Жажда Крови

Сколько понадобится времени человеку, чтобы оправиться от серьёзного ранения? Неделя, а то и месяц, два месяца? Это ещё ждать, когда рана заживёт и рука будет функционировать как прежде. Но Астория находится в гостевой спальне Дэйвола всего пять дней с момента, как вышла из непродолжительной комы. С первых дней ей таскают еду на подносе, чтобы силы восстанавливались намного быстрее, чтобы организм окреп и пришёл в себя. Конечно, ещё лекарства и средства, которые помогают девушке унять ту боль, которую она чувствует по всему телу. Джеклин и Элиана помогают ей не умереть со скуки, заходя в комнату перед и после тренировок. Пусть Адам и запретил это. Но для того и правила, чтобы их нарушать. Сегодня Астория уже поднимается с кровати и сильнее всего болит шея, которая затекла от постоянного пребывания в постели. Но страх наводит совсем не это, а то, что пальцы на левой руке в одного мгновение стали шевелиться без какой-либо помощи. Даже если у тебя нет и базы о медицине, ты всё равно знаешь о том, что такие раны не могут пройти на раз два, поэтому Астория растерянно смотрит на своё предплечье и тянется к бинту. Она аккуратно снимает повязку, которая немного прилипла из-за крови, но отодрать её получается с первого раза. При том, что никакой нервный импульс даже не отзывается. Астория растерянно смотрит на руку и не видит раны. Она просто исчезла, испарилась, будто её и не было в этом месте. Но так не бывает. У каждого живого человека всегда остаётся хотя бы шрам. А то, с каким зверством стражник ломал кость и резал кожу, там сейчас должна быть дыра. Девушка трогает ладонью место, чуть выше локтя, но даже так не может до сих пор понять, что произошло. Да, боль в руке была адская. Да, ей давали лекарство, чтобы она не мучилась и хотя бы могла спокойно поспать. Да, она чувствовала всё как обычный человек, но сейчас не может поверить своим глазам. Это так повлияли на неё непонятные лекарства Защитников или всё же её собственное тело смогло избавиться от раны за столь короткое время? Астория не решается рассказать об этом даже своим друзьям, поэтому неаккуратно наматывает повязку обратно и, встряхнув головой, поднимается на ноги. Переодевание не составило труда, а брючный коричневый костюм, который не пойми каким образом тут появился, сидел отлично, будто сшит на заказ. Тело настолько лёгкое, что никакие преграды не мешают двигаться и, значит, можно выйти, наконец, на свежий воздух. Его не хватало последние дни, а сейчас тем более. Выкинув сотни тревожных мыслей, девушка выходит в коридор. Она впервые видит такие высокие и большие коридоры. Впервые видит, как на полу лежат длинные, гладкие и чистые ковры цветом моря с белыми тесёмками по бокам. Почти пятнадцать дверей с одной стороны и столько же с другой, за которыми не слышны ни чьи голоса. Защитники в это время заканчивают свои утренние тренировки и идут к озеру, где могут спокойно искупаться в тёплой воде. Да, сейчас март, но вода в озере Дсей всегда была наполнена теплом, будто что-то грело его изнутри. Белая лестница с большими ступеньками ведёт вниз прямо к выходу на улицу. Обычно здесь стоят несколько Защитников, которые если что, оповещают о нападении или любой другой тревоге. Сейчас они так же занимают свои места, но совсем не глазеют на незнакомку, они будто играют роль статуи, что немного не по себе от их безэмоционального выражения. Астория открывает коричневую дверь, от которой немного пахнет краской и ветер тут же начинает играть с её короткими волосами. На улице ярко светит солнце, что глаза машинально закрываются, не совсем приятно обжигаясь о лучи. Но на улице немного лучше, чем в комнате. Тут настолько просторно и комфортно, что назад поворачивать совсем не хочется. Защитники, чьи комнаты находятся в этом крыле здания, поднимаются по двум нижним ступенькам, вытирая пот с шеи и лба. Но они останавливаются, чтобы кинуть взгляд в сторону Астории, отчего немного становится неловко. Она понимает, что ей придётся ещё долго привыкать к подобному, но всё же сейчас это выглядит очень странно. - Астория, рады тебя видеть. Если бы не знакомый женский голос, то девушка так и осталась бы стоять в стороне, пока двери открывались в десятый раз. Элиана машет рукой, стоя на площади, усыпанной небольшими камушками, а сзади виднеется серебряный фонтан с изображением сидящего на коне полководца. Вода льётся в разные стороны, а статуя чуть ли не светится, отражая лучи света. - Как ты себя чувствуешь? Астория спускается вниз, встаёт рядом со своими новыми друзьями, что каждый день задавали один и тот же вопрос, а потом вспоминает о том, что заметила несколько минут назад. Стоит ли говорить, что волноваться больше не о чем, и что лекарства ей больше не нужны? Пусть это и выглядит глупо, но нужно соврать. - Рука немного болит ещё, но ходить уже получается, - Асторию обжигают внутри эти слова, но она выдавливает улыбку и не видит на лицах друзей сомнения. Джеклин одет в привычный чёрный, обтягивающий спортивный костюм и крутит в руках тот самый клинок, с которым может чувствовать себя увереннее всех. Элиана же меняет свои спортивные костюмы каждый день. Сегодня она выбрала наполовину серый, наполовину голубой. Она любит выражаться и не обходится без того, чтобы не выглядеть яркой на фоне других. За все пять дней, что незнакомка находится во дворце в сознании, брат с сестрой часто начинали спорить. Джеклин привык верить в то, что говорил ему отец и старался делать всё, что от него требовалось. Держать Асторию на расстоянии. Не пытаться раскрыть ей какие бы то ни было секреты, кроме названия города. И всегда носил с собой запасной клинок. Пусть он не совсем понимал почему так поступает, но от предостерегающих мыслей в голове не так-то просто избавиться. Когда ты много лет привыкаешь к тому, чтобы доверять лишь Защитникам, сложно поменять своё мнение. Да ещё и Адам почти каждый час говорил о том, что всё не происходит просто так, что никто не должен терять бдительность и голову. А вот Элиана всегда была той самой девушкой, которая полагалась лишь на собственную интуицию. Раз она поверила в то, что Астория не может причинить ей вреда, значит так оно и есть на самом деле. Могла болтать часами о своей жизни, могла случайно сказать что-то не то, а потом объяснить что всё это значит. И самое главное, она не боялась того, чего боялись вокруг. Просто отсекала мысли, что Астория окажется шпионом врагов. Звучит как-то непрофессионально, но что поделать. Элиане семнадцать и она продолжает верить, что в этом мире осталось хоть немного добра за пределами Дома. - Это хорошо. Значит мы можем показать тебе наш дом, - Джеклин наконец делает несколько шагов к девушкам и показывает рукой на пространство вокруг. Элиана итак всё успела рассказать, пока Астория проводила время в комнате, но увидеть всё собственными глазами это совсем другое. - Может для начала вы мне всё-таки скажите, что делали в том пабе и почему стражники так отчаянно пытались вас поймать? - Астория не задавала никаких вопросов до этого времени, потому что, то не хватало сил, то считала время неподходящим. - Мы патрулировали и сделали кое-что, что не очень им понравилось, - Джеклин чешет затылок, пока они втроём двигаются к главной части Дэйвола. Это зал, где всё время находится главный Защитник. Там проводится посвящение, там же принимают важные решения насчёт предстоящих нападениях или ещё какие-нибудь важные вопросы, касающиеся народа Дэйвола. - Ох, Джеклин, говори нормально, - Элиана смеётся над братом, а потом вновь разворачивается к подруге. - У меня есть молодой человек и его отец, так сказать, ненавидит меня. А в тот вечер он нас заметил и пустил в погоню своих недоумков, - девушка пожимает плечами, будто эта ситуация самая обыденная в её жизни. Ученикам запрещается иметь отношения с простыми людьми, но разве сердцу можно приказать выкинуть кого-то? Элиана, конечно, могла придерживаться этого правила, но любовь заполонила её разум и не хотела отпускать. Тем более, что она встречается с самым молодым принцем Фарм-Клед. Как тут можно ограничиваться? - Серьёзно? У тебя интрижки с сыном короля? Седриком или Вильямом? - Астория ни то, чтобы знала королевскую семью в идеале, но про этих сыновей ходили разные слухи, даже если ты не хочешь ничего о них знать, тебе всё равно расскажут. - Боже, Седрик стар, ему сорок. А вот Вильяму двадцать три, так что да, получается, что интрижка именно с ним, - хихикает Элиана, останавливаясь около пухлой, но высокой женщины. Она шла к ним навстречу и все наделялись, что она не услышала их разговор. Элиана не очень любила, когда кто-то подслушивал о её воздыхателе, даже если это собственная мать. - Астория, приятно познакомиться с тобой. Я Памела, - она тянет к девушке свою мягкую руку, на которой покоится несколько колец и Астория мигом её пожимает. - Многое они тебе успели рассказать? - показывая на своих детей, спрашивает женщина и все трое мотают головой. Пока ничего дельного они сказать не успели, но отвлечённые разговоры тоже приходились по душе. - Можно в главном зале мы с тобой прогуляемся вдвоём? - почему-то после этих слов Астория немного напрягается. Памела всем своим видом показывает насколько дружелюбна. Её наряд настолько прост, будто ты попал в реальный мир, где в моде до сих пор длинные юбки и бархатные блузы с расширенными рукавами. - Всё хорошо. Она наша мама. И она крайне добра, - всё что успевает прошептать Джеклин, перед тем как двое скрываются за плотными дверями главного зала. Они проходят по длинному коридору, что почти идентичен тому, по которому Астория ходила на верхнем этаже своего пристанища. Тут отличались лишь искусственные факелы, что торчали из стен, а на потолке красовались хрустальные люстры, в три раза больше, чем обычные. Их свет явно мог быть виден далеко с улицы, если бы здесь были окна. Ещё одна двустворчатая дверь распахивается и Астория вступает в зал, где впереди виднеется высокий стул, напоминающий настоящий, королевский трон. Две ступеньки у подножья, одна дверь справа усыпанная синими камнями и золотой ручкой. Если она когда-то бывает не заперта, то можно попасть в покои главного Защитника, тогда как его семья - а точнее три сына - живут со всеми учениками и ни чем от них не отличаются. На стенах выгравированы слова на непонятном для Астории языке, по которым она проводит подушечками пальцев. Одно слово точно было знакомо. "Siti", что в переводе с латинского означает «жажда». Тоже самое слово написано на другой стороне её перстня, который она никогда не снимает, но сейчас он немного жмёт и колется, будто больше не хочет контактировать с кожей. Астория, проигнорировав незначительный выпад, следует дальше за Памелой, которая остановилась у картины. Её бока были отлиты бронзой и украшены изображениями двух основателей Дома. На них растрёпанная, непривычная для этого места, одежда и тяжёлый взгляд, который проникает в самую душу. В руках знакомые клинки, которые даже на стариной картине продолжают мерцать. А на фоне тьма, капли крови врага и изуродованное лицо вампира. Непривычно видеть такое в Дэйволе, но именно эта картина напоминает Защитникам с кем и за что они воюют. С кого всё началось и почему должно продолжаться по сей день. - Этой картине три столетия, - приятным голосом начинает женщина, бегая взглядом по изученной до сантиметра вещице. На самом деле она очень даже хорошо сохранилась до сегодняшнего дня, потому что даже жёлтые пятна не присутствовали. - А сзади кто изображён? Это были тела убитых, возможно, даже мучительно, но справедливо. - Вампиры, Астория, но прошу не думай о нас как о садистах. Мы всю жизнь пытаемся очистить родные места от нечисти, - Памела прячет улыбку, пытаясь прочитать во взгляде ученицы пренебрежение или отвращение, но всё что она видит, это лишь удивление. Те самые сказки, которые рассказывала Энджелл, теперь скачут перед глазами совсем в другом свете. - Всю жизнь? Эта война длиться вечно? - Когда-то мы не были врагами, - Памела ведёт рукой по стене, будто снова восхищается красоте, что таится в обычных плитах. Она не показывает своё выражение лица Астории, потому что не хочет, чтобы она увидела в нём сожаление и грусть. Те времена уже давно забыты и сейчас не существует никакого дружественного мира. Ни между людьми, ни между вампирами. Защитники оказались на грани вражды почти со всем миром, потому что их принимают не так, как они того хотят. Защитники представляют собой только вызубренные правила, они живут по расписанию, которое составляет главный совет и он знает как лучше и что лучше делать в то или иное время. Да, здесь полно свободы, тебя никто не держит в цепях или кандалах, но за любой шаг в сторону можно получить неплохое наказание. Но если бы всё было настолько плохо, то в Дэйволе не жило бы столько народу. Они бы давно сбежали и перед этим нарушили с десятки правил. - Но.. Разве такое возможно? Вампиры дружили с Защитниками? - Астория поднимает брови вверх, когда женщина наконец поворачивается к ней с усмешкой. Как представить дружбу между тем, кем она невозможна и это слово не принимает ни та ни другая сторона. - Дружили? Ох, Астория, это громко сказано. Они, по крайней мере, не вредили нашей жизни и не убивали обычных граждан, просто чтобы наесться. У нас был договор, что мы не трогаем их, если они не нарушают правил. А они не трогают нас, потому что свою часть уговора мы всё-таки выполняли и обходили их Дом стороной, - на одном дыхание говорит Памела, следя за взглядами девушки, которая до сих пор недоумевала. Да, Защитники боролись со всей нечистью, которую только могли увидеть поблизости. Фарм-Клед это город полный тайн и загадок. Город, в котором кишит тех, от кого нужно избавляться, чтобы дать спокойной жизни обычным, ничего не подозревающим, людям. Амулеты, гадания, магия, оборотни или вампиры, ведьмы или демоны, всё это пресекалось на корню и Защитники никогда не относились к этим мирам хорошо. Единственное во что они по правде верили, это в свою силу и великого Бога света, на большее они были не способны. - Но как так получилось, что вы вновь стали врагами? - Астория задаёт все интересующие её вопросы и даже не чувствует себя глупо, потому что Памела по доброму на все отзывается. Как и обещали друзья, она относится снисходительно и ко всему подходит с правильной стороны. Памела одна из тех Защитников, кто не боится раскрывать тайны новым жителям Дэйвола. Она любит, когда её расспрашивают, когда в глазах появляется интерес к сказанному и никогда не будет злиться на излишнюю заинтересованность. Это и любили в своей матери дети, но очень ненавидел Адам. Он считал, что новички не должны так сразу погружаться в то, что хранит в себе Дом и не должны сразу знать все тайны, потому что мистер Парсон доверял только проверенным временем. - Их престол занял самый жестокий и гнусный вампир за прошедшие столетия. Он разрушил Дэйвол, потому что не хотел ограничивать себя ни в чëм. Это произошло лет девяносто назад и с тех пор наши пути разошлись. Мы не стали жалеть ни одного вампира, что нападал на людей, а они не стали сдерживать свой голод, довольствуясь предоставленной свободой, - этот рассказ кажется девушке слишком печальным, ведь не будь Господина, мир не познал бы все тяготы. Но верить в волшебство, лишь ребячество. Когда-то всё равно придётся столкнуться с реальностью и увидеть как она иногда несправедлива. За эти года вражда забрала тысячи жизней, тысячи судеб скатилось в пропасть, а в глазах людей оставалось лишь страдание и непонимание почему жизнь к ним так жестока. Дэйвол был основан триста лет назад, когда двое отважных людей смогли вобрать в себя немного магии и силы, которая помогла им создать мир, в котором не нужно ничего бояться, в котором будет место свету, даже если в остальных городах перестанет светить солнце. Стрейч и Ами были супругами, которые самые первые столкнулись с вампирами и дали им отпор, ведь нашли в старинных книгах упоминание про удивительный камень Серви и смогли его отыскать в пещере Арени, находящейся в Армении. Пещера на данный момент значится одной из самых древних в мире, сложно представить, что ей уже исполнилось пять с половиной тысяч лет. Но в тот день, когда клинки были идеально выточены из непревзойдённого камня... Тогда и началось справедливое противостояние двух абсолютно противоположных сторон. Света и тьмы. - Это ужасно. И у вас нет какого-нибудь секретного оружия, чтобы победить раз и навсегда? - Астория переваривает сказанное с минуту, а потом ближе подходит к Памеле, которая сжимает губы в одну полоску. Вампиры стали намного хитрее и умнее, чем были раньше. Потому что с недавнего времени могут различать запах Защитников и обычных людей. И это правда. У них разная кровь и количество ударов сердца за минуту. Пусть это маленькое отличие, но оно помогает врагам побеждать и избегать смерти. - Было, но.., - Памела не успевает закончить, чьи-то тяжёлые шаги заставляют обеих повернуться к лестнице и машинально поклониться. Астория опускает глаза вниз, но всё равно слушает Главного. - Но моя жена умерла прежде, чем мы успели узнать немного больше о силе Мальтедов, - Итан кажется озлобленным, но сглатывает и спускается вниз, чтобы продолжить рассказ. Ему было отлично слышно, что успела поведать Памела и почему-то, ему это совсем не нравилось. Он не видел опасности в глазах Астории, но на все сто процентов не доверял, пытаясь правильно подобрать слова и предугадать о чëм именно она может спросить. Ещё чуть чуть и добрая женщина могла выдать то, что говорить пока не следовало. - Кто они такие? - почти шёпотом спрашивает Астория, и не понимает почему её голос так поменялся. Ей вроде и страшно не было, но та власть, что веет от Итана забирает всю уверенность. Раньше девушке не доводилось слышать про каких-то странных существ, но она хотела знать обо всём, что ей могут рассказать. Пусть ещё вчера она не верила ни во что, кроме человечества, сейчас она готова принять в свою жизнь как можно больше нового. - Мальтед - это несокрушимый воин. Именно им была моя жена, последняя из его рода. Мы изучали её кровь, ведь она не позволяла ни одному вампиру впиться в её вены. Если вампир испьёт кровь Мальтеда, то поплатиться за это быстрой и мучительной смертью, потому что эта жидкость отравлена на века. Она не красная, она оранжевого оттенка, но при этом распознать таких людей невозможно, нужно как-то возродить эти силы, - Итан откашливается, а потом задумывается на несколько секунд, изучая лицо девушки. Он будто боролся сам с собой, но всё же продолжил, выдохнув через нос. - Мы с Саванной всю жизнь занимались этими исследованиями, потому что только это могло нас спасти от войны, но она умерла прежде, чем мы дошли хотя бы до середины своего расследования. И уже нет никакого шанса, чтобы воспользоваться этой особенностью. Теперь придётся только сражаться на смерть, иначе нельзя. Если мы их всех не убьём, то они сожрут нас, - его челюсти сжимаются, а в глазах пылает огонёк ярости. Так всегда, когда речь при нём заводят о злейших врагах. Ему хочется выиграть в этой войне и довести свой народ к хорошему концу. Пусть через дебри и сражения, но в конечном итоге они получат мир, в котором не будут существовать чудовища. - Вы сказали, что силы возродить возможно. Почему вы не пытались сделать это? Может, есть специальные зелья или.., - Итан резко поднимает руку вверх и пресекает дальнейшие слова, будто во дворце непристойны даже упоминания о них. - Мы не верим ни в зелья, ни в ведьм, потому что они противоречат природе, - он говорит так, будто слова уже заученные, но Астория выдыхает и не хочет прятать своё мнение глубоко внутри. Она считает по другому, а значит всё равно озвучит свои предложения. - Вам не кажется, что если вы будете так относится ко всему потустороннему миру, то война никогда не кончится? - Итан почти приходит в бешенство, когда это слышит и его голубые глаза впиваются в девушку, чтобы она вдруг поняла - это всё бесполезно говорить. Хочешь не хочешь, но ты будешь верить в то же, во что верит главный Защитник. Ты находишься на его территории, а значит подчиняешься его власти, какое бы мнение у тебя не было. - Астория, это слишком, - по доброму шепчет Памела, задевая плечо своей ученицы. Астория выпрямляется и встречается взглядом с главным. Она вдруг понимает, что неправильно себя ведёт, что не должна так говорить о том, во что Защитники верят столетиями. Не в её праве переубеждать народ. Она здесь лишь гостья. - Извините, я не хотела, - быстро произносит Астория, но Итан будто не слышит эти слова и складывает руки за спину в замок. - В какой-то степени ты права. Мы ещё не отошли от того, сколько смертей пришлось пережить и сколько в плен попало Защитников. Поэтому у каждого мысли только о мести и никакого снисхождения, никому. Потому что если кто-то не за нас, то они против нас. - Итан, правда, мне не стоило так говорить, потому что пока мне сложно во всё это поверить. Но мне кажется, что вам нужно обратится за помощью к знающим и опытным людям. К старейшинам или даже ведьмам. Это шанс, чтобы спасти ваш народ от больших потерь. Астория пытается убедить главного, что ни на что не претендует и что не собирается менять его мнение. Ей просто было нужно сказать то, что она думает. Глупая привычка не думать о том, о чём говоришь. Но в то же время в этих словах есть истина. Почему бы хотя бы раз не попробовать, если это спасёт не мало жизней? Вдруг, этот серьёзный шаг в конечном итоге привёл бы к победе над злом? - Я подумаю над этим, Астория, - Итан говорит так, как хочет услышать девушка, но совсем не собирается отрекаться от того, во что так слепо верит. Он никогда не станет сотрудничать с теми, кого считает нечистью, тем более просить у них какой бы то ни было помощи. - У тебя есть ещё какие-нибудь вопросы? Астория задумывается на несколько секунд, осматривается вокруг, но не может выбрать один единственный вопрос. Их роятся сотни в её голове. Может ли Итан знать что-то о том, откуда появилась девушка? Может ли знать, какие монстры преследовали её всю жизнь? Или может он знает как жить дальше и для чего? Но Астория не задаст ни один из этих вопросов, потому что понимает, ей нужно будет узнавать об этом самой. - Да, один. Как распознать вампира в толпе людей? У них ведь на лбу это не написано? - это был самый лучший по мнению девушки вопрос, потому что он даже не отходил от темы, что тут обсуждается уже столько времени. Она не знала зачем именно ей это знать, потому что воевать ни с кем не хотела, но всё же спросила. - Яркие голубые, а у кого-то и вовсе фиолетовые, вены на шее, их больше, чем у обычных людей. Глаза, отливающие красным цветом, даже во тьме. Если он широко раскроет рот перед тобой, то два передних клыка отлично видны. Бледная кожа, ведь сердце у них не работает, а значит и кровь не течёт по венам. И, на что обычно первым обращают внимания Защитники - это запах. Они могут попробовать скрыть его духами или ещё чем-то, но ничего не выйдет. От них зачастую пахнет сыростью как от болота, когда ты находишься вблизи, или даже кровью, - мужчина говорит с передышками, чтобы вспомнить точный образ чудовища перед глазами, а потом кивает сам себе, потому что это был конец разговора, но только для него. Астории не хватило всего сказанного, ей нужны были ещё ответы, ещё информация, ещё немного фактов о новом мире. Но Главный разворачивается и уходит вверх по небольшим ступенькам. - Чем пахнет от меня, Итан? - Астория делает шаг вперёд и её сердце вдруг бьётся достаточно быстро, меняя темп. Она боится ответа, который ей скажут. Она боится, что все истории про вампиров как-то могут быть с ней связаны. Пусть она не чувствует в себе ничего сверхъестественного, но не может же посмотреть на себя со стороны. - Ландыш. Красивый и неприхотливый цветок. Не думай, что мы не проверили тебя, перед тем как впустить в свою жизнь, - Итан кидает эти слова через плечо, но его лицо остаётся бесстрастным, будто его больше не заботит существование девушки. - Получается, мне можно остаться? - плечи Астории облегчённо падают вниз, даже не дождавшись ответа, ведь Памела мягко улыбается и вперёд Итана кивает. - Настолько, насколько ты только захочешь, Астория. Дэйвол - это Дом для всех нас, - Главный уходит направо, направляясь к своей двери и бесшумно заходит в свою комнату, оставляя обеих вновь в одиночестве. Не сказать, что девушка не рада, что теперь у неё есть собственный дом и защита, но стены жмут. Они выглядят такими узкими, хотя простираются на несколько метров. Они давят, хотя когда идëшь по коридору в компании, все могут выстроиться в одну линию. Они навевают нехорошие мысли в голове, хотя их свет озаряет. Астория не понимает каким образом это место может производить двойственное впечатление, но всё же решает остаться здесь на несколько дней. Может, та встреча в пабе не была случайностью? Может, всё же настанет хорошая жизнь без преследования и постоянного страха за свою жизнь? Может именно это место предназначено для того, чтобы прожить прекрасные моменты? Это ещё одни вопросы, на которые никто и никогда не даст развёрнутые ответы. Памела выходит с Асторией на улицу, где в ожидании стоят Джеклин и Элиана. Они пинают камни носком ботинка и, заметив движение, сразу бросаются к дверям. - Мам, всё хорошо? Мы можем продолжить рассказывать обо всём сами? - Джеклин выступает вперёд, а Памела кивает, немного взлохмачивая волосы своего сына. Но даже этот безмолвный ответ дарит ту радость и облегчение, которое все трое ждали это время. - Ура. Значит ты можешь посещать наши тренировки, Астория. Тебе понравится. Мы выберем тебе хороший костюм, - Элиана хватает ладони своей новой подруги и улыбается ей в лицо, будто вся тревога вмиг затихает. Тренировки не предназначены для гостей Дэйвола, потому что они не остаются тут надолго, но раз даже Итан принял девушку, пусть и своеобразно, значит всё идёт намного лучше, чем можно было этого ожидать. Значит есть шанс, что, пусть Астория и не станет настоящим Защитником, она может овладеть мастерством, которое есть у каждого ученика. Она может научиться держать в руках клинок и меч, который предоставляется на уроках. Она может стать маленькой частью удивительного мира. - Элиана, для начала ей нужно вылечиться до конца. Любые физические нагрузки противопоказаны, - напоминает Джеклин, отчего Астория кусает нижнюю губу, но помалкивает о том, что может начать тренироваться хоть этим вечером. Будет увлекательно проводить много времени с друзьями, даже если будешь уставать. - Я пока могу потихоньку входить в курс дела, - Астория улыбается, следуя вперёд и успокаивает тревожные мысли о том, что произошло за эту половину дня. Она оказалась действительно насыщенной, не сравнимой ни с одним прожитым Асторией днём. Может, в какой-то степени это даже и хорошо.