Хронопсия

6 июня 2015 года. Гермиона c усилием раскрыла глаза, всматриваясь в белоснежный потолок. Он был… чужой. Или нет? Головная боль практически прошла, лишь лёгкое давление во лбу и в районе затылка говорило о том, что она не поправилась полностью. Грейнджер обессиленно поднялась с дивана, едва не теряя равновесие. Она мёртвой хваткой вцепилась пальцами в кожу подлокотника и замерла. Её трясло. Как снаружи, так и внутри. По телу пробежал неприятный озноб, заставляя Гермиону зажмуриться. Организм отказывался приходить в норму, напоминая о том, что необдуманные поступки всегда влекут за собой последствия. И она мысленно поклялась, что впредь будет действовать осторожнее. Видимо, победа над Волан-де-Мортом и три года под мирным небом расслабили, смягчилась вся та подозрительность, которая была присуща ей во время учёбы. Гермиона попыталась выровнять дыхание. Глубокий вдох и продолжительный выдох. Слабость казалась слишком болезненной, но Грейнджер смиренно терпела, надеясь, что ей станет легче. Ещё раз проснуться в чужой квартире, одной, без Рона, казалось невыносимым испытанием. Ох, Рон! Как же она по нему тосковала. Каждый день, каждую минуту, каждую секунду. Даже во снах она видела его. Такого местами неуклюжего, лучезарно улыбающегося… И уже не её. Воспоминания постепенно возвращались, оставляя за собой шлейф горечи со странной примесью совершенно незнакомого чувства. Рон порвал с ней, даже не назвав причину. И никто, абсолютно никто не хотел ей говорить, что же такого произошло в этом чёртовом две тысячи пятнадцатом. Вот оно! Искра надежды отозвалась приятными мурашками по всему телу. Грейнджер будет действовать тихо, не раскрывая цели. Гермиона узнает, что же настолько задело и потрясло Рона, что он незамедлительно расстался с ней без объяснений. Для начала нужно было восстановить память, ну или хотя бы поверхностную хронологию событий. Таким образом она сможет понять причину, по которой здесь оказалась. Но осторожно. Малфой не должен узнать о её планах. Соответственно, Гермиона не станет сообщать ему сразу, как только вспомнит все обстоятельства. — Ты проснулась? — мужской голос вырвал из размышлений, от чего она дёрнулась, испугавшись внезапного нарушения тишины. — Как себя чувствуешь? Драко аккуратно открыл дверь, бесшумно опустив ручку, видимо, побоявшись разбудить Гермиону, и зашёл в кабинет. На нём была белая свободная футболка из очень тонкой ткани, под которой при нужном ракурсе и свете просматривался торс, домашние хлопковые штаны и полотенце, небрежно накинутое на мокрые волосы. Грейнджер мысленно закатила глаза, подмечая, что многие повадки Драко сохранились — например, это эффектное появление. Она мысленно цокнула. Однако Гермиона должна признать, что такое нравится многим женщинам, и её взгляд, устремлённый на красивое тело мужчины, совершенно естественным образом блуждал по очертаниям фигуры Малфоя. Лёгкая тошнота вновь подступила к горлу. Мягкие вспышки замелькали перед лицом и вновь раскрыли необъяснимые картинки. — Дай мне! — Гермиона подорвалась с места и быстро сократила дистанцию. Её ладони оказались сверху полотенца, и она осторожно сжала махровой тканью влажные волосы, промокнув оставшуюся влагу. — Можно высушить с помощью магии… — бархатный голос отозвался рядом с ухом, заставляя на доли секунд замереть. — Зачем тратить магию понапрасну? Ноги устали от стояния на носочках, и Гермиона покачнулась, но крепкая рука подхватила её за талию. Малфой прижал её к себе вплотную, заставляя почувствовать грудью, как бьётся его сердце. Его хитрый взгляд скользнул по губам Гермионы, и он наклонился за лакомым кусочком… — Всё хорошо, немного голова болит, — честно ответила она, отрываясь от рельефных мышц или отрывков какого-то очень впечатляющего маггловского фильма, не иначе… — Завтрак будешь? — и снова этот тон, лишённый каких-либо эмоций. Словно он спрашивал это тысячи раз. — Угм. — Она выпрямилась и заставила себя отпустить подлокотник дивана. — Сейчас принесу… — Подожди, я могу… на кухне позавтракать? Или я всё-таки настолько нежеланный гость, что мне лучше не выходить? — Ты это к чему? Гермиона всмотрелась в лицо Драко, а затем демонстративно кинула взгляд на кольцо на безымянном пальце. Обручальное кольцо. Она заметила его раньше, после ухода Кингсли и первого разговора с Малфоем по душам. — Твоя жена. Она не против, что я здесь? — Секундная пауза, а затем осознание. — О, Мерлин, она вообще знает, что я здесь? — Её глаза расширились от изумления, и Грейнджер запустила руки в волосы. А если это одна из сестёр Гринграсс? Её же сожрут с потрохами, узнав о ночи под одной крышей с Малфоем. — Прекрати, — Драко всё ещё выглядел спокойным. Он подошёл к Гермионе и схватил за запястья, заставляя отпустить кудри. — Никто не против твоего пребывания в этом доме. Сейчас… она у родителей. Поэтому у нас не так много времени, чтобы вернуть тебя обратно, чтобы никто не узнал об этом путешествии. Что-то в нём убаюкивало Гермиону. Малфой был уверен в себе. И не так вызывающе, как это было у её сверстника. Она даже уловила нотку тепла в голосе, отчего её тело инстинктивно расслабилось, не чувствуя никакой угрозы. — Хорошо, — податливо согласилась Грейнджер, отодвигая подозрительность на второй план. Драко отпустил её руки, и ещё несколько секунд они стояли друг напротив друга. Гермиона могла поклясться, что прочла в его глазах надежду. Почему? Что это значит? Она понимала одно: поток мысленного хаоса ей сейчас ни к чему. — Тебе, наверное, в душ бы для начала? — О, было бы неплохо, — кивнула Гермиона и неловко уставилась в пол. — По коридору налево, а на кухню… — В обратную сторону, — закончила за ним Грейнджер. — Что? — Э… — она замерла. И действительно — что? Откуда она могла знать, где находится кухня? — Твой дом очень похож на мою квартиру в маггловском районе. — Полотенце возьми с полки, махровое персикового цвета. Остальное — что найдёшь. — Малфой загадочно смерил её взглядом и скрылся за углом. Она поджала губы и поторопилась спрятаться в ванной комнате. Этот дом такой уютный, но одновременно очень жуткий. Я чувствую, будто нахожусь в одной из старых сказок, где замок или избушка зачарованы, а я вижу лишь то, что должна видеть. Без правды. Это пугает. Здесь живёт Драко Малфой, но атмосфера слишком дружелюбна. Нет этой навязчивой аристократичности. Нет портретов самовлюблённых представителей династии Малфоев. Нет толпы прислуживающих эльфов. Наоборот — простая квартира, с простой зубной пастой в стаканчике рядом с умывальником. Моя любимая, кстати. И большая… Ох, большая просторная ванная, в которой можно навести пену, лечь в горячую воду и расслабиться… Как же мне такого не хватало в нашей с Роном маленькой коморке… Гермиона, не отпуская приятные мысли о возможном вечернем досуге, зашла на кухню. Драко стоял у плиты и сам готовил обычную глазунью с беконом. Аромат был превосходный, но даже он не сумел справиться с подозрением Грейнджер. — Ты готовишь? Малфой со скепсисом вскинул бровь, но проигнорировал вопрос, продолжая хлопотать над завтраком. Грейнджер села за стол, поджимая колени. — Сам? — не унималась она. Драко и в этот раз оставил её без ответа. Лишь развернулся к Гермионе лицом, поставил перед ней тарелку с яичницей, хрустящими кусочками жирного мяса, фасолью в соусе и куском тоста. Такое же блюдо с чуть большей порцией оказалось по другую сторону обеденного стола. Затем Малфой вручил ей вилку и передал кружку с чаем. — Приятного аппетита, — озвучил он, скорее всего, по привычке и принялся за трапезу. Гермиона молча наблюдала за Драко, стараясь унять в себе чувство дискомфорта. Но продолжать сомневаться насчёт всего вокруг было просто невозможно: так сходят с ума. Согласившись с этой мыслью, Грейнджер кивнула и принялась завтракать. Она с приятным удивлением отметила, что желток был жидким, и, довольная, зачерпнула его хлебом, закидывая в рот. — Очень вкусно, — поделилась Гермиона, прикрывая глаза от наслаждения. Блюдо напоминало ей привычку: по выходным, не торопясь на работу в министерство, она готовила под музыку на маленькой кухоньке. — Знал, что тебе понравится, — отозвался Малфой, с улыбкой на губах наблюдая за ней. — Какие у нас на сегодня планы? Вдруг раздался громкий стук во входную дверь, и домашняя идиллия была нарушена шумными возгласами в коридоре. Гермиона замерла, кусок встал поперёк горла. Драко так же напрягся, быстро поднявшись с места. На его лице появилось раздражение вперемешку с испугом. — Малфой, давай открывай, — знакомый голос коснулся ушей Грейнджер. — Забини? — шёпотом произнесла она. — Чёрт, — осёкся Драко. — Иди в кабинет, быстрее, — Грейнджер ошарашенно смотрела на него, подмечая, как вены выступили на висках, — живее, Гермиона. Она подскочила и понеслась в «убежище», тихо закрывая за собой дверь и прокручивая замок. Прислонившись спиной к стене рядом с косяком и опустившись на корточки, Грейнджер замерла. Сердце билось как сумасшедшее, так и норовя выпрыгнуть из груди. Гермиона сильно зажмурилась, прижимаясь лопатками к обоям, и затаила дыхание, как только услышала, что Драко впустил гостя в квартиру. — …так долго открывал? — доносился голос Блейза Забини. — Был занят миссис Малфой? — Заткнись, — это уже говорил уже сам Драко. — А что? Пря… жёнушку? Дай поздороваюсь… — Я говорю — заткнись, Блейз. Сейчас я заберу палочку, и мы пойдём… — …ждать… — Хорошо. Гермиона едва могла уловить разговор двух мужчин. Только лишь обрывки предложений, с помощью которых можно было понять общий смысл. Затем стало тихо. Ручка опустилась, и в кабинет зашёл Драко. Гермиона с ужасом посмотрела на него снизу вверх, посчитав, что это мог быть Забини. — Гермиона, — испуганно сказал Малфой, присаживаясь на корточки и хватая тёплыми ладонями её за плечи. — С тобой всё в порядке? Что-то болит? — Нет, — она сделала вздох впервые с момента, как затаилась, набирая в лёгкие кислород. — Нет, всё хорошо. Я просто подумала, что… Ничего, всё нормально. — Это моя ошибка: я забыл предупредить Блейза, что сегодня наши планы отменяются. — Нет-нет-нет, иди. Иначе он заподозрит что-то неладное, — выпалила Гермиона, а затем замерла, осознав, что это не лучшая идея. Остаться одной? В чужом доме? Доме Малфоя? В будущем? И без палочки? А если его жена вернётся раньше времени? Или Кингсли её обнаружит? — Уверена? — Он недоверчиво вскинул бровь. — Я могу остаться. — Иди. Я найду, чем заняться, — словами она убеждала Драко, но мысленно — только саму себя. — Хорошо. Я ненадолго. — Малфой поднялся и, не убирая рук с плеч девушки, потянул её за собой. — В твоём распоряжении весь дом. Но… всё-таки постарайся заняться памятью. — Да, — согласилась Гермиона и поёжилась, чтобы освободиться от его хватки. Драко с грустью посмотрел в её глаза, улыбнулся краем губ и вышел из комнаты, оставляя одну. Спустя несколько секунд входная дверь захлопнулась. Грейнджер подошла к окну и осторожно выглянула из-за занавески. На улице стоял взрослый смуглый мужчина, одетый с иголочки в модный, как предположила Гермиона, образ: кожаная косуха, прямые чёрные джинсы с рваными коленями, белые кеды и солнцезащитные очки. Он весело ударил по спине вышедшего из подъезда блондина. Как же все изменились, но при этом остались собой. Гермиона дождалась, когда они скроются из виду, а затем обернулась на кабинет. Впереди несколько часов, которые нужно провести с пользой. У неё было две цели: выяснить, как она сюда попала и что стало причиной расставания с Роном. В свободном доступе оказались бумаги на столах и тумбе, но в них Грейнджер не нашла ничего интересного. Она так же внимательно исследовала прихожую, кухню, ванную — каждую доступную комнату, но вскоре поняла, что найти какие-либо зацепки без магии ей не удастся. А палочки у неё не было: та осталась в прошлом. Спальня закрыта, как и ящики с сейфом в комнате, которую Гермионе выделил Малфой. Наивно было полагать, что он позволит ей рыскать в квартире. Он никогда не был глуп. Она обречённо вздохнула и лениво поплелась к себе на место. Забралась с ногами на диван и прикрыла глаза. Прошло только два часа, как она осталась в квартире одна, а скука накрыла её с головой. Грейнджер потянулась, широко зевая, и, к удивлению, провалилась в обеденный сон. — Миона, ты здесь? — родной голос Рона. Она улыбнулась и утонула в его объятиях. От него пахло кашемиром, бодрящим кофе и нотками лесного ореха со свежей выпечкой. — Пойдём быстрее, мы с ребятами уже заждались. — Извини, что задержалась. — Гермиона вложила в ладонь Рона свою руку и пошла вслед за ним к столику, за которым сидело трое волшебников: Гарри в обнимку с Джинни и напротив один Драко. Он замер при виде подходящей Гермионы, плохо скрывая приятное удивление. — Всем привет! — Грейнджер, выглядишь… потрясающе, — вырвалось у Малфоя, после чего он судорожно запил неуместную реплику алкоголем, а на лицо вернулось привычное равнодушие. Джинни довольно захихикала и поманила, зазывая сесть рядом. Гермиона улыбнулась, смущённая комплиментом, на который так и не ответила, а затем аккуратно опустилась на диван к подруге. — Кажется, Малфой влюбился в тебя, — наигранно подначивая, тихо смеялась Джинни, прикрыв рот ладошкой и наклонившись к Гермионе. — Скажешь тоже, — скрывая неловкость, Гермиона осторожно лягнула подругу в бок и посмотрела на парня напротив. Она перешла на шёпот: — Кстати о нём. А где его пара? — Я так поняла, что он будет один, — пожала плечами Уизли, делая глоток коктейля. А Грейнджер, хоть и прижалась обратно к Рону, с грустью посмотрела на Малфоя. Через некоторое время к компании присоединилось ещё три пары: возмужавший Невилл с привлекательной, но не менее загадочной Полумной, Блейз с невероятной красоты ведьмой французской национальности и знакомые всем Теодор Нотт с Пэнси Паркинсон. Они заняли места рядом с Малфоем, а спустя несколько минут все разделились на группы «по интересам». Гермиона по-доброму улыбнулась, с радостью отмечая про себя, что все недомолвки и разногласия между ребятами прекратились после победы над тёмным волшебником. Общие точки соприкосновения нашлись быстро, и прежняя вражда сменилась здоровым соперничеством. Последний год в Хогвартсе был самым спокойным и одновременно самым увлекательным для повзрослевших студентов. Грейнджер, чувствуя, как алкоголь от одной обманчиво небольшой порции коктейля распространяется по всему телу, заставляя её с пристрастием рассказывать подруге о чудесах, происходивших на новом рабочем месте — отделе тайн в министерстве, поглядывала в сторону одинокого Малфоя. Осмелев, кажется, от последнего глотка терпкой жидкости, она прочистила горло и решилась поговорить с ним. Гермиона вздрогнула, уловив за стенкой знакомые голоса. Она и не заметила, как заснула, оставшись одна в заточении дома Малфоя. Грейнджер несколько раз потёрла ладонями лицо, сгоняя с себя остатки обеденной дрёмы, и прислушалась к разговору. — …радостью, но не в этот раз… — У-у-у, променя… лучш… друга на жен…? Прости-прости, жену. — Поговорим позже? — Миссис Малфой, — громкий голос эхом прокатился по всей квартире. Леди и джентльмены, Блейз Забини собственной персоной. — Обещай вернуть его к следующим выходным! — Чёрт, чувак, давай, проваливай уже, — Драко явно нервничал, значительно тише бормоча себе под нос. Гермиона не удержалась. Она подскочила на ноги и бесшумно подбежала к двери, аккуратно, едва заметно поворачивая замок, опустила ручку вниз. Она выглянула в коридор: Малфой буквально выталкивал из квартиры Забини, а тот, заливаясь громким смехом, кричал уже какие-то незнакомые слова, кажется, на итальянском языке. Но секундой позже в груди Гермионы что-то ёкнуло. Она мельком увидела на безымянном пальце Блейза красивый золотой перстень-печатку, сильно напомнивший ей… …что? Драко захлопнул входную дверь и тяжело выдохнул. Обернулся и увидел, что дверь кабинета приоткрыта, а в щели виднеются кудри девушки. — Ты как? — без прелюдий заговорил Малфой, когда подошёл к ней, распахивая дверь и оказываясь в недопустимой близости к Гермионе. Она почувствовала его тяжёлое горячее дыхание, а ещё запах дорогого виски, который, по всей видимости, Драко предпочитает до сих пор. Она проглотила слюну, сталкиваясь сразу с двумя шокирующими фактами. Первый заключался в том, что она знает, какой алкогольный напиток предпочитает Малфой, хотя ей казалось, что она никогда не интересовалась им всерьёз. Второй, более актуальный, но менее понятный — кольцо, которое она увидела у Забини. Оно не давало ей покоя с тех пор, как она его заметила. — Ты согласишься стать моей женой? — Слёзы обрушились по щекам, безжалостно испортив макияж влажными, чёрными от туши дорожками. — Детка… Что, почему ты плачешь? — Я думала, ты никогда не спросишь… — Гермиона? — нетерпеливо повторил Драко. Грейнджер прикрыла глаза, отстраняясь от нахлынувших на неё из нового видения чувств, и кивнула. С ней всё в порядке — кроме того, что она застряла в будущем, и оно творит с ней какие-то страшные чудеса. — Нормально, — всё, что она смогла выдавить из себя. — Незаметно… — Я сказала: всё нормально! — взорвалась Гермиона, цедя каждое слово. Она быстрым шагом вернулась на диван и сердито села, поджав под себя ноги и сложив руки на груди. Малфой приподнял бровь, наблюдая за эмоциональной сценой, а после тихо прикрыл дверь, оставляя девушку наедине с собой. Он вернулся с подносом, на котором была всё та же (родная уже) чашка с чаем и лимонной долькой. На блюдце лежал пышный круассан, от чего сердитость в глазах Гермионы погасла на фоне резко возникшего аппетита. Во рту сразу вспыхнул сливочный вкус пропитанного слоёного теста. — Что с твоей памятью? Есть успехи? — сухо и по делу, даже без усмешки. Малфой из будущего определённо был другим. Он не тратил времени на подколы, был чуть суров, но по большей части серьёзен и мягок. Удивительное сочетание человеческих качеств, которые раньше Гермиона никогда в нём не замечала. — Увы, — отмахнулась она и откусила сочную булку. Слюна быстро скопилась за щеками, заимствуя лёгкую сладость и обдавая всё внутри теплом. Она обожала пить чай с круассаном, укутавшись в плед и общаясь с Роном, Гарри и Джинни обо всём на свете. А сейчас рядом с ней был только Малфой. Чужой Малфой. Она даже не знала его. — Расскажи мне о себе. — Рассказать что? — Он смотрел на неё, не сводя глаз, словно хищник, выслеживающий добычу. — М-м, всё. Каким стал, чем занимаешься сейчас, когда женился, например… — Это была игра. Гермиона равнодушно жевала ужин, в то время как внутри неё бушевал ураган эмоций. Она хитро начала эту тему, надеясь, что Драко расколется и поведает ей чуть больше, чем планировал. Возможно, ей удастся разузнать про мальчиков из будущего. — Я уже говорил, что раскрывать тебе будущее — небезопасно, Гермиона, — аккуратно отказал ей Малфой. Задумка обыграть его провалилась. Попробовать стоило… — Неужели информация о том, кто твоя жена, изменит мою жизнь? — Грейнджер скептически посмотрела на него. — Не берусь утверждать на все сто процентов, но хочу заметить, что тебя здесь вообще быть не должно, соответственно, знать тебе ничего не стоит. В этом я уверен. Гермиона даже замерла, опешив от услышанного. Малфой наотрез отказывался вести с ней диалог о прошлом и будущем, прикрываясь не собственной жизнью, а её же безопасностью. — Брось, Гермиона, ты правда думаешь, что я поверю во внезапный интерес к моей скромной персоне? — подловил он. — Ну мне же нельзя интересоваться собой, Роном или Гарри, — она старалась казаться спокойной, словно и не было никакого плана вывести Драко на чистую воду. — К слову, ты уже рассказал мне, что мы с Гарри отправились, м-м, в командировку? Почему ты полагаешь, что данная информация для меня будет безобидной? — Не думаю, что обыденный факт станет решающим в твоей жизни. Все мы по работе отправляемся время от времени в командировки. Узнай ты, кем работаешь, с кем общаешься, какой стала — это уже было бы вмешательством в течение времени, так как такие подробности ты должна узнать в положенный срок, а не раньше или позже, — пожал плечами Малфой. И он был прав. — Ты работал со временем? Точнее… с путешествиями во времени? — Она сощурила глаза, а Драко тяжело вздохнул. — К сожалению, да, это ты уже знаешь. Хоть и не должна, — признался он. — Работал. Теперь нет. Но я настоятельно советую забыть это. Об этом знают единицы, и мы, как тебе уже известно, ограничены магическим контрактом, который обязывает нас хранить это в тайне. Ты стала ошибкой в системе, и твоё появление здесь может подставить не только меня, но и твоих друзей из две тысячи первого. Запутаться было очень легко, но Гермиона с каждым словом Драко с всё большим ужасом таращилась на него. Она подставила Гарри? Ему грозит заключение в Азкабан? Даже она сама была сейчас под прицелом. И последним выстрелом стало осознание, что её собственная свобода, свобода близкого друга и… Малфоя из будущего были под вопросом из-за её памяти. — Ты легиллимент, — резко отозвалась она. — Войди в мою голову, достань необходимую информацию. Всё же очень… — Я не могу, Гермиона. — Что? Почему же? — По многим причинам. Во-первых, ты ещё слаба, и когда я ворвусь в твоё сознание и верну твои воспоминания, это может только сильнее навредить тебе. Во-вторых, я не знаю, почему это так работает, но легиллименция не всегда помогает при путешествиях во времени. Я смогу увидеть только момент прибытия в будущее, а то, что осталось в прошлом, будет закрыто от меня. Гермиона смотрела на Драко с подозрением. В его словах присутствовала логика, но были и нестыковки. Неужели сильнейший мастер управления чужим сознанием не может обойти барьер скачка во времени и, проникнув чуть глубже, вычленить необходимые воспоминания? Почему он отказывался это делать? — Ты недоговариваешь, Малфой. — Она громко поставила кружку на пустое блюдце и с вызовом посмотрела на него. — Либо мы будем честны друг с другом, либо предлагаю и дальше играть в «угадайку», недоговаривать и увиливать от вопросов. — Это так не работает… — Я знаю, о чём прошу, Малфой, — перебила Гермиона. — Я не смогу тебе помочь, если не буду участвовать в процессе. Я должна знать, с чем имею дело. И поверь мне, я осведомлена, насколько критично вмешательство в ход времени. Опыт есть. — Да неужели? — Драко сложил руки на груди и откинулся на спинку кресла. — Ты знаешь, что такое путешествие во времени? — Да. На третьем курсе я пользовалась маховиком времени, да будет тебе известно, — Гермиона гордо подняла подбородок вверх. — И что дальше? — И снова этот взгляд хищника, который заставлял закипать кровь в венах. Грейнджер поёжилась, но виду не подала. — Я не просто путешествовала, а меняла реальность. С позволения Дамблдора, конечно, — вторую фразу она произнесла менее уверенно и чуть тише. — Но я поступала так во благо. Я спасла две невинные жизни. Именно поэтому я могу гарантировать тебе, что не стану действовать как-то… — Ты ошибаешься, Гермиона, — стальной голос оборвал её. Малфой не дал закончить предложение, наклоняясь ближе и нависая над кофейным столиком. Грейнджер вновь почувствовала его горячее дыхание — так близко он был. Драко с лёгкостью подавил её дерзость и попытки взять ситуацию под контроль. — Неправда… — Поверь мне. — Его кадык дёрнулся, и во рту у Гермионы пересохло. Всё тело сковало жаром. — Это не поиграть с маховиком. Ты попала сюда сквозь четырнадцать, мать их, лет. В будущее. Ты даже представить себе не можешь, насколько колоссальным может быть любое вмешательство. — Но ты мне не даёшь и шанса, — всё ещё пыталась отстоять себя Грейнджер. — Это слишком опасно! Для тебя, для меня, для нас! — Драко ударил по столу и резко поднялся на ноги, возвышаясь над Гермионой. Желваки судорожно ходили вверх-вниз, грудь быстро поднималась и опускалась из-за сумасшедшей скорости дыхания, руки сжимались в кулаки до побелевших костяшек. Он отошёл на пару шагов, всматриваясь в окно сквозь занавески. Прикрыл глаза и потёр их большим и указательным пальцами. Грейнджер молчала. Она застыла не то от испуга, не то от шока. Даже моргать не осмеливалась. Зря она начала эту тему… — Хорошо, — вдруг согласился Малфой-«старший». — Но ты поклянёшься мне, что вообще — слышишь? — вообще ничего не станешь делать, когда вернёшься обратно? А здесь ты будешь действовать исключительно сообща со мной. Гермиона с опаской, но нетерпеливо кивнула, соглашаясь со всеми его условиями. — И ещё, — он сглотнул. — Ты ничего не сделаешь вне зависимости от того, что узнаешь. — Да. — Подумай об этом, Гермиона. Пути назад не будет. — Я согласна, — заверила его Грейнджер. Малфой вернулся на место, закинул ногу на ногу и прикрыл глаза. По нему было видно, что внутри он борется сам с собой, подбирая уместные и аккуратные слова. — Я думаю, что ты попала сюда, используя ВПК, — на одном дыхании произнёс Драко, наблюдая, какое озадаченное выражение принимает лицо Гермионы.