По рукам и ногам связать

— Годжо ведёт себя странно. — Юджи говорит это слишком внезапно, нарушая приятную тишину, разбавляемую только стуком клавиш и шуршанием пачки «Shiroi Koibito». — Это же Годжо. — Нобара пожимает плечами, продолжая печатать на ноутбуке. — Он всегда ведёт себя странно, это нормально. — Последнюю неделю он ведёт себя по-особенному странно. — Да ну? И как же это проявляется? — девушка громко отпивает из кружки, у гладкого округлого бока которой болтается цветастый ярлычок какой-то популярной чайной марки, и хлопает крышкой ноутбука. Работа на сегодня видимо завершена. — Ну во-первых, — Юджи начал загибать пальцы. — он слишком часто начал спрашивать, всё ли у меня нормально. Иногда по несколько раз на дню. Во-вторых, — парень загибает второй палец. — во вторник притащил мне целый пакет манги, со словами, что не знал какая мне понравится и поэтому скупил пол витрины. В-третьих, я один раз сказал, что мне нравится анмицу из закусочной в Кацусика, так теперь я каждый день получаю коробку с этим чертовым анмицу! Я уже есть его не могу, я тебе клянусь. Юджи вспоминает все странности, а Кугисаки от его слов резко пробивает на смех. — Нобара! Ну не смейся, я… — Юджи замолкает на полу слове, округлив глаза и что-то резко вспомнив. — А позавчера после тренировки он подошёл ко мне в душевой и предложил посмотреть вместе какой-нибудь фильм. Я всё понимаю, да я и сам не против как бы, но не в душевой же это спрашивать! Девушка совсем заходится в припадке безудержного смеха, почти падает с диванчика вместе с ноутбуком. — А, да это он наверное извиняется так за случай на банкете. — успокоившись, Нобара выдаёт первое, что вообще приходит на ум.       Юджи хмыкает, призадумавшись над ее предположением. В голове почти моментально залипает мысль, что его снова пытаются купить, словно девку в светящемся разноцветным неоном, пропитанным развратом и запахом алкоголя и травы Кабуки-тё. Пацан звучно прикладывается лбом к многострадальному столу. От Юджи кажется остаётся все меньше и меньше Юджи.

***

— Ты опять за своё, Сатору. — не вопрос. Явное утверждение. Кенто стоял в кабинете Годжо и лениво листал отчет. — Не понимаю о чем ты. — Годжо разгрызает карамельный леденец, облизывает губы, самодовольно улыбается, крутясь на офисном кресле. — Ты думаешь я не знаю, зачем ты на самом деле купил Итадори Юджи? Уж точно не в подарок Мегуми. А теперь обхаживаешь его со всех сторон. Годжо резко давится конфетой и хмурится, заходясь надрывным кашлем. — Пацан влюбится в тебя, как и все предыдущие, в душе не понимаю, что в тебе все находят такого особенного. — Тебе список моих заслуг прислать на почту или напечатать? Я могу и… — Сатору, — Нанами перебивает резко, грубо, без шанса снова вставить своё слово. — не мучай пацана. Он и так ещё натерпится, не без твоей к тому же помощи. Сатору замолкает, сщурив глаза, смотрит на друга, словно пытается залезть к тому в голову. — Неужели… ты прикипел к нему, — Сатору тянет слова, не отрываясь рассматривает лицо Кенто. — неужели он тебя зацепил? — Годжо улыбается полу безумно, склонив набок голову. — Хочешь, он сегодня же вечером будет у тебя в постели, связанный твоим же галстуком?       Кенто тяжело вздыхает, кладёт папку с документами на стол и усаживается в свободное кресло напротив Годжо и ослабляет узел упомянутого узорчатого галстука. Ну что ж, видимо придётся играть по извращённым саторовским правилам. — А знаешь, ты наверное прав. — мужчина расслабленно откидывается на мягкую кожаную спинку. — Хочу его связанного себе. Широкая яркая улыбка медленно сползает с лица Сатору, уступая место недоверчивому хищному прищуру. Годжо смотрит с сомнением, абсолютно растерянный. — Думаю в районе восьми вечера будет неплохо, что скажешь, Сатору? — Нанами сцепляет руки в замок на животе и улыбается. Обычно незатыкаемый Годжо по-прежнему молчит. Кенто весело хмыкает. Попался. — Так и думал. Ты слишком собственник, что бы взаправду делиться чем-то своим. Но Юджи человек, а не твоя игрушка, Сатору. Разберись в своей голове, прежде чем что-то делать. Сатору громко вздыхает. — Он теперь боится меня, понимаешь? Молчит постоянно, отшатывается и смотрит так, как будто я его прям сейчас отдам первому встречному. — Годжо говорит поразительно серьезно, отрешенно вглядывается куда-то в сторону. — Я не хочу его в себя влюбить, просто… — мужчина вымученно сдвигает очки на макушку и прячет лицо в ладонях. — я просто хочу извиниться. — Не думал, что доживу до момента, когда Сатору Годжо будет перед кем-то стыдно. — Кенто поражённый удивленно качает головой. — Только вот если бы ты хотел просто извиниться, ты бы извинился и всё. А ты прям выторговываешь себе прощение. Поразительно. — Ничего я не выторговываю. — Годжо надменно задирает подбородок и отворачивается. — Сатору, ты четыре дня назад на приеме у Масамичи прилюдно сломал нос тому, кто на банкете увёл Юджи. — Кенто скептически поднимает одну бровь. Губы Годжо дернулись в намёке на удовлетворённую ухмылку. — Плюс заваливаешь пацана какими-то тупыми подарками. — Я всю неделю просто пытался как-то наладить контакт обратно! — Наладить контакт? Любопытно. — Кенто подпирает щеку кулаком. —Ты так убежден в собственной всесильности, что в твоём сознании не укладывается факт того, что ты никак не можешь получить прощение от собственного сейко, вот и бесишься с этого. Да и к тому же, твои подачки для Юджи, как рыбе зонтик.       Сатору переводит тусклый взгляд на Кенто, поднимает изящную бровь, копируя выражение лица Нанами. — Доверие не заслуживают подарками, Годжо. Его взращивают на почве хотя бы минимального уважения, сочувствия, понимания. Одним — конечно не знакомым тебе — словом эмпатией. — мужчина устало цыкает, объясняя такие элементарные вещи. — Ты и так в прямом смысле купил пацана, так теперь ещё и его чувства купить хочешь? — Нанами, не дожидаясь ответа, поднимается с кресла, более вести диалог не настроенный, и молча идёт к выходу под пристальным задумчивым взглядом.       Сатору на секунду кажется, что треск собственных хаотичных мыслей сейчас способен заглушить даже взлетающий самолёт. — Не всё можно купить. — мужчина говорит это у самой двери, тихо выходя из кабинета.       Сатору устало проводит ладонью по волосам и вдруг смеётся. У него есть абсолютно всё, чего можно только пожелать, только скажи, покажи, поделись и это будет доставлено в кратчайшие сроки. Только вот Юджи ничего от него не нужно.       Это осознание прошибает нутро и оседает маслянистой плёнкой в мозгах. Сатору до тягучей боли закусывает щеку изнутри. В голове вдруг рождается гениальная и простая, как божий день, идея. Мужчина моментально достаёт телефон из кармана брюк и быстро пишет несколько строк личному юристу. Довольно улыбается, убирая гаджет обратно и, схватив пиджак со спинки стула, широким шагом покидает кабинет.

***

— Мой дорогой любимый племянник наконец-то решил вернуться к бедному старому и одинокому дядюшке! Годжо, которому сообщили о приезде Фушигуро семь минут назад, находит мальчишку именно там, где и ожидал — в личной комнате. — Прекрати нести чушь, что мы родственники. Особенно на публике. Ками-сама, упаси, люди поверят ведь. Я от позора в жизни не отмоюсь. — Мегуми морщится, кидает сумку на идеально заправленную кровать. — Ох, ты ранишь без ножа, Мегуми… — Сатору драматично кладёт руку на грудь. — Больше к Зенин не поедешь, они плохо на тебя влияют!       Фушигуро тяжело вздыхает, закатывая глаза, и принимается раскладывать вещи по местам, полностью игнорируя крутящегося где-то сбоку мужчину. Парень устал с дороги и последнее, что сейчас хочется это общаться с Годжо. — А где демоны? Не слышу их что-то. Не уж то наконец-то сбежали? — А что, соскучился? — Мегуми вдруг поворачивается и хищно улыбается. — Могу позвать. — Не стоит. — Годжо разочарованно цокает. — А я так надеялся, что они потеряются где-нибудь в Осаке.       Юджи — насильно выдернутый Сатору из сна — стоял за дверью чужой спальни и совершенно ничего не понимал. Они родственники или нет? Кто такие демоны? Почему у вроде бы близких людей такие странные взаимоотношения? Вопросы множились в голове в геометрической прогрессии. — Как там поживает вся остальная счастливая семейка? — Годжо прислоняется бедром к дверному косяку и засовывает руки в карманы. — Ну как тебе сказать? — парень сделал вид, что задумался. — Маки и Май надеятся, что ты в скором времени не решишь их навестить, а Наоя посылает тебя к черту каждый раз, как о тебе заходит разговор. Фушигуро пожимает плечами, а Сатору малость удивленно поднимает брови и спустя несколько секунд уже заливисто смеётся, почти сгибаясь пополам. — Они всё так же меня любят. Как мило. — Годжо вытирает воображаемые слезы, не переставая хихикать. — Не то слово. — Мегуми бурчит фразу себе под нос, механически раскидывая по полкам вещи в шкафу. На кровати уже образовалась небольшая горка из одежды, что нужно кинуть в стирку. — Ты какой-то особенно недовольный сегодня, крошка Мегуми. Но твой супер дядя знает, как это исправить. — Сатору громко хлопает в ладоши. — У меня для тебя есть подарок! Юджи резко прислушался. Кажется пора. — Надеюсь это петля. — Мегуми скрещивает руки на груди, с неприкрытым раздражением смотрит на мужчину. — Лучше! — Сатору отлипает от косяка и отворяет дверь позади. — Представляю тебе Итадори Юджи. Твой сейко, а так же первый и наверняка — с твоим то характером — последний друг. Дарю! Юджи делает несколько шагов в спальню и равняется с Сатору. — Привет, — Итадори добродушно смотрит своими золотистыми глазами и машет ладонью в качестве приветствия. — рад наконец-то с тобой познакомиться.       Сатору широко улыбается, наблюдая за реакцией Фушигуро, пока на лице последнего с неимоверной скоростью сменяются эмоции. Непонимание, удивление, осознание, бессильное разочарование и толика презрения. Мегуми трёт переносицу пальцами и набирает полную грудь воздуха. — Сатору, — медленный выдох. — ты совсем из ума выжил?! Какой ещё сейко? — Для тебя самый лучший. Фушигуро хлопает себя ладонью по лбу, стонет в приступе дичайшего негодования и гневно направляется к двери. — Разговаривать с тобой даже не хочу. — Мегуми протискивается между телами Годжо и Итадори и чёрной тучкой покидает спальню, даже не разобрав до конца сумки. Воцаряется мертвая тишина, спустя несколько секунд разбавленная тихим шуршанием конфетной обёртки. — Ты ему понравился. — дьявольски довольный собой Сатору закидывает в рот сиреневый леденец. Юджи нервно улыбается в ответ.