Firsts and Seconds

                    Папайрус был весьма любезен, когда увел Эбби из комнаты на кухню. Предложил ей воды и сделал ей перекус. Он мило благодарил девушку, бормоча заверения и добрые слова в ее адрес, пока они покидали гостевую спальню, и Санс не перестал их слышать.       Он стоял один посреди комнаты. В его душе холодела пустота. Ровно там, где раньше была его надежда на то, что эти незнакомцы выживут.       Но… Санс даже не понял поначалу, что перед ним был Подземный монстр. И в первую очередь из-за того, что жители Подземелий не выходили на поверхность. Несмотря на то, что те были заперты на протяжении веков, монстры же с поверхности наслаждались свободой… В то время как их одичавшие собратья страдали и кричали под слоем земли и камня.       По крайней мере, так им всем говорили. Но если смотреть объективно, незнакомцы перед ним выглядели ничуть не лучше, чем Санс в один из его плохих дней. Им нужна была ванна, и, если не считать нескольких ссадин и дыры в черепе, они выглядели не так уж ужасно.       Но Подземные монстры были другими. Исцеляющая магия на них не действовала из-за наличия у них УРовня, и Санс честно не знал, как к этому относиться. Тем более, мужчина не знал истории этого несчастного, то как и за что они боролись, их культуры или обычаев.       Вдруг, он привел беду в их с Папайрусом дом и даже не осознавал этого.       Или, очнувшись эти монстры были бы благодарны и просто ускользнули ночью, когда у них нашлось бы достаточно сил.       Санс не знал, что у него вызывало большее беспокойство. Чем больше он смотрел на чужое лицо, тем больше фермер чувствовал, что обязан был хотя бы попытаться. Перед ним был живой монстр. Личность. А каждый заслуживал шанса.       И если бы неизвестный стали враждебными, после пробуждения, что ж… На худой конец, у Санса был чужой нож.       Папайрус, похоже, не решался оставлять Санса одного. Он суетился когда собирался, крепко обнимал брата и велел запереть дверь. Мужчина просто кивал, держась за чужую рубашку, позволял себя утешать, пока не услышал сопение Эбби, что доносилось от входной двери. Затем фермер отступил в сторону, криво ухмыляясь, и сделал вид, что поправлял яркие подтяжки Папайруса. — С тобой все будет в порядке? — Говоря это, Папайрус смотрел вниз, как будто не верил, что Санс не будет винить себя, несмотря на то, сколько раз он говорил ему не делать этого. — Правда же? — да, — Грубовато ответил Санс с натянутой улыбкой. — как она и сказала, они, эм… они не собираются вставать в ближайшее время.       Что-то во взгляде его брата напрягало, и Санс заставил себя посмотреть в сторону, пока это не пошатнуло его решимость. Он уже сдерживался, чтобы не убежать в амбар, готовый смотреть на звезды на крыше и раскладывать тюки с сеном, пока Папайрус не вернулся бы. — со мной все будет хорошо, папс, — Немного хрипло прошептал Санс. — верни эбби домой. дай ей что-нибудь за ее беспокойство. скажи, что я сожалею, что вытащил ее по такому поводу.       Хотя они только что расстались, Папайрус обернулся назад, чтобы обнять брата, крепко прижимая того к своей груди. Это было немного неожиданно и вызвало у Санса ворчание, и он не мог удержаться от смешка. Фермер неловко похлопал Папайруса по спине, пока тот не отпустил его. — Я не буду делать ничего подобного! То есть извиняться, поскольку она все равно хотела прийти. Я хочу, чтобы ты пообещал мне, что позаботишься о себе. И съешь что-нибудь, кроме этого вонючего грибного рагу! — Папайрус, вероятно, сморщил бы нос, если бы он у него был, но выражение его лица уже было весьма выразительным.       Санс просто улыбнулся ему, когда его брат отстранился. И сдавшись кивнул, пока тот сжимал его плечи руками.       А потом. Как-то незаметно и вот так просто, Санс снова был предоставлен самому себе.       Он не был до конца уверен, как долго он стоял на кухне. Мысли медленно плыли в его голове. В них не было ничего важного, не было смысла. Они переплетались, смешивались с воспоминаниями из снов, что были кажется из другой жизни. Это звучало почти поэтично, если бы не приводило его в раздражающее бешенство, ведь Санс не мог объяснить причину, по которой мысли приводили его обратно в гостевую спальню.       Монстр спал. Они все еще дышали, но нельзя было сказать, что сеанс исцеления хоть как-то на них повлиял. Тарелка с едой, что стояла на тумбочке еще с утра, была нетронута. То, что они больше не ели, тяжелым грузом давило на сознание Санса.       Может быть, это была случайность. Последняя отчаянная попытка, подобная маленькому огоньку, который он видел в их глазнице? В любом случае, его брат прав, — ему самому нужно было поесть.       Санс держал дверь открытой, чтобы можно было иногда заглядывать в комнату во время готовки. Почти сразу весь дом пропах жареным чесноком, беконом, запеченным в клене, и пьянящим ароматом картофеля. Для придания пикантности Санс сначала посыпал картофель мелко нарезанным перцем чили, а после размял его вилкой, добавил сливочное масло, соль и молотый черный перец. От его тарелки исходил невероятный аромат его любимого блюда.       Когда же скелет сел за стол, его снова охватило внезапное желание поделиться едой с незнакомцем в комнате. Он не знал почему; они были без сознания, но ужинать одному казалось грубым. Черт, они даже не притронулись к орехово-медовой закуске, которую он дал им. Почему же Санс так себя чувствовал?       Он ничего не мог с этим сделать.       Через несколько минут раздумий Санс вздохнул. Прямо таки кусок в горло не лез. Фермер поднялся из-за стола и прихватил с собой свою тарелку. — привет, друже, — произнес он, войдя в комнату. К сожалению, ему не ответили. Хотя Санс почти надеялся. — не возражаешь, если я здесь покушаю? я вроде как люблю компанию, не знаю правда как ты, но… — Санс пожал плечами и подтянул стул поближе к себе. Снял шляпу и как всегда повесил ту на столбик кровати.       Как будто разговаривал со старым другом. — хочешь бекона? он в кленовом сиропе. вкусная штука.       Хотя его встретило молчание, он знал, что никто не мог сказать "нет" бекону. Санс отщипнул от своей порции щедрый кусок и наклонился чуть вперед. Отправил себе в рот. Он ждал долгое мгновение, возможно, слишком долгое, если судить по ноющим позвонкам. Санс снова откинулся назад, потирая затекшую спину. — видимо, это все же не для всех, — Пробормотал он, держа другой кусочек в руках. Затем откусил. — либо это, либо ты придирчивый едок. хочешь еще сыра? я могу принести для тебя еще.       Вместо того, чтобы ждать ответа, с ними было удобнее разговаривать, поэтому Санс просто пожал плечами и переложил мягкую, сладко пахнущую дольку жареного чеснока в миску рядом с их головой. — кстати, ты извини, что мы тут тебя потыкали исцелением, тебе наверное было очень «не очень», — Сказал Санс, продолжая жевать бекон. — эбби хорошая девочка. она действительно хотела помочь тебе. — Санс посмотрел вниз на чужой рот. Какая-то случайная мысль колола затылок. Мужчина отвел взгляд. — говорят, что подземные монстры не могут принять исцеление.       Говорят, что Подземельцы едят мясо других монстров.       Ну что ж, на Сансе и Папайрусе не было ни единого грамма мяса, так что они определенно оставались в безопасности. Хотя кости все же начало покалывать от страха — костный мозг ведь никто не отменял. Возможно, он просто был параноиком.       Внезапно Санс посмотрел на кусочек бекона в своей тарелке. Взял в руки, положил себе на язык, прикусил зубами. Еда легко переходила из твердого в состояния в чистую магическую энергию, что стекала крошечными бусинками света по несуществующему горлу, прямо к душе. Процесс этот был простым, однако, если бы Санс вернул кусок на тарелку, то бекон моментально бы стал твердым, вернувшись в физическое состояние.       Фермер перевел взгляд на Подземного монстра: меловые белые зубы, слабые руки, оголенная магия, затрудненное дыхание. И оставленная без внимания еда на тумбочке.       Он должен был попытаться накормить их. Во всяком случае, регулярный прием пищи мог заставить их магию проявиться снова.       Санс пододвинул тумбочку поближе, пересел на край матраса. Его гостю нечего было на это сказать. Они и не возражали, когда мужчина подхватил их за хрупкие плечи, приподнимая.       Скелет перед ним был легким и безвольным, прямо как тряпичная Энни. Санс чувствовал как боль горечью растекалась уже в его собственном теле, когда чужая голова упала на его ребра. То, как безжизненны были монстры перед ним, будто остатки эмоций и чувств покинули их в крайний момент осознанности. На мгновение он просто удерживает их.       Фермер бережно уложил чужую голову на сгиб своего локтя, следя за тем, чтобы наклон не был слишком большим или неудобным. Чужая рука прижалась к его ребрам, а ладонь безвольно покоилась на бедре. Санс взял подушку, на всякий случай зажал её под мышкой. Мужчина попытался понять, была ли хоть капля сознания в этих темных провалах глазницах, но… там была лишь пустота.       Не имея другого выбора, Санс осторожно взял вилку и наколол из своей тарелки небольшой кусок картофеля, поднес ту к чужому рту.       И ждал.       Чужая магия не реагировала. Чтобы не происходило в тот раз, когда незнакомец принимал еду, сейчас этого не случилось. — продолжай, приятель, — Мягко сказал Санс. — просто немного соли и перца, немного масла, немного чили. это хорошая картошка.       Независимо от того, насколько еда была хорошей, его Подземный гость не сделал ни одной попытки. Не в силах ничего с собой поделать, Санс сжал чужие плечи немного крепче. — можешь попробовать для меня? — Осторожно произнес фермер. — даю руку на отсечение, друже, ничего не отравлено.       Несмотря на его доброжелательный и доверительный тон, просьба Санса осталась без ответа.       Может, им просто не нравился перец чили в сочетании с картошкой? Санс поддерживал незнакомца под спину, что было немного неудобно, когда фермер потянулся вперед, чтобы наколоть на вилку немного бекона и маленькую дольку жареного чеснока. — давай попробуем еще раз, — Тяжело вздохнул он и просто ждал. Незнакомец у него на руках не были тяжелыми, но от угла наклона у Санса начинало покалывать руку. Та случайная мимолетная мысль снова вынырнула из темного уголка его памяти. Фермер думал о том, как еда превращалась в чистую магическую энергию у него во рту.       А что, если им просто нужна была помощь? Могло ли это быть его единственным способом помочь этому несчастному монстру? Они же ведь были слишком слабы, чтобы сделать это самостоятельно, верно?       Санс положил предложенный кусок еды к себе в рот. Он ведь мог попробовать. У него ведь был столовый нож с собой, — вон он, рядом с его тарелкой, — если бы случилось что-то плохое.       Подобное было не то чтобы необычно, но точно не распространено повсеместно. Такое ведь делалось только, когда монстров связывали тесные узы, даже больше чем дружеские. Кроме того, они же ведь были совершенно незнакомы. Это был личный, интимный момент…       Санс колебался.       Пока он размышлял, еда у него во рту уже стала чистой энергией. Не в силах оставаться на месте, он осторожно завернул Подземного монстра в простыни, уложил на подушку и сам встал с постели. Санс смотрел на незнакомца, держа преобразованную энергию во рту. Фермер перебирал в руках ткань рубашки, развернулся на пятках. Начал ходить по комнате, от одного угла к другому.       Что, черт возьми, он делал? Почему он колебался? Из-за небольшого вопроса "Что, если"? Почему душа мечется, когда он понимал, что им могло стать лучше?       Но…       Он чувствовал ответственность за них. Санс не мог просто позволить им угаснуть, когда он мог обратиться к альтернативе.       Это же просто толчок, чтобы все потом пошло своим чередом. Это же было приемлемо, да?       Раз

Два

Три

      Он слишком долго думал, еда у него во рту уже растаяла в чистую магию. Санс взял следующую порцию, — изрядное количество бекона было очень убедительным намерением, — надеялся, что превращенного в энергию мяса будет достаточно, чтобы Подземный монстр не уходил дальше в темноту.       Даже когда он наклонился, Санс заметил чужое неглубокое дыхание, будто им было тяжело держаться. Похоже, это было просто больно. Теперь, когда мужчина находился так близко, Санс мог уловить ироничный запах крови, но этот монстр не выглядел опасным — скорее он и муху бы не обидел. Подземный гость не был ранен. Но он отчаянно нуждался в помощи, и у Санса имелось решение.       Съесть немного мяса и поделиться им сквозь зубы.       Прямой обмен магией.       Экстренная реанимация.       извини, подумал Санс, когда матрас заскрипел и прогнулся у него под коленом, стоило фермеру наклониться. это все, на что у меня хватило мозгов.       Он знал, где надавить, чтобы разжать чужие челюсти; в конце концов они оба были скелетами. Нижняя челюсть опускается расслабленно и легко. Чужие зубы на вид были такими же тупыми, как и у него, но на ощупь кромка резцов и едва видных клыков были острыми, как лезвие бритвы. Мужчина подсел ближе, вдыхая через нос. Столкнулся с чужими зубами.       В том месте, где они касались ртами замигала огоньками волшебная энергия. На мгновение Сансу показалось, что он вот-вот ввалится в чужое личное пространство, но это скорее было проблемой баланса, а не чем-либо другим. Фермер устроил руку на подушке, рядом с головой гостя, стараясь встать ровнее.       Его не оттолкнули. Не было никакого шума. Однако, Санс все же чувствовал определенный прилив воздуха, будто кто-то открыл окно на улицу. Монстр видел первые проблески магии, что собирались в чужих костях, когда он приподнимал чужой рот, предлагая то, что мог им предложить — и их тело жадно, голодно набрасывалось на них.       Для физического обмена энергии не требуется много времени.       Когда Санс медленно отстранился и встал на ноги, дыхание его было немного прерывистым. Внутри него царил тихий страх, что, возможно, вот сейчас, они должны были проснуться и укусить его. Но… ничего подобного вообще не произошло. Слабая магия Подземного монстра вцепилась в фермера почти как паразит, что умирал от голода и агонии.       Он почти почувствовал это. — вот так, — тепло прошептал Санс. К его лицу прилил слабый жар, когда он заметил, как бледный румянец магии начал расползаться по чужим суставам. По мере распространения она приобретала тот ржаво-красный цвет, который мужчина видел вчера, при первой встрече. — хочешь еще немного?       Сансу, собственно, не было нужды спрашивать подобное, чтобы и так понимать, что монстр перед ним изголодался по всему, что он мог дать. В следующий раз, когда фермер наклонился, его душа опьяняюще вздрогнула, когда магия Подземного гостя отчаянно вцепилась за него.       Прикосновение. Чужое дыхание сбилось под ртом Санса. И это был самый глубокий вздох, что сделал этот несчастный с тех пор, как мужчина нашел их. Глаза фермера расширились, и он резко отвел взгляд, когда увидел, как в чужих глазницах появилась красная дымка. Как та тускло мерцала. Но также быстро исчезла, оставив после себя темноту, что смотрела на Санса в ответ.       Это работало.       На этот раз Санс чувствовал, насколько монстр перед ним был голоден. Сейчас он не брал еду в рот, гость забирал магию непосредственно у фермера, пытаясь утолить бездонную яму голода. На мгновение фермер почувствовал искру брызжущей магии, а после тихое шипение, похожее на крошечные хлопушки. Такой звук издавали монстры, когда были голодны.       Незнакомцу становилось лучше. Они снова посылали сигналы, — тихий-тихий сигнал о том, что им нужна была помощь. Невольно, но Санс читал те громко и ясно.       Они голодали и сейчас.       В третий раз, когда фермер сжал их зубы вместе, энергия, что Санс отдавал… шла дольше и больше. Что-то вытягивало магию Санса прямо из глубины его души, наполняя его самого усталостью. Мужчина ощущал резкий привкус железа во рту. На вкус это не было похоже на магию.       Санс был измотан. Он не стал долго задерживаться. Он не знал, было ли это связано с тем, что он тратил свою энергию на то, чтобы накормить незнакомца и не получить ничего подобного в замен, или еще что. Всё, что монстр знал, это то, что кажется, его гость брал больше, чем Санс предлагал.       Вероятно, сейчас было самое подходящее время остановиться и поесть самому. День был долгим, сейчас перевалило за полдень, но Сансу в этот момент внезапно показалось, что он работал несколько дней без любого отдыха. Позже он винил в этом то, что в обычной ситуации он бы уже немного вздремнул, а в тот момент он уже работаю семь часов к ряду.       Немного пошатываясь, Санс осторожно встал с матраса. Подземному монстру, кажется, теперь было легче дышать. Когда Санс опустился на стул, чтобы наконец доесть остатки своего позднего обеда, ему показалось, что незнакомец был немного более расслабленным.       Это хорошо.       Возможно,Эбби и не смогла бы исцелить их, но Санс был немного доволен собой за то, что полученные им необычные знания помогли спасти чужую жизнь.       По крайней мере, он так думал.       Он на это надеялся.