Захватить весь мир для тебя

      Старый добрый родной замок возвышается над зданиями по дороге к дому, отбрасывая тень на огромную площадь в сторону юга, прикрывая лучи солнца, которые без башен устремились бы прямо в глаза принцу. (и хотя он маг огня, но к свету его глаза никак не привыкли за почти двадцать лет, обладая сильной светочувствительностью) Путь обратно занял около пяти суток, так как дороги оказались полностью размыты, а собственные олени разбежались при отдыхе от грозы.       Когда экспедиция достигла замка, бóльшая часть народа испарилась, а Фуэ́го и Моге́н устремились в покои короля. А в комнате творилось нечто страшное: иконы подожжены — видимо, ритуал — и лежат на полу, рядом огромное количество каких-то свечей, повсюду валяются золотые изделия в виде гниющих яблок (второй, неупрощённый, символ Бога), а сам Его Величество вырезает на груди гроб, в центре которого расположено гниющее яблоко, из которого сочится королевская кровь. — Отец…? — тихо и ошеломлённо произносит принц. — Мне нужно выздороветь. Маги меня немного исцелили, но этого недостаточно. Сил мало. — И кровопускание прибавит сил? — с укором спрашивает парень. — Не язви… Страшно, что будет со страной при твоём правлении…       Фуэ́го промолчал, выслушивая очередную читку моралей. На человека при смерти Ша́рафон не похож, хотя и лежит пластом да дышит тяжело. Из оставленных им же ран сочится тёмно-алая кровь, а вот самóй «смертельной» раны не видать. — Так куда Вас ранили? — интересуется юноша, оглядывая отца с ног до головы. — Да так. На животе. — Он показывает туда, где сам оставил себе отметины. — Как там переговоры с Шёнхэ́тами…? — Я немного изменил условия сделки. — Месуля́ф младший садится на край кровати. — Я заключаю брачный союз с кем-то из детей короля. — Ты? Брачный союз? — Король разливается смехом. — А как же: «Я женюсь по любви»? — Мне кое-кто там крайне понравился. — Надо было тебя раньше послать туда. Может за ум бы взялся… Ради красивой девушки может и поумнеешь…       «Ради красивой бляди — нет, а вот ради прекрасного мальчика…» — подумал принц, в очередной раз осуждая сестёр возлюбленного и вставая с кровати. — Куда это ты? Есть новое задание. Ты обязан посетить яготсо́лтов, — произносит отец, смотря с надеждой на своё потомство. — Нах… зачем? — Изначально должен был поинтересоваться. Мятеж устроила шайка яго́тсов. Теперь же нам нужно выяснить: были ли это шпионы или же просто недовольные. Моге́н всё объяснит… А пока мне нужно отдохнуть.       Его Высочество кивает и теперь уже выходит из комнаты вместо с иеромонахом, который пошёл сразу куда-то в иное место. Принц решил, что первым делом стоит сходить в свои покои и принять гигиенические процедуры, а потом уже думать, что делать. Раздевшись, юноша начал «откисать» в джакузи, сразу же обмывая засаленные волосы. Но, не дав, как всегда, побыть наедине, уже без стука входит иеромонах. — Нам пора выдвигаться. Даю Вам… тебе десять минут, — выводит из спокойствия мужчина, сразу же покидая побеспокоенного.       Выйдя из джакузи, принц быстро вытерся и начал одеваться, но тут снова пришёл Моге́н, прервав поиск хорошей одежды своим басом: — Не бери с собой одежду знати. Сейчас я кое-что принесу. Это шпионская миссия. Подожди.       Пока черноволосый отошёл за новым комплектом одёжки, молодой ке́сен решает написать письмо Лёвета́ну. «Дорогой Одуванчик, здравствуй. У меня сейчас начинается вторая миссия, но я буду на связи практически всегда. Как отправлять магическую почту, ты, думаю, знаешь… У меня всё хорошо: мы добрались без проблем, да и отец, к сожалению, в полном порядке, по крайней мере телом. Не знаю, насколько это закрытая информация, но я отправляюсь сейчас в другую часть света, — в Вашна́рские Долины. Оказалось, что нападавшими были грифоорки, от чего мне придётся совершить визит в их царство, правда, в виде шпиона, а не принца. Но со мной всё будет хорошо. (Хотя вряд ли ты волнуешься…)»       Зачеркнув написанное в скобках, парень продолжил: «Очень надеюсь, что у тебя всё получше, чем у меня. Буду рад получить от тебя письмо. Скучаю по тебе.» — неожиданно для себя написал маг, упаковал в конверт и с помощью магии, работающей как упрощённая почта с автоматическим нахождением адресата, отправил принцу соседнего королевства, наблюдая, как письмо улетает в окно, — на юг, в другую страну.       Как только магически сотворённый ворон вылетел в окно, в дверь входит Моге́н Вэйшину́т, держа стопку одежды и тут же кинув её на кровать. Юноша начинает разгребать принесённый гардероб, обнаруживая буквально пожитки бомжа: рваные портки тёмно-коричневого цвета, измазанные пылью, грязью, смолой и, кажется, испражнениями, а также такого же вида белая рубаха — тоже из ситца, холщовый изодранный плащ непонятного цвета, переплетённые деревянные лапти и ушанка, — единственная нормальная вещь. — Пиздец, — описывает одним словом этот ужасный набор одежды. — Это одежда бездомного. Привыкай. Может, не единственный раз пригодится. Теперь хозяин не отстанет и будет проверять тебя до самой коронации. — У меня есть выбор?       Иеромонах покачал головой, оставив парня одеваться. Обосранная одежда подходит по размерам. «Хоть что-то радует», — думает ке́сенхим и надевает холодный плащ, который единственный является не его размера. В таком выходить на улицу крайне холодно и страшно, но выбирать не приходится, — хотя бы ушанка есть. На выходе из замка его встречает коротковолосый мужчина с улыбкой, а когда принц вынимает из кармана портков пачку любимых сигарет, её выбивают из рук. — Какого хуя?! — лицо Фуэ́ становится крайне недовольным, раздражённым и растерянным. — Бездомные не курят сигареты, которые стоят дороже их одежды… — поясняет Могéн.       Также он не разрешает брать с собой деньги и прочие вещи — лишь еду, и то ограничиться водой, хлебом, яблоками и кéрганами (грубые и одновременно вязко-липкие лепёшки/галеты с добавлением фруктов, овощей, трав, сахара и соли на основе сиреневой кéрги — клейкой при варке травы, напоминающей по виду репейник) на разбавленном молоке — всё с заботой предоставлено в котомке. — Ты меня желаешь отравить?! — возмущается принц, с неприязнью смотря на фиолетовые лепёшки с вкраплением овощей. — Если это намёк на то, что я извращенец, то уж явно не настолько! — Фуэ́го, успокойся. Ты теперь бездомный. — Шикарно! — с сарказмом отвечает юноша, надув щёки и нахмурившись.

***

      Мантикоры оказались славным вариантом: да, укачивает, но не так долго. Полёт на них в другой конец света оказался достаточно быстрым, к тому же не нужно следить за тем, не отстал ли кто, ибо на данное задание назначены лишь принц и иеромонах. Но, несмотря на всё это, кéсен сильно утомился и чувствует себя болезненно, хотя, на удивление, даже ни разу не стошнило.       Вашнáрские Долины имеют свою структуру: тут нет ни улиц, ни кварталов, ни районов внутри столицы. Пиритóс представляет собой хаотично усеянную деревянными и каменными зданиями площадь, на которой обитают торговцы и шарлатаны, хотя, может быть, и торговцы тут шарлатаны. Тем не менее, как бы неразвито дома не смотрелись, почти каждое инкрустировано различными материалами, видимо, показывающими положение здесь обитающих в обществе. Более большие и величественные здания, принадлежащие знати, украшены вкраплениями драгметаллов и камней различной стоимости — кроме изумрудов и иридия, коими усеяны здания госслужб — в виде вплавленных узоров и часто символики их Божества. Обычные крестьяне же украшают свои дома цветными металлами и хрусталём, но медь и кварц используют в инфраструктурных постройках. Бедные дома усеяны сплавами железа и разноцветным стеклом. — Красиво тут, — проговаривает себе под нос Фуэ́, осматриваясь по сторонам. — Да… Захолустье ещё то, но дома они строить умеют. Интересно, все металлы и прочее идут на украшения зданий? — с ухмылкой издевается иеромонах над системой декора в царстве. — Спорю на свои зубы, что вне столицы все здания украшены стеклом.       Бродя по просторам столицы, они останавливаются в трактире, где иеромонах расплачивается кровными золотыми — всем, что у них оставалось. Поднявшись на второй этаж, они размещаются в одной комнате с двумя койками. Хотя это был тут, по словам Моге́на, самый дешёвый трактир с самым простецким номером для бедняков, деревянная отделка стен и пола смотрится на высшем уровне, как и ковёр посередине с какими-то религиозными надписями на древнем языке и символом Бога в центре — круг, внутри которого пламя съедает орла. Эфенфáйн — единственное Божество, которому поклоняется, молится и возносит дары Фуэ́го, ибо оно воплощение его родной стихии огня. Да и делать подношения молодому кéсенхиму со специализацией огня крайне легко: достаточно сжечь лес или поле… или любое живое существо. — Ну и какова наша цель? — незаинтересованно спрашивает огненный маг, в тайне восхищаясь ковром. — Не засматривайся на чужого Бога: ты же принц Великой Кéльсии! — С крайним возмущением иеромонах насупил брови. — Не смей! — повторяет для убедительности он и переходит к делу. — Итак, наша цель — проникновение в тайное логово бандитов. Вероятно, как раз они были замешаны в покушении на короля. — О как. И мы, в качестве бродяг, внедримся в их ряды? Как?! — Бездомным нечего терять — они это знают. — Кто: они? — Те, кто пользуется народом, — кратко поясняет Могéн. — Власть, что ли? — с лыбой до ушей испытывает терпение Его Высочество. — Властьимущие помогают людям, решают их проблемы — запомни, — всё более и более раздражённо отвечает и хватается за голову, садясь на койку. — Господь вездесущий, Итпалкýт, упаси Великую Кéльсию в руках этого грешника! — Ох, знал бы ты, какие грехи я совершал… — мечтательно произносит юноша, подняв взгляд в потолок. — Накажешь непослушного мальчика? — И снова ухмылка до ушей. — Спать! — приказал командир, улёгшись и повернувшись к принцу спиной.       Рыжеволосый обиженно — из-за того, что не удалось вывести из себя — и устало — из-за дороги — вздохнул, также улёгшись, но на спину, подмяв под голову сплетённые меж собой руки. В мыслях разрастается лишь объект воздыхания, будущее с ним. Хотя это уже были не мысли, а мечтательные грёзы, которые Месуля́ф так ненавидит за собой замечать, да и в целом считает это гиблым делом. Ведь мечты мечтами, а реальность ими никогда не изменить. Труд, труд, труд и самопожертвование. В достижении своих целей нужно прилагать все свои силы: и моральные, и физические, и даже материальные; все свои старания, свою волю, хитрость, а если нужно, даже манипулирование разумными существами, будь то с помощью психологии или же магии; а также манипулирование реальностью — тут уже без способностей не обойтись.       К слову, о способностях: посох необходимо теперь прятать под плащом, а не красоваться им, как высшей драгоценностью во вселенной. Нет, он знал, что его посох не является самым мощным или дорогим, но данный предмет уже и не был игрушкой в неопытных руках или же украшением (пусть и стоит состояние) в богатых ручонках. Этот продолговатый кусок кварца стал родным для мага, использующего его с самого детства.       Вскоре, думая об Одуванчике и посохе, который он, кстати, называл Львом, парень провалился в долгожданный сон, в котором ему снится то, что весь мир будет под его подошвой, подаренный самому дорогому Лёвета́ну.       Утро наступило внезапно, прервав прекраснейший сон и заменив на мерзкую реальность падения принца до бродяги. В комнате чем-то пахнет: эль. По словам иеромонаха, бродяги должны быть пьяные. А на вопрос, почему же не пьёт он сам, ответил, что он иеромонах в миру. Что это должно дать понять — неизвестно.       Зато известно то, что ему предлагают алкоголь, от которого он не готов отказываться. Сделав глоток эля, принц чуть не выплюнул его, ибо напиток имеет крайне горький привкус, будто состоит из помоев. Но выпить заставили. Впервые приходится пить подобную дрянь человеку голубых кровей, но выбора не имеется.       Выпив около трёх литров напитка средней крепости, рыжеволосый немного опьянел, встаёт с койки и потягивается, издав зевок, извещающий о его пробуждении на всю комнату. — В целом, что принц, что бродяга… — глубоко верующий приложил к глазам ладонь со стыда. — Эй! — возмутился огненный маг, немного обидевшись. — На правду не обижаются, — дразнит мужчина. — Будто не напивался? Собирайся: нам пора.       Надев дырявый плащ, парень кинулся искать в нём спрятанный посох, но не находит его, впадая в панику. Он начинает рыскать по всей комнате, лишь обнаруживая, что пропала и пища вместе с котомкой. — Это уже не шутки! — достигнув точки кипения, вскрикнул на старшего принц. — Я и не шутил: нас обокрали. — Юноша громко полил сложившуюся ситуацию трёхэтажным матом, а в это время иеромонах всё ещё предельно спокоен. — Не выражайся в моём присутствии, может потому Бог нас и наказал! Связался с иродом… У меня тоже украли чётки и ритуальные предметы. — Не забывай, с кем разговариваешь, — пригрозил Его Высочество, воинственно глядя на священнослужителя.       Вскоре словесная перепалка окончилась, и они спустились вниз, к трактирщику, дабы узнать, какого чёрта их обокрали. — А что у вас красть то? — Ухмыляется полноватый мужчина, глядя с удивлением и забавой в глазах. — У меня был…! — не успел маг сказать, как на губах прижалась рука, заставляя его молчать. — Не обращайте внимания: у него с головой проблемы, когда он пьян, — обращается Вэйшину́т к хозяину трактира. — Уходим! — шёпотом произносит он на ухо юноше, потащив того за локоть прочь из здания. — И каков план?! — Плана нет. Без оружия вряд ли что-то выйдет. — Голос мужчины холоден и безразличен. — Это не оружие! Это самая близкая и ценная мне вещь… — Сначала крик, а потом крайне подавленный голос вызвал жалость даже у командира. — Понимаю. Мои единственные чётки тоже пропали. — Попытался успокоить иеромонах, начав движение куда-то на юг. — Да какие нахуй чётки?! — Голос похож на рык медведя, защищающего своё потомство, но нет, теперь это драконий вопль. — Твои чётки можно заменить в любом монастыре! А мой посох — личный, индивидуальный!       Под конец речи Фуэ́го и вправду походил на дракона, начав пускать изо рта пламя, — избытки магической энергии, накопленной в теле, которая при приступах сильных эмоций или потере контроля выплёскивается различным способом. Но тут по лицу прилетела отрезвляющая оплеуха. — Не смей так говорить. Священные вещи ценнее материальных благ.       Далее они шли в полной (лишь шарканье дешёвыми ботинками о вымощенную дорожку) тишине: юноша ошеломлён рукоприкладством своей же охраны, а иеромонах пытается что-то сделать с ожогом, оставленным на руке, пока он давал сильную пощёчину.       Помимо кражи у них ценных вещей, ссора была как нельзя ни к месту. К тому же, не понятно: кто на кого обиделся? Так они и дошли до ближайших стражников, начав просить о помощи в нахождении вещей в соответствии с не менее дешёвой наградой. — Награда от бродяг? — Трое стражников разразились смехом. — Смешно, конечно. Но забава даже в другом: что у вас можно украсть? — и снова смех зелёных существ. — Суки… — тихо произнёс принц, но городская стража это услышала.       Яготсо́лты взялись за оружие — тяжёлые стальные двуручные перначи — и бросились одновременно в атаку. Что может сделать безоружный маг и, особенно, монах?       Рыжеволосый проговорил что-то под нос, и из рук его вышел несильный поток пламени, но даже он пригодился, нагрев металлический ботинок, тем самым заставив одного из рыцарей прыгать на одной ноге от жжения, а принц отнял у него пернач и размахивает им пред носом у второго. Монах же мгновенно обезоруживает оставшегося мужчину, ударив по плечу с такой силой, что по его руке прошла судорога боли, вынуждая разжать пальцы, а капитан совершил захват с удушением, пока тот не отключился. Безоружный стражник и второй, ещё не тронутый, со страхом сбежали: один побежал со всех ног, а второй улетел. — Теперь-то двух бродяг примут в тайное логово, ещё и сами пригласят… — со вздохом произносит Моге́н. — Да нас вся столица с минуты на минуты искать будет! И скрылись они в подворотне, рядом со сбросом отходов. — Из еды есть поджаренная мышь… — тихо произнёс Его Высочество, озабоченно смотря на подгоревший труп разносчика инфекций. — Маловато для двоих — не считаешь?       Фуэ́ порвал грязными руками бедную мышку на две части, дав иеромонаху переднюю. Приступив к скудной трапезе, принца с первого же мелкого кусочка моментально прорвало фонтаном эля изо рта вместе с этим самым куском. — Приятного аппетита… — с отвращением проговорил командир и выкинул свою часть в помойку из-за испорченного в край желания набить желудок этой дрянью.       Посидев минут пять за не свершившимся обедом, к ним наведался худощавый полурослик в мантии, осматриваясь по сторонам. Уши кéсенов навострились; огненный маг взялся за пернач, а иеромонах встал в боевую стойку. — Тихо, тихо! — игривый женский голосок донёсся из-под капюшона, а сам полурослик поднял руки вверх. — Я к вам с миром… Знаете ведь о нашем… Сообществе? — Не шифруйся: знаем. Но мы тут при чём? — серьёзным голосом интересуется мужчина, пытаясь состроить непонимающее выражение лица.       «А врать ты нихуя не умеешь, святоша Могéн Вэйшину́т», — думает принц, а по совместительству — опытный манипулятор. — Дураков не валяйте. По хрючевам видно, бля! — Женщина сплюнула и пошла в сторону, из которой пришла, а потом обернулась. — Кого ждём? Со мной идёте, или оставить вас на растерзание городской страже? — Ладно, ладно, — сразу же согласился принц, идя следом за полуросликом.       Они пошли по канавам, подвальным помещениям, канализациям и даже поползли по сточным трубам для отходов. Вскоре они вышли в огромный подземный зал, похожий на заброшенный склад. Все ходят в чёрных мантиях, из-за чего выглядят крайне зловещими и коварными. — Ну вот мы и пришли! — Женщина развела руками в стороны, показывая «красоты» данного помещения. — И да, у нас нет имён. Лишь буквы. Чем ближе к началу алфавита, тем почётнее член. И да, у нас всего тридцать один участник… Не думайте, что Я слаб… Но для вас можем сделать исключение: кошаки — редкость в наших краях. Твёрдый и мягкий знак. Звучит уёбищно, но пока иных вариантов нет. Как время покажет, как время покажет. — А у тебя какая буква? — Вэ, — кратко бросила она и оставила на растерзание местным жителям. Иеромонах схватил под локоть охраняемого и повёл в сторону от бандитов, чтобы перекинуться парой слов. Отойдя на безопасное расстояние, он начал: — Вероятно, они и украли наши вещи, а значит, нужно осмотреть помещение. Но в то же время нужно завести тут связи и узнать побольше информации. Выбирай, чем займёшься. — Второе. Люблю информацию.       Так и порешали, а далее разбрелись в разные стороны — помещение позволяло.       Как бы на словах не было всё просто, но, чтобы проникнуть в охраняемую сокровищницу, необходимо получить разрешение от кого-то из первых трёх букв. Глава, правая и левая рука. Но пока Моге́н знал лишь Вэ и Цэ, — огромного и накаченного грифоящера с торчащим хрящом вместо носа, охранявшего склады и сокровищницы. Приходится вернуться к Фуэ́го, который уже во всю разговорился с разумным великаном. — Нашёл товарища по интеллекту, — прошептал под нос недовольный мужчина, у которого сорвался план. — О, Мягкий Знак! Знакомься — Бэ. Он тут правая рука А. А ещё он маг огня! — вскрикивает восхищённо парень, а глаза его горят тем самым огнём. — Почему вам ещё не выдали мантии? Остальным нельзя видеть истинные формы членов нашего сообщества… — Голос великана крайне низкий, грубый и грузный, и при этом он разговаривает достаточно медленно. — Погоди-погоди! Первое: почему Я Мягкий знак, а не ТЫ? Второе: с каких пор у великанов есть магия? И третье: как пройти просвещение? — заваливает вопросами иеромонах. — Посвящение, — исправляется он после некоторой паузы. — Я вижу ваши силы, ауры. Твоя, Мягкий Знак, — отвечает Великан и показывает на короткостриженного мужчину. — Намного слабее, как и потенциал. Не о чем спорить. Далее — у великанов бывает магия. Это настолько же редкое явление, как у вас, кошкоэльфов, омеги. Правда, великанов в целом намного меньше, особенно обладающих собственным разумом. А посвящение… Вы должны принести нечто ценное. Украденное, конечно. Каждый по одной вещи. Что угодно, стоящее более двадцати золотых.       «Даже он знает об омегах у кéсенхимов, а я — нет…» — расстроенный своим кругозором думает юноша.       Они одновременно кивнули, облачились в мантии и побрели на поверхность, правда, из-за лабиринтов труб они разделились и вылезли в разных местах.       Осмотревшись, принц понял, что оказался у помоек на главной площади. Принявшись за дело, к нему прилетела магическая сова, принёсшая письмо, скорее всего, от Вета́на. Забрав его, он открывает аккуратно запечатанный смолой с королевской печатью конверт, принявшись читать. «Привет, Фуэ́, я тоже очень скучаю по тебе! С тобой очень приятно общаться, к тому же из тебя очень хороший как слушатель, так и рассказчик. И, главное, ты способен не только выслушать, но и помочь и дать дельный совет. Спасибо, что сказал мне много комплиментов, которых я не достоин. Со мной всё хорошо: отец, как всегда, занят работой, а вот мать пристала ко мне с опросом на счёт того, когда и у меня будет девушка, раз одна из моих сестёр выйдет замуж за тебя. Вот только они тебя недостойны — ты для них слишком добр и красив. Глупая затея — контракт с моим отцом, чтобы ты брал кого-то из его дочерей в жёны. Но не мне что-то говорить по тому поводу. Будь аккуратнее на своей новой миссии, и, надеюсь, ты вернёшься в целости и сохранности, ещё и выполнишь поручение, вскоре став королём целой страны в половину континента. Удачи тебе и не болей!»       Как только письмо дочиталось, внезапно прогремела серия взрывов, будто бы раздавшихся на всю столицу, и со всех сторон полетели камни, кирпичи, металлы, стекло и частично истлевшая древесина. Принц, конечно же, пошёл в сторону эпицентра грохота. — Тут проезжала процессия с Чёрным Тарантулом! Это переворот! — с разных сторон кричали метающиеся, как муравьи от борной кислоты, крестьяне.       Взобравшись повыше, юноша обнаружил три силуэта в мантиях вокруг разрушенной повозки, окружённые стражниками. Первый силуэт — высокий и худощавый с тёмно-фиолетовой кожей и чёрными волосами, второй — намного выше, крайне бледен, как и волосяное покрытие, а третий — коренастый, но на голове из-за капюшона ничего, кроме рыжей бороды, не видно. — Интересненько. Что забыли вместе гном, мой сородич и какой-то мутант…? — задал себе же вопрос, немного поразмыслил над ним и поспешил им на помощь, понимая, что яготсо́лтские солдаты сейчас — их общий враг. Хотя на руках лишь «Жезл-Костолом» (коим часто называют пернач, ибо он похож на жезл, который, к слову, тоже может быть дробящим холодным оружием), но и этого будет достаточно, чтобы оказать хоть какую-то поддержку. Подобравшись вплотную, парень обнаружил, что якобы гном — это хала́кфам, а мутант — обычный тёмный эльф. — Каки-ие люди?! — наигранно воскликнул хриплым старый кéсенхим, явно узнавший принца под капюшоном. — А я как раз собирался с тобой встретиться в ближайшее время… — уже огорчённо. — Ну, что же, помоги, а потом мы поговорим и поможем тебе.       Взявшись за дробящее оружие, Фуэ́го принял хвостатую стойку, занеся пернач за своё тело и собираясь сделать удар, но его трижды похлопали по плечу. — А где же твой «Вольфрамовый Дракон», сидящий на кварце…? — заинтересованно спрашивает незнакомец. — Потерял? — предполагает он, не дождавшись ответа, и, получив неуверенный кивок, протянул свой запасной посох, явно мощнее собственности принца, но юноша в этом особо не разбирался и потому не мог определить, что это за посох.       «Теперь-то можно помагичить!» — чуть ли не вслух думает огненный маг, отбросив пернач и приняв посох. Сразу же использует заклинание высокого уровня, вызывая плавящий глаза от одного взгляда огненный шторм, но из-за отсутствия тренировок в течение пути и после, применение такой опасной способности с не менее опасным орудием, произошла магическая ошибка, начавшая плавить не только врагов, но и союзников.       Пусть ошибка и имеет всего около десяти процентов от силы всего заклинания, что приходится пережить страже, но и новой компании принца, как и ему самому, не поздоровилось. На коже появились красные пятна, а одежда и волосы частично обуглились, — Месуля́ф очень долго работал над тем, чтобы его способности не сжигали одежду и волосы, так как магические ошибки очень часто причиняли подобный ущерб, поэтому концентрация жара в пламени была лишь в его нутре. — Простите, — лишь вымолвил накосячивший, читая уже новое заклинание и выводя символы в воздухе.       Тем временем тёмный эльф продолжает подрывать стражу и сопутствующие строения, гномоящер сочетает огонь и землю, чередуя, а старик во всю вытворяет ранее невиданные принцем вещи с помощью теневых завес, щитов и кольев, с лёгкостью протыкая недругов насквозь, не учитывая, что материализовать тени — крайне сложная и практически невыполнимая задача обычному магу.       «Кто эти монстры?!» — обомлел рыжеволосый парень, даже перестав что-либо предпринимать, лишь застыв на месте и наблюдая за могуществом его новых знакомых.       Уже через пару минут потасовки оставшиеся в живых рыцари разбежались и разлетелись, предпочитая сохранить жизнь, нежели продолжать бессмысленную бойню с известным исходом. Другая же сторона вовсе не устала и даже не вспотела, не имея ни единого повреждения на теле кроме неумелой магии принца.       Как только наступила тишина, старик принимается рыться в повозке, вытащив оттуда что-то, вроде бы, труп. — А вот и Чёрный Тарантул! Сделка оплачена? — весело спрашивает теневой маг, смотря на эльфа и начиная залечивать свои лёгкие ожоги. — Он ещё дышит, — напоминает второй. — Не беда… — кéсенхим поднимает с земли пернач и с большой высоты, практически не прилагая усилий, ударяет им по груди; кости с ужасным хрустом ломаются и впиваются во внутренние органы, не давая совершить царю последний вдох.       Принц же видит в повозке и на правителе большое количество драгоценностей и, не оробев, спрашивает: — Я возьму что-нибудь в качестве награды за помощь? — Зачем? — опешил старец. — Мне нужна ценная вещь, чтобы внедриться в логово бандитов. К тому же, они украли мой посох. — О как. Я с этим разберусь. Но можешь брать что угодно. Меня Айзи́р Кхахи́м зовут, если что. Ты не знаешь про нашу Коллегию, так как ещё не король, но поговорить мне нужно именно с тобой, — он оценивающе оглядывает принца. — Хорошая маскировка, — добавляет он и вскоре продолжает. — Мы все из Коллегии Магов Конклава, — самые могущественные маги государств. Но… Не буду кривить душой: нам не нужен этот четырёхсотлетний мир. У нас свои интересы. И ты нам можешь в этом помочь. Я не могу раскрыть свои мотивы, но мне необходима война. А тут нужна помощь не только членов Коллегии, но и кого-то из правителей… — Снова остановка и оценивающий взгляд, будто спрашивающий, стоит ли продолжать, на что принц лишь уверенно кивнул. — Тебе нельзя сглаживать конфликты. Остальным займусь я и мои помощники. Идёт? — Айзи́р протянул руку. — Идёт. — Его Высочество улыбается, пожав крепко руку, после чего обирает труп царя, забирая трофеи в виде его титульных принадлежностей.       Перед прощанием старейшина попросил подождать часик, пока он займётся вопросом принца, и забрал свой запасной посох. — Увидимся, наверно, когда станешь королём, мудрый принц. — Мужчина улыбается и исчезает, а следом и остальные из его компания.       Так Фуэ́ и поступил, а когда пришёл в логово, обнаружил, что там всё, кроме сокровищницы, уничтожено, и даже следов жизни, некогда тут пропитавшей подлые стены, нельзя было найти. В одном из помещений лишь стоит великан, которого утешает иеромонах.