. - Взгляд карих глаз был обманчиво безмятежен.       - Как того желает Ваше Величество.       - Я желал бы узнать, с чего бы Хранителю нашей страны приставлять вдруг ко двору и важным сведениям неизвестного ребёнка.       - На самом деле, Ваше Величество, я просто попросил Руфуса помочь мне с работой. Не хотелось полностью зависеть от его милости. Руфус был другом моей матери, и после её смерти решил обо мне позаботиться.       - Вот как, - Адриан пытливо вглядывался в ясные глаза, напомнившие ему цвет льда посреди пустыни на краю страны. - Но разве работа среди пыльных свитков подходит такому молодому человеку? Разве ты не хотел бы выйти в свет? С покровительством Руфуса многие двери открыты.       - Что вы, Ваше Величество, меня всё устраивает. - Маркус всё ещё не понимал, к чему этот разговор.       - А если бы сам император предложил тебе место подле себя? Ты красив, обучен грамоте и не болтлив, Маркус. Я был бы не против встречать такого интересного молодого человека в своих покоях.       Маркусу показалось, что его горло сжали в удушающей хватке. Он приоткрыл рот и не смог выдавить ни звука, непочтительно уставившись на Его Величество распахнутыми глазами. Тот же потянулся вперёд и крепкой ладонью со старыми мозолями от рукояти меча накрыл чужие тонкие пальцы.       Маркус, словно мышь перед змеей, не моргая смотрел на то, как мужчина слегка продвинулся. Всё его существо напряглось, во рту мгновенно пересохло, а сердце подобралось куда-то в район горла, где билось бешеной птахой.       - Если у тебя нет опыта, не бойся. Я научу тебя всему. Обещаю, тебе не будет больно. К тому же, о месте рядом со мной мечтают многие люди. Вот только взгляд мой притянулся к тебе, Маркус, - указательный палец мужчины рисовал незамысловатые узоры на тыле кисти парня, пока тот судорожно пытался найти выход из ситуации.       Отказать императору? Какие могут быть последствия? Откинуть его руку? Но он только что начал попытки адаптироваться в мире.       Согласиться? Невозможно.       От одной мысли о том, чтобы согласиться лечь под императора, нутро Маркуса сжалось от неконтролируемого страха.       Мужчина, считая, что юноша перед ним не в силах выразить своей радости от данного предложения, и не получая отказа, придвинулся ближе, чтобы положить другую ладонь на бледную, нежную щеку юноши. Огладив острые скулы, он спустился чуть ниже, пальцем лаская бескровные, дрожащие губы.       - Н...не...       "Маркус, если ты не будешь говорить, я не узнаю, что ты хочешь." - вспомнил он слова Руфуса, которые тот сказал ему на ярмарке у палатки с украшениями для волос. Именно эта шпилька сейчас удерживала волосы Маркуса, и отчего-то это придало ему смелости.       - Не трогайте меня.       Магия взметнулась вокруг, зашелестели страницы открытых книг, а лёд, казалось, мог резать по живому.       - Отказываешься? Подумай, Маркус, - император не спешил исполнять требование, пропуская грубость мимо ушей и наслаждаясь гладкостью кожи под пальцами. - Или слухи верны, и ты греешь постель Хранителя?       - Ваше Величество, уберите руки. Вы абсолютно ничего обо мне не знаете. Разве вам так нужен шпион подле Руфуса?       - Не помешал бы, тут ты прав, - Адриан, наконец, сложил руки перед собой на столе. - Но так же верно и то, что ты мне просто приглянулся. Разве не лестные для тебя слова?       - Нет, Ваше Величество. Мне не нравится чужое внимание и чужие прикосновения. Благодарю вас за то, что уделили мне такое пристальное внимание, но позвольте теперь вернуться к работе.       - Хорошо, Маркус, - казалось, отказ императора не расстроил, хоть взгляд и стал чуть более задумчивым. - Если ты всё же передумаешь, двери моих покоев будут открыты для тебя.       Только когда дверь за императором закрылась, Маркус прижал ладони ко рту, не давая всхлипу вырваться наружу. В архиве они были вдвоём, но едва ли кто-то стал бы мешать императору. Но тот, видимо, решил не ссориться с Руфусом из-за своей прихоти, либо не был тем, кому нравится брать силой, и не стал упорствовать.       Прикосновения, казалось, отпечатались на коже, и теперь жгли, поперек горла встал ком. Маркус попытался дышать на счёт, но сдался, когда по щекам потекли горячие солёные капли. Он смахнул их рукавом, мечтая вернуться в свою комнату и спрятаться под одеяло.       "Это ведь не мог быть план Руфуса, правда? Он бы не стал... Он не мог..."       Маркус вспомнил, как всё это время заботился о нём демон, и устыдился, отодвигая прочь тёмные, недостойные мысли. Демон был слишком могущественным, чтобы у него появилась вдруг необходимость в получении сведений подобным образом.       - Дитя... Ты снова плачешь? - Шелест шёлковой рубашки, шуршание домашних тапочек и растерянный Руфус, сверху вниз смотрящий на сжавшегося на кресле парня.       - Я... Мне... жаль, но почему... - Маркус поднял лицо, размазывая по нему ладонями слёзы, и со смесью обиды и злости посмотрел на демона. - Почему всегда я?       Вопрос был адресован одновременно и демону, и миру. Руфус лишь грустно и уже привычно погладил Маркуса по волосам, аккуратно приглаживая тёмные вихры.       - Ты задаёшь вопрос, которым я задавался многие тысячелетия. Почему всегда я? Почему на мою долю выпало это? И как мне с этим справиться? Ди... - Руфус подавился словом, не в силах назвать это прекрасное, зарёванное создание перед ним, ребёнком. - Маркус, нам следует поговорить в другом месте. Думаю, я готов рассказать тебе о том, как мы все становились демонами.       Маркус замер в удивлении, даже перестав плакать.       Он прочитал сотни книг об истории этого мира. Он уже больше месяца копался в королевских архивах, но так и не смог найти ничего конкретного о Катастрофе, приведшей к появлению демонов в этом мире. И конечно, ничего о том, как те начинали свою жизнь здесь.       - Это будет долгий разговор, Маркус. Я буду ждать тебя дома, возле двери в подвал, - голос Руфуса излучал спокойствие и нежность, а рука не переставала поглаживать волосы Маркуса.       Тот вдруг импульсивно подался вперёд и потёрся о раскрытую ладонь демона щекой и губами, которых совсем недавно касался Император. На этот раз вместо обжигающего ужаса прикосновение принесло облегчение. Нежность тонких пальцев, несмелое прикосновение, словно Руфус боялся внезапных действий Маркуса, но при этом не желал упускать не секунды, лаская влажную от слёз горячую кожу.       - Руфус, не уходите. Пойдём вместе, - доверчиво попросил Маркус, открывая свои невозможные глаза и глядя на демона снизу вверх открытым, просящим взглядом.       "Я взрослый. Я ответственный. Я сильный. Блять, я достаточно сильный, чтобы не сделать ничего, за что он меня возненавидит!"- В голове Руфуса звучали медитативные мантры, пока он сам пребывал в ступоре, уничтоженный одной лишь фразой юноши перед ним.       Не сразу, но он нашёл в себе силы убрать ладонь от нежной кожи и взять Маркуса за руку, потянуть его на себя и позволить спрятать лицо на своей груди. Руфус не удержался, чтобы провести несколько раз по тёмным прядям, чувствуя в груди удовлетворение от вида одной из подаренных им Маркусу заколок в волосах.       - Идём, - потянул он парня за собой, и тот отстранился только у двери, ведущей в подвал, куда Маркус ни разу не спускался - не потому, что ему не было любопытно, а из уважения к тайнам Руфуса. Хотя шутки о бывших жёнах и мужьях он порой уже не только мысленно, но и вслух себе позволял.       - Как ты себя чувствуешь, Маркус? Идти вниз довольно долго.       - Я в порядке, - парень с сожалением, не отразившимся на лице, отпустил прохладную ладонь.       Шагая вниз за Руфусом по каменным ступеням, Маркус не мог не гадать, что же такого, связанного с демонами, тот мог хранить в своём подвале.       "И был яркий свет. И была Магия, окутавшая всё живое. И вышли на небо новые светила, и поменялись местами и очертаниями все континенты и острова". - Вспомнил он строки из одной совсем ветхой книжки.       Он так глубоко ушёл в свои мысли, глядя в спину демону, что понял, что споткнулся, уже подхваченный Руфусом.       - Прости, Маркус, но мне так будет спокойнее, - Руфус подхватил его под спину и колени и прижал к себе, после чего действительно спокойно двинулся дальше.       "Мне тоже," - едва слышным далёким, несмелым эхом отозвалось что-то внутри Маркуса, позволяя тому доверчиво прильнуть к Руфусу, полагаясь на его силу.       Шаги демона были так же легки, как и раньше. Будто не было у него на руках подтянувшегося и слегка потяжелевшего за последние месяцы юноши.       Чем ниже они спускались, тем громче становилось эхо шагов, отражаясь от каменных стен спуска-колодца. Лестница винтом уходила вниз, так что в какой-то момент Маркус подумал, что его голова скоро закружится.       - Почти пришли, - Руфус тайком вдыхал травяной аромат волос Маркуса, трепетно держа в руках свою притихшую ношу.       Наконец, они спустились на плоскую площадку, освещённую тёплым светом магических факелов. Мужчина с тщательно скрываемым сожалением поставил Маркуса на ноги, рукой указывая в сторону тяжёлой деревянной двери в виде арки с коваными узорами.       Маркус шагнул ближе и прищурился, чтобы рассмотреть причудливую чугунную вязь.       Руфус встал рядом с ним и положил ладонь на дерево. Его сила скользнула с пальцев, и створки пришли в движение.       Маркус зажал уши, когда петли оглушающе взвизгнули. Руфус поморщился:       - Следовало ожидать. Я очень давно не был здесь.       Магия утешающе скользнула по ушам, и Маркус выдохнул, убирая ладони и глядя в беспросветную, казалось, тьму за порогом.       - Что это за место?       Руфус подхватил его ладонь и переплел пальцы. И это ощущалось так правильно, что сжавшие его сердце когти воспоминаний ослабли и дали вдохнуть полной грудью.       - Место, которое я считал своим домом. И отсюда начался мой путь в качестве демона.       Его магия взвилась, рванулась вперёд и рассыпалась огоньками под высоким потолком. Маркус шагнул вперёд, сжав пальцы Руфуса чуть сильнее, словно боясь, что их руки разомкнутся.       - Это что, костёл?       Колонны уходили ввысь, поддерживая сводчатый потолок. Пустые скамейки, казалось, застыли в ожидании прихожан. Оконные проёмы больше не пропускали солнечный свет, и святые, чьи силуэты были составлены из кусочков цветных стекол, казалось, мрачно воззарились на незваных гостей. А у противоположной стены за алтарём уходили вверх и терялись во тьме трубы орга́на.       - Идём, - Руфус шагнул вперёд, и Маркус послушно двинулся следом, всё ещё озираясь по сторонам.       Походка Руфуса была изящна и уверена, как и всегда. Маркус опустил взгляд, и уголки его губ немного печально, но приподнялись; демон не изменял себе, предпочитая дома удобные мягкие тапочки даже к строгому классическому костюму. Маркус даже не смог вспомнить, в какой момент стал считать это не только милым, но и единственно правильным вариантом одежды Руфуса.       Демон пошёл вперёд и встал за кафедрой, откуда сверху вниз взглянул на присевшего в первом ряду Маркуса.       Лицо демона было бледным, тонкие губы сжались в абсолютно бескровную линию, а во взгляде Маркус увидел тлеющие отголоски похороненного прошлого.       - Я готов слушать, - мягко сказал он, разувшись и под тяжёлыми взглядами святых подтягивая к груди колени и удобно устраивая на них подбородок. Голубые глаза с интересом и ожиданием посмотрели на Руфуса, и тот не смог не рассмеяться, покачав головой.       - Почему даже это ненавистное, покинутое всеми святыми место ты превращаешь в свою уютную колыбель? - Расслабившись, демон облокотился на кафедру и окинул помещение взглядом.       - Маркус, здесь больше тысячи лет назад я был пастырем. Я верил в Бога и служил Ему. Я был молод и хотел спасать чужие души. Здесь же во время мессы и застала меня Катастрофа. И я очнулся единственным выжившим. Все мои прихожане превратились в груды серого пепла, уничтоженные этим миром. А я, тот, кто считался ближе всех к Богу, словно в насмешку судьбы стал выглядеть как исчадие Ада. Не способный умереть, не понимающий, что произошло. Тогда был момент, когда я-человек вместе с останками моих людей был похоронен.       Руфусу не нужно было утешение - он давно пережил произошедшее, оплакал всех, кого потерял, и отвернулся от своего Бога.       Маркус словно видел, как когда-то человек в чёрной сутане открыл нечеловеческие глаза, приподнялся у той самой кафедры и понял, что пространство вокруг покрыто не пылью, но пеплом. Видел, как тот кричал, выл, молил и проклинал. Как вышел из костёла и взглянул на разрушенный мир.       - Что такое на самом "Катастрофа"? - Спросил он.       - Столкновение и соединение миров. Одна луна и одно солнце принадлежат моему изначальному миру. И все демоны. Наш мир был похож на тот, куда ушла Стрейя, поэтому у твоей матери не возникло особых сложностей. Тот мир и этот изначально были ветками одной реальности, поэтому вообще возможно пройти между ними. - Руфус глянул прямо на своего единственного слушателя. - Я довольно долго жил отшельником, потом отправился путешествовать и так познакомился с остальными. Понял, что этот мир выбирал нас по какому-то своему критерию и каждого одарил - или проклял, я так и не определился - по-своему.       Маркус задумался, достаточно ли Руфус доверяет ему, чтобы он мог задать очевидный вопрос, но демон опередил его, легко поняв ход мыслей:       - Я бессмертен. Перепробовал, наверное, все способы. Извини, не знаю, что за дар был у Стрейи. Возможно, как раз та самая возможность произвести на свет ребёнка.       Маркус спустил ноги, обулся и подошёл к демону. Задрал голову, разглядывая разноразмерные трубы.       - Он всё ещё действует?       - Думаю, да. Я заклял время в этом месте и перенёс его вглубь горы. Так и не смог расстаться с этой частью своего прошлого. Глупо, не думаешь?       Маркус порывисто шагнул к нему, смело и крепко обнял:       - Не думаю.       Руфус выдохнул, чувствуя чужое тепло.       - Хочешь... я сыграю?       -Не спрашивай. Если хочешь - сыграй для меня, - слова исходили из самой души Маркуса, когда он отстранился и полными понимания глазами посмотрел на Руфуса. - Кто назвал вас демонами?       Руфус усмехнулся слегка озорно, вмиг став похожим на, наверное, оставшегося где-то далеко в годах юного священника.       - Ты сам, - Маркус понял все без слов, качая головой.       - Наконец-то не "выкаешь" мне, - демон, ощутив себя так, словно с его плеч была сброшена целая гора, выпрямился и сделал несколько шагов назад.       - Когда я пришёл в этот мир, мне было тридцать три. Возраст Христа, - он рассмеялся такой иронии, сел за орган, пальцами огладил клавиши, - Стрейе было двадцать девять, Эльсу всего двадцать три, но справлялся он куда лучше меня. Тяжелее всего было Эйлин. Ей двадцать пять, она была горячо любимой дочерью какой-то титулованной особы. Когда она попала в этот мир, оказалась среди диких племён, где к ней никто не стал относиться как к принцессе. Но Стрейя встретила её спустя пару дней. Стрейя спасалась обществом. Шумными компаниями, разговорами, посиделками у костра. Будто мы всё ещё нормальные. Эйлин спасла сила. Жажда силы. Я... Я был убийцей, прелюбодействовал, пытался совершить суицид, я испробовал столько способов саморазрушения, что у тебя волосы дыбом встанут. И я делал это осознанно, сам. Нас всех поломало этим миром, Маркус, - мужчина пробежался пальцами по клавишам, словно вспоминая, как вообще надо играть. - И поэтому я не могу слышать, когда ты считаешь себя грязным или неправильным. Потому что ты не делал ничего из этого по собственной воле.       Длинные пальцы наконец легли на клавиши, и демон, с благоговением и нежностью окинув Маркуса взглядом, улыбнулся:       - Поэтому ты ослепляешь меня. Я тону в твоём свете.       Он начал играть, и Маркус прикрыл глаза, погружаясь в музыку. Он слышал орга́н и раньше - семья Шайн не была верующей, но ценила искусство - но только сейчас смог почувствовать эмоции музыканта. Руфус вложил в свою игру всю свою боль, все сожаления и всю хрупкую надежду.       "Hallelujah," - вспомнил Маркус. Подняв голову, он взглянул за огоньки, созданные магией Руфуса, на отступившую ненадолго потревоженную ими тьму.       Маркус едва ли осознавал, что происходит. Просто что-то внутри вдруг разбилось - и собралось чем-то абсолютно, совершенно новым, скрепив осколки так, словно те наконец-то нашли единственно верное положение.       Музыка медленно смолкла. Пальцы музыканта чуть задрожали - и от усталости, и от ожидания приговора его единственного слушателя.       - Руфус, - мягкий голос заставил демона повернуть голову, чтобы снова, как несколько минут назад, заглянуть в эти подобные ни то льду, ни то небу глаза, и мужчина замер.       - Маркус?       Что-то изменилось. Произошло всего за несколько мгновений. Мир остался прежним, но человек перед ним...       Он вскочил и едва успел подхватить покачнувшегося Маркуса, пока тот не рухнул на ступени или клавиши. Очередную рубашку испортили не слёзы, а хлынувшая носом кровь.       "Всё хорошо, Руфус. Я только отдохну... чуть-чуть."       Демон сам не помнил, как оказался в своих покоях с окровавленным юношей на руках, как Филла несла чан с водой и лёд, а он стирал с бледного лица кровавые следы. Магия вокруг бессознательного тела металась, словно кудахчущая курица, только мешая. Не зная, откуда взялись силы, Руфус прикрикнул, махнув рукой и приказывая силе перестать мельтешить. И та, словно живой организм со своим сознанием, откликнулись на его призыв, рассеиваясь вокруг Маркуса мягким одеялом.       Кровь быстро перестала течь, и к щекам юноши вернулись краски, а дыхание стало глубоким и спокойным.       Руфус не отрывал взгляда от поднимающейся и опускающейся в такт дыханию груди, от пульсирующей артерии под тонкой кожей шеи, держал тонкое запястье ледяными одеревеневшими пальцами.       Юноша перед ним определённо просто спал, забывшись спокойным, умиротворенным сном.       И если бы Руфус мог поседеть, его чёрные волосы сейчас стали бы белыми.       - Мастер, я принесла отвар и чай. Выпейте, - Филла тенью скользила от двери, когда день сменился ночью, а ночь снова уступила место дню.       - Нет.       - Если вы не будете есть или пить, пока молодой господин отдыхает, он очень расстроится, очнувшись, - дух гор положила на кровать стопку домашней чистой одежды для Маркуса и пару полотенец. Вода стояла в тазу за её спиной.       - Филла...       - Совершенно права.       Руфус не отводил взгляда, и теперь смотрел прямо в голубые глаза, на дне которых появилось что-то новое, непонятное, но не кажущееся враждебным. Очень медленно Руфус протянул руку вбок, Филла вложила в его ладонь чашку, и он послушно выпил тёплый отвар. Маркус на это хихикнул и потёр глаза ладонью.       - Я напугал тебя? Прости. Слишком много всего сразу навалилось...       Филла, до этого тихо стоявшая рядом, вдруг опустилась на одно колено и склонила голову:       - Молодой господин, прошу простить. Эта не ощутила сразу...       - Филла, ничего не изменилось, правда. Встань, пожалуйста. - Маркус сел в кровати, и Руфус помог ему переложить подушку под спину.       "Нет, что-то точно изменилось." - Демон наблюдал, понимая, что не понимает ни одну из двух сторон этого диалога.       Дух послушно поднялась, оглядывая их каким-то новым, очень внимательным взглядом.       - Тогда я прямо сейчас займусь завтраком, господа.       Кивнув, Руфус вновь вернул свое внимание Маркусу. Тот отделил прядку у своего виска и теперь накручивал на палец, будто это было самое важное и требующее внимания действие на свете.       - Маркус, ты можешь объяснить, что случилось? - Мягко, но прямо спросил он.       - Вспомнил кое-что...       - Не хочешь говорить, не говори. - Вздохнул Руфус. - Пытать не буду.       - Нет-нет! - Маркус вскинул голову. - Я сам ещё не всё уложил в голове... Как ты думаешь, у мира есть какая-то сущность? Душа или что-то подобное?       Руфус поджал губы, взял в руки чашку и задумчиво огладил перламутровый фарфор.       - Я был священником. Я думал, что у мира есть Бог. Здесь же я демон. И я думаю, что у мира есть Магия. Но насколько её можно назвать сущностью... - Руфус опустил взгляд, вспоминая, как носилась вокруг Маркуса Магия мира и скептически хмыкнул. - Магия скорее похожа на безмозглую псину, которая должна кому-то прислу...       Демон осёкся, и в его глазах отразилось нечто, похожее на понимание, сомнение и... страх?       - Руфус, я... - Маркус, испугавшись таких эмоций, подался вперёд, заглядывая в глаза демону, и поспешно начал говорить: - Я правда не знаю, что я такое. Но внутри головы столько воспоминаний. Я не могу усмирить их, мне кажется, словно плотину прорвало, и я могу уловить лишь отголоски, фрагменты видений. Руфус, только не бойся, не ненавидь меня, потому что вся эта память - это всё равно не я. То есть я, но не тот я, что есть здесь, то есть...       Маркус тараторил так быстро и сумбурно, продолжая заглядывать в глаза мужчине, что дыхание кончилось до того, как он успел объяснить хоть что-то. Закашлявшись, он принял из рук Руфуса чашку чая и поспешно сделал глоток под его внимательным взглядом.       - Маркус, я испугался не тебя, - голос демона звучал мягко, когда он успокаивающе коснулся большим пальцем щеки Маркуса, - Я испугался, что оно, что бы то ни было, спрячет тебя внутри, где я не смогу дотянуться. Я испугался, что меня лишат твоего света.       Румянец сделал обычно бледное лицо совершенно очаровательным. Прежде, чем он смог бы отдать себе отчёт о своих желаниях и пресечь их на корню, Руфус потянулся к Маркусу и мягко, но настойчиво коснулся его губ своими. И опешил, получив робкий, но явный ответ. Маркус приоткрыл рот, и он воспользовался этим приглашением, углубляя поцелуй, ласково проводя ладонью по щеке.       Маркус потерялся в ощущениях, чувствуя мягкие губы демона, который был таким терпеливым и спокойным только для него одного, который спас его, учил и наставлял.       "Я ведь не мог... перепутать благодарность с любовью?" - Кольнула опустевший было разум мысль, и он отстранился, взглянул в золотые глаза напротив, полные безграничной нежности.       "Нет, не перепутал." - Пару раз глубоко вдохнув и выдохнув, но не позволив ещё Руфусу осознать случившееся, Маркус теперь уже сам первым потянулся к нему, прикусывая чужую губу и проводя по ней языком в извинении.       Когда-то он думал, что никогда не сможет полюбить и испытывать желание касаться другого человека вот так откровенно, показывая свои чувства и желая большего.       Руфус из последних сил нашёл остатки собственного разума, растворённые в этой томной ласке, и отстранился, сжав плечи юноши и жадно всматриваясь ему в лицо. Вопреки ожиданиям, в выражении лица Маркуса не было злости или отвращения. Наоборот: парень с влажными, припухшими губами и нежным румянцем на щеках выглядел восхитительно.       - Маркус, я... Просто знай, что это не секундная прихоть. И что я не заставлю тебя, я просто...       Маркус покачал головой, взял в ладони лицо мужчины и, светясь от эмоций, которые раньше никогда не испытывал, наклонился вперёд, прерывая речь и пытаясь поцелуем передать всё то, что сейчас расцветало у него внутри.       Руки Руфуса расслабились, одной он придержал парня за затылок, а второй притянул его за талию, усадил к себе на колени и поддался, отвечая так же осторожно и искренне.