Её история

      - Присаживайся.       Илиза закрыла за собой дверь и кивнула в сторону дивана.       Она снимала номер в отеле на деньги заработанные в тюрьме, как сказала сама. Да, мама Каролины не стала пудрить мне мозги чушью в виде того, что уезжала на заработки или в долгую командировку, а тут вдруг вернулась. Хотя, возможно, это моё волнение выдало меня с потрохами. От её проницательного взгляда становилось не по себе. Плюс у этой женщины был нож и несколько лет в колонии с опасными преступниками, кто знает, что она может.       Я сделала, как сказали. Опустилась на белый тканевый диван и буквально провалилась в его мягкости.       Илиза любезно попросила меня прогуляться с ней и рассказать про свою дочь. Конечно, выглядело это несколько иначе. Я просто испугалась. Было в ней что-то такое жуткое. Мама Каролины была покруче её отца, откровенно говоря, она хотя бы за собой следила даже в стенах, окружённых решёткой. В общем, я выбрала единственный, как мне казалось, правильный вариант. Пойти вместе с этой женщиной, дабы не обрушить на себя её гнев.       Илиза достала из мини-бара несколько бутылочек алкоголя и, перевернув чистые бокалы, вылила содержимое, смешав их с каким-то сиропом, этикетку которого я ни как не могла прочитать. Она не говорила ни слова, пока не протянула мне бокал, который я тоже приняла и уселась на край кровати в метре от меня.       - Если ты настолько боишься, значит, моя дочь уже всё рассказала, - утверждала Илиза, делая глоток приготовленного напитка. - Но уверяю тебя, всё было не так. Не совсем так, - поправилась она.       Её взгляд уставился куда-то за мою спину, пока я пыталась понять, сколько бывший заключенный может меня продержать в маленьком номере отеля. Сбежать у меня не получится - думаю, я не настолько ловкая и быстрая, как Илиза. Если отвлечь её или ещё лучше разбить этот бокал о её голову, всё может закончиться плохо и уже я буду сидеть за решёткой. Что же мне тогда надо сделать, чтобы спасти свою задницу?       Илиза вдруг выходит из транса и устанавливает со мной зрительный контакт. В её глазах словно пляшут отголоски прошлого. Уголки губ заметно опускаются вниз, а брови тянутся к переносице. Она вспоминает то, что сделала? Или сожалеет об этом?       - Что... что вы хотели от меня? - перебарывая себя, задаю вопрос.       - Хочу, чтобы ты мне рассказала, какой стала Лина? - вдруг просит Илиза.       Мне она представлялась совершенно другой. Той явно не нужны были рассказы про дочь и её достижения. Но передо мной сидела абсолютно адекватная женщина, которая просто соскучилась по своему ребёнку. Насколько это правда?       - Вы хотите её узнать?       Илиза вздыхает, поджимая губы.       - Моя дочь ни разу не навестила меня за последние шесть лет. Приходил только Докинс, её отец. - Она делает глоток и вытирает губы тыльной стороной ладони. - Я знаю, что сделала и буду винить себя до конца жизни. Мой малыш этого не заслуживал, особенно от своей матери. - Грустный вздох и глаза полные боли. - Я была зла, ох, как я была зла и чёрт... Микки. Боже.       Она допивает остатки из бокала и прикрывает глаза, будто переносится в то время. В тот момент, когда делала это.       - Моя дочь пыталась меня остановить, о, видит бог, пыталась. Какая же я тварь, - Илиза переходит на шёпот и прижимает бокал к щеке. Откуда-то из горла доносится мычание. - Просто... просто скажи, как у неё дела? Она никогда не подпустит меня к себе, не даст матери того, что она хочет.       - У неё всё хорошо, - начинаю я, сдерживаясь, чтобы не взять за руку и не обнять эту женщину. - Каролина отлично учится. У неё всё всегда получается. Я бы сказала через чур, - я посмеиваюсь и Илиза, наконец-то, улыбается.       - А Микки? - с надеждой спрашивает она. - Он... с ним всё в порядке?       Я киваю.       - Каролина оформила над ним опеку, сейчас у них всё прекрасно насколько знаю.       Илиза заглядывает мне в глаза и я вижу в них благодарность. Благодарность матери, которая тосковала по своим детям.       - А вы подруги?       Я толкаю своего демона подальше и выставляю на показ одну из самых обаятельных улыбок.       - Нет. Моя сестра с ней хорошо общается, они, вроде как подруги, - вру я.       Илиза мотает головой, лукаво улыбаясь.       - Дорогая, я ужасный человек, в первую очередь - мать, отсидела в тюрьме за то, что всегда будет преследовать, вышла по УДО, но ты же не думаешь, что я поверю, будто моя дочь могла рассказать незнакомцу про себя и свою семью?       Я сглатываю, пока мои руки начинают потеть и бокал становится скользким.       - Мы с ней не общаемся. По крайне мере сейчас, - отвечаю я честно.       - Видела я таких, - Илиза мечтательно улыбается, обнажая свои зубы. - Знаешь, сколько в тюрьме девушек, которые даже не догадываются о том, что в них кто-то тайно влюблён?       - О, мы не... мы нет, - несу я какую-то чушь.       Илиза тихонько посмеивается.       - Если ты пытаешься скрыть, что влюблена в мою дочь, то у тебя это плохо получается, - отвечает Илиза, поднимается и кидая пустой стакан на кровать, подсаживается рядом. - А теперь, - я чувствую, как возле горла оказывается что-то холодное и острое. - Ты напишешь моей дочери и мы выясним примчится ли она сюда ради тебя.       - Что?.. Зачем?       - Ну-ну, - Илиза хватает меня за волосы на затылке и тянет назад. Я вскрикиваю, но она показывает на нож в своих руках и тут же прижимает остриё к щеке под глазом. - Ты же не думала, что я позвала тебя, чтобы раскаяться? Этого дерьма мне хватило в четырёх стенах одиночной камеры. Мне нужна моя дочь, а для этого нужно было найти такую рыбку, как ты, чтобы она точно пришла. Твой телефон?       Я не шевелюсь. Каждая моя клеточка превратилась в камень, пока мама Каролины осуществляла свой план. Как же я могла так ошибиться на её счёт? Неужели, я просто хотела поверить в то, что люди меняются? Идиотка.       - В... в кармане, - мямлю я, ощущая, что эта женщина запросто снимет с меня скальп.       Она легко достаёт телефон из кармана джинсов и протягивает мне.       - Пиши ей и чтобы я видела твои руки, - приказывает Илиза.       Я ввожу пароль, экран вспыхивает и диалог с Каролиной возникает перед глазами.       - Что писать? - пытаясь сдержать дрожь в руках, спрашиваю я, мысленно надеясь, что Каролина ни за что не ответит.       - Адрес отеля и что-то в духе, мне нужна твоя помощь, - Илиза обдумывает слова и кивает. - Да. Пиши так. Посмотрим, дорожит ли тобой Лина.       Я до последнего думала, что Каролина не придёт. Всё же получить такое сообщение и не ответить на него означало лишь то, что она не хотела связываться с этим. Думаю, это был её лучший выбор, ведь появись она здесь, неизвестно чем закончилась бы их встреча с мамой. Если Илиза пошла на такой отчаянный шаг, значит, точно не боялась попасть обратно в тюрьму. А такие люди, как правило, самые опасные.       - Знаешь, как трудно воспитывать детей, а ещё одного растить в своём чреве, пока муж думает лишь о своей армии, - Илиза отпустила меня, но это не мешало ей держать возле моего запястья остриё ножа. Думаю, она бы без сожаления вскрыла мне вены, наблюдая за моей медленной смертью. - Кусок дерьма, - плюётся она.       - Он что-то сделал? - спрашиваю я, пытаясь поддержать беседу, чтобы отвлечь её хоть как-то.       - О, - она усмехается, пока в её голосе перестраиваются нотки на более язвительный тон. - Он сделал гораздо больше, чем должен был. Трахал всё, что шевелится. Особенно сладеньких солдат, которые с уважением засовывали его член в свои глотки.       Её слова заставляют меня дёрнуться, но Илиза быстро возвращает меня на землю, стоит ей задеть ножом мою кожу на запястье.       - Но это не самое главное, - продолжает она и перемещает остриё ножа на мой большой палец. - Докинс решил, что может взять то, что принадлежит мне... и взял. Нашёл Нила, моего любовника, которого я любила сильнее, чем когда-то мужа. Конечно, этому болвану пришло в голову лишь одно - ребёнок в моём чреве не его. Я изменяла, да, но мы делали это с умом. Ребёнок был от Докинса, как и остальные.       Илиза слегка нажимает на ручку ножа и тот оставляет небольшой отпечаток на моём пальце. Она перемещает его дальше - теперь на указательный.       - А в тот роковой день, когда мой малыш, мой... - она затыкается и снова оставляет отметину на подушечке пальца. Ведёт дальше - прижимает остриё к среднему. - Докинс откопал адрес Нила, заявился к нему домой и бил до тех пор, пока тот не задохнулся в собственной крови. После своей мести, он не поленился отправить мне видео, где мой любимый говорил, что любит меня и всегда будет любить. Я видела, как он умер. Мне было больно. Меня разрывало. Я мечтала лишь о том, чтобы снести башку этому ублюдку за которого я вышла замуж. Но он был далеко, знал, что я не смогу до него достать. Сказал, что я шлюха и как только он вернётся домой, то обязательно сделает всё, чтобы у меня был выкидыш, чтобы ребёнок не выжил.       - Чёрт, - шиплю я.       Илиза поднимает голову и замечает небольшую струйку крови, которая срывается с моего среднего пальца и капает на пол. Она с любопытством рассматривает алую жидкость, даже не думая помочь мне. Нет. Наоборот. Илиза продолжает давить на нож от чего остриё входит ещё глубже.       Я сжимаю челюсти, продолжая неподвижно сидеть, пока она крепко держит мою руку, прикладывая усилие к своим действиям. Кровь набирает обороты и на полу появляется жирная клякса.       - Знаешь, что сделала я? - спрашивает Илиза, но не дожидается моего ответа. - Конечно, знаешь. Я решила отомстить по-другому. Забрать его сына, того, кто не осознал за что, но был копией своего отца. Моя боль, моя ненависть обрушилась в тот день на Микки. Могла обрушиться и на Лину, но я выбрала того, кто не будет сопротивляться. Думаю, подсознательно я представляла, как будет больно Докинсу, когда его мальчик издаст последний вздох. Любимый сын.       - Пожалуйста, - молю я, чувствуя, что больше не выдержу эту пытку.       Илиза будто приходит в себя и отнимает нож от моей кожи, останавливая свой пыл и легко возвращая мне руку.       Я прижимаю её к себе и прислоняю палец ко рту, пытаясь остановить кровь.       Она поднимается с дивана и подходит к мини-бару.       - Всё бы было отлично, если не моя дочь, что вернулась домой. Эта паршивая девка не смогла держать язык за зубами, рассказала своему идиоту парню, который поплатился, - продолжает Илиза, наполняя уже другой бокал. - У Лины мягкое сердце, оно разлетелось быстрее, чем она успела залатать трещины. Но, - мать Каролины разворачивается, делает глоток и кривится. - Она не учла один факт. Как сильно можно пострадать от предательства.       Лицо Илизы меняется, черты разглаживаются, а рот слегка приоткрывается, словно она хочет что-то сказать, но не может.       Я вижу, как она отворачивается и медленно поднимаю телефон.       Стук в дверь прерывает нас обоих. Телефон падает обратно на диван.       Илиза подрывается ко мне и у самого уха шепчет.       - Скажи, что открыто, - велит она мне.       - Нет, - решаюсь я, понимая, что ей только это и нужно.       Стук повторяется.       Илиза прищуривается и подставляет к моему горлу всё тот же нож, но на этот раз я реагирую. Мне удаётся оттолкнуть женщину, которая этого не ожидает и пока её тело сталкивается со стеной, я встаю и бегу к двери.       - Стой, идиотка.       Моя рука ложится на дверную ручку и боль пронзает ладонь. Я инстинктивно отшатываюсь назад и попадаю прямо в лапы чудовища.       - Алекс? - слышу я за дверью голос Каролины. - Что там у тебя?       - Говори, - велит Илиза, пока я вижу в своей ладони нож. Она проткнула мою руку.       Я держусь за запястье правой руки, пока огромный кусок металла торчит с другой стороны ладони. Странно, но я не чувствую боли, лишь лёгкое покалывание. Пальцы начинают неметь, а ладонь становится неестественного бледного цвета.       - Алекс?       Каролина не дожидается реакции и заходит сама.       Илиза тащит меня к стене и когда половина тела Каролины оказывается в номере, отталкивает меня в сторону и хватает свою дочь за руку. Она тянет её внутрь и закрывать дверь.       Каролина не мешкает, она выбрасывает свою ногу назад и попадает прямо по Илизе. Та кривится от боли, но продолжает удерживать свою дочь.       - Алекс, какого чёрта? - спрашивает Каролина, думая, что это я напала на неё.       - Успокойся, - шепчет Илиза. - Успокойся, Лина.       Она резко разворачивает лицом к себе свою дочь и та замирает, думая, что увидела призрака. Глаза Каролины распахиваются, а челюсть падает вниз. Она перестаёт сопротивляться, продолжая моргать и пялиться на свою мать.       - Всё, - Илиза усаживает свою дочь на кровать и пока та отходит от шока, подходит ко мне. - Извини за руку. - Она резко вынимает нож из моей ладони.       - Твою мать, - вырывается из меня и я зажимаю губы зубами, чтобы не выкрикнуть лишнего.       - Да, потом обратишься к доктору, - уже без тени сожаления, твердит Илиза. - Обмотай вокруг какую-нибудь ткань.       - Ты не должна быть тут... - вдруг оживает Каролина и я могу понять насколько она впала в ужас от этой картины. - Что ты делаешь?       - Помогаю твоей подружке, - отвечает Илиза и облокачивается о стену рядом со мной.       Каролина переводит на меня взгляд и словно только что поняла, что я тоже нахожусь в этой комнате - бледнеет, из её глаз вырываются несколько предательских капель. Она откидывает сумку и тут же приближается ко мне.       - Ты... что...       - Да всё с ней будет хорошо, - отвечает Илиза. - От такого ещё никто не умирал.       Каролина аккуратно касается моей руки и, соображая быстрее меня, отрывает ткань от своей футболки и заматывает вокруг ладони.       - Отлично, - радуется её мать. - А теперь поговорим, Лина.       Она хватает дочь за куртку и легко тащит в сторону кровати.       - Нет, не надо, - шиплю я, хотя и встать могу с трудом.       - Заткнись и сиди на месте, - рявкает Илиза.       - Отпусти её, - просит Каролина, пока её мать поднимает ту на ноги и припечатывает к стенке.       - А то что? - рычит Илиза. - Что ты сделаешь, Лина? Может снова повесишь на меня убийство?       Каролина переводит изумленный взгляд на маму, явно не понимая о чём идет речь.       - Не понимаешь о чём я, дочь? - язвит Илиза, притягивая Каролину ближе к своему лицу. - Я тебе напомню. Безмозглый мальчик по имени Томас.       - Нет, - вырывается из Каролины.       - О, да, - продолжает Илиза. - Ты приписала его убийство мне, чёртова сучка. Да, признаюсь, идея была гениальная. Я же уже убила, можно добавить ещё смерть. Особенно, когда это тот самый парень, что сдал меня властям. Идеальный мотив, за несколько часов до того, как меня арестовали.       - Нет, - пищит Каролина.       - ДА, чёрт возьми, да, - Илиза притягивает тело своего ребёнка к себе, а затем с силой сталкивает со стеной, вызывая приступ боли у собственной дочери. - Я призналась, что убила сына, это так. Но этот Томас не на моей совести. Это ты его убила, - цедит сквозь зубы она.       Каролина продолжает отрицать, пока её собственный взгляд избегает мать. Она смотрит на меня и я вижу так много, что понимаю, мне это не удалось бы вынести. В ней столько сил, чтобы справиться с этим, но у меня они кончились. Я больше не способна поддержать её, ведь она отказывается за нас двоих.       - Убьёшь и её? - спрашивает Илиза, разрушая момент полный горечи.       - Я никого не убивала, - шепчет Каролина, всё ещё уверенно смотря на меня. Правда эта уверенность сыпется на крошки, стоит её матери продолжить.       - Так ты серьёзно этого не помнишь? Вот это да, - восхищается Илиза. - У мальчика был проломлен череп... топором.       - Он... он жив, - бросая глухие слёзы, что срываются в небытие, говорит Каролина. - Он рассказал всё полиции и выставил меня за порог. Я не видела его больше.       - Правда?       - Я не... нет...       Илиза тяжело вздыхает, она отпускает дочь, делает несколько шагов назад и вновь останавливается возле меня.       - Какая же не простая штука наш мозг, особенно, если ему нужно заблокировать воспоминания о чудовищном поступке, - не останавливается Илиза.       Каролина начинает сомневаться. Я вижу, как процесс прошлого накрывает её с головой, пока она пытается найти то самое, как сказала её мать. Руки Каролины накрывают рот, а тело скатывается по стене вниз. Мучительная боль пронзает её и она стонет так громко, что кажется и моё сердце не выдержит.       - Каролина...       Я порываюсь встать, но Илиза хватает меня за плечо и тянет обратно.       - Какая храбрая девочка, - удивляется она. - После всего, что слышала от тебя и от меня, она до сих пор готова держаться рядом с тобой. Кто бы знал, что она должна была быть на месте Томаса, да?       - Замолчите! - восклицаю я. - Она ваша дочь, так нельзя.       - Ох, деточка, - цокает Илиза. - Моя дочь даже не помнит, как убила человека, а затем просто жила, будто этого и не случалось. Не я монстр, а тот, кто перед тобой. К кому ты рвёшься. Кого хочешь спасти.       - Господи, - молвит Каролина. - Это правда. Она права. Я... я сделала это.       - Браво! - фальшиво аплодирует Илиза. - Твоя память восстановилась, стоило ей напомнить, какая ты жестокая. Наконец-то, справедливость восторжествовала.       - Она никому не скажет, - твержу я. - Это всё из-за вас. Вы чудовище, не она.       - Нет-нет-нет, - качает указательным пальцем перед моим лицом мать Каролины. - За свои грехи я ответила, настала очередь моей дочери.       Илиза бросает на неё острый взгляд медленно подходит к мини-бару.       - Каролина, не слушай её. Это не твоя вина. Ты это знаешь. Пожалуйста.       Илиза усмехается, наполняя новую порцию алкоголя.       - Зря ты так, Александра. Она без колебаний разрубила парня своей мечты, всё может повториться.       Номер наполняет мелодия звонка на телефоне и я понимаю, что оставила его на диване.       Илиза без всякого интереса подходит к нему и наклоняется, чтобы взять телефон, вот только стоит ей развернуться, как я огреваю её по голове настольной лампой. Она падает, а моя рука хватается за сотовый. Я тут же беру трубку.       - Милая, ты где? - щебечет мама, видно настроение у неё замечательное.       - Мам, нам нужна помощь. Мы в отеле "Ронхард", номер сто двадцать три и, пожалуйста, вызови полицию.       Я бросаю трубку и в два счета оказываюсь возле Каролины.       - Ты как?       Она поднимает свой пустой взгляд и в её глазах тут же появляется нежность и теплота. Каролина кладёт свои ладони на мои щеки и раскрывает полные губы.       - Не уходи, - шепчет она. - Я не смогу... снова.       - Никогда.       Я обнимаю её, пока весь мир тонет в призраках прошлого. Ни за что. Я не уйду, пока... пока она снова меня не попросит...