Доктор Ня тобой гордится.

Они сидели за разными столами. Ян–там, где обычно сидел Криско, а Юрче примостился на столах с телефонами. В тоже время Боян предложил подвести Криса, в чем тот хотел отказать, но не смог из-за настойчивости доктора. Крис сел на переднее сидение, захлопнув дверь. —Уши застудишь, без шапки он ходит.—Улыбается Цветцичанин за рулём. —Не застужу. Я же наполовину медик, Доктор Боян.—Терапевт не спешил трогаться с места, но машина была заведена. —Наполовину он медик, ха. Руки вон холодные.—Гуштин только сейчас заметил свою левую руку в руке Бояна. —Ой,—Он хотел отдернуть кисть, но что-то не дало ему это сделать. —Держи,—Боян протянул младшему две варежки, достав их из карманов пальто. Крис лишь удивлённо взглянул на него и надел тёплое спасение на руки. Подъехав к дому Криса, Боян, зачем-то, тоже вышел из машины, под предлогом того, что "проводит до подъезда". И правда: парни прошлись до освещённого места, что являлось зелененьким подъездом с типичной доской объявлений и номером. —Доктор Боян, —М? —Поцелуйте меня. Что творилось в душе и голове Криса, даже Юре не знал, а Цветцичанин–тем более. Но после того, как юноша потупил взгляд в пол, просверливая снег глазами, и к его щеке притронулась тёплая рука, он понял: за свои слова надо отвечать. Опять же, Боян офигенно целуется. Старший привстал на носочки, потому что немного не дотягивался, и уже поцеловал Криса. Поцелуй длился немного: на волосы Гуштина падал снег, и даже если было холодно: грели перчатки Бояна, его же тёплые руки на щеках и губы на губах. После того, как главный терапевт отстранился, он спустил руки и отошёл. —Спасибо.—Зачем-то поблагодарил доктора Крис, немного наклонив голову. —Не благодари. Хочешь ещё раз? —Да. Юре тем временем заканчивал последнюю карту, а Ян уже закончил работу, и встал, захрустев спиной. Брюнет примкнул к плечам Юрче, устало положив на них плечи, делая что-то вроде массажа. Тот еле держался, дописывая и поставив точку. Отодвинув карту в бок, блондин хотел встать, но ему не дали почему-то зверски огромные руки на его плечах. Юре ужасно обижался на Яна. Разве он думает, что не видел, как они зажимались с Нейсом где-то на регистратуре? Или это он просто слишком ревнивый?... Буквально пару дней назад, Юре, проходя и реально падая от усталости (не спал и работал в ночную и дневную смены два дня подряд), краем глаза заметил Нейса и Яна около стойки регистрации. Петех опирался локтем в белый стол, а за самим столом стоял Джордан, пролистывающий очередной журнал с кучей мелкого текста. А Мачек ещё и шёл от самого буйного пациента (его, к счастью, через день перевели в другое отделение). Парня переполняла злость, а за края она вылилась тогда, когда Ян нежно погладил Нейса по щетине, видимо, посмеявшись, что тот, видимо, из-за работы, совсем забыл побриться. —Ревнуешь?—Из-за спины неведомо откуда взялся Криско. —Да отстань ты! Не нравится мне Доктор Петех, я тупой, что ли?—Обернулся Юрче. —Видимо тупой. —Эй! В тот же день Юре упал в обморок. От недосыпа: говорил Боян. Он не помнит как и где упал, но Крис говорил, что они вместе с Цветцичанином нашли его лежащего на полу в коридоре. Благо, голову себе не разбил. Откачивали Мачека в какой-то рандомной комнате, что была ближе всего. Куча запыленных карт пациентов и уютный длинный диван, на который парниша ростом 183 см явно влезет. Боян осмотрел его и выдвинул экспертное мнение: —До чего доводит людей ревность,—Крис кокетливо хихикнул, потому что смеяться, когда твой друг лежит в обмороке: не смешно. Ян прибежал только тогда, когда Юре уже потихоньку начал просыпаться и задавать вопросы по типу: "где я?" и "кто я?", неуверенно держась за голову. —Что случилось?—Петех влетел в помещение как сумасшедший, сразу подбегая к дивану и присаживаясь рядом с блондином, прикасаясь к его лбу рукой. —Да он от недосыпа в обморок упал. Две смены подряд работал, мы его на коридоре лежащего нашли.—Ответил Боян, явно напуганный поведением брюнета. —А ещё он увидел вас с Нейсом,—Протянул Крис шепотом, но Ян все равно услышал. —Что? —Он увидел вас с Нейсом.—Уже более уверенно. —Господи,—Ян помахал рукой в сторону выхода, явно показывая, что Бояну и Крису надо уйти. Те послушались и повиновались. Криско думал, что Юрче явно ожидал серьёзнейший разговор с Яном, но Петех лишь грустно посидел рядом с блондином на диванчике и уткнулся ему в грудь лицом, больше опираясь на лоб. —Я заставил тебя ревновать,—Протянул терапевт, которому явно было стыдно и паршиво на душе.—Боже, дурак.—Ян отзывался сам про себя, но в его голове звучали слова для самооскорбления в тысячи раз обиднее чем: "дурак". Идиот, паршивец и прочее, более матерное не выходило из головы весь день. И даже тогда, когда Юре вернулся домой и отписался, что все хорошо, Яну все ещё было стыдно и хреново. Все ещё массируя блондину плечи, Петех задал вопрос: —Скажи, в тот день, ты правда приревновал меня к Нейсу?—Если бы у Юрче была жидкость во рту, он бы явно подавился. —Честно сказать, или... —Честно.—Юре прервали. —Да. Мне было очень обидно. Потому что я в первую очередь ваш ассистент, и- —Ян не умеет дослушивать до конца, но в этот раз он закрыл лицо руками и простонал: —Прости меня, прости меня, прости меня. Я, я просто чувствовал себя так отвратительно, когда, ну,—Сейчас Доктор Петех казался таким уютным и беспомощным, поэтому Юре умилился и присел рядом с ним на диванчик. —Нет-нет, сейчас же все хорошо. Я ещё не спал две ночи подряд, поэтому...—Он отвёл взгляд.—Пожалуйста, не вините себя. На глазах Яна показались первые, наверное, в его жизни, слезинки. Петеха, которого знали как "Мистер Бесчувственность", пробило на эмоции. Он все ещё закрывал лицо руками, а после тяжело всхлипнул. —Доктор Ян, Доктор Ян, пожалуйста,—Не зная, что сделать, блондин просто притянул терапевта к себе, обнимая его. Тот, видимо, вспомнил, что держит маску и характер, потому вытер слёзы, но из объятий выбираться не желал: с Юрче было тепло. Ян, на самом деле, такой нежный, ранимый и чувственный, как лепесток. Лепесток легко порвать и ранить, и именно поэтому ему на защиту приходили шипы. Вообще, Ян–это одна единая ало-бордовая роза, которая, на первый взгляд, изящная и нежная, а взглянув на цветок во второй раз: поранишься до крови. —Юрче,—Прошептал брюнет тихо и тепло, когда его укрыли плюшевым пледом. —Доктор Ян, вы устали, вам надо отдохнуть,—Нормально не договорив последнее слово, Мачек увидел, что собеседник уже сладко сопел на его плече.