Израненная любовь.

      Вечер субботы для Драко выдался крайне тяжелым. Все еще терзая себя чувствами вины и к жене, которую не смог спасти, и к мальцу, которому не может нормально отказать, Малфой зашел в кафе. Официант на входе провел его на второй этаж, любезно пожелав приятного вечера.       Интерьер был очень приятный, спокойный, а главное то, что по середине залы стоял фонтан с разными свечениями, которые и давали свет помещению. Парочка столов и только на одном из них накрыто. Приятная музыка вписывалась как нельзя лучше сюда, дополняя интерьер.       — Я ждал Вас, профессор Малфой, — слегка улыбаясь, поприветствовал его Гарри, все еще помня жестокие слова профессора. — Присаживайтесь. Вина?       — Я откажусь. Мистер Поттер, давайте я сразу проясню, чтобы не вводить Вас в еще большее заблуждение. — Поттер напрягся. Он, конечно, предполагал, что Малфой ему откажет, но не думал, что он перейдёт прямо к делу. — Вы всеми признанный герой и, наверное, думаете, что каждый должен быть у Ваших ног, восхваляя и превознося Вас? — Гарри самодовольно улыбнулся. — Я рад, что даже потеряв близких в том кровопролитии, Вы можете улыбаться. Я же уже давно позабыл, что значит улыбаться. Вы задали мне вопрос, был ли кто-то у меня или есть. Так? Вы хотите знать мою историю?       — Если она… — Гарри замолк, лишь кивая. Глаза, которыми в тот момент посмотрел на него профессор, заставили замереть. В них словно не то что жизнь, в них сама суть была утеряна.       — Так вот… Мне было семнадцать, когда я влюбился в очень очаровательную девушку. Она была другой, не такой, как все. Мир ее глазами имел совсем другие краски… Но, увы, даже самые яркие цвета рано или поздно выцветают. Когда мне было двадцать, а ей девятнадцать мы поженились, но наше счастье было не долгим. — От нахлынувших воспоминаний Драко встал с места и прошел к фонтану. Гарри последовал за ним, чтобы не упустить ни детали. — Через два года все поменялось. Мой отец принял сторону ублюдка, что когда-то отнял жизнь у Вашей семьи и забрал жизнь той, которую я больше жизни любил. Мой отец, ирод, поставил нас на колени, давая мне выбор: метка или жизнь моей супруги. Я выбрал метку, но так и не успел получить ее. Моя жена, дабы не склоняться перед мразью, убила себя смертельной магией. Ее улыбка на застывшем лице все еще иногда снится мне ночами. После этого я сломался… Нет, даже сейчас я сломан. В моей груди уже нет того жара, той жизни. Там лишь пустое место. Теперь Вы понимаете… — Драко повернулся к Поттеру и был изумлён. Юный парень плакал. Всхлипывая и потирая глаза.       — Про… Профессор, простите меня… Я не знал, что у Вас столь печальная любовь.       — Любовь счастливая, конец печальный. Гарри, — он посмотрел на парня, в глазах которого застыли слезы, — я не могу больше испытывать это чувство. Пытался влюбиться, найти утешение, но даже и нотки бывалого стука в груди так и не услышал. Я разучился любить, но научился страдать.       — Но этому нельзя научится. Люди любят и страдают не по своему желанию, профессор. — Гарри вытер слезы. — Может вы просто боитесь?       — Ты прав. Страх — это одна из многих причин. Я не смогу видеть в Вас того, кого Вы хотели, чтобы я видел.       — Профессор, скажите… Вы в самом деле меня ненавидите? Вы говорили, что я Вам неприятен.       — Ну, что Вы, Поттер, я не ненавижу Вас. Просто мне не нравятся люди, которые готовы пожертвовать своей жизнью ради других. Ведь смотреть на это, а потом и жить с этим — очень больно и страшно. Именно поэтому я отношусь к Вам никак все. — Драко отвернулся от героя, понимая, что это должно было подействовать.       — Мистер Малфой, мне очень жаль, что Вам пришлось вспомнить об этом кошмаре, простите.       — Вам не за что извиняться, Гарри, я и сам хорош. Дал ложную надежду ребенку, сам того не желая. Простите. — Драко потрепал свои волосы. В этот момент рукав Малфоя немного задрался и на свет вышли вчерашние порезы. От этого зрелища Гарри как током шибануло. Упав на колени перед профессором, он стал тихо шептать извинения, понимая историю появления отметин по своему.       — Молю, простите! Я не знал, что моя докучливость доведет Вас до попытки суицида… Простите… Простите…       — Поттер, ради Мерлина, встаньте! Вы все не так поняли… Эти следы не имеют к Вам отношения!       — Я… Простите меня, профессор! — Гарри хотел было уйти, но Драко остановил его, поворачивая к себе. — Послушайте! Это не Ваша вина, а моя. Я уже долгое время вечерами причиняю себе боль. Поймите и придите в себя, Поттер! — Драко тряхнул парня, но тот никак не мог осмыслить, что эти следы не из-за него. Прибывая словно в пространстве, он, как зачарованный, повторял, что это из-за него. Малфою же в голову, как назло ничего не шло и он, совсем отчаявшись, припал к губам Поттера. Того, как прошибло. Придя в себя, не обращая внимания на то, что его поцеловал любимый сердцу человек, Гарри стал снова просить прощения, но уже за свою реакцию. Драко же оказался более чем понимающим, поэтому не стал что-либо говорить.       — Профессор, мне жаль… Но… Можно мне еще один… Последний Ваш поцелуй. После этого я навсегда постараюсь оставить чувства к Вам. Мне не хочется еще сильнее ранить Вашу душу.       — Вы меня удивляете, Поттер. Высокомерный, наглый, купающийся в славе для всех, а на деле… На деле ранимый на столько, что даже расплакались.       — Молю, никому не говорите!       — Хорошо, но взамен, я не буду Вас целовать. Не хочу давать ложные надежды. На сегодня все, мистер Поттер. Не опаздываете на занятие. Всего хорошего.       Драко ушел, а его ученик все еще сидел за столиком, стараясь понять и осмыслить, что же всё-таки за человек этот мистер Малфой. Поттер понимал, что ему будет очень не просто избавиться от того желания объять и спрятать ото всех своего профессора. Покопавшись еще несколько минут в своих мыслях, Гарри окончательно принял тот факт, что ему отказали, а главное, что он при этом не оказался последней сволочью. Ведь он совсем не такой, каким иногда притворяется.       — Герой? Профессор прав, у каждого злодея свой герой. Я уже своего победил, можно и забыть об этом. — Встав из-за стола, Гарри направился в сторону дома. Ему не хотелось возвращаться в Хогвартс с горячей головой.