Персональные Демоны Безупречных

Трек к главе: Dееp-Ex-Sense - Имаго

      Теперь к постоянным ночным кошмарам Гермионы с кобрами, говорящими голосом Нарциссы, безликими людьми и прочей психоделикой добавился ещё один сон - сияющий мёртвым светом тёмный кабинет, портрет темноволосой красавицы и согнувшийся возле него на кресле от горечи и боли в три погибели он...       После того злополучного рейда Драко не выходил из кабинета уже третий день. Гермиона тщетно пыталась разговорить на эту тему Нотта, Крэбба и Виктора. В ответ Виктор лишь руками развёл, Крэбб достаточно красноречиво дал понять, чтобы Гермиона не совала нос не в свои дела, а Нотт в очередной раз обругал её "тупой сукой" и послал на три весёлые буквы. Пэнси и Гойл вполне могли бы помочь, учитывая, что Паркинсон первая протянула гриффиндорке руку дружбы, а Грегори относился к её врачебной помощи с большой благодарностью и слушался предписаний шатенки как малый ребёнок. Мешало лишь одно "но" - и Гойл, и Пэнси находились в больничном крыле на лечении.       Дюмона спрашивать было бесполезно. Во-первых, он не был настолько близок к Драко, как те же Пэнси, Гойл, Крэбб или Нотт, а во-вторых, Драко настолько жестоко отделал его после того, как Дюмон провалил рейд, что француз рисковал пролежать на больничной койке до самого Рождества. Можно было, конечно, поспрашивать Полумну, но после стычки Серпентария с Пожирателями у когтевранки прибавилось столько работы, что расспрашивать её о чём-то постороннем было бы преступно.       Гермиону угнетало положение дел. Нет, не потому что с ней опять мало кто считался и все держали её в неведении. Её тяготило то, что где-то сейчас, совсем рядом, в одиночестве страдает человек, который несколько раз спасал её шкуру, а она, Гермиона Грейнджер, ни черта не может ему помочь.       Да и стал бы Драко принимать от неё помощь?       Они оба уронили тот мостик, который начал строиться между ними. Драко - своими кулуарными играми и тайнами, не делавшим его персоне никакой чести. Гермиона - тем, что поверила всему, что говорил Гарри всего лишь по той причине, что Драко не оправдал её ожиданий. И вот теперь, когда слизеринец вновь попытался навести между ними мосты, гриффиндорка взяла топор и порубила их в мелкие щепки, а потом сожгла. И всё лишь потому, что Драко посмел не оправдать её надежд...       А давал ли он тебе повод вообще возлагать на него какие-то надежды, Грейнджер? Он всего лишь отнёсся к тебе по-человечески. И снова оказался прав. Как ему вести себя с тобой, если твою реакцию никогда не предугадаешь?       Чем ярче горят мосты за спиной, тем светлее дорога впереди. А что делать, если последний мост за спиной сожжён, а перед тобой ни черта нет, кроме бездны? И потом - одно дело просто сжечь мост за собой, и совсем другое - взорвать его к чертям и залить напалмом всю реку...       Гермиона много думала в эти дни. Обо всём. О Драко, о Гарри и Роне, о Джинни и семействе Уизли, о друзьях Малфоя, о Полумне, которая вроде как выбрала сторону Малфоя, а не сторону Гарри, но, как оказалось позже, имела на это полное право, о маглах, Пожирателях. Полумна даже посоветовала ей пить на ночь снотворное, чтобы не нагружать голову перед сном.       Но Гермиона не могла не нагружать голову. Кто та девушка на портрете? Кем она приходилась Драко? Неужели - любовницей...       И почему Драко не выходит из кабинета уже третий день? Жив ли он вообще?       В один из таких напряжённых дней Гермиона появилась в северном крыле седьмого этажа, где и находился кабинет Драко. Дверь его была закрыта. На улице надрывной цепной пилой свистел ледяной ветер с моря и шёл дождь со снегом.       Шатенка встала к окну и осталась ждать. Может быть, сейчас оттуда выйдет Фестер, и она попробует его разговорить?..       Совсем рядом хлопнула трансгрессия. Увы, это был Фаркус, а не Фестер. Его разговорить будет в десять раз труднее.       -Совсем хозяин к жизни охладел... - грустно пробормотал толстый домовик. - Кто здесь?! А! Полукровка!       Понятно, наслышан о том, как Драко перелил гриффиндорке свою кровь. Сейчас ещё и это ей припомнит.       -Здравствуй, Фаркус, - спокойно и ласково сказала Гермиона. - Что с Драко?       -Как ты смеешь называть хозяина по имени, несчастная, глупая девчонка?! - рассердился Фаркус. - Он столько раз спасал тебя, так за тебя переживал, когда произошло то, что произошло, а ты... Будь моя воля, я бы заточил тебя в подземелье и даже объедками бы кормить не стал!       Риторика Нотта. Сразу понятно, с кем Фаркус больше всего общается.       -Фаркус, прошу тебя...       -Нет! Нет, не проси меня! Я тебе не Фестер, который от желания свести с кем-то хозяина уже совсем двинулся по фазе! Хозяин и без тебя страдает!       -Я и хочу узнать, почему он страдает. Может, я смогу...       -Ха, сможет она! Не нужна ему твоя помощь! Ты ему ничем не сможешь помочь!       -Твою мать, Фаркус! Орёшь так, что на четвертом этаже тебя слыхать! Чего разбушевался?       По коридору к Гермионе и Фаркусу шёл Блейз Забини.       -Мистер Забини, хорошо, что вы здесь, - запыхтел Фаркус. - Я всего лишь...       -Ты всего лишь не в том месте, где должен быть, - отрезал Блейз. - Топай отсюда. Через семь минут Драко потребует у тебя новую бутылку. Кыш!       Фаркус торопливо и с весьма недовольным видом посеменил прочь.       -Ну что он, опять дулся и брюзжал? - усмехнулся Забини.       -Здравствуй, Блейз, - сказала Гермиона. - Слушай, может быть ты меня просветишь - что с Драко?       -Не просвещу. Он третий день не выходит из кабинета и никого к себе не пускает, кроме своих домовиков. Всё, больше ни о чём не спрашивай.       Понятно. Ну, это было ожидаемо. Блейз в команде Малфоя всегда был островком хладнокровия и уравновешенности, а также умел железно хранить секреты.       -Блейз, - попыталась Гермиона в последний раз, - я просто хочу помочь...       -Поздновато ты спохватилась, душа моя, - хохотнул Блейз. - И потом, у нашего старшего явно проблемы с принятием помощи. Смотри, если он сказал, что никого видеть не хочет - пусть так оно и будет. Он сейчас в слишком нестабильном состоянии. К тому же не трезвеет примерно столько, сколько сидит в четырёх стенах.       Неужели всё настолько серьёзно...       Гермиона в жизни своей не помнила, чтобы Драко напивался. Точнее так - она видела пьяными своих друзей после праздников, видела пьяных слизеринцев после школьных вечеринок, но Малфоя она ни пьяным, ни с похмелья не видела никогда. Каждое утро после таких тусовок в Хогвартсе Драко оставался всё таким же одетым с иголочки и пахнущим одеколоном, даже если вся слизеринская тусовка не вязала лыка, хотя послушать их рассказы - так Драко на любой такой тусовке в одного выдувал чуть ли не половину ящика огневиски. Блондин же только подсмеивался над друзьями и порой называл их "пьяными свиньями".       -Блейзи! - раздался звонкий, приятный голос. - Ты где пропал?       Блейз моментально вытянулся по струнке, а затем изогнулся в послушной и подобострастной позе. Гермиона невольно поморщилась. Конечно, Дафна Гринграсс была красоткой, но это же не повод при первом её появлении танцевать на задних лапах?       Любовь зла, полюбишь и козла, как говорится.       Дафна, как и обычно, приоделась. Длинное, весьма откровенное чёрное платье с тёмно-зелёными узорами, волосы искусно заплетены, макияж, укладка, даже маникюр на длинных, похожих на наконечники стрел, ногтях. Создавалось такое чувство, что она не на войне, а на модном показе. Может быть, Гринграсс считала это красивым.       Но Гермиона находила всё это убранство при нынешних обстоятельствах весьма комичным. И совсем не стеснялась того, что сама она разгуливает в простенькой бордовой блузе и обычной чёрной юбке чуть выше колен, а её причёска - банальная до зубного нытья коса, впрочем, довольно толстая. Она привыкла к тому, чтобы её наряд был, в первую очередь, практичным и удобным.       Увидев Гермиону, Дафна так поморщилась, словно её, такую красивую, заперли в свинарнике, полным навоза.       -Что ты здесь вынюхиваешь, дрянь? - свысока процедила она. - Тебе нельзя здесь находиться.       -И тебе привет, Гринграсс, - спокойно ответила Гермиона.       -Подавись своим приветом, дрянь. Какого пса ты здесь забыла?       -Что, Драко и тебя приставил за мной приглядывать?       -Как ты смеешь называть его по имени?!       Эта интонация, эта злоба... Мерлинов колпак, надо будет поинтересоваться у Драко, как ему живется с этой персональной Беллатрисой.       -Дафни, не нервничай, - ласково залепетал Блейз. - Она сейчас уйдёт. Грейнджер, кати отсюда подобру-поздорову.       -А кто вы оба такие, чтобы указывать мне? - также холодно спросила Гермиона. - В этом замке для меня силу имеет только одно слово, и точно не ваше.       -Ты когда так обнаглеть успела, сукина дочь? - обозлилась Дафна. - Тебя давно с неба на землю не спускали? Что ты здесь делала? Неужели пришла повидать Драко?       -Тебя это не касается.       -Меня это очень даже касается! Я не дам тебе окончательно выбить Драко из колеи!       -Ой, что это такое? Дружеская преданность или нечто большее? Забини, будь бдителен, как бы твоя подружка от тебя налево не убежала.       -Заткнись, сучка гриффиндорская! - заверещала Дафна, становясь похожа на разъярённую вейлу. - За собой бы лучше следила! Я ведь вижу, как ты за ним увиваешься!       -Дафна, ты, видимо, переутомилась, когда макияж делала. Я на сердце вашего вождя не претендую. А вот ты, судя по этому боевому прикиду и раскрасу...       -Да что ты мелешь, дурная?! - рассердился Блейз - Мы с Дафной уже пятый год вместе!       -Увы, ничто не вечно под луной... - насмешливо прочирикала Гермиона. Конечно, подкалывать эту парочку лучших друзей Малфоя было чертовски рискованно. Но до чего весело!       -Сейчас я научу тебя вежливости, грязь! - Дафна схватилась за свою белую палочку.       -Дафна! Вообще-то я ещё здесь! Убери свою палочку, живо!       От этого голоса подскочили все трое - и Дафна, и Блейз, и Гермиона. Шатенка обернулась. Из кабинета Драко выходила Нарцисса Малфой...       Гермиона не видела её с конца Второй Магической Войны. Нарцисса, несмотря на то, что, как рассказывали в Министерстве, война её сломала, мало чем изменилась - всё такая же высокая и статная женщина с осанкой настоящей леди и густыми чёрно-белыми волосами. Лишь на её бледном лице прибавилось на одну-две морщины больше, а в потускневшем взгляде появилась смертельная усталость. Но даже с этой усталостью её взгляд сейчас был грозен. Дафна моментально спрятала палочку за спину.       -Простите меня, леди Нарцисса, - Гермиона отметила у себя в голове, насколько быстро Гринграсс с яростного визга перешла на подобострастное бормотание. Какая мерзость и нелепица, - Просто я хотела...       -Меня не волнует, чего ты хотела. Какого чёрта ты устроила скандал под дверями кабинета моего сына? Блейз, я в тебе разочарована. Если мужчина не способен указать своей женщине её место в тех случаях, когда она зарывается, встаёт вопрос о том, много ли в нём мужского.       Блейз потемнел и помрачнел ещё сильнее. Было видно невооружённым глазом - мулату очень стыдно.       -Леди Нарцисса, я лишь хотела узнать, как там Драко, - залепетала Дафна, - А тут эта дрянь попалась и спровоцировала...       -Не лги, если не умеешь, Дафна. Я прекрасно слышала, кто кого начал провоцировать. И чего это ты так нарядилась? Уж не затем ли, что...       -Что вы, что вы, леди Нарцисса, я всего лишь...       -Так вот, немедленно пойди и переоденься. Если ты не забыла, то я напомню - мы сейчас на войне. Мой Драко и ребята каждый день рискуют жизнями.       -Леди Нарцисса, вы несправедливы, - Дафна всхлипнула. То ли картинно, то ли её правда задели слова матери Драко. - Я ведь помогаю Драко с составлением планов...       -А всё остальное время разгуливаешь по замку одетая, словно таиландская проститутка, - безжалостно сказала Нарцисса. - Марш отсюда. Тебе здесь не место. Драко нужно побыть одному.       -Он третий день уже один. Заперся в кабинете и сидит там, как сыч, - подал голос Блейз.       -А это не твоего ума дело, Забини. Если ему будет нужно, он просидит там хоть до Рождества. И я вам не позволю ставить действия моего сына под сомнение. Он - последняя наша надежда на справедливость. Свободны!       Дрожащая Дафна и понурый Блейз направились по коридору прочь. Гермиона решила, что ей тоже здесь больше нечего делать, и двинулась было следом...              -А ты задержись, Гермиона, - догнал её голос Нарциссы, всё ещё такой же гордый, но уже менее грозный. - Мне нужно поговорить с тобой.       Приплыли. Неужели сейчас докопается?..       Гермиона хорошо помнила, как Нарцисса спасла Гарри. И вообще, из всех Пожирателей Смерти она, наверное, испытывала какие-то тёплые чувства только к матери Драко. Если, конечно, уважение, можно назвать тёплым чувством.       Гермиону восхищала сила духа Нарциссы. Эта женщина взвалила на свои плечи всё, что было связано с её семьёй - властолюбивого и жестокосердного мужа, сына, которому по итогу пришлось за этого мужа отвечать, ненависть и презрение окружающих, клеймо преступников. И Нарцисса всё это вынесла, пусть и ценой своего здоровья. Более того - она продолжала поддерживать Драко, который, судя по всему, за эти пять лет снова чего-то лишился, и это что-то было куда больше, чем авторитет и доброе имя...       -Я слушаю вас, мисс Малфой, - учтиво сказала Гермиона.       -Скажи мне, но только честно - как так получилось, что ты сумела приворожить моего сына к себе? Точнее - как ты сумела найти с ним общий язык?       Здрасьте вам через окно. А Нарцисса оказалась куда прозорливее, чем ты думала, Грейнджер. Ну, или Драко проболтался, но это точно маловероятно. Чтобы Малфой хоть кому-то проговорился о своих чувствах, даже собственной матери, пусть и подшофе? Да скорее Хагрид начнет заниматься фигурным катанием.       -Я его не искала, - ответила Гермиона. - Просто мы в какой-то момент очень сблизились с Драко. Он несколько раз спас мне жизнь, и в принципе, я стала чувствовать себя с ним гораздо более комфортно и уютно, чем...       -Чем с твоими дружками, одного из которых я спасла, только непонятно, чего ради? - проговорила Нарцисса. Гермиона предпочла пропустить это мимо ушей.       -Иными словами, мы подружились с Драко. А потом всё закрутилось и полетело в тар-тарары вверх ногами. Сначала отравили Джинни, потом произошёл теракт на саммите...       -И вы всем вашим кагалом решили свалить всё это на моего сына... - снова вставила Нарцисса. Это Гермиона уже не смогла проигнорировать.       -Я не думаю, что Драко имеет ко всему этому отношение. Раньше думала, а теперь - нет.       -И что же вдруг так внезапно изменило твоё мнение?       -Просто... Я не знаю...       -Очень жаль, что ты этого не знаешь. А вот я знаю. Но говорить не стану, ты же сразу примешься это отрицать, неправда ли, Гермиона?       Холодные и усталые глаза Нарциссы, похожие на яшмовые камни, уставились на Гермиону. Шатенка сжалась, ей стало неуютно от этого взгляда.       Я понимаю, к чему ты клонишь, Нарцисса. Но не думай, что я тебя боюсь. И то, что я испытываю к твоему сыну, тебя не касается. Это исключительно наше с ним дело...       -Простите, мисс Малфой, но я не могу уловить, - твёрдо заговорила Гермиона, - чего вы хотите от меня?        -Я хочу, чтобы ты оставила моего сына в покое. Ты не та, кто ему нужен, и не так, кто сможет разделить с ним то, что он несёт на своих плечах. Не лезь к Драко. Он и без того намучился за эти пять лет, - голос Нарциссы приобрел свистящую интонацию. В голове Гермионы внезапно вырисовалась картинка из её сна, который она запомнила слишком хорошо...        "-Не смей лезть к моему сыну, грязнокровка. Он и без твоего вмешательства в его жизнь слишком многое перенёс. Не лезь к нему. Он и без того мучается четвертый год...              -Я... Но я не лезу к нему! И не собираюсь лезть! Мне не нужен ваш Драко! И я не хочу, чтобы он страдал из-за меня!.."       -Но я... - хотела возразить девушка.       -Не возражай. Драко редко делится со мной тем, что касается его самого, но он мой сын, а потому я могу прочесть все его секреты по его лицу. И твои тоже, поскольку сама раньше была такой, как ты. И меня тебе обмануть не удастся. Оставь Драко в покое. Прошу тебя.       Нарцисса прошла мимо Гермионы, направляясь в соседнее крыло этажа, но внезапно обернулась и добавила.       -Пока по хорошему...       Гермиона подождала немного, а затем направилась на выход с седьмого этажа. Было очевидно - ей здесь никто не рад.       И снова ощущение собственного одиночества укололо её в сердце холодной и зазубренной иглой. Судя по всему, одиночество уже становилось для гриффиндорки перманентным состоянием.       Она была одинока в компании Гарри и Рона после Второй Магической войны, потому что Рон пытался вывезти на себе семью и больную Лаванду, а Гарри стал "всеобщим героем и спасителем" и ему было не до друзей. А теперь она была одинока здесь. Драко было неё плевать, Тео её ненавидел, как подружку "блядского Поттера", Дафна уже сегодня едва не заплевала её кислотой, Забини делал вид, словно никакой Гермионы рядом нет, Виктор и Полумна постоянно были заняты, с Крэббом Грейнджер и вовсе не контактировала. А теперь ещё и Нарцисса решила ей поугрожать.       Одна. Совсем одна, вот уже на протяжении нескольких лет. Как игрушка, кукла, которую подарили доброй маленькой девочке по имени Жизнь, а потом девочка выросла, ожесточилась душой и выкинула свою старую куклу в канаву...       Гермиона осознала, что ей сейчас очень хочется одного - закричать. И плевать, если кому-то это не понравится. Пусть ругаются, пусть злятся, пусть хоть захреначат этим пресловутым Экстерминиумом. Зато ей самой хотя бы легче станет...       Но тут из крыла, куда ушла Нарцисса, раздался вопль. Безумный вопль, словно кого-то убивают. Словно человека ударили в печень острым, горячим ножом, и теперь он кричит от боли и ужаса, чувствуя, что захлебывается своей кровью...       Гермиона бросилась туда. На её пути возникла большая дверь. Гермиона дернула её на себя, к счастью, она оказалась незапертой. И то, что она увидела за дверью, заставило пошевелиться её волосы на затылке...       Нарцисса лежала на полу большой комнаты, возле самой двери, не подавая признаков жизни. Комнату громили странные летающие существа, похожие на странных, безликих фантомов неопределенного цвета. А чуть выше пола, окутанный магическим туманом, из которого и выходили эти фантомы, висел мальчик, запрокинув светловолосую голову. Выглядело это чертовски страшно.       Но Гермиона испугалась не за себя. Она испугалась за этого мальчика. Пролетающий мимо фантом влетел в неё с такой силой, что девушка упала и рассекла себе руку, но шатенка даже внимания на это не обратила. Поднявшись, она бросилась к мальчику. Фантомы бросались на неё, толкали, дёргали за волосы, но Гермиона всё равно добежала и прижала к себе мальчика, обхватив его голову руками и прикрывая его собой. И тут она услышала тихие всхлипывания.       -Мама... - тихо хныкал мальчик. - Мама... Папа...       -Я здесь. Не бойся, - стала успокаивать мальчугана Гермиона, ощущая на себе всё более сильные толчки фантомов. - Всё хорошо. Они тебя не обидят...       Фантомы издали скрипящий визг и, судя по всему, собрались одной кучей за спиной Гермионы, чтобы нанести последнюю атаку. Шатенка почувствовала это спиной...       -Экспелле Дамнаторум! - прогремело откуда-то с порога. Полыхнул яркий, голубой свет, раздались визжания фантомов, где-то что-то упало и разбилось.       Гермиона обернулась через плечо. Драко стоял в дверях, высоко подняв свою чёрную палочку, ещё дымящуюся лазурным цветом. Он дрожал так, словно его бьёт озноб, но был абсолютно трезв. Только было неясно, пришёл ли он сюда трезвым изначально, или протрезвел от увиденного.       -Драко?       -Грейнджер? Какого чёрта?!       -Папа! - внезапно звонко выкрикнул мальчик, вырываясь из объятий Гермионы.       Погодите-погодите... Это сейчас слуховая галлюцинация? В смысле - "папа"?!       Мальчик бросился к Драко. Слизеринский Принц неожиданно пал на колени, крепко обнимая его.       -Папа! - мальчик заплакал.       -Тише, тише, мой хороший. Папа здесь, - заговорил с ним Драко. - Всё будет хорошо. Папа не даст тебя в обиду.       -Папа, я не хотел, честно...       -Конечно, родной. Ты не нарочно, я это знаю. Тебе снова снился кошмар?       -Да... Бабушка хотела мне помочь, а я её...       -С бабушкой всё будет в порядке.       -Но я же на неё напал!       -На неё напал не ты, а твои персональные демоны. Ты здесь не виноват, Скорп.       -Папа... я снова видел, как... Но я не вспомнил, кто...       -И не надо. Я не имею права от тебя этого требовать. Ты и так подвергаешься опасности из-за меня. Прости меня, сынок.       -Почему из-за тебя?..       -Потому что я не сумел сделать так, чтобы тебе ничего не угрожало...       Бледная Гермиона встала, её трясло изнутри. Этого просто не могло быть... Попросту не могло... Невероятно... Настолько невероятно, что вполне могло сойти за чистую правду...       Колючий взгляд ртутных глаз Драко упал на неё. Девушка вздрогнула, но Скорп внезапно встал на её защиту.       -Папа, не ругай эту тётю. Она хотела защитить меня!              -Защитить? - Драко перевёл взгляд на него, затем снова посмотрел на Гермиону и спросил то же, что спрашивал поначалу, но уже не так враждебно. - Что ты здесь делала, Грейнджер?       -Я услышала крик из коридора на седьмом этаже. Прибежала, а тут такое... - пробормотала Гермиона.       -А какого чёрта ты забыла на седьмом этаже?       -Хотела проведать тебя.       -Какая забота, мать твою.       -Не выражайся при ребёнке.       -Чего? - взъярился было Драко, но тут совсем рядом раздался стон Нарциссы.       -Бабушка! Бабушка, прости! - Скорп подбежал к ней. Драко бросил на Гермиону последний взгляд и сказал.       -Иди в мой кабинет и жди там. И пошли Фестера за Полумной. Я скоро приду.       Гермиона послушно кивнула и двинулась к двери, но тут протез Малфоя поймал её за запястье и остановил.       -Дай руку, - попросил он. Гермиона протянула ему раненую руку. Драко проговорил "Редукс Аморти" - секундная боль, и рука зажила. Гермиона коротко посмотрела на Драко с благодарностью и вышла.       Скоро она была в кабинете. Фестер находился там же. Увидев Гермиону, он так и подскочил.       -Леди Гермиона? Но вам же...       -После, Фестер. Беги за Полумной и веди её в восточное крыло. Нарциссе плохо.       -Хозяйке Цисси? Фестер уже бежит! - и с хлопком трансгрессии Гермиона вновь осталась одна.       Мысли больше не роились в её голове. На их место пришло одно огромное осознание, заполнявшее существо шатенки настолько, что она чувствовала себя так, словно находится в огромном вакууме.       У Драко есть сын. У Драко, чёрт его побери, есть сын. И этот сын наделён какой-то странной магической силой, которой Гермиона не видела никогда.       Но от кого у Драко мог родиться сын? Неужели от Пэнси? Точно нет, они расстались после Второй Магической, да и вряд ли бы Драко в этом случае допустил разрыва. Тогда от кого этот мальчик?!..       Вдруг что-то заставило Гермиону повернуть голову. Она воззрилась на портрет той самой красавицы, из-за которого три дня назад Драко дал волю своим чувствам. Да, и правда, очень красивая девушка. Интересно, кто она?       И тут картинка в голове Гермионы сложилась сама собой. Кажется, она наконец поняла, кого потерял Драко перед началом Третьей Магической войны...       -Любуешься, Грейнджер? - Драко вошёл в кабинет. Он был тих и мрачен. - Согласен, такую красоту ещё нужно поискать. А ведь в Хогвартсе она была совсем незаметной серой мышкой.       -Она? Кто она? Может, ты мне наконец расскажешь правду, Драко?       -А что мне тебе рассказывать? Ты и сама теперь всё знаешь. Ну, почти всё. Эта девушка на портрете - сестра Дафны, Астория, моя невеста.       Гермиона не поверила глазам. Да чтобы у этой напомаженной стервы Дафны была такая хрупкая, утонченная и романтичная сестра? Поверить невозможно.       -А Скорпиус - мой единственный сын от неё. Последний подарок, который она мне оставила, - Драко стиснул зубы после этих слов и отошёл к окну. По сердцу Гермионы тонкой, холодной струёй пробежал страх. Она подошла к слизеринцу и спросила почти шёпотом.       -Что значит - последний подарок?..       Драко бросил на неё через плечо тоскливый и болезненный взгляд.       -Асторию убили четыре года назад. На глазах у Скорпа. И я до сих пор не знаю, кто это сделал. Вот тебе и вся правда, Грейнджер. А теперь оставь меня.       Драко замолчал. Ему снова стало мучительно больно на сердце...       Он до сих пор помнил, как ворвался в разнесенную квартиру и увидел картину, которая преследовала его в ночных кошмарах и тяжелые душевные минуты - распростёртую на полу разнесенного вдребезги зала красавицу Асторию и плачущего возле неё Скорпиуса.       В тот момент все внутренности Драко совершили по телу тройное сальто-мортале. Ему хотелось плакать, кричать, разносить всё вокруг, сравнять оставшийся Мэнор с землёй. Но он не мог себе этого позволить. Ведь в том зале был ещё один человек, которому было в тысячи раз страшнее и больнее, чем ему...       К счастью, вскоре подоспели Тео, Пэнси, Блейз и Дафна. Драко держал Скорпиуса на руках и успокаивал как мог, хотя его самого трясло, как при падучем. Малыш успокоился только через час. Пэнси и Дафна смениили Драко на посту, а сам Малфой трансгрессировал подальше от Мэнора. И вот тогда...       Драко в жизни своей не помнил, чтобы из него вдруг вырывался такой крик, как тогда. Никогда. Но в тот момент он был там один. А значит, можно было дать себе хотя бы мгновение побыть слабым и дать волю своим эмоциям, которыми так активно в последние годы питались его персональные демоны...       И тут Драко почувствовал, что его обнимают сзади. Нежно, осторожно, словно боятся поранить или навредить.       -Грейнд... Гермиона? - пробормотал Драко.       -Я сейчас уйду, Драко. Сейчас. Просто дай мне немного так постоять...       Гриффиндорка прижалась щекой к широкой, мускулистой спине блондина. Слизеринец поначалу напрягся, а затем как будто оттаял, положив свою правую руку на ладони шатенки.       -Прости меня, - шепнула Гермиона. - Прости за всё.       Сжечь мост не означает взорвать его и залить напалмом всю реку. Впрочем, чаще всего мосты за собой сжигают те, кто, как правило, хорошо плавает...