История о Мышке и Подгорном Короле

Бильбо я обнаружила там же, где оставила, только уже проснувшимся и очень недовольным. Он был весьма напуган моим отсутвием, да настолько, что не решился даже выходить из комнаты, так и просидев на мешках все время, размышляя о том, не приснилось ли ему мое появление. Впрочем, стоило только услышать о том, что я нашла гномов, как все ворчливое настроение с него ветром сдуло. — Ты их всех видела? — уточнил он. — Нет, нет, только Торина, но остальных слышала, — заверила я его. Думаю, если бы кто-то из гномов отсутствовал, Торин сообщил бы мне о такой трагической утрате. Впрочем, не мешало и самой проверить в следующий раз. — И Трандуил не отпустит их добровольно, так? — уточнил Бильбо, ковыряя разорванный мешок со щепками. — Ну да, получается так, — я скривила губы и шмыгнула носом, уже понимая, что это тяжкое бремя ложится на наши плечи. — Вытаскивать их придется нам. — Тогда надо найти какой-то выход, кроме центральных ворот, — высказал он замечательную мысль. — И неплохо было бы позавтракать, конечно… — Ну, завтраком это назвать можно только с натяжкой, — хихикнула я. — Но я нашла их кладовые. Правда, там полно народу, и даже есть стражники в комнате с вином. Придется придумать, как воровать там еду. — Украсть бутерброд с ветчиной будет явно легче, чем дюжину гномов, — разумно заметил Бильбо.

***

Я провела Бильбо по всем обнаруженным местам, начиная от кладовых, где все еще было слишком много эльфов, чтобы совать туда голодный нос, заканчивая камерами гномов. Вниз мы пройти так и не решились, опасаясь выдать себя. Но я рассказала ему о связке ключей от темницы, и вообще обо всем, что мне удалось подслушать и увидеть. Набрав себе мешок орехов и сушеных яблок, мы снова уселись в комнатке, собираясь дождаться ночи и совершить полноценную вылазку на кухню. Бильбо даже каким-то образом добыл несколько тонких железок, которые могли в случае чего послужить нам отмычками. Хотя я, конечно, совершенно не понимала, зачем запирать на замок так много дверей вокруг, включая кладовые. Подумаешь, украдем окорочек, пару картофелин, огурцов, сыр, несколько бутылок вина… Никто ведь не обеднеет с этого? — Итак… Что мы имеем? — решил подвести итоги Бильбо. — Гномы сидят за железными решетками, а ключи от них находятся где-то внизу. У них отобрали все оружие, и где оно — мы еще пока не знаем. Идти через главный вход точно нельзя. Значит, надо найти какую-нибудь потайную дверь или черный ход, через который можно было бы без проблем вывести их. — Плевое дело, — я пожала плечами. — Куда важнее — научиться тырить еду, а то помрем с голоду на этих орехах еще до того, как освободим гномов. — В таком случае, предлагаю поспать до ночи, иначе ты, боюсь, начнешь спотыкаться о собственные мешки под глазами, — улыбнулся он. — Вот блин, — я скорчила траурное лицо. — Действительно выгляжу паршиво? Бильбо только сочувственно покивал. Не знаю, спала я или просто лежала, вслушиваясь в размеренное дыхание Бильбо, но мне показалось, что прошло не так уж и много времени, а он уже разбудил меня, приглашая на охоту за эльфийским провиантом. На стенах дворца, казалось, зажглось даже больше факелов, чем было до этого, и возможно, для самих эльфов это было единственным различием дня и ночи. Кладовые опустели, только несколько поваров мирно сопели около печки. Из-за двери винного погреба все еще слышалось тихое перешептывание, но я туда и не собиралась пока что. Надо бы узнать схемы, по которым стражи сменяют друг друга, и попробовать, как в кино, вынести пару бутылок именно в этот промежуток времени. Мы с Бильбо аккуратно и бесшумно позаимствовали у эльфов вяленого и сушеного мяса, несколько копченых куриных бедер, огурцы, редис, помидоры, какой-то салат, целый кругляшок сыра и банку с соленьями. Я съела по дороге и парочку каких-то сладких спелых фруктов, названия которым не смогла даже придумать. Бильбо предпочел лакомиться сухариками темного хлеба с солью. Все это мы благополучно перетащили в свою комнатку, запрятав за мешками, как можно глубже. То, что грозило испортиться, ели в первую очередь. Часть я отложила для гномов — еще неизвестно, кормят ли их там вообще. — Нужно придумать какой-то обходной путь к гномам, — жуя кусок ветчины, высказала я мысль, которая тревожила меня больше всего. — Ходить через центральную площадку опасно, и мы не сможем ничего им протащить. — Нужно поискать переходы внизу и вверху, — предложил Бильбо. — Не могут же сами эльфы вечно ходить длинными дорогами. — Ты видел хоть одну тропу, ведущую на самое дно? Бильбо задумался, но ничего не ответил. Мы оба видели, что «дно» у эльфийского королевства есть, там текла полноводная река из спускающихся со стен водопадов, но не было ни одной лестницы, дорожки, тропинки, хоть чего-то… Вообще-то, туда можно было бы просто спрыгнуть, особенно обратись я волком, но страшила возможность больше не забраться назад. Пока мы не нашли достаточно длинной веревки, чтобы можно было спустить меня туда хоть в каком-нибудь обличии, стоило поискать другие варианты. Эх, была бы я птицей… Бильбо вскоре так сладко уснул после сытного ужина, что будить его было бы просто бесчеловечно. Мне же сон не шел ни в один глаз, потому что в голове металось слишком много мыслей. Я выскочила мышью на площадку и побежала куда глаза глядят. Ну, или почти… Очень хотелось подтвердить свою догадку о том, что скрывается в последней части дворца. На центральной площадке уже никого не было. Только безмолвные стражи-истуканы все так же стояли по бокам от лестницы к трону. Я шмыгнула мимо них, постаравшись изобразить, что имею на это полное право. Но кажется, они мало внимания обращали на мышей. Что было странно, потому что если я и замечала своих мохнатых «друзей», то лишь краем глаза и так редко, будто и они ходили перед Трандуилом на цыпочках, боясь лишний раз потревожить эльфийского короля. Где-то наверху мне слышались голоса и плеск вина в бокалах, будто у эльфов был какой-то праздник. Звучала музыка, лились песни, я ничего не понимала, потому что все было на эльфийском. Зато я безошибочно определила, куда мне стоит зайти. Покои Трандуила сложно было спутать с чем-то иным. Наверное, он сам был сейчас на празднике, а на резную дубовую дверь запирался только вход в его спальню, поэтому в моем полном распоряжении осталось что-то вроде широкой гостиной, купальня, стеллаж с красивыми кувшинами и даже балкон, с которого открывался лучший вид на весь дворец. Здесь на расстоянии вытянутой руки спускался вниз игристый водопад, очевидно не совсем натурального происхождения, здесь сквозь ветви дерева было видно чистое звездное небо, здесь гулял легкий свежий ветерок, уносивший с собой подземную затхлость... Трандуил был не дурак, когда возводил эту крепость. Если, конечно, это был он. Еще более запутанных переходов и сложных хитросплетений сложно было найти, а задумка, что все должны проходить пред светлыми очами властелина или его стражей казалась мне до ужаса глупой, но, как оказалось, эффективной. Я вернулась с балкона обратно в покои, пошевелила усами, немного подумала, и обратилась человеком. На комоде и столе не нашлось ничего интересного. Все было убрано в шкафчики, которые закрывались на ключ. Я не стала искушать судьбу и пытаться хоть что-то оттуда выковырять, все равно это, скорее всего, не имело никакого отношения к нашей славной компании. А вот шкаф с кувшинами и графинами оказался не заперт. С замирающим сердцем я очень-очень медленно потянула дверцу на себя, ожидая, что в любой момент сработает местная волшебная сигнализация, но ничего не произошло. И совершенно очевидно, что передо мной были личные запасы королевского алкоголя, подписанные названиями и годами… Судя по всему, все наивысшего качества. Не попробовать — было бы кощунством. В конце концов, зря я что ли попала в этот мир? Я постаралась достать самую неприметную бутылочку сбоку, не без труда выдернула пробку и принюхалась. Аромат был чем-то средним между цветущей розой и свежим медом, капающим прямо с сот… В груди уже взыграл адреналин, так что здравый смысл не мог меня остановить. Я отхлебнула тягучего сладкого напитка, еле удержавшись от второго и третьего глотка. Мысль о том, что все это могли быть и какие-нибудь яды, резанула слишком поздно. Я сдержала кашель и поставила бутылочку на место. Замерла, прислушиваясь к ощущениям в теле, но, вроде бы, ничего не происходило. Кроме того, что голову слегка повело и на губы против воли выползла улыбка. Вторая бутылочка пахла резко и напоминала лакрицу, от нее голова окончательно отказалась думать здраво, но какие-то остатки мыслей в ней все еще роились, поэтому я поторопилась закрыть шкафчик, и уже, пошатываясь, направилась к выходу, как мой взгляд упал на личный королевский бассейн. Кто я такая, чтобы не пользоваться шансами, которые предоставляет мне судьба?

***

Я выкарабкалась на противоположный берег бассейна, и сидела на краю, тихо болтая в воде ногами, ощущая, как из головы выветриваются остатки алкоголя. Брал он быстро и крепко, но ненадолго, при этом пьянил совсем не так резко и удушающе, как гномий виски. Определенно, я предпочитала самое обычное вино всему этому крепкому многообразию, но… Я мечтательно призадумалась, перебирая руками мокрые волосы, как вдруг услышала шаги. Забившись мокрой мышью в дальний угол купальни, я поблагодарила всех местных божеств за то, что все мои вещи тоже исчезли. Трандуил вплыл в свои покои, никак иначе это назвать было нельзя. Он двигался, даже здесь, с таким непринужденным изяществом и величественностью, которая присуща только тому, кто репетирует подобную походку уже пару тясячелетий. Его пронзительные глаза прошлись по всей комнате и задержались на шкафу с бутылочками. Я обмерла, понимая, что дверца шкафа осталась приоткрытой. Не мигая, я наблюдала, как Трандуил катастрофически медленно приближается к нему, проводит пальцами по дверце, хмыкает, приоткрывает ее и берет бутылочку с одной из полок. Ту, к которой я не прикасалась. Он подхватил со столика бокал и плеснул туда содержимое. Я понаблюдала за ним еще несколько секунд, прежде чем решила, что можно выдохнуть. Кажется, мое присутствие здесь осталось незамеченным. Надеюсь, в бассейне теперь не плавают длинные волосы совершенно не серебристого оттенка… — Отец! Я когда-нибудь схвачу сердечный приступ из-за своего неуемного желания делать глупости. И благодаря всяким светловолосым эльфам, влетающим в королевские покои, будто… Ах, точно, это же, кажется, его сын. Эльф выглядел молодо. Не так молодо, как все эльфы, а каким-то… не успевшим набраться тысячелетней мудрости или чего-то такого. А может, мне так просто показалось, потому что в сравнении со своим величественным папашей, он выглядел эдаким подростком. Я заинтересованно наблюдала за их разговором о пауках и нежелании короля предпринимать хоть какие-то действия для их уничтожения, стараясь по миллиметру продвигаться все-таки к выходу, представлявшему собой широкую древесную арку. — Сколько еще ты собираешься держать здесь гномов? — молодой эльф оперся спиной на стену, сложив руки на груди. Мне было хорошо видно его лицо, и я его узнала. Это он угрожал Торину мечом и называл вором. Ну вот, а я только решила, что он мне нравится… — Столько, сколько потребуется, — совершенно бесцветно ответил Трандуил, продолжая неторопливо расхаживать по комнате с бокалом. — Все темницы провоняют ими, — раздраженно фыркнул эльф. — Ммм… — Трандуил сделал вид, что принюхивается. — Я не чувствую. И мне этого достаточно. Молодой эльф хмыкнул, но не стал продолжать спор, хотя видно было, что в нем презрение к гномам какое-то… Ненастоящее. Выученное или что-то вроде того. Наверное, ему и не за что было их ненавидеть, он просто неуклюже копировал поведение отца, неверно толкуя его презрительно-королевские повадки. Уверенна, будь вместо Торина там какой-нибудь кабан, с которым у Трандуила личные счеты, король вел бы себя абсолютно так же. — Тауриэль не было на празднике, — перевел тему эльф, очень внимательно смотря на отца, буквально просверливая в нем дыру. — Кто-то же должен охранять нижние этажи, — хмыкнул Трандуил и снова отпил из бокала. — Почему ты не позволил ей прийти? Это она со своим отрядом перебила пауков и взяла в плен гномов. Разве она не достойна? — судя по всему, в нем понемногу закипала молодая кровь, приправленная толикой чувств к эльфийке. Ох уж эти гормоны, ими буквально запахло в воздухе. До выхода мне оставалось всего пару мышиных шагов, и я уже не слышала, что ответил Трандуил на эту претензию. Его мелодичный тихий голос разносился по комнате, и казалось, что его звуки во много раз усиливаются стенами в любом помещении. Поэтому было вдвойне страшнее, когда он внезапно грохнул бокалом об стол. — Эй ты! — я замерла, не донеся лапу до пола, и принялась в панике вертеть глазами, пытаясь понять, к кому обращается король. — Мышь! Сердце ухнуло вниз, и пришлось собрать в кулак всю волю, чтобы медленно обернуться к Трандуилу. Он смотрел на меня с тем же презрением, с каким смотрят на раздавленную мокрицу. Я сглотнула, чувствуя, как все тело пробивает мелкая дрожь. — Еще хоть раз увижу кого-то из вас, подслушивающими для Радагаста, — он сделал выразительную паузу. — Всех вышвырну обратно к паукам. Достаточно ясно? Я замерла, не зная, как на это отреагировать… Помотать ли головой, поклониться или просто сбежать. Надо сделать что-то, что сделала бы обычная мышь, но страх того, что меня раскроют, мешал думать здраво. Я судорожно сглотнула и постаралась изобразить самый тупой взгляд, на который только была способна. — Кышь, — Трандуил презрительно махнул ладонью, разрешая все мои душевные терзания. Я не заставила короля долго ждать. Меня унесло с порога его комнаты, словно ураганом. Я бежала вниз, все дальше и дальше до тех пор, пока не почувствовала, что сердце сейчас просто разорвется, пытаясь выпрыгнуть из грудной клетки. Я замерла у стены, стараясь отдышаться. Лапки мои тряслись, хвост был напряжен и вытянут, словно стрела. Какой же надо было быть дурой, чтобы поставить под угрозу весь наш план спасения гномов, поддавшись своему дурному любопытству, и позарившись на бутылочки вина и ванну. Даже без пены! Чтобы хоть немного успокоиться, я принялась умывать лапками мордочку. По крайней мере, не случись этого, я бы и не знала, что мыши здесь шпионят для Радагаста, того самого чокнутого старика с обкаканным лицом. Снизу послышались шаги, и я снова застыла изваянием, пытаясь слиться со стеной. Мимо меня прошла, нервно озираясь вокруг, рыжеволосая эльфийка. Та, которая спасла Кили от здоровенного паука в лесу. Я задумчиво склонила голову набок, наблюдая, как она направляется прямиком к центральной платформе. Комнаты эльфов явно были здесь, Трандуил находился в своих покоях многими этажами выше… Не та ли эта Тауриэль, которая должна была дежурить на нижних ярусах? Я припустила за ней, мысленно проклиная и любопытство, и упрямство, и свою дурную голову… Ривенделл. Могла бы сидеть в Ривенделле. И пить чай с салатным листом. А вместо этого крадусь за лесной эльфийкой, которая направляется прямиком… к гномам. Оказавшись в темницах, она сбавила шаг, потом и вовсе остановилась, задумалась о чем-то, вздохнула и уже совершенно неторопливо продолжила путь вниз. Сначала я закономерно решила, что она просто идет к какому-нибудь стражнику внизу, но эльфийка перешла по мостку к тем камерам, где были заперты Кили и Фили, и остановилась аккурат рядом с ними. Ее тихий голос смешался с голосом Кили, они разговаривали о чем-то, о… звездах? Рунах? Я сидела наверху, наблюдая за ней. За тем, как она пытается сдержать улыбку. Как садится на ступеньку, рядом с камерой. Как опускает лицо на сложенные ладони и слушает. Как ее глаза наполняются неясным добрым светом. Вот же… Гэндальфу стоило сказать, что гномы обладают невероятной способностью быть поразительно милыми, когда им надо. Кили что-то показывал ей, протягивая через прутья решетки, и мне показалось, что наблюдать за ними и дальше как-то… неправильно. Интересно, Кили специально пытался охмурить ее, чтобы попытаться выбраться, или они так запали друг другу в душу, что она сбегает от своих обязанностей, чтобы прийти к нему, а он совершенно искренне и вдохновенно что-то шепчет ей о луне? Я помотала головой, понимая, что в любом случае, это совершенно не мое дело. Если она поможет нам сбежать, я буду только рада. Стараясь сливаться со стеной, я проскользнула в одну из соседних с Кили камер, где обнаружился как раз тот, кто мне нужен. Фили сидел на импровизированной постели с самым скептичным выражением на лице, явно пытаясь не прислушиваться к разговорам брата, и то и дело закатывая глаза. Судя по отсутствию в волосах паутины, он не терял зря время, и успел хоть немного смыть грязь и убрать следы пребывания в эльфийском лесу. Моего появления он, как и Торин, не заметил, и я решила не пугать его, чтобы не привлечь ненароком внимание эльфийки. Появившаяся прямо перед ним мышь, правда, все равно вызвала у него удивленный вздох. Он подобрался, очень внимательно и недоверчиво на меня посмотрел и попытался прогнать, помахав рукой, но я, конечно, не собиралась никуда убегать. Пришлось изрядно постараться, чтобы донести до него мысль о том, что надо вести себя тихо. Я еще не успела даже осознать, что превратилась, как уже оказалась в его невероятно крепких объятиях… Настолько крепких, что мне казалось, я слышу, как трещат ребра. Я тихо засипела и похлопала его по плечам достаточно ощутимо, чтобы он уже отпустил меня. — Ты жива, — прошептал Фили, отстранившись, но продолжая держать меня, прямо как Торин до того. Если каждый гном будет так меня встречать, понадобится запасная пара плеч… — И в одежде. — Да, от меня теперь еще сложнее отделаться, — я отступила назад, увлекая его за собой подальше вглубь камеры, чтобы наше перешептывание точно никто не услышал. — Торин знает? Он с ума сходил, когда ты исчезла, — он оторвался от моих плеч и теперь неосознанно теребил мои ладони, поглаживая их и сжимая. — Знает, но… — я помедлила, заново переваривая мысль о том, что Торин сходил с ума от беспокойства за меня. — Больше никому не стоит говорить. Чем меньше гномов знает, тем меньше шанс, что нас кто-нибудь выдаст. — Нас? — переспросил он. — Меня и Бильбо, — я с удовольствием смотрела, как его улыбка растягивается до ушей. — Мы придумаем, как вас вытащить. — Можно я тебя поцелую? — совершенно внезапно выдал он, глядя на меня в упор. — Только не в губы, — успела прошептать я, закрывая ладонью рот, когда он смачно чмокнул меня прямо в лоб, а затем снова сгреб в свои объятия, уткнувшись густыми щекочущими усами куда-то мне в шею. Я неловко похлопала его по спине, слегка удивленная такой эмоциональностью. — Обещай, что ничего никому не скажешь, даже Кили. — Конечно, — он наконец отлип от меня. — Если я могу чем-то помочь… — Ну… — я задумалась, чтобы такого мог сделать гном, дни напролет проводящий в клетке два на два метра. — Сможешь запомнить, когда сменяется стража? Или… Ходит мимо. В общем, все, что угодно, что сможешь заметить, запомнить и услышать, будет полезно. — Плевое дело, — он подмигнул мне. — Вчера она уже приходила. — Она? — переспросила я, не сразу догадавшись, о ком идет речь. — Тауриэль, та эльфийка, — продолжал он. — И если… ммм… примерно через полчаса здесь пройдет стража, значит, она приходит сюда в одно и то же время. Хотя следить за временем здесь сложно. — Отлично, мне нужны любые ориентиры, — я поднялась с пола, потому что снаружи как раз послышались удаляющиеся шаги Тауриэль. — Если ты прав, мне надо успеть еще в одно место. — Ты ведь расскажешь потом, что с тобой было? — он поднялся следом, провожая меня до самой двери. — Братец, ты чего там шепчешь? — слух у Кили был отменный, нечего сказать. Я приложила палец к губам, обернулась мышью и поскакала наверх, оставляя Фили возможность самостоятельно оправдаться и сдержать данное мне слово. Учитывая то, как громко вели себя гномы, особенно радостные гномы, я действительно думала, что лучше держать все в тайне. Не сказать Фили мне бы совесть не позволила, но больше никто не должен знать. А не то начнут это обсуждать и сдадут нас с потрохами. У двери в клетку Торина я замерла, вглядываясь в темноту, но его нигде не было видно. Наверное, он спал с той стороны, куда не проникал свет, и заходить я не решилась, чтобы не искушать себя лишний раз и не будить его. В конце концов, он и так редко спит. Может, хоть в темнице отдохнет… «Все, все, давай, шевели булками,» — зашипела я сама на себя и поскакала по ступеням. Надо было успеть в кладовые до того, как начнется смена стражи. По крайней мере, я надеялась, что именно это происходит примерно через полчаса после ухода Тауриэль, и происходит во всем дворце одновременно. И если это так, оставалось только подговорить Бильбо помочь мне в одном деле…