Fall in you

      Четвертую песню Минхо писал с тяжелым чувством. Тогда он не мог его объяснить. Ему не хватало Феликса, хотя он был уверен, что удержит его в руках. Как только он сблизился с ним, весь мир стал другим, как и говорил Хван. Но стоило ему пропасть, как Ли понял, кто он на самом деле без него. И почему-то это осознание пришло позднее, чем следовало бы, расстраивая его и лишая ответа другого.

***

Я постоянно бежал к тебе, как понял,

что мое все было связанно только с тобой.

Чем больше я сближался с тобой,

тем больше терял себя, как опавшие листья под деревом.

Даже если в конечном итоге я останусь отпечатком на снегу,

я поднимусь над тобой в поисках весны.

Оставшиеся чувства сдувает ветром.

Туннель, который запер меня во сне.

Как только я выхожу из него,

я чувствую,

как появляется свет.

      Было только ранее утро, но Ликс уже собирался домой. Избегать Минхо было бессмысленно, он все равно уже все знал, а поговорив вчера с Джисоном, он понял, что ничего еще не потеряно. Может, ему и не ответили на признание сразу, но ему также и не отказали! Надежда и вера в то, что в будущем, через несколько недель или месяцев, в другом человеке проснется такое же чувство, не угасли в нем. Вчера ему просто нужно было успокоиться, и с этим делом Хан справился безупречно, во многом его переубеждая. Енбок набрался побольше позитивной энергии от друга, который еле стоял на ногах после бессонной ночи разговоров, обнял его, попрощался и пошел домой, благодаря ещё раз за помощь. Погода была очень пасмурной, как и состояние его души. Сейчас хотелось провалиться в кровать и очутиться в самом лучшем сне, где он не натворил никаких дел и не поспешил с признанием, ставя в неловкое положение не только себя, но и Минхо. Парень шел как можно медленнее, даже если ничего такого не произошло, ему было как минимум неловко смотреть парню в глаза. Всё-таки он повел себя очень по-детски… Не получив нормального ответа, испугался, заплакал и сбежал, как последний трус. Впрочем, Ликс не исключает такого прозвища для себя. Он впервые в кого-то влюбился настолько сильно, и было страшно говорить об этих чувствах не только из-за возможности отказа, но и потому, что их просто сложно произнести, ну, в трезвом состоянии. Один урок с этого случая он мог вынести точно, а именно не напиваться до такой степени, чтобы на следующее утро краснеть от своих же действий и слов. Феликс совсем не представлял, что его ждало дома. Может, Минхо заперся в своей комнате и лежал на кровати, до сих пор обвиняя себя, а может, спокойно расхаживал по квартире и игрался с котами, лишь изредка поглядывая на настенные часы. Ему бы хотелось, что бы он немного волновался… А что будет на самом деле, ему предстояло совсем скоро узнать.       Вот ноги привели его к привычной высокоэтажке, а потом и к квартире на втором этаже. Открыв дверь собственным ключом, Феликс тепло улыбнулся встречающим его Суни с Дори, которые сразу подбежали и начали тереться о ноги. Ответив на ласку и погладив каждого кота, Ли постучался в комнату Минхо, непроизвольно закусывая губу и боясь его побеспокоить, но ответа не последовало. «Наверное спит еще. Хочу посмотреть… Никогда не видел, как он спит, наверняка безумно милый в этот момент…» — подумал парень, тихо отпирая дверь. За ней Феликс увидел спящего за столом хена с ручкой в руках. Подойдя ближе на цыпочках, он увидел черные круги под его глазами, а также открытый сайт на ноутбуке, на который Минхо в пять часов утра выложил сразу три песни, по их названию Ликс понял, что Хо ему таких произведений не включал. Сам парень спал не очень спокойно, постоянно елозил или хмурился, иногда надувая губы, но это выглядело настолько мило, что Ликс, не удержавшись, сфотографировал его на свой телефон, пообещав когда-нибудь прислать это Хо, и невесомо поцеловал в макушку, моментально смущаясь, заливаясь краской и пулей вылетая в коридор. Сейчас это все, что он мог себе позволить.       Минхо уже на автомате встал из-за вкусного запаха, исходящего из кухни, но только спустя несколько минут додумался, что коты ничего готовить не умеют, а значит Феликс вернулся. Раскрыв глаза то ли от счастья, то ли от удивления, он выбежал из своей спальни, чтобы убедиться, что это не сон. Повернув за угол, увидел стоящего к себе спиной Енбока, который раскладывал что-то по тарелкам и тихо мычал какую-то мелодию. — Феликс? — услышав свое имя, Ликс обернулся, ослепительно улыбнувшись, а Минхо, не теряя времени, подошел и обнял его, ужасно радуясь его возвращению домой. — Ты чего, Хо? — у Ли в руках было две чаши с рисом, так что обнять в ответ хена он не мог, но положил голову ему на плечо, прижимаясь к нему столько времени, сколько позволял парень. — Я скучал…не уходи так больше, пожалуйста, — парень отстранился от Ликса, посмотрев в глаза, — ты мне явно не безразличен, но я не могу понять, что чувствую к тебе. Можешь ли ты подождать какое-то время? Только прошу, не убегай, я заснуть не мог…       Тепло в груди разливалось у обоих парней. У Минхо потому, что перед собой он видел снова улыбчивое и уже смущённое солнце, которое отводило взгляд в сторону и краснело. Феликс же, совсем не ожидая услышать такие слова, вновь почувствовал в себе это желание понравиться, как-то впечатлить. Но понимал, что напирать и давить будет неправильно. Если Минхо признавал свои какие-то чувства к нему, то как он может упустить их и даже не дождаться решения хена? Может, в итоге он сочтет, что они всё-таки просто друзья, а если нет, тогда Ли станет самым счастливым человеком на этой земле. — Я рад это слышать и буду ждать, сколько захочешь, а теперь давай есть. А то я уверен, что вчера ты целый день сидел в своей комнате и даже крошку в рот не клал, — Ли, долго решаясь, перед тем как отстраниться от хена, еле касаясь губами кожи, чмокнул его в щеку, а потом широко улыбнулся, обнажая зубы и ставя тарелки на стол. — Т-ты прав, — заикнулся Минхо, после встряхивая головой, чтобы прийти в норму, — спасибо Ликс-и…       На душе у обоих стало немного легче, сейчас они едят вдвоем, как раньше, и от этого внутри распускаются цветы надежды у Феликса, и соцветия комфорта и уюта у Минхо. Они большие и огромные, проникают своими корнями прямо в душу и обвивают сердце, запечатывая его в некий кокон единых чувств. Запах одурманивает и заставляет видеть мир немного ярче и красочнее, чем он есть на самом деле. Человек, сидящий напротив, как будто подсвечивался, являясь огоньком, в котором непременно хотелось сгореть, не оставляя за собой ничего.

***

      На следующий день Минхо решил, что проведет ещё одни сутки в одиночестве, чтобы порыться в своих мыслях. Выкрикнув утром, что дома будет к вечеру, пошел в абсолютно неизвестном направлении, пытаясь смешаться с толпой. Не видя людей, зданий, просто направлялся вперед, уйдя с головой в себя. Не слышал разговоры вокруг, звуки машин или природы, все постоянно крутилось только вокруг блондинистой головы, что утром со звонким смехом и милыми фразочками игралась с котами, желая ему удачи. Без Феликса становилось грустно и одиноко, а от одного только взгляда на парня вчера ему стало комфортно и светло, будто частичка дома и его самого вновь встала на свое место. Ликс был как будто маленькой заменой солнца, иногда уходящей за тучи, но потом непременно выходящей из-за них. Без него совсем нет радости от прогулки, рядом никто не бубнит и не смеется, не пихает его в бок, а потом убегает, показывая язык и дразня. Феликс был похож на маленького ребенка, очень милого и ранимого, запертого в теле красивого юноши. Коты от него были без ума, как и, видимо, он сам. Всякий скиншип становился удовольствием, хотя Минхо никогда не отличался любовью к этому. Но когда его обнимал Ликс, на душе становилось спокойно, а улыбка сама ползла по лицу. Хотелось прижаться в ответ и так провести хоть целую вечность, медленно проводя линии руками по тонкой талии, выпуклым рёбрам, не слишком широким плечам и гладкому лицу. Феликс сам был похож на большого, пушистого кота. То смешно морщил нос перед тем как чихнуть, то мило зевал, издавая похожий на мяуканье звук, а еще очень любил растягиваться на диване во всю длину, а потом опять принимать свой обычный размер, свернувшись клубком и обнимая какую-то подушку или Дори. Минхо казалось, что Енбок очаровывает всех, с кем бы не познакомился. Его коты полностью променяли его на веснушчатое чудо, особенно самый младшенький, который дома от него почти не отходил. Хенджин тоже привязался достаточно быстро, хотя не отличается особой тягой к новым знакомствам, как и Хо. А он сам был околдован еще в тот день, когда встретил его на улице. Мальчишку с ангельскими чертами лица, большими глазами, цвет которых был похож на тягучий, плавленный шоколад, и красивым, глубоким голосом. Он много чего испытывал к этому парню и уважение, и привязанность, и тягу, и желание никуда не отпускать, быть рядом. Но что из этого подходило под критерии любви? В этой теме он был полным аутсайдером и никогда не умел отличать понятия, разбираясь в себе. Конечно, можно было опираться на любовные романы или детские сказки, где непременно главные герои целуются в конце, отправляясь в счастливое и светлое будущее. Но он-то живёт не в девятнадцатом веке, да и книгой жизнь тоже назвать никак нельзя, и что делать? Путать себя или Ликса, давать ему ложную надежду не хотелось, а как без попытки понять, что его умозаключения правдивы и верны? Решая один вопрос, вроде доходя до сути, Минхо каждый раз сталкивался с другим, ответ на который приходилось искать дольше и ещё глубже в самом себе.       На улице наступил вечер и воздух заметно похолодел, а сердце грели мысли о Феликсе, который наверняка ждал его в квартире с привычной улыбкой, сияющими глазами и вкусным ужином. Постепенно Хо приближался к дому, убеждаясь в том, что никогда не испытывал радости только из-за того, что в нем его кто-то ждет, никогда не был счастлив от простых объятий и добрых пожеланий на ночь. Уже было поздновато звонить Хенджину, чтобы все-таки убедиться в своих мыслях, спросить несколько советов, поэтому, приняв решение созвониться с другом завтра, он поднялся на свой этаж, где в квартире его ждало личное солнце, светящее для него и днем, и ночью. — Я дома! — крикнул парень, когда увидел, что Ликс не спит, а бегает за котами. Это было так мило, что улыбка появилась на уставшем лице сама собой. — О, ты вернулся! Неужели был на прослушивании и тебе дали возможность выступить? Светишься так, что аж глаза болят, — наигранно прищурился Енбок, выставляя руку перед глазами. — Нет, я просто гулял, — хмыкнул Ли, — ты что-то ел на ужин? — Минхо подошел к Феликсу и нежно обнял, положив голову на плечо. — Ты чего? — удивился Ликс, а потом обвил чужую шею руками, поглаживая загривок, — я приготовил тебе жаренной говядины. — Хочу кушать, — пробубнил Минхо, отпуская парня и специально надувая губы. — Ну так пошли, — хохотнул Феликс и повел хена к еде. Зайдя на кухню оба сели за стол, но не успел Хо поблагодарить Ликса за еду, как на мобильник парня кто-то позвонил. — Алло, привет нуна. Yes, I got a ticket, thank you, — Минхо был очень плох в английском, но базовые слова знал. От слова «билет» по коже прошлись мурашки, но не приятные, как несколько минут назад, а пугающие, — No, just for three days, year. Why aren't you a sleep? It's too late for you. A okey, goodnight, — Феликс сбросил трубку и посмотрел на хена, у которого явно были к нему вопросы. — Ты куда-то уезжаешь? На долго? — прекратить волноваться Минхо не мог, поэтому нервно копался в тарелке, периодически поглядывая на парня. — Угу, мама немного приболела. Мне вчера сестра звонила, попросила приехать и выслала билет. Послезавтра полечу, и через три дня вернусь к тебе, — улыбнулся Ли, — там ничего серьезного, просто навещу семью, у нас же каникулы тем более сейчас, — как только Хо услышал причину, паника сразу отступила. — Хорошо, тогда завтра идем гулять, а то перед отлетом будет некогда. Во сколько кстати самолет? — В полседьмого вечера.       Быстро доев, парни помыли посуду и договорились посмотреть фильм, правда, смотрел его в итоге только Феликс, потому что через десять минут Хо сопел у него на плече и что-то невнятно бурчал, сильнее прижимаясь к его руке, отчего галерея Ли пополнилась ещё одним дорогим сердцу снимком.

***

      Открыв глаза, Минхо удивился, увидев не потолок своей комнаты, а выключенный телевизор и кусок пледа, которым был укрыт. Оглядевшись, он понял, что находится в гостинной, а посмотрев на время в телефоне, был удивлен, так как высвечивалось девять часов утра, а он проснулся первее Ликса. Не теряя времени, которого и так было катастрофически мало, Минхо зашел к себе в комнату, включил ноутбук и позвонил по видеосвязи Хенджину. Ему нужно было окончательно разобраться со всем до того, как Ликс уедет, почему-то у него было ощущение, что после будет поздно. Нажав на нужную кнопку, через несколько минут Ли увидел заспанное и недовольное таким ранним звонком лицо друга, что был еще в пижаме. — Ну и что случилось, если ты решил мне позвонить в такую рань? — зевнув, спросил друг, заражая зевотой Минхо. — Джинни, блин… Расскажи, что такое любовь? Как люди понимают, что любят? — после этого вопроса друг заметно встрепенулся, даже чуть со стула не упал от удивления. — Вау, думал никогда не дождусь этого вопроса от тебя. Ну смотри, любовь — чувство, которое выражается через привязанность к человеку, через позитивные эмоции и желание делать для этого человека то, что его порадует. Она может выражаться от простого удовольствия нахождения с этим человеком рядом, до некой зависимости от времени вместе. Любовь — это быть счастливым, видя, как счастлив он. А люди понимают это, когда никого не видят кроме него, почти всегда думают об этом человеке и хотят быть рядом. Они чувствуют себя тепло рядом с ним, он кажется идеальным, ни на кого не похожим. — …Мне нравится Ликс, — пробормотал Минхо, опуская взгляд на ладони и сопоставляя свои мысли со словами Хвана, которые практически полностью сошлись. — Вау, дошло… Не просто нравится. Лю-бишь, понял? — ухмылялся Хенджин. — И что делать?.. Джинни, я первый раз в таком дерьме! — Ну, может для начала признаешься ему? Он-то ждет и ничего не знает. — Мы сегодня гулять идем, куда пойти? А вообще нормально будет признаваться во время прогулки? — в ответ Минхо получил недовольный вздох, направленные в потолок глаза и удар по лбу, — ну что?! Не зли меня! Я помощи прошу, а не осуждения! — Своди его туда, где уже была попытка признания. — Не понял, куда? — нахмурился Ли, пытаясь хоть что-то вспомнить. — На чхонгечхон. Ты, наверное, даже не понял, но там Ликс попытался тебе признаться первый раз. — Я правда не помню… — в памяти промелькнул момент, когда Енбок долгое время не мог сказать что-то внятное, а потом грустно выдохнул и посмотрел на реку, — ладно, спасибо, ты лучший! — Кто-то умер, раз ты мне это сказал… — с шоком в глазах посмотрел в камеру Джинни и попрощался с другом, — удачи, пока! Захлопнув ноутбук, Минхо подкатился на стуле к зеркалу и посмотрел на отражение. На его лице сияла улыбка до ушей, а щеки были слегка розоватыми. «И как ты до этого докатился, Ли Минхо…» — подумал он и, похлопав себя по щекам, пошел будить Феликса, который до сих пор, судя по отсутствию звуков в коридоре, нежился в своей кровати.

***

      Разузнать у парня, куда они идут, у Ликса не получалось до тех пор, пока он не увидел реку, на которой несколько дней назад пытался признаться в своих чувствах парню. Какая-то надежда промелькнула в его мыслях, но слишком радоваться он не торопился, один раз попытался, и ничего хорошего в итоге не произошло. — Ты же не любишь места для парочек… — приметил Ли, удивленно посмотрев на Минхо. — Хм, а это место мне очень даже нравится, пошли на мостик, — улыбнувшись, предложил хен и повел парня к указанному месту, нежно обхватив его ладонь.       Брызгая друг в друга водой, смеясь и спотыкаясь о торчащие плитки, парни хорошо проводили время в компании друг друга, не стесняясь и почти ничего не скрывая за сердцем. Это беззаботное чувство они не ощущали очень давно, радовались его спокойным и мирным потокам внутри них, привыкали к нему и не желали что-либо менять. В этот раз не было так душно, может из-за раскрытых чувств, а может из-за полного осознания и принятия ситуации. Сердце все также ускоренно билось, мурашки ползли по коже, достигая макушки и проводя разряд тока, но все это теперь не раздражало или путало сознание, а, наоборот, делало их счастливее и свободнее от тех оков, которые почти что полностью спали с души. Никто не позволял себе каких-то чересчур близких или интимных касаний, слов, парни по миллиметру приближались друг к другу, под конец беготни и своих игр стоя совсем рядом, прижимаясь плечами, бедрами и руками, невзначай сплетшимися в замок. Смотря на Феликса в лучах уходящего солнца, дарующего миру один из самых красивых закатов за всю его жизнь, Минхо чувствовал непонятную и необъяснимую тревогу, смешанные чувства, из-за которых хотелось сесть, свернуться в клубок и уснуть, смаргивая появляющееся слезы. Давление в груди было необъяснимым и очень странным, но оно моментально исчезло, стоило Ликсу крепче сжать его ладонь, смущённо улыбнувшись, и тихо предложить сфотографироваться на фоне этой чудесной, исчезающей картины. Тихий щелчок, нажатие нескольких иконок, и Минхо мог не без удовлетворения рассматривать сделанный снимок, примечая яркость заднего вида и парня рядом с ним, чьи веснушки будто подсвечивались, находя в лучах что-то схожее или отдаленно знакомое.       Расставаться даже на три дня Феликсу совсем не хотелось, он всегда хочет быть рядом с Хо, проводить с ним каждый день и улыбаться, пока не устанет лицо. Он мысленно благодарит судьбу тысячу раз за то, что в тот день свела их судьбы, и теперь он может чувствовать себя счастливым. Даже не зная ответа Минхо, надежда накапливалась в нем, ведь хен ни один раз за сегодня не вырвал руку из его хватки, а вчера ничего не сказал по поводу лёгкого поцелуя, а любовь никуда не исчезала, превращаясь в обожание и зависимость, как от наркотика. Влюблённость делала его сумасшедшим, жадным и ненасытным, обняв один раз, хотелось делать это постоянно, ощутив тепло чужой ладони и ее тяжесть, больше не хотелось ее отпускать.       Минхо наблюдал за Ликсом, и его сердце горело от чувств, такого он никогда не испытывал. И, вспоминая свои прошлые убеждения, он понимает, что был не прав. Любить кого-то вовсе не тяготит, это чувство позволяет жить с прекрасными моментами и желаниями, которые только окрыляют и помогают в жизни. Но даже зная, что его чувства взаимны, признаться Феликсу нет сил, не хватает храбрости и духа. Но он обязан был это сделать, хотя бы ради того, чтобы Ликс больше не переживал. В этот раз ему наконец-то нужно побороть себя, пытающиеся удержаться убеждения прошлого и страх, ведь Енбок этого заслуживал. — Ликс-и, тебе нравится? — Минхо посмотрел на немного растрепанного парня, который до сих пор приводил свое дыхание в норму, наблюдая за рыбками в реке. — Очень, — Ли улыбнулся, — все, что связанно с тобой, мне нравится, Хо, — посмотрел в ответ Феликс и покраснел. — Тогда… — в мыслях началась паника, а признание забилось в дальний уголок мыслей, боясь показаться, — тогда…возвращайся поскорее… — выдохнул Хо, коря себя за трусость и нерешительность в такой важный момент.       Он взял парня за руку и, не размыкая ладоней, повел домой. Сопровождающая их тишина помогала мысленно ругать самого себя, но надеяться на ещё один шанс до завтрашнего отъезда. Чего же он испугался сейчас? Знал ведь, что все взаимно, что его точно не отвергнут… Но волновался, безумно переживал, думал, что в обморок упадет от напряжения внутри. Так страшно было услышать хоть какой-то упрек в свою сторону или замечание, сомнение Феликса или его возможные предположения, что это какая-то шутка. Он ведь не специально тогда ничего не сказал, просто не понимал, что чувствовал, но как-то за пару дней все осознал и принял, боясь сделать самый нужный и решительный шаг, разрушив последний барьер между ними.

***

      Минхо очень хотел признаться Феликсу до его улета на родину. Но как не пытался сделать это дома, выходила только несвязная бредятина, из-за которой в голове появлялись мысли о посещении врача, может, логопеда. Но вот небольшая сумка уже собрана, и они оба стоят на выходе из квартиры, прощаясь с котами, которые не хотели отпускать Феликса. Ли давно заметил, как быстро питомцы привязались к парню, почти что с первых дней, и не мог мысленно не усмехнуться тому, что последовал их примеру, с тяжёлым ощущением в груди провожая друга. — Ну вы чего, я скоро вернусь, — смеясь, причитал Ли, у которого никак не получалось отцепить от своих штанов животных, вцепившихся в одежду коготками, — Дори, прекрати, щекотно, — смеясь, парень отпустил лижущего его серого кота на пол и посмотрел на эту кошачью семейку, смотрящую на него печальными глазками-бусинками. — Они слишком привязались к тебе, — Минхо сделал паузу, а потом тише добавил, — как и я… — Ты так говоришь, как будто мы навсегда расстаемся, — Ликс залился краской и смущенно улыбнулся, — все, поехали, не хочу опоздать. Не скучайте, котики!       Заперев дверь и сев в такси, весь путь до аэропорта парни провели в молчании. Каждый смотрел в свое окно и уже начинал скучать. Мысли роем вертелись в голове, сдавливая ее, а руки так и тянулись к рядом сидящему парню, останавливаясь на полпути. При выходе из машины, до самого входа в здание и пока они проходили разные проверочные пункты, Минхо помогал Феликсу нести его багаж, хотя он был совсем небольшого размера. Но вот, спустя полчаса, они добрались до мест ожидания, а так же помещения, где постоянно приходилось с кем-то или чем-то прощаться, а ещё кого-то встречать и находить. Буквально в нескольких метрах от них стояла целая семья с двумя маленькими детьми, их родителями, которые слёзно прощались, наверное, со своей старшей сестрой и дочерью, обнимая ее и целуя туда, куда попадут губы. Один мужчина стоял практически возле выхода с посадки и привлекал внимание окружающих огромным букетом цветов, оглядывал толпу и искал кого-то. А когда нашел, счастливо улыбнулся и пошел навстречу пожилой женщине, что потрепала его за щеку, чмокнула в нее и рассматривала букет, охая и возмущаясь такой дорогой покупке. А в самом дальнем краю огромного зала тихо и практически незаметно находились юноша с девушкой, которые трепетно целовали друг друга, не отпуская сомкнутых рук, и постоянно поглядывали на часы, радуясь ещё нескольким минутам, проведенным вместе.       Минхо и Феликс стояли, прислонившись спиной к панорамному окну, показывающему вид на взлетные полосы и самолеты, и наблюдали за этими людьми, пропуская через себя их грусть от разлуки и радость от встречи. Солнце начинало садиться, и из-за этого все помещение залилось оранжево-красным светом, которое очень слепило глаза, но, несмотря на это, практически каждый повернулся в их сторону, смотря вдаль и любуясь этим зрелищем. Часы тихо отсчитывали секунды, а их голоса как будто пропали, никто не мог ничего сказать. Расставаться не хотелось, но обстоятельства требовали недолгой разлуки, что вызывала мандраж и тревогу. Молча, не издавая звука, Минхо повернулся к парню, наблюдающему за людьми, и обнял, облокотившись подбородком о макушку. Феликс, ничего не сказав, кротко улыбнулся и положил руку на чужой затылок, приглаживая прядки и пропуская их сквозь пальцы. Часовая стрелка достигла своего места. — Вот и все, сейчас начинается посадка на мой рейс. Я позвоню тебе послезавтра по вашему времени часа в три. Потому что завтра родители и сестры не отпустят меня даже спать, пока я им все не расскажу, — парни захихикали и одновременно повернулись к огромным электронным цифрам — Хорошо, буду ждать. На каком месте ты сидишь? — Где-то посередине, точно стюардессы покажут, — Феликс заправил выбившуюся прядь, а Минхо смотрел на него со всей любовью и нежностью, что хранил внутри. Сейчас ему не было страшно, он просто хотел сказать ему то, что вертелось у него на языке в последние дни. — Феликс…я люб… — его перебил голос девушки, объявляющей о заканчивании посадки на рейс в Австралию. — Ой, это же мой! Ну, я побежал, — смущенно улыбнувшись, Ликс, слегка притормозив и прикусив от волнения внутреннюю сторону щеки, встал на носки, поцеловал Минхо в губы и убежал на посадку. А Хо проклинал эту чертову женщину с объявлением, ведь он наконец-то смог собраться! Но все же ещё несколько минут стоял на том же месте, прижимая пальцы к губам, и глупо улыбался, сразу начиная отсчет дней.       Вернулся домой он через полчаса, потому что почему-то все люди, живущие в городе, решили куда-то поехать, и пробки были не то, что большие, а огромные! Зайдя в квартиру, котов он не нашел, подумал, что те, наверное, опять где-то спрятались, поэтому, насыпав им корм на утро, прошел в свою комнату, чтобы вновь написать о том, что в вертелось голове. Слова и строчки летели мгновенно, как и ноты в программе. Вдохновение накрыло с головой, ведь столько чувств, бушевавших у него внутри, не было никогда. Столько нежности и злости одновременно. Сейчас ему одиноко, даже зная, что Феликса не будет каких-то несколько дней. Завтра ему придется самому готовить себе завтрак, завтра никто не украдет у него внимание котов, которых он так любит. Но их можно понять, Ликса невозможно не любить. Проторчав в сидячем положении более пяти часов, Минхо чувствовал, как голос начинал пропадать, а глаза сами по себе начинали смыкаться, но результатом был доволен. Четвертая песня готова и выложена, микрофон снова выключен, напоминая о пении отсутствием толстого слоя пыли и мигающим индикатором.       Перед сном Минхо захотелось проверить уведомления, которые он заранее выключил, чтобы не мешали своим пиликаньем. Он был счастлив как никогда раньше, его песни прослушали больше нескольких тысяч раз, а также высвечивалась куча комментариев от людей с комплиментами и красивыми словами. Кто-то рассказывал, как слезы сами по себе появлялись в глазах при прослушивании There. Кому-то Placebo подняло настроение и дало сил, а Sunshine вызывало у большинства умиление и ощущение детской радости и озорства в душе. Многие спрашивали, как зовут парня и чем он занимается, но на такие сообщения он не реагировал. Были и негативные комментарии, куда же без них, но их было так мало на фоне остальных, что Хо даже не стал обращать внимание. Спать он ложился с приятной усталостью и мыслями о Феликсе, который уже наверняка добрался до дома, но скоро снова будет рядом с ним.

***

      Прошел день, и Минхо с нетерпением ждал звонка от Ликса, почти каждую минуту глядя на часы, как будто его желание поскорее увидеть парня ускорит время. Выпив кружку кофе и посмотрев телевизор, находясь в комнате лишь одной своей половиной, он услышал входящий звонок со стороны комнаты и ринулся к ней, забыв выключить передачу. Приняв вызов, Минхо увидел, как на большом экране высветился в очках Феликс, что улыбался и поглядывал на какую-то девушку, стоящую рядом. Ли подумал, что это, наверное, его сестра, потому что черты лиц были очень схожими. — Хо, привет! Это моя младшая сестра — Оливия, после того как я вчера рассказал семье про тебя, она очень хотела тебя увидеть и познакомиться с тобой, — девушка скромно помахала в камеру. — Привет, Ликс-и и Оливия, — улыбнулся Минхо. — Ликс, почему ты не сказал, что твой друг такой красивый?! Можно я его себе заберу? — Оливия состроила мордашку, но Ли ей, смеясь, отказал. — Извини, Лив, но это, — парень тыкнул пальцем в монитор, а потом направил его на себя, — мое, — Минхо непонимающе хлопал глазами, в то время как девушка, фыркнув, попрощалась и ушла. — Я не понял, почему я «это»? — вскинув бровь, с нажимом спросил Ли. — Ну, хотя бы не выдра, как Хенджин, — засмеялся Енбок, вспомнив перепалку друзей около месяца назад. — Ладно, рассказывай, как дела и семья? Как мама? — Все чудесно, она почти выздоровела, паника была напрасной, случились лишь лёгкие осложнения, которые с помощью лекарств быстро прошли. Так что я, можно сказать, просто в гости прилетел. А вчера мне устроили целый опрос по поводу тебя, потому что увидели обои на телефоне. — А что на них стоит? — недоуменно спросил Минхо, вытягивая шею, будто мог проникнуть через экран в другую комнату. — Сейчас покажу, — Ли хмыкнул, разблокировал телефон и поднес изображение, на котором Минхо спал на столе, повернувшись нахмуренным лицом к камере. — Эй, спящих фоткать нельзя! — возмутился Хо, не очень довольный своим видом на снимке, — почему ты решил показать родителям именно это?! — Да ладно тебе, всем понравилось. А что у тебя стоит на обоях? — убрав телефон, спросил Ликс, ожидая увидеть фотографию котов, но все же чуть-чуть надеялся и на себя в их кучке. — Минуту, — Минхо вытащил из штанов устройство и повернул к парню экран, на котором было их последнее селфи на мосту. — О-о, так мило, — счастливо улыбнулся Енбок, подпирая щеки, — я думал там будут стоять твои коты… Кстати, как песни? Когда я тогда вернулся домой, случайно увидел кусочек текста новой, ты что-то писал? — Точно! Забыл рассказать. Я написал четыре новые песни, завтра записался на прослушивание, которое может организовать дебютный концерт, как пробу. Спасибо тебе за совет с сайтом, там столько комментариев и лайков, ты бы видел! — Феликс не мог не радоваться такому счастливому и взбудораженному виду парня, поэтому кивал и про себя уже мечтал о моменте, когда сможет послушать каждое произведение Минхо. — Ну вот, видишь, я был прав! А можно мне послушать? Пожа-алуйста, — протянул Феликс, надув губы и сложив руки в умоляющем жесте. — Не-а, я хочу, чтобы ты послушал в живую, особенно если меня выберут для концерта. Хотя там столько желающих, что я даже не знаю, какую песню из четырех спеть… — Хорошо, обещаю прийти на концерт, что бы ни случилось! Главное не бойся и не сильно волнуйся, выбери ту, к которой больше всего тянет. Завтра у меня билет на пять часов вечера, а прилечу я в час ночи. Пожалуйста, ложись спать, не жди меня, а то на следующий день будешь выглядеть хуже мертвеца, — Хо нахмурился. — Да нет… я не усну, пока не увижу тебя дома… — на заднем фоне Ликса кто-то звал, — тебе надо идти? — Ага, Рэйчел помочь с готовкой, давай, скоро увидимся! — видео было моментально завершенно, а Минхо ощущал, как цвела его душа.       Через день они увидятся, и он наконец-то сможет нормально, без заиканий и страха признаться в любви! Но делать это как-то по-обычному пропало желание и, перекатившись за свой творческий уголок, Минхо стал сочинять песню только для Феликса, песню, в которой он расскажет все свои мысли и чувства, абсолютно все, что было с ним в то время, когда парень путал его каждым своим действием, словом и взглядом, замораживая время и пробираясь точно к сердцу, бережно сжимая его в своих небольших ладонях.

***

      Проснулся Ликс в хорошем настроении, но практически сразу, как только встал с кровати, ощутил, как что-то будто сдавливало его сердце в районе груди. Пока он принимал водные процедуры, завтракал вместе с семьёй и уточнял время встречи с лучшим другом детства, это чувство не пропадало, а лишь наростало в груди, в какой-то момент стало трудно даже дышать. Феликс не хотел покидать родной дом в таком состоянии и настроении, что портилось с каждым прошедшим часом, поэтому встряхнул себя, играя с самой младшей сестрой в приставку, помогая маме с уборкой и собирая вещи, пытался отвлечься от этого мерзкого, медленно плывущего в груди пятна. Сначала ему показалось, что он заболел, да и с кем не бывает, особенно при смене климатических поясов, но температура была нормальной, горло с носом тоже, поэтому он предположил, что это просто волнение перед возвращением к Минхо и встречей с другом, с которым он не виделся уже около трёх лет.       Попрощавшись с родителями и схватив свои вещи, он побежал на встречу с Чаном. Они не виделись очень давно, и сейчас у них появилась такая возможность, хоть и ненадолго. Феликс сильно дорожил своей дружбой с парнем, потому что в школьные времена из собеседников у него был только он: кучерявый, старше его на два года мальчишка с соседнего двора, который любил закидывать мяч на чужую территорию. Впрочем, именно с помощью него они и познакомились, и уже никто не мог их разлучить. В школе обедали вдвоем, туда и обратно шли вместе, обсуждая любимый комикс про супергероев, домашнее задание тоже делали совместно у кого-нибудь дома, часто отвлекаясь на мультфильмы по телевизору. Австралиец был приятным в общении человеком, во всём поддерживал Феликса. Он один из первых узнал о его цели переехать в другую страну на учебу, и единственный, кто не стал его отговаривать, придумывая кучу странных причин. С ним было весело проводить время в детстве, а когда они повзрослели — спокойно общаться о всяких будничных делах и экзаменах, обсуждать сплетни из школы и впервые вместе рассматривать взрослые журналы, от которых краска заливала лицо.       Подбежав к их месту, которое они ещё в детстве взяли под свой полный контроль, Феликс увидел на качелях высокого парня с широкими плечами, который постоянно вертел головой в разные стороны, а потом опускал ее, проверяя время на больших наручных часах. Узнав в нем Кристофера, Ликс тихо подкрался сзади, а после резко закрыл шатену глаза, проговорив самым низкими голосом, который он только умел делать: — Угадай кто, — пробасил Ликс, а Чан, повернувшись назад, сначала удивился, а потом крепко обнял друга. — Малыш Ликси! — растянул гласные друг, взъерошивая чужие волосы на макушке, — я так давно не слышал твоего голоса, что сначала даже не признал! Рассказывай, как дела, как универ, как на личном? Я хочу знать все!       Диалог продолжался несколько часов, парни обсуждали то, что происходило в их жизнях за время, пока они не видели друг друга. Чан, как оказалось, не только учится на биолога, но и подрабатывает в одном заповеднике помощником, помогая с расчетами, лечением и охраной их необычного природного мира. Несколько месяцев встречался с девушкой, но расстался ещё полгода назад, просто пропали чувства и у него, и у нее. Его отец продолжал работать тренером по плаванию, а мама пока что взяла отпуск, хотя также занимала должность в рекламном агентстве. Их питомец, который обожал Феликса с самого детства, остался таким же неугомонным непоседой. Звонко смеясь, Кристофер рассказывал много случаев, когда вся семья была в шоке от сюрпризов пса.       Когда рассказ друга завершился, и тот, с нетерпением в глазах, посмотрел на него, Ликс не стал его томить в ожидании и тоже принялся перечислять все, что с ним было. Переезд и неприятные соседи, которые почти что каждую ночь включали громкую, отвратительную музыку на полную громкость, не давая ему уснуть и хоть что-то выучить к паре. Сложные предметы и первые экзамены, во время которых его можно было сравнить с белой простыней, от страха провала даже ноги дрожали. Знакомство с новыми друзьями и их приключения по всему городу: рыбалка, посещение бассейна, поездка на море, поход в караоке, на концерт любимого певца Джисона, выступление танцевальной группы, от которого ни Чонин, ни Феликс не могли прийти в себя первые сутки. Выгон из общежития и неприятное столкновение с тем парнем, что просто заплатил за его место и не смог уйти без нескольких синяков на лице. Встреча с Минхо и все, что происходило с ними; не без приукрашиваний, описания своих чувств и того, что происходило сейчас.       Закончив пересказывать весь свой багаж счастливых и не очень воспоминаний, Феликс обернулся к сияющему от радости другу и подумал, стоит ли спросить его мнения по поводу парня. Чан умный и достаточно мудрый для своих лет, он мог дать дельный совет или сказать несколько нужных слов… — …вот так. Я поцеловал его перед улетом, но помню, что перед тем, как заговорили о посадке, он хотел что-то сказать. Я гадал два дня, но не смог вспомнить. Крис, — проныл парень, ложась головой на его колени, — я его так люблю-ю, у меня вообще есть шанс получить ответ?.. — Ну, — хмыкнул друг, запуская ладонь в чужие, отросшие волосы, — анализируя твой рассказ, могу сказать, что Минхо стеснительный парень в плане чувств, но поведение его явно выдает, поэтому не переживай, все будет хорошо! Ты прилетишь, вы проведете время вместе и, клянусь, до конца лета он признается! Вот повезло же тебе… я ещё не нашел того, кто будет так по мне страдать. — Ой, Чан, — ухмыльнулся Ли, поднимаясь на ноги, — ты самый офигенный и жаркий мужчина в Австралии, найдешь, не волнуйся. А мне пора в аэропорт, не забывай мне хоть изредка звонить и писать, понял?! — угрожающе произнес Ли, крепко обняв друга. — Давай беги, — хмыкнул Бан, помахивая парню вслед рукой, — ты тоже не забывай!       Феликс кивнул, вызвал такси и отправился в аэропорт. Вообще он не очень любит такие дальние поездки на несколько дней, потому что многочасовой перелет его утомляет, да и денег тратится не мало, но ему надо было увидеться с семьей, а Минхо оставлять на большее время не хватало сил и желания. Войдя в красивое здание и пройдя все проверочные пункты и сдачу багажа, Ли стал дожидаться своего рейса. Посмотрев на время, он в уме перевел его на несколько часов назад и понял, что Минхо должен был быть на прослушивании. Не зная, как лучше поддержать парня на таком огромном расстоянии, Феликс решил написать маленькое сообщение. Настрочив пару строк о том, что у Хо все получится, и через время он скажет обещанную ему месяцем назад фразу, Ли добавил в конце предложения красное сердечко и выдохнул, нажимая кнопку отправить.              Выключив мессенджер, Феликс вновь почувствовал себя не очень хорошо, ощущение, преследующее его с утра и лишь на время исчезнувшее из тела, снова вернулось, выворачивая его внутренности или душу наизнанку. Быстро сходив в туалет и умывшись, особого эффекта парень не почувствовал, лишь напряжённо наблюдал, как несколько капель холодного пота скатываются у него по виску, а пальцы на ладонях дрожат, мгновенно прикасаясь к пульсу, скорость которого зашкаливала. Сделав пару глубоких вдохов, попытавшись успокоить свое внутреннее беспокойство, Ликс почти что пропустил посадку на свой рейс, услышав последнее объявление будто через толщу воды. Взяв небольшой рюкзак с лекарствами и некоторыми удобствами для долго полета, он направился к выходу, чувствуя, как ноги еле гнутся, затрудняя движение и мгновенно лишаясь сил. С огромным усердством, сжимая майку в районе груди, Феликс поднимался по трапу и с лёгкой улыбкой оглядывался на загорающийся огнями город вдали, на последней ступеньке остановившись и запечатлев вид оранжево-красного заката, планируя показать эту фотографию Минхо после прилёта в Сеул. Пройдя к своему месту и сев на него, Ликс не без удовольствия прикрыл глаза, наконец имея возможность отдохнуть и привести себя в норму. С мечтательной ухмылкой и сияющим взглядом, в котором отражалось садящееся солнце, он наблюдал за отрывающимся от земли небесным судном и видел в мыслях свой прилет, трёх котов, встречающих его громким мяуканьем, и Минхо, которого поцеловать в этот момент хотелось сильнее чем когда-либо прежде.

***

      С самого утра у Хо сдавали нервы, ни одно прослушивание не вызывало у него такой паники. Из всех песен он выбрал ту, которую написал вчера. Почему-то именно ее хотелось спеть и показать, что вот он! Знает о любви и поет о ней всем сердцем и душой. Видит в своей голове сегодняшнюю долгожданную ночь и рассказывает о том парне, что впервые вызвал в нем такие чувства, о которых хочется прокричать каждому, стоя на сцене. Но решительный настрой постепенно стал спадать, когда из рук начинало все валиться, одежда, приготовленная ещё вчера, висела помятой, а коты постоянно перемещались с места на место, путаясь под ногами и как будто чувствуя тревогу. Почти что забыв телефон и ничего не успев съеть, Хо побежал в здание, где сегодня должна решиться его судьба, напоследок прощаясь с котами и успокаивая их поглаживаниями по мягкой шерстке. Он сам очень сильно волновался, потому что есть только два исхода: или он все сделал правильно, или его вновь ждал провал. Подходя ко входу, он морщился от боли в голове, в которую стали забредать совсем ненужные мысли и голоса критикующих его в прошлые разы специалистов. Сразу укладка волос стала нелепой и слишком растрепаной, песня — чересчур чувственной и незапоминающейся, его ожидание — мучительным и слишком долгим. Стоя за кулисами и слушая всех, кто был до него, Минхо не мог успокоиться, сердце в груди делало какие-то скачки и не собиралось успокаиваться, говорило бежать прочь, пока в него снова не выстрелили несколькими острыми стрелами. Когда до его выхода остался лишь один человек, на телефон, лежащий в кармане черных брюк, пришло сообщение. Дрожащими пальцами открыв мессенджер и увидев пожелания удачи от Феликса, Минхо улыбнулся беспокойству парня, проблагодарил его, отправив несколько слов, и ощутил, как пространство вокруг перестало сдавливать его своими стенами, а дышать стало в несколько раз легче. Выходя на сцену, Ли больше не переживал, исполняя свою песню, представлял только одного парня, которому она была посвящена. Если бы он услышал ее сейчас, то наверняка бы понял все его чувства, но, увы, его здесь не было. Однако Минхо не переживал из-за этого, ведь сегодня они вновь встретятся, он исполнит эту песню повторно лишь ему одному, передавая все, что скрывал за своей душой уже без страха и потерянности в себе.

***

      От туда Хо шел счастливым, его выбрали! Из всех претендентов именно он их зацепил. Взяв номер парня, организаторы ему пообещали, что через несколько часов напишут, назначая число, когда планируется концерт. В социальной сети этой компании уже были выложены результаты, и многие люди, прослушав его выступление, были рады принять новую, восходящую звезду. Его радости не было предела, и как хотелось поделиться ей с одним парнем, что сейчас летел к нему с другого конца земли. Было интересно, как он отреагирует на его успех? Похвалит и скажет, что был прав? Обнимет, от радости, может, поцелует и прошепчет, что верил в него? Усмехнется и подтвердит, что волнение было напрасным? Минхо нетерпелось это узнать, поэтому он бежал домой, чтобы успеть приготовить что-то вкусное к прилёту Феликса и собраться с мыслями перед тем, как признаться ему в том, что озвучить надо было ещё несколько дней назад.       Открыв дверь, котов, которые всегда встречали его или парня, Ли не увидел, поэтому решил поискать их, подозревая что-то неладное. По всей квартире не было даже признаков животных, и оставалась только комната Ликса. Глубоко в душе он ощущал радость, наверное, Феликс его обманул и прилетел раньше, чем сказал, и сейчас его со всех сторон окружали соскучившиеся коты, не давая даже встать. Тихо подкравшись, он открыл дверь, но обнаружил только своих четвероногих друзей, разлегшихся на кровати Енбока. Минхо это очень удивило, но, решив не вникать в то, что у животных в голове, он сел на диван и стал дожидаться парня, смотря телек. Еда из ресторана была уже заказана, а на экране шли какие-то скучные новости, рассказывающие о новых придуманных игрушках для детей. На другом канале говорили про важность спорта, а на следующем шел какой-то репортаж с места происшествия. Переключить программу на что-то другое Минхо не хотел подсознательно, а прочитав титры, палец вовсе застыл над кнопкой пульта, оледенев в тот же момент. В это же время девушка вещала: — Самолет Xiamen Airlines, летевший по маршруту Сидней — Сеул, 17:00 — 02:00, упал и разбился, практически только взлетев. Выявлена неисправность двигателя, пилот, приступивший к работе совсем недавно, не смог справиться с управлением. Выживших пока что не обнаружено, сейчас идут разбирательства с авиакомпанией…       В голове стоял противный звон и белый шум, мысли не хотели складываться, а верить в случившееся просто не выходило. В одно мгновение Ли понял, что вообще перестал слышать. На экране девушка как будто просто открывала рот, а он был в прострации, другом мире, полностью отрицая возможность того, что Феликс летел именно на этом самолете. Утренняя паника накатила с новой силой, максимально сдавливая грудь невидимой рукой, проникая промозглой конечностью в самую душу и вырывая горячий орган, превратившейся в кровоточащую рану. Глаза в панике метались по титрам, пытаясь найти информацию о втором таком же рейсе или выживших чудесным образом людях, но и текст начинал расплываться вместе с экраном. Где-то сбоку пиликнул телефон, и на ватных конечностях Минхо ринулся к столу, заплетаясь в своих же ногах. Быстро смаргивая накопившиеся в глазах слезы, он пытался рассмотреть экран и имя побеспокоившего человека. Было новое сообщение от Феликса! Не успев обрадоваться и спокойно выдохнуть, Ли открыл чат и, увидев одну единственную строчку с извинением, почувствовал, как по щеке скатилась первая слеза, а руки одеревенели от холода, прокатившегося по ним. «Прости, что я не смог дождаться ответа» — как будто на повторе звучали в его голове последние слова парня, не давая даже шанса вздохнуть. Слезы скатывались одна за другой от осознания, что несобранные вещи Ликса в его квартире — это все, что у него осталось, а ведь он сегодня планировал признаться ему, но опоздал… В то же время на телефон пришло сообщение от компании, что концерт назначен через полтора месяца, а Минхо не мог оторвать своего взгляда от экрана, где на обоях стоял все еще улыбающийся и счастливый Ликс в лучах уходящего солнца.

***

Fall in you — Tru Beauty (OST)

      Минхо закрывает слезящиеся глаза, потому что не может смотреть на зал, в котором нет его. Там есть друзья Феликса, которые тоже не могли поверить в то, что он не прилетит назад, есть Хенджин, утешавший Ли в то время, когда было настолько плохо, что хотелось уйти вслед за парнем. И сам Хван не скрывал в те дни своих слез. Даже Чан, с которым Минхо познакомился лично только на похоронах в мрачной и дождливой в тот день Австралии, прилетел на его концерт, полностью посвященный тем дням, когда Феликс был рядом… Но сейчас его тут нет. Хо не может вспомнить даже дня, когда бы не плакал, находя какие-то личные вещи парня и вспоминая его солнечную улыбку и яркие пятнышки на щеках. Сердце до сих пор болело и обливалось кровью, хотело сознаться в том, что не надо было скрывать с самого начала. Начинается последняя песня и последний момент с Ликсом, что был спасением для Минхо и вместе с этим его гибелью. Здесь он наконец-то скажет все, что хотел, но не смог. — Это все потому, что я не могу набраться смелости. Боюсь, это будет для тебя слишком большим давлением. Каждый раз испытываю тревогу в сердце, когда чувствую, что люблю тебя. Слова, которые раньше давались так сложно, сейчас каждый день вертятся на языке и хотят быть услышанными тем человеком, которому предназначались, но он ушел, так и не дождавшись их… — Я влюблен в тебя. Теперь я, наконец, знаю, что это такое. Влюблен в тебя, И я жду тебя. Влюбиться в тебя Это моя судьба. Тот человек, который для меня моя звезда. Единственный человек, которому я хочу отдать все, Это ты… — Минхо открывает глаза и смотрит вперед на зрителей и фанатов, на самом деле никого не видя. — Ты, — но, заметив лёгкое свечение в центре, рассмотрел полупрозрачного, в такой же одежде, в которой он был на похоронах, Феликса, выполнившего свое обещание.       Он слегка покачивался в такт мелодии, нежно улыбался, подбадривая его молчаливыми словами, выходящими из немного приоткрывающегося рта. Практически сиял перед плачущими и шокированными друзьями, что пытались его коснуться, но проводили лишь размашистые линии, рассекая воздух, но смотрел таким же, как раньше, сияющим взглядом на Хо, ожидая продолжения.       Теперь Минхо еле справляется с кишащеми внутри эмоциями, сдерживает надрывный плач и желание спрыгнуть со сцены и подбежать к нему, попытаться обнять и извиниться. Но все же стоит на том же месте перед микрофоном в лучах софитов и поет, не отрывая взгляда от Ликса, желая, чтобы хотя бы так тот услышал его и все узнал. — Я живу мыслями о тебе. «Каждую минуту, каждый день» — шепчет про себя Ли, дополняя слова. — Если ты видишь мое сердце, посмотри, как оно ярко горит. Я всегда рядом, Хотел бы, чтобы ты знал о моих чувствах. «Надеюсь ты понимаешь, что я пою это тебе» — Я влюблен в тебя, Теперь я наконец знаю, что это такое. «Спасибо, что показал это мне» — Влюблен в тебя, И я жду тебя. «Жду у нас дома, но никогда не дождусь» — Влюбиться в тебя Это моя судьба. «Спасибо ей за то, что свела нас в тот день» — Тот человек, который для меня — моя звезда… Я опоздал? Может, я испугался Причинить тебе боль? Потому что это мой первый раз, я понял это только сейчас, Что ты моя любовь. «Надеюсь ты это тоже понимаешь» — Я влюблен в тебя, Теперь я наконец знаю, что это такое, — Минхо чувствует, как первая слеза скатывается по его щеке. — Влюблен в тебя И я жду тебя, — и видит, как, улыбаясь, Феликс плачет тоже. — Влюбиться в тебя Это моя судьба. Тот человек, который для меня — моя звезда. «И ты ей останешься до конца» — Единственный человек, которому я хочу отдать все… — Хо замечает, как Ликс становится все более прозрачным. Про себя умоляет, чтобы он не бросал его снова, просит дождаться хотя бы конца песни. — Это ты…       Феликс полностью исчез, сказав: «Я тоже тебя люблю», — и оставив за собой лёгкий шлейф теплых воспоминаний и сладкого запаха солнца, времени, проведенного вместе. А Минхо остался в одиночестве, не слышал оваций и просьб спеть хоть что-нибудь ещё раз. Стоял на месте и, как под гипнозом, смотрел в одну точку, где только что видел парня, от которого осталась лишь бесконечная к нему любовь.       Чонин с Джисоном, стоявшие позади Феликса, были рады, что их друг ушел, зная о взаимности чувств. Плакали, обнявшись, и пытались друг друга успокоить, проматывая в голове последние слова, сказанные им двоим. «Спасибо, что дружили со мной, я никогда не смогу забыть наши ночные прогулки по выходным», — фраза отдавалась несколько сотен раз, пока души болели и скучали по парню, присутствующему на каждом снимке памяти, будь то перерыв между парами и их каждодневные жалобы на них или поход в караоке, где они дружно срывали голоса. Хенджин озирался по сторонам и пытался найти хотя бы след парня, мысленно обещая ему беречь Минхо и не давать сильно унывать, как и просил Феликс перед уходом. А Чан стоял, прислонившись к стенке, и скрывал текущие по щекам дорожки слез, до сих пор чувствуя теплые объятья лучшего друга и его лёгкий, но холодный шепот нескольких слов: «Береги себя, Чани, мой самый лучший друг».       В тот вечер не было человека, который бы остался равнодушным. Каждый нашел на этом коротком концерте хотя бы в одной песне частичку себя. Социальные сети взрывались от сообщений, а Минхо их даже не открывал, встречая фиолетово-розовый рассвет на крыше своего дома. Это был сороковой день со смерти Феликса. Они были знакомы совсем немного времени, но искренне любили друг друга, скучая с первых дней. Наблюдая за первыми лучами, выбившимися из-под горизонта, Минхо прощается с Ликсом, чувствуя тяжесть в сердце, но обещая оставить его в своих воспоминаниях, навсегда. Человека, который открыл в нем любовь и оставил с ней, поменял убеждения и его самого, оставляя отпечаток теплых пальцев на сжимающемся сердце, что хочет встретиться с ним вновь.