Её история

      Утро выдалось весьма хмурым.       Элис не отходила от Рэкса, бегая на кухню и делая ему то бутерброды, то чай с малиной. Она действительно удивила меня. Не думала, что у них с Рэксом что-то получится, не говоря уже об остальном.       Каролина ушла от меня сразу, стоило ей закончить рассказ. Она будто поставила точку, зная, что я к ней больше не приближусь. Впрочем, её брат был главной заботой - поэтому я не видела девчонку утром. Наверное, они ещё валялись в постели и смотрели мультики.       Я же сидела одна. Посреди пустой кухни, делая глоток за глотком вкусного ароматизированного чая, стараясь уложить в голове, всё, что я узнала.       Нужно было идти в университет, я больше не могла прогуливать, даже не смотря на своё состояние. Голова раскалывалась, выскочила шишка размером с небольшое яблоко и хоть под волосами её не было видно - за то отлично чувствовалась, стоило прикоснуться.       Я проглатываю две таблетки от боли и похмелья и еле как расправляюсь с бутербродом, который сделала моя новоиспечённая сестра.       - Он уснул, - Элис спустилась со второго этажа и небрежно опустилась на стул напротив меня. - Мне даже смотреть на него больно.       - Он поправится, - заверила я её, хотя и не знала так ли это.       Если физически можно вылечиться достаточно быстро, то моральная часть хромает у всех.       - Нужно было обратиться за профессиональной помощью, - Элис упирается локтями в стол и роняет голову на руки. - А ещё лучше рассказать всё полиции.       - Нет! - тут же вырывается из меня и я чуть не захлебываюсь чаем.       Элис приподнимает голову и с изумлением смотрит на меня.       - То есть... не нужно, - уже более спокойно повторила я. - Ты же знаешь, чем это может закончиться. Тем более, Рэксу начнут задавать вопросы, а он вон в каком состоянии.       - Надо же, какая забота, - фыркает Элис и складывает руки на груди, откидываясь на спинку стула. - Лучше скажи, что ты боишься за свою подружку.       - Че...чего? - возмущаюсь я. - Она не моя подружка. У меня есть девушка насколько ты знаешь.       - Ага, - наигранно посмеялась сестра. - Я видела, как она выходила от тебя поздно ночью. Не думаю, что вы там читали сказки.       Я опешила от такого заявления. Да, Элис и Рэкс знают, как я отношусь к Каролине, что чувствую, но зачем повторять это каждый удобный раз?       - Это тут не причём. Рэкс мой друг, я тоже за него переживаю, - продолжаю я, подхватив её инициативу.       - Ну, конечно, - Элис морщится и закатывает глаза. - Её придурковатый отец чуть не снёс тебе пол бошки, а ты сидишь здесь, ешь таблетки и пытаешься надеяться на лучшее. У тебя же явно сотрясение. Раскалывается голова. Ведь так?       - Хватит, - цежу я сквозь зубы.       - Почему? Боишься правды? Ведь я далеко не дура, да и Рэкс тоже. Ты её любишь, мать твою. Не смотря на то, что у тебя есть прекрасная девушка и блестящее будущее. Ты не сможешь от неё отказаться. А она будет уничтожать тебя день за днём. Поверь мне, это плохо кончится.       Элис заканчивает свой монолог, сканируя меня ледяным взглядом.       - Ты права, - из-за угла появляется Каролина. Она подходит к нашему столу, не поднимая головы. - Я пойду в участок. Мой отец должен ответить за содеянное.       - Каролина...       - Нет, Алекс. Я должна.       Она поднимает взгляд на Элис и я вижу, как сильно осунулось её лицо. Под глазами появились синяки. А царапина на щеке была самой настоящей ссадиной с жёлтым синяком под ней.       - Я не хочу на тебя давить, - вдруг отвечает Элис и протягивает свою руку к Каролине. - Но я и за тебя боюсь. А твой брат? Что он может сделать с ним?       Каролину передёргивает и только я понимаю почему. Она уже потеряла одного брата, если это произойдёт и со вторым...       Я наблюдаю за их идиллией, ведь ровно две минуты назад, Элис готова была сама пойти в участок и сдать отца Каролины, даже без её согласия и обсуждения со нами.       У меня в голове не укладывается, как можно быть такой двуличной. И я не могу понять, если Каролина всё слышала, то почему так легко согласилась с Элис? Разве ей не обидно? Разве она... Я понимаю, что моя сестра говорила и о том, что я люблю Каролину и чувствую, как мои щёки вспыхивают. Но сейчас я не должна давать слабину.       - Ты ни куда не пойдёшь, - произношу я это так твёрдо, что сама заставляю себя поверить в это.       Две пары глаз устанавливают со мной контакт. В одних - пожар и тьма, в других - отчаяние и горечь.       - Она уже всё решила и это верное решение, - спешит добавить Элис и вырывает свою руку из руки Каролины.       - Нет, это ты ей навязываешь, - сопротивляюсь я. - Тебе нельзя идти в полицию, - обращаюсь я уже к Каролине. - Твоего отца арестуют, начнутся судебные процессы, все затянется. Микки могут забрать в приют. А если они поднимут и твоё личное дело, никто тебе не отдаст ребёнка.       Каролина внимательно слушает всё, что я говорю и постепенно в её глазах я вижу нарастающий ужас. Она точно знает, что не рискнет своим братом и его жизнью. Ночью она ясно дала понять, что сделает все ради Микки.       - Я... Я не...       - Да не слушай ты её, - цыкает Элис и ждёт, пока Каролина обратит на неё внимание. - У моих родителей есть связи, твоего брата никто ни куда не заберёт, поверь мне. Они сделают всё, чтобы передать опеку тебе.       Я кривлюсь от слов сестры. Она не может знать наверняка, что всё сложится удачно, особенно не зная всей истории Каролины. Точно.       - Не надо рисковать, - вновь прошу я. - Она не знает всего...       Я во время затыкаюсь, пока Каролина растерянно хлопает ресницами.       - Заткнись, Алекс! - рявкает Элис. - Она знает, как правильно поступить.       - Пошла ты, - в отместку получает сестра от меня. - Ты ничего не знаешь, твои родители могут и отказаться помогать.       - С чего ты взяла? - Элис продолжает бой. В ней настолько всё кипит, что кажется она может пустить в ход кулаки. - Они самые отзывчивые люди на моей памяти.       - Значит, у тебя плохая память, - язвлю я. - Твой папаша всех провёл, когда его родители и брат, думали, что он мёртв.       - Замолчи!       Элис вскакивает на ноги и указывает на меня пальцем. Её ноздри раздуваются от бешенства, пока губы дёргаются от злости.       - Перестаньте, - просит Каролина. - Элис права, я должна всё рассказать.       - Нет же...       - Алекс, я не хочу, чтобы пострадал ещё кто-то из-за моего отца, - перебивает Каролина и будто соглашаясь с собой, кивает. - Я пойду в участок после учёбы, идёт?       - Да, - тут же отвечает Элис, всё ещё смиряя меня жёстким взглядом. - Рэкс останется дома. Я вас подвезу.       Она разворачивается и поднимается на второй этаж.       - Каролина, всё может обернуться не в пользу тебя, - предупреждаю я её, ведь у меня не осталось аргументов.       - Если вспомнить историю моей жизни, то это я виновата в том, что отец стал таким.       - Нет, - я оказываюсь рядом быстрее, чем она успевает опустить голову и снова уйти в себя. - Ни в коем случае. Ты была ребёнком. То, что произошло с тобой, ты в этом не виновата. Слышишь? Это твои родители, твоя мама. Не ты.       Она мотает головой. И я чувствую, как она сопротивляется. Винит себя и я понимаю за что, но разве мы не можем совершать ошибки? Она была слишком мала, чтобы перебороть все это, у неё не получилось. Она выбрала единственный верный, по её мнению, выход. Уйти от ситуации, уйти от себя, найти смысл в запрещённом и глупом.       Я не выдерживаю. Её боль слишком сильно отдаёт и в моей груди. Она не заслуживает такого. Каролина заслуживает любви.       Мои руки обвивают её тело и как можно сильнее прижимают к себе.       - Ты не виновата, - шепчу я ей на ушко и оставляю лёгкий поцелуй возле виска. - Прошу, прекрати грызть себя.       Она вжимается в моё тело, пока её руки опускаются на мою талию. Каролина утыкается лбом в плечо и глубоко дышит.       Мои руки касаются её волос и аромат лаванды с мятой проникает под кожу. Они у неё такие шелковистые, крепкие и прямые, что не хочется расставаться ни на секунду.       Какая же она мягкая и тёплая. Она не достойна всей той боли, что до сих пор сидит внутри. Маленькая девочка давно превратилась в девушку, но так и не смогла оправиться и дать отпор сущности, сидящей где-то в тёмном уголке.       Я осторожно отрываюсь от неё, кладу руки на щёки и всматриваюсь в глаза. Слёзы готовы вот-вот обрушиться вниз, но я не даю ей сделать этого. Мне нужно дать понять, что она не одна, что она никогда не будет одинока, ведь я рядом. Я здесь. И мне плевать на то, что было в её жизни и как она поступала, для меня это ничего не значит. Абсолютно.       Мои губы прижимаются к ней и весь мир замирает. Одно касание и мне этого хватает. Я пускаюсь всё дальше, пока Каролина поддаётся. В ней всё больше отчаяния. Поцелуй становится насыщенным, раскованным. И пока мой разум твердит, что я снова обожгусь, сердце велит отдаться на растерзание.       - Да чтоб вас, - раздаётся голос Элис.       Нам приходится разорвать нашу связь и я теряю драгоценные минуты близости с Каролиной.       - Это я, - опережаю я Каролину.       - Мне плевать, кто, - огрызается сестра. - Я больше не собираюсь оправдывать тебя перед Олей. - Она подходит ближе и буквально кидает в меня телефон. - Лучше разберись со своей девушкой, а не с чужими.       Элис берёт какие-то вещи из кармана плаща и снимает ключи с крючка.       - Я жду вас в машине. Только давайте быстрее.       Она выходит на улицу.       Каролина приходит в движение и идёт к лестнице.       - Постой, - я хватаю её за руку.       - Она права, - отвечает Каролина. - Мы не должны так поступать с теми, кто нас любит. Давай просто сделаем вид, что ничего не было. По крайне мере, я этого не хочу.       Я удивляюсь её реакции, но не могу ничего сказать, ведь всё снова повторяется. Она не может быть со мной, но падает в объятия Фина. Да и я не лучше. Снова изменяю Оле.       Каролина освобождается от моей хватки и взлетает по лестнице наверх.       Я беру себя в руки и тоже следую за ней, но в другую комнату.       Мы подъезжаем к университету и я сразу же замечаю Фина в окружение команды баскетболистов. Они непринуждённо о чём-то болтают, пока сам Колсон осматривается по сторонам и как только его взгляд касается машины Элис, он тут же оживляется и спрыгивает с багажника своего монстра.       - Напишешь, как доберёшься до участка, - просит Элис, выходя из машины.       - Да, - отвечает Каролина.       - Каро, - зовёт её Фин, подходя всё ближе.       Она оборачивается, но лишь для того, чтобы выставить свою руку вперёд.       - Не надо, Фин. Я не хочу выяснять отношения, - говорит она ему, поправляя сумку на своём плече.       - Но мы... Вчера... Я не хотел, - пытается объяснить баскетболист, но выходит у него совсем плохо. - Прости меня, Каролина. Я идиот.       Я закатываю глаза и прежде чем слышу ответ от неё, мой телефон оживает, издавая вибро-сигналы.       На экране высвечивается имя и фотография Оли и я перевожу взгляд на Элис, которая с интересом слушает разговор двух людей.       Не дожидаясь, пока кто-то обратит внимание, я разворачиваюсь к корпусу университета и на ходу, беру трубку.       - Да?       - Всё, Саша, - слышится в ответ совсем не трезвый голос моей девушки. - Хватит с меня.       - О чём ты? - грубее, чем следовало, спрашиваю я, пытаясь понять, почему меня так это злит.       Она тихонько смеётся и кажется начинает всхлипывать.       - Мне осточертела твоя ложь. Ты не берёшь трубку с утра вчерашнего дня. Думаешь, я дура? Хотя, нет, я дура.       Я присаживаюсь на бордюр возле кампуса и с какой-то лёгкостью выслушиваю всё, что накопилось у неё за это время. Её слёзы и поток гневных слов лишь освобождают меня от того, что я прятала. Оля не останавливается, она обрушивает на меня всю мощь своих чувств, дабы я поняла какой тварью стала. Но её слова лишь ветер и я прекрасно знаю, что могла бы опровергнуть всё. Но зачем? Сидя здесь и впитывая слова той, кто дорожил этими отношениями, я понимаю, что всё это время лишь хотела верить в наше будущее. Она сто раз права и мне нет смысла лгать ещё больше. Меня не было с ней рядом никогда, по-настоящему, также, как я хочу быть с другой. Между нами было лишь уважение и страсть. Но оказывается, это не предел. Я просто не хотела её терять - знала, что Оля будет рядом, служить своему хозяину и улыбаться, пока сердце крошится.       - Я виновата перед тобой, - начинаю я, стоит Оле остановиться на каком-то месте про доверие. - И если мы продолжим, так, скорее всего, будет всегда. Ты будешь меня принимать обратно, а я пользоваться. Я действительно хотела, чтобы у нас всё получилось. Я была с тобой всё это время... да чёрт его знает почему. Может быть, я думала, так будет легче. Лучше ничего не чувствовать, чем убеждать любящего тебя человека, что ты пройдёшь с ним бок о бок всё. Я не могу, Оля. Хотела бы, но не могу. И какой бы тварью, я не была, дело в тебе. Я не чувствую. Я просто ничего к тебе не чувствую.       - Это из-за неё? - шепчет она, пытаясь скрыть свою боль в голосе.       - Да, - без тени сожаления, отвечаю я.       - Тогда пусть она горит в аду! - кричит Оля и в трубке раздаются гудки.       Я убираю телефон в карман, поднимаюсь с бордюра и вслед за толпой, захожу в здание университета.       Через два дня отца Каролины арестовали. Нас допрашивали в полицейском участке, обязательно с родителями. Дома они устроили скандал и мама билась в истерике, пытаясь вытащить из меня хотя бы что-то. Я молчала. Всё, что я рассказала полицейскому - правда. А мои чувства ни кому не нужны.       Рэкса поместили в больницу, у него обнаружили трещину в ребре. Не считая сильный ушиб рёбер с двух сторон, гематому на лице, которая вылезла через день и лёгкое сотрясение мозга. Конечно за ним ухаживает Элис, родители которой действительно хотели помочь Каролине с опекунством. Думаю, они старались это сделать, ведь даже мой папа помогал своему брату.       Я же отказалась от госпитализации, солгав, что со мной всё отлично и нет никаких болей. Наверное, я просто не хотела, чтобы у Каролины были ещё большие проблемы, хотя, какие могут проблемы у той, кому досталось больше всего?       Ещё через неделю я рассказала родителям, что мы расстались с Олей и что они могут винить во всём меня. Папа наотрез отказался это делать, а мама позвонила ей и выяснила всё сама. Таким образом, оба моих родителя узнали, что я люблю другую, да ещё ту, к которой у них никогда не будет доверия. Мама не разговаривала со мной несколько дней, будто я сделала это нарочно.       Последние недели, я всё время прокручивала историю Каролины, которая разрывала мне сердце с каждым разом всё сильнее. Она доверилась мне в прошлом, но не могла в настоящем. Как бы не было иронично, но в университете мы избегали друг друга. Причем по обоюдному желанию. Я боялась того, что снова почувствую и захлебнусь в этих чувствах, а Каролина - всё, как всегда. Я видела их с Фином, который постарался на славу, когда в спортивном зале организовал некое представление для единственной и неповторимой, что запала в сердце неприступного баскетболиста. Все были в шоке. Теперь Каролина была одна из самых знаменитых девочек на весь универ и всё благодаря Колсону. Мне хотя бы сыграло это на руку, он не вспоминал о моём долге в виде одной услуги.       Когда начались баскетбольные игры, университет словно вымер. Студенты, преподаватели, соперники - все они оказывались на элитном стадионе Бристоля, если его можно так называть. Он был большой. Туда вмещалось больше пятисот человек, которые с обожанием смотрели на игру и болели за свою команду. Мне же это было на руку. В корпусе университета никого не оставалось, кроме ботаников, конечно... и меня.       Тут я оставалась одна, заполняла голову учёбой, отвлекаясь от насущных проблем в виде той, кто все это время прижимался к другому телу и просыпался в чужой кровати. Новости о Каролине Холидей распространялись быстрее, чем я успевала чихнуть. Теперь их пара была эталоном, она начала одеваться, нашла каких-то пустоголовых подружек и приняла облик той, от которой старалась отделаться.       Не знаю, во что она превращалась, но искренне радовалась, что её брат до сих пор с ней. Родители Элис все-таки помогли получить опеку над Микки, отчего жизнь Каролины заиграла новыми красками. У неё могло, наконец-то, все наладиться. И даже издалека я всё равно радовалась за неё, не смотря на то, что рядом околачивался этот придурок. Его руки вечно блуждали по телу Каролины, а похотливый взгляд был настолько мерзким, что я порывалась ударить Фина, но во время останавливала себя, ловя взгляд его девушки в котором была лишь жалость.       Рэкс, после того, как его выписали из больницы, очень переживал за меня. Он видел, как мне нелегко отказываться от того, что могло бы быть. Он пытался понять, почему мы не вместе и даже вёл разговор с самой Каролиной. Она же пропускала мимо ушей. Может быть, поняла, что если всё налаживается, то лучше держать меня подальше. С какой-то стороны я считала, что это верный выход, с другой - видела их с Фином и хотела размазать счастливые лица по стене.       Но как бы я не бежала от неё, она всегда преследовала меня...       - Мам, всё отлично. Я просто буду заниматься в библиотеке, - настаивала я, зажимая телефон между плечом и ухом, пока открывала дверь ключом.       - Конечно, это хорошая идея, особенно, когда мы с папой затеяли ремонт с его любимой дрелью, - ответила мама и я услышала гневное бурчание отца. - Передаёт тебе привет и уже вооружается дрелью.       - Ладно, мам, - посмеялась я, включая свет и бросая ключи на ресепшн библиотекарши, которая ушла туда же, куда и все, на игру нашей команды. - Вы обустраивайте дом, а я пока погрязну в учёбе.       - Только не сиди там допоздна, папе тогда пришлось искать тебя по всему зданию, - вспоминает она.       - Мам, это было всего один раз и я просто устала, - отнекиваюсь я, доставая из рюкзака тетради.       - Да и уснула, - добавляет она. - Ладно, дочь, папе надо помочь с его штукой, я пошла.       - Пока.       Я кладу телефон на стол, вооружаюсь конспектами и вопросами к тестам и теряю связь с реальностью.       Я поднимаю голову, когда слышу как входная дверь в библиотеку громко хлопает.       Прямо возле ресепшена, сложив руки на груди и, обнажая свой оскал, стояла Дейви. В её руках была зажата какая-то книга, наверное, из библиотеки, раз она оказалась тут.       - Какая неожиданная встреча, - начала она, осматриваясь. - Ты тут одна?       Дейви была значительно выше и мощнее меня. Если бы она захотела, то легко могла меня раздавить, даже не напрягаясь. Наверное, она занималась и после того, как её выгнали из команды, потому что выглядеть Дейви стала ещё опаснее.       - Миссис Спинг отошла, - соврала я, стараясь не нервничать и не показывать Дейви свой страх.       - Ну, мы же только поговорим, да, Алекс? - хитро прищурилась Дейви и, бросив книжку на стол миссис Спинг, начала идти в мою сторону. - Так интересно... Я ни как не могла понять, почему Элис так легко выгнала меня из команды, в которой я занимала далеко не последнее место.       Дейви остановилась напротив меня и резко упёрлась ладонями в стол, нагнувшись ко мне.       - Оказалось, ты её сестра. Вот же забавно, - усмехается Дейви. - Я делала всё, чтобы она меня заметила, чтобы гордилась мной. Прикрывала её, даже перед долбанным Вильмонсом. Сдирала колени в кровь, атаковала первой, чтобы Элис не попала под раздачу, она же капитан, сердце команды. И клянусь, когда она улыбалась мне и хвалила - этого было достаточно, чтобы я почувствовала себя хоть кем-то в этой жизни. Важным звеном.       Дейви легко хватает меня за кофту и притягивает к себе. В её глазах появляется ненависть и я уже готовлюсь к удару по лицу.       - Знаешь, когда ты живёшь в семье, где тобой подтираются, а насилие это главное оружие, невольно думаешь, что хочешь покончить жизнь самоубийством. Но каждый раз стараешься выползти из этой задницы и ухватиться за кусок света. У меня был такой. И ты его отобрала. Ты и твоя маленькая дрянь - Холидей, которая возвела себя в королевы рядом с этим отродьем Колсоном, - рычит Дейви, сжимая ткань кофты всё сильнее. - Как думаешь, будет справедливо вас проучить? Поставить на колени, как я стояла перед Элис и умолять?       - Отпусти девчонку, - слышится железный приказной тон.       Дейви кидает взгляд назад и фыркает. Я же ничего не вижу, кроме перекошенной физиономии бывшей баскетболистки.       - Это не ваше дело.       Дейви не собирается меня отпускать. Она сжимает челюсть и явно хочет закончить начатое.       - Не моё, ты права. Но лучше тебе её отпустить.       Я вижу, как Дейви бледнеет, а возле её горла появляется нож. Она громко сглатывает, но всё же слушается и отпускает меня.       Я плюхаюсь обратно на стул.       - Умница, а теперь вали домой к своим насильникам, пока я не покромсала тебя на кусочки, - велит, судя по всему, женский голос.       - Хорошо, да.       Моя спасительница отпускает Дейви и та пятится назад, достигая выхода - вылетает, поджав хвост.       Женщина в длинном чёрном плаще опускает нож и прячет его под одеждой. Она поворачивается ко мне и взгляд её карих глаз начинает выворачивать изнутри. Она изучает, уголок её губы слегка приподнимается вверх, пока взгляд женщины блуждает по моему лицу и одежде.       - Спасибо, - мямлю я, стараясь не трястись от страха ещё сильнее.       - Обычное дело, - бросает женщина и откидывает волосы назад.       Свет от лампы попадает на её лицо и показывает то, что скрывала тень.       На вид ей лет сорок, густые тёмно-рыжие волосы придают ей какую-то особую красоту. На лице несколько шрамов, но это ни сколько не делает её уродиной, наоборот, придаёт свой шарм. Глаза насыщенного карего оттенка, которые обрамляют пушистые ресницы, накрашенные тушью - притягивают, словно магнит. Даже небольшие мешки под глазами не мешают наслаждаться ровными пропорциями лица. Её идеально изогнутые, но широкие брови, придают некую серьёзность женщине. Возраст выдаёт лишь шея, которая выделяется, но тем не менее придаёт ей некую элегантность. Она словно создана для того, чтобы ей наслаждались. Но самое интересное было не это, а то, что я ни разу не видела эту женщину в стенах университета. Поэтому, я подумала, что это чья-то мама, может быть, даже как моя, которая ищет свою дочь в кипе учебников и тетрадей.       - А вы...       Она расплывается в улыбке и её глаза начинают искриться.       - Я забыла представиться? - Женщина поправляет свой плащ и подходит ближе. Теперь её ладони упираются в край стола за которым я сижу. - Я Илиза, - она протягивает мне руку с идеальным маникюром. - Я думаю, ты знаешь мою дочь - Лину, только сейчас она носит фамилию Холидей.       Всё не могло закончиться хорошо, просто не могло...